Выбери меня

После того, как я отвезла Джули и детей в аэропорт, я позвонила на работу Клои. По ее рассказам, количество работы совершенно не уменьшилось. Пару раз меня даже думали вызывать из короткого отпуска в 4 дня, но всё как-то обходилось.

Слушая ее рассказы, я поняла, как на самом деле скучала по рабочей рутине, по пациентам.

Решив не терять ни минуты, я развернула машину по-направлению к больнице.

Когда я уже подъезжала к парковке, на телефон пришло оповещение о новом сообщении. В диалоговом окне я увидела «Мама». Открыв сообщение, я увидела фотографию. На ней мама и ее новоиспеченный муж стоят на палубе небольшой яхты на фоне заснеженного побережья. Под фотографией мама написала, что они в Исландии в городе Хусавик, приехали смотреть на китов с ее новой любовью всей жизни.

Я улыбнулась. Мама редко писала мне, но всегда это были необычные фотографии из разных уголков мира. Это были и слоны с острова Бали, старые статуи с острова Пасхи, горы в Швейцарии, и вот сейчас, снега Исландии и новый мужчина.

Иногда я задумывалась, почему мама постоянно находится в поисках любви у разных мужчин, но никогда не приходила за ней ко мне. Ведь я очень ее любила, и всегда скучала. Но смелости задать этот вопрос ей лично у меня никогда не хватало.

Я закрыла телефон и вышла из машины в сторону входа.

На отделении и правда была полная суматоха. Сезонный грипп всегда доставлял нам большое количество хлопот, и этот год не стал исключением.

В коридорах больницы я встретила доктор Падме, которая одобрительно улыбнулась. Она сказала, что очень довольна моими научными работами и планирует писать мне рекомендательные письма на будущее.

- Доктор Райт, Вы большая молодец. Думаю, что мы можем рассмотреть Вашу кандидатуру на пост старшего ординатора, - она незаметно подмигнула мне и улыбнулась.

- Спасибо огромное, доктор Падме. Я Вас не подведу, - мои щеки загорелись красным. Я совсем не ожидала такого скорого продвижения, но это лишь улучшало мои ставки в дальнейшем. Будучи старшим ординатором, я могу сама выбирать, в каких исследованиях хочу участвовать. Кроме того, с такими рекомендациями я смогу попасть в больницу в Нью-Йорке, как и мечтала.

Если на работе всё шло, как по-маслу, то дома всё было совсем наоборот.

Чарли не выходил на связь уже пару дней. Я писала ему сообщения. Он их читал, но ответа не было. Это уже переходило все границы, потому что я беспокоилась за него. Не важно, какие таблетки я ела, я имела право знать, живой он вообще или нет.

В одно утро, я услышала скрип шин на подъезде к нашему дому. Выглянув в окно кухни, я увидела, что Чарли выходит из такси. Вид у него был довольно потрёпанный.

Дверь отворилась, и Чарли вошёл в дом. Что-то в нем поменялось, еле уловимое, но я не могла понять, что. Он поставил сумку в прихожей, снял обувь и куртку и прошёл на кухню. Горел тусклый свет, потому что я не могла терпеть яркий свет по утрам. Тишину прерывало только тикание на часах. Я с кружкой кофе и в халате тихо сидела и выжидала. Чарли тяжело выдохнул и, не понимая глаз, сказал.

- Нам надо поговорить.

Я продолжала молча сидеть и смотреть на него.

Чарли потёр глаза, положил перед собой руки и сложил их, скрестив пальцы.

- Мы со Стивеном много разговаривали, он был в отвратительном состоянии. Постоянно пил и ругался. В какой-то момент мы оказались вместе в баре. Я не мог больше слушать этот поток ярости и нытья. Я не рассчитал с алкоголем...

У меня в сердце что-то ёкнуло.

-... Я точно не помню, как всё началось. Но к нам присоединились две девушки. Я... я был так пьян, Кэтти...

Я замерла на одном месте, смотря на его несчастное выражение лица, слушая его тихий и незнакомый голос. Я физически ощутила, как связывающая нас нить доверия и преданности натянулась до предела и лопнула по одной волосинке за другой. Как тонкая натянутая веревка. И ничего не осталось. Была любовь, она ушла. Было доверие, и оно пропало. И осталась пустота. Я ничего не чувствовала. Теперь я не чувствовала ровным счетом ничего.

После молчания, которое длилось неопределённое для меня время, но достаточно, чтобы мой кофе стал противно-холодным, Чарли сказал:

- Я проснулся на утро, увидел ее рядом с собой, и не мог поверить, что я так поступил с тобой... Куда мы скатились, Кэтти? Ты ведь мой единственный родной человек!

По моей щеке скатилась слеза. Я не заметила, когда начала плакать. Чарли поднял на меня свои добрые и родные глаза. В них стояли слёзы.

- Я так виноват! - он опустил голову на руки и заплакал.

Я не могла смотреть на его страдания. Внутри меня всё болело, но видеть его таким было ещё невыносимей. Я подошла к нему и положила руку ему на плечи. В голове не было ни одной мысли, я не знала, как его поддержать. В какой-то степени его слёзы - это были и мои невыплаканные слёзы вины, которую я носила на своих плечах уже несколько месяцев.

- Ты простишь меня? - спросил Чарли, подняв на меня глаза.

Я не хотела лицемерить ему. Мы оба виноваты. Какое я имею право отпускать ему грехи, когда сама ушла не многим дальше?

Я смотрела ему в глаза и не знала, что сказать.

- Нам нужно время... - всё, что я могла вымолвить.

- Да... Да, я понимаю тебя. Просто знай, что я бесконечно виноват перед тобой и хотел бы повернуть время вспять, если бы только мог.

- Чарли, дай мне время.

Я встала и пошла наверх, одеваться на работу. Оставаться дома рядом с Чарли было выше моих сил. Видеть его мучения, рассказать ему о своих было не в моих силах сейчас. Я не была готова сейчас разбираться со всем этим. Но я знала, что назад дороги уже нет.

***
Дни бежали так быстро друг за другом, что я каждый раз удивленно смотрела на дату. Вместе с календарем я пролистывала сообщения от Брайана, от которого я не получала вестей с той поездки на пароме.

Я только что закончила обход, раздав задания своим интернам и наконец-то присев. Необходимо было срочно подготовить совместное выступление с Клои на внутрибольничном конгрессе.
За таким количеством работы я успешно отвлекалась от мыслей, который давили на меня дома. Чарли переехал на диван. Таким образом, первое, что я видела при входе домой, было его виноватое лицо. От чего мне становилось ещё паршивее.

Телефон зазвонил, на экране было имя Триш, главной медсестры.

- Доктор Райт, привезли миссис Томпсон, она в тяжёлом состоянии, не реагирует на голос, очень низкая сатурация и тяжёлое дыхание.

Я резко встала со стула, схватила халат и побежала в сторону палат интенсивной терапии, откуда звонила Триш.

У палаты с прибывшей пациенткой уже толпились медсёстры и санитары. Ее на счёт три перенесли с носилок на кровать. Судя по только что подключённому монитору, Элеонор была с температурой и низким кислородом в крови. Она была бледная и вся в поту. Губы почти серого цвета.

Одев специальный халат и перчатки, я пробралась сквозь работников к Элеонор и послушала ее дыхание и сердце.

- Срочно 100 кубиков фуросемида и 125 метилпреднизолона. Кто-то может показать мне рентген?

Позади меня засуетились стажеры, Клои, как всегда, впереди всех, протянула мне планшет со снимком. На рентгене был явный отёк легких. Возможно, пневмония слева.

- Элеонор, ну что же Вы! Я же говорила, как важно принимать лекарства строго по-назначению... - тихо прошептала я.

Триш подсоединила Элеонор к маске со 100% кислородом, но сатурация все ещё оставалась низкой. Сестры принесли мне шприцы с препаратами, которые я просила.

- Проверьте, где у неё есть венозный доступ! - скомандовала я.

Барри, ох уж этот Барри, проверил руки и не нашёл нужного катетера. Он начал вставлять иглу, но она случайно выскочила из его дрожащих рук, кровь потекла ему на халат, брюки и кроссовки.

Про себя я выругалась, но вовремя подскочила Клои. Кровотечение было остановлено, а Барри ликвидирован переодеваться. Пока Клои искала вену, я смотрела на параметры. Кажется, без интубации и правда никак. Пульс участился и давление стало падать.

- Тубус номер 7, 5 кубиков дормикума и пока приготовьте больную к интубации.

Пока медсёстры готовили Элеонор, убирая подушку из под ее головы, Триш, спасибо ей огромное, нашла вену. Я дала все лекарства, включая седативные, чтобы Элеонор ничего не почувствовала. В это время мне принесли тубус. Я взяла ларингоскоп в руки, горло у Элеонор уже стало отекать от нагрузки на сердце и гипоксии. Интубация была не из легких. Когда тубус был на месте, Триш развернула мне аппарат искусственной вентиляции, и я подобрала нужные параметры.

На глазах кислород в крови у Элеонор вырос до нормы, ее лицо приобрело нормальный цвет. Когда я снова послушала ее лёгкие, дыхание было уже намного спокойнее, а не как у паровоза.

- Поставить зонд и мочевой катетер. Клои, заказать повторный снимок. Взять срочно газы крови, рутинные анализы, а также посев крови, мочи и мокроты. Заказать эхо в срочном порядке и связаться с семьей. Жду первые результаты у себя на столе в течение часа.

Триш раздавала задания своим медсёстрам громким командным голосом. Она излучала уверенность, и теперь я поняла, на ком в том числе держится это отделение.

Когда я выходила из палаты Элеонор, Триш подошла ко мне, положив руку на плечо и сказала:

- Отличная работа, Док. С Вами приятно работать.

Я улыбнулась ей и пошла в сторону ординаторской, чтобы передохнуть.

Когда анализы были готовы, я назначила Элеонор антибиотики, потому что вероятность пневмонии была очень велика. Позже, около 6 часов вечера я зашла ее проведать. Мониторы размеренно пикали, аппарат тихо гудел. Элеонор выглядела уже намного лучше. Первые признаки отёка легких уже были сняты, температура пока держалась, но ее сбивали парацетамолом.

Я села рядом с Элеонор на стул. Интересно, где ее семья.

Я задумалась о своей матери. Я даже не знаю, какие у неё хронические заболевания. Более того, она сама не знает, потому что к врачам никогда не ходила.

Я открыла телефон. Последняя наша переписка была про Исландию. С того момента от неё не было весточки. Сейчас она нужна была мне, как никто другой. Эта безусловная любовь и поддержка, которую обычно дарят родители. Я их всегда была лишена.

Волна грусти снова накатила на меня. Я пролистала список контактов, думая, кому бы выговориться. У Джули в Миннеаполисе уже 8 вечера, она наверняка занята детьми. Ей сейчас не до моих душевных изливаний. Дальше Чарли. Точно нет. Тут я наткнулась на контакт в Вотсапе lucky_5.
Может, это стоит того? Может, он сможет выслушать?

Я открыла диалоговое окно и начала на трать текст:

«Привет, ты занят?»

Через мгновение телефон завибрировал у меня в руках.

«Куда подъехать?»

Вот так просто. Что ж, может, оно и правда просто.