Часть 22

Т/и сидела за столом, наблюдая, как Ангелина с лёгкостью хозяйничает на кухне, будто это её собственная квартира. Та металась между плитой и столом, периодически ворча себе под нос, но с таким теплом, что у Т/и непроизвольно вырвалась улыбка.

— Ты часто так — без предупреждения, с кастрюлями в руках? — спросила Т/и, подперев щёку рукой.

— Только к любимым, — ухмыльнулась Ангелина. — А ты теперь в этом списке. Привыкай.

Т/и чуть покраснела.

— И как давно ты знаешь Влада?

Ангелина поставила перед ней чашку с горячим чаем и села напротив.

— Лет шесть-семь. Он был тогда... другой. Весь закрытый, озлобленный, с такими глазами, будто мир ему что-то должен. Не подпускал никого. А потом — стал. Не мягким, нет. Но настоящим. Настоящим мужчиной. Самым надёжным, которого я когда-либо знала.

— Он назвал тебя матерью, — тихо произнесла Т/и. — Это... важно.

Ангелина кивнула, будто это ничего не значило, но в глазах у неё промелькнула эмоция — почти материнская гордость.

— Это не про кровь, ты же знаешь. Иногда сердце ближе, чем родство. А ты ему важна. Даже если он ещё сам себе в этом не признался.

И в этот момент из спальни донеслось ленивое топанье босых ног. Через секунду в кухне появился Влад — сонный, взъерошенный, в одних только шортах и с таким видом, будто его выдернули из самого сладкого сна.

— А я не понял... — пробурчал он, щурясь. — Это что, кулинарный захват?

Ангелина повернулась к нему, держа в руках половник:

— Ну, наконец-то! Живой! А то уже думала, в морг ехать опознавать. Садись, сонный дух. Кашу будешь.

Влад зевнул, почесал затылок и посмотрел на Т/и.

— Ты рано встала, — хрипло сказал он. — Ты как?

Т/и улыбнулась и пожала плечами:

— Лучше, чем могла бы. Особенно с такой внезапной домашней поддержкой.

Он кивнул, сел рядом с ней и под столом коснулся её ноги своей, легко, почти случайно.

Но она это почувствовала.

И не убрала.

Ангелина поставила перед ними глубокие тарелки с ароматным супом, из духовки вытащила подрумянившееся мясо в соусе и, довольно вздохнув, села напротив, глядя, как Т/и и Влад начинают есть. На лице у неё была усталость, но и явное довольство — она любила заботиться.

Влад сделал пару глотков, сдержал довольное м-м, затем посмотрел на Ангелину и с ленивой полуулыбкой сказал:

— Мать сегодня красивая.

Ангелина хмыкнула и прикрыла глаза, сделав вид, что фраза не вызвала у неё никакой реакции, но уголки губ предательски дрогнули.

— Кто-то явно хочет добавки, — проворчала она, но в голосе звучала тёплая нежность.

— Да не, — Влад пожал плечами. — Просто говорю, как есть.

Он откинулся на спинку стула, глядя на неё с той самой лёгкой улыбкой, с которой мужчины смотрят на женщин, которым безоговорочно доверяют.

Т/и наблюдала за этим молча, и где-то внутри у неё снова кольнуло тепло — Влад мог быть холодным, резким, но рядом с Ангелиной он становился каким-то другим. И ей вдруг очень захотелось, чтобы он так же смотрел и на неё. И, кажется... уже начинал.

Ангелина встала из-за стола, подошла к ним и, проходя мимо, мягко провела рукой по волосам Влада, потом по голове Т/и — с тем самым движением, которое невольно разжимает что-то внутри, почти забытое.

— Приятного аппетита, дети, — с улыбкой сказала она и пошла собирать тарелки.

Т/и, всё ещё переваривая еду и странную нежность, уже собиралась встать и помочь, когда сказала вслух, будто между прочим:

— Мама, оставь, я сама...

Она замерла. Глаза расширились, взгляд метнулся к Ангелине.

— Ой... прости, я... — начала Т/и, вжав голову в плечи, но не успела договорить.

Ангелина повернулась к ней, тёплая, почти сияющая.

— А чего извиняться? — спокойно сказала она. — Если хочешь... можешь тоже называть меня матерью.

Т/и не ответила. Просто подошла. Молча обняла её, крепко, искренне. Почти как ребёнок, который долго не знал, что такое — быть дома.

Ангелина погладила её по спине.

— Ну вот и всё, — тихо сказала она. — Ты не одна, Т/ишка. Теперь точно нет.

*** 

Т/и стояла у раковины, промывая тарелки, когда вдруг почувствовала, как чьи-то руки обвили её талию. Она инстинктивно напряглась, но, когда поняла, что это был Влад, расслабилась. Он взял её руки в свои, аккуратно направляя их к посуде, будто она сама продолжала мыть, но не совсем.

— Ты что, с ума сошел? — рассмеялась Т/и, пытаясь не отпихнуть его.

Влад, не снимая с неё взгляда, ответил с лёгкой усмешкой:

— Просто решил помочь... но, видимо, для начала надо было научиться твоим движениям.

Т/и засмеялась ещё больше, но не могла удержаться от улыбки. Её руки, находящиеся в его руках, стали двигаться вместе с его руками по тарелкам, создавая странную, но необычно приятную гармонию.

— Это так не по-нашему, — сказала она, всё ещё смеясь. — Ты без футболки, а я — в твоей.

— Мы ещё научимся, — с шутливым тоном ответил Влад, плавно двигаясь с ней вместе, пока вода не пошла по тарелкам, словно время с ними тоже замедлилось.

Т/и почувствовала, как её сердце слегка ускорилось от его близости, но она при этом не пыталась вырваться. Вместо этого, она просто позволила этому моменту быть.