Темная сторона

Глава четыре

- Карл, - начинаю довольно робко ища слова, - почему ты такой... Не знаю, сейчас ты один, а завтра иной. За тобой не успеваешь угнаться, - я сглатываю комок, - мне не понятен ход твоих мыслей. Ты сначала запугиваешь, а теперь мажешь мои синяки, словно ни чего и не было, - он заматывает мои ребка бинтом, не смотря на меня, вновь продолжаю, - чего ты хочешь? Чего ты добиваешься?

- Я хочу тебя и добиваюсь, того что бы ты не хотела меня! – рявкает он, но не смотрит на меня, - я уже столько раз говорил, что я очень плохой человек, что ты и представить не можешь на сколько. Я ни не могу заставить себя, тебя не хотеть, но могу заставить тебя не хотеть меня! – он тяжело вздыхает и заканчивает свою скорую помощь.

Смотрю на него ошалевшими глазами, словно это сказал не он. Он хочет меня? Но не хочет, что бы я его хотела? Он издевается надо мной, только из-за того, что бы мне его не хотеть, как это глупо и в тоже время умно.

Я совсем не из тех девушек, которые вешаются на парня, из-за его сексуальной внешности. Да, Карл очень красив, но это только внешняя красота, а как человека я его совсем не знаю. Богат, но деньги это тоже не все. В первую очередь для меня он подонок, подонок который хорош собой и уверен в себе. О таком самце, как он мечтают многие. С таким можно чувствовать себя на высоте, но под такого надо уметь и прогибаться, что совсем не желаю я.   Уступать такой индивидуум не умеет, как и не умеет проигрывать, а если и проигрывает, что довольно редко, то беги от него, как можно дальше, не жалея сил. Но в этом ублюдке, было что-то особенное, из-за чего у меня порой останавливалось дыхание. Я могла простить ему все, издевательство, упрек и слезы.

Я ведь даже и заметить не хотела, как на него сморят девушки из нашего класса, а если уж они смотрят на него, как на Зевса, то и другие точно такие же. Что же такого в тебе, сладкий ублюдок, что мне с тобой хорошо, спокойно, не смотря на все что ты делаешь со мной?

- Ты ведь совсем меня не знаешь, - бормочу я, - как же тогда…

- Я не знаю Кейт, не знаю. Мне очень тяжело находится рядом с тобой, да же сейчас. А сейчас, честно говоря, еще тяжелее. Если бы ты не говорила, только не домой, только не к отцу, ты бы сейчас спала в своей кровати, и мне было бы гораздо проще. Но сейчас ты здесь, и я ели сдерживаюсь, что бы не набросится на тебя. – Карл резко встает и начинает ходить по комнате, назад-вперед, - я ни когда не трахал, девушку младше 18 лет, это не для меня. Ты как сладкий плод, который я хочу вкусить, но не могу.

Я слушаю его и не могу поверить своим глазам. Для меня это шок и полная неожиданность. Он разворачивается в мою сторону и наши взгляды танцуют жаркое танго. Резко разворачивается и делает шаг за дверь.

- Ты уходишь? – шепчу я, едва слышно. Так не хочется, что бы он покидал меня, так не хочется, чувствовать себя одной. Я смотрела на него и молила что бы он не уходил, но он этого не видел.

- Да, не могу находиться рядом с тобой. Это не выносимо для меня Кейт, - шепчет он и уходит.

Я ему нравлюсь? Или он просто хочет меня трахнуть? Если бы мне было 18 лет, то все было бы проще или сложнее? Я ложусь на подушку и проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь я ближе к вечеру. Голова перестала болеть, и я, наконец, спокойно встаю с кровати и решаю посмотреть все убранство его квартиры, заодно узнать, что он делает. Я вспоминаю, сон, где наши губы сплетаются в страсти, а после этого он уходит, а я остаюсь одна.

Я выхожу из комнаты в длинный коридор с красными коврами на полу. На стенах висят разные картины. Свет слегка приглушен, из далека, играет музыка. Я иду по этим коврам босыми ногами, и переступая очередной порог, оказываюсь в огромной, светлой комнате. Белый мраморный пол, колонны, большая люстра, освещает все помещение. Так же я замечаю круглую лестницу, которая ведет на второй этаж.

Пять белых кожаных диванов, стоят буквой П. Посередине стоит кофейный стол. Большие окна прикрывает, темная тюль. В далеки видна кухня, изящная, красивая со множеством приборов - о такой мечтает наверно любая хозяйка, которая любит готовить. На стенах я вижу картины  Рене Магритта, и Карола Бака. Их картины давали, какую то загадочность и легкость этой комнате. Так же стояло фортепьяно из темного дерева. На подоконниках красовалось разнообразие цветов.

- Ты проснулась. – громко сказал Карл, смотря на меня с верху в низ, - может, хочешь поесть? Я посмотрю что есть, - он спускался по лестнице, как Бог спускался с неба.

Сейчас он был одет в потертые джинсы, оголённый торс заставил меня покраснеть и опустить глаза. Конечно, я очень хотела посмотреть и даже дотронутся до него, но он четко показал границы и расставил точки. Он прошел мимо в сторону кухни, и что-то вытащил из холодильника. Через пару минут, он нажал пару кнопок на микроволновке и развернулся, смотря на меня.

- Как тебе мой дом? – он произнес это словно ожидая авиации и салют.

- Ты любишь, когда тебя хвалят? Бросают комплименты? Падают у твоих ног? – высказала я недовольным голосом.

- Нет, почему же, я довольно уверен и в себе и том, что меня окружает, - он подошел ко мне в платную, что я снова почувствовала этот запах парфюма, от чего хотела наброситься на него и рассыпаться в нем. Но нельзя, не сейчас,- ты выглядишь уже получше и это хорошо.

- Мне надо ехать домой Карл, - прошептала я и опустила взгляд на свои ноги.

- Нет! – прорычал он, - извини меня, но я не отпущу тебя сейчас домой! Я хочу сначала услышать, почему у тебя такие отношения с отцом, - прозвучал сигнал микроволновки, - вы любите спагетти, надеюсь? – он протянул мне руку, и я  неловко взяла, в тот же момент, краснея и рассыпаясь.

 Мы сидели наверно добрых три часа и разговаривали. Я рассказала о том, что произошло, как это потрясло отца. Рассказала, что мои внутренний мир рухнул, но не могла расслабиться и ныть в подушку. Он же рассказал, мне о своем детстве.

- Я очень сильно избалован своим отцом и матерью. Они приносили мне все на тарелочке, оставалось только проглотить и не испачкаться. Няня, личный водитель. Самая лучшая техника, игрушки, одежда, дом, квартира, - он вздохнул, - однажды я не выдержал, когда отец подослал мне проститутку, для того что бы научить меня трахаться. После этого я отказался, от какой либо помощи, но при этом оставил три квартиры, четыре машины, деньги на своем счету. Отказался от няни, водителя, - он улыбнулся и продолжил, - пошел в школу своего дяди Брена Смита, решив, что хочу пожить, как обычный парень…

- Обычный парень, имея три квартиры и четыре машины? Ты жил так всю свою жизнь и так просто стать обычным, - я рассмеялась, как сумасшедшая, - ну ты и смешной. Я так не смеялась давно.

- Вот что ты ржёшь, как дура? – с улыбкой спросил Карл – я серьезно, ну как можно подослать проститутку, для того, что бы она тебя научила трахаться? Я этого просто не понимаю.

- Ты спишь только с женщинами старше тебя, но почему? Из-за опыта?

Карл резко встал, собрал тарелки и пошел к мойке. Включил воду и стал мылить посуду, не спеша, словно это давало ему время обдумать ответ на вопрос. Когда он сложил посуду по местам, сел обратно за стол и сложил руки, на уровне глаз.

- Я не знаю Кейт, как ответить на твой вопрос. Может потому что так складывалось, а может, потому что выбирал сам более зрелых женщин. Это прозвучит грубо и не понятно для тебя, но я люблю, что бы в отношениях мне все принадлежало. - он закрыл глаза, словно пытался что-то вспомнить. – Кейт я полноценный мерзавец, который любит управлять всем, что имеет. А имея женщину, я имею ее не только в плане секса.

- Что ты имеешь в виду иметь все? – сглатывая комок, шепчу я.

- Что женщина должна принадлежать мне не только телом, но и душой. Это будет звучать не мыслимо, но она должна, - он тяжело вздыхает, - принадлежать мне. Она обязана, продолжая, обязана делать, то что я ей скажу, а точнее прикажу.

- И ты видишь меня в этом числе, но этого не хочешь. Я правильно говорю? – я шепчу от страха.

Он кивает головой. Я теперь осознаю, что он имел в виду, когда сказал, что он хуже, чем я думаю. Это не хуже, это просто не нормально. Неужели все отношения, которые у него были, женщины разрешали ему владеть ими? От этой мысли, по моему телу пробегает холод. Я смотрю на него с непониманием, с отвержением и отвращением. Хочу задать вопрос, но мнусь, боясь услышать еще более страшные вещи.

- Карл, и что же ты, - начинаю, я неловко. Ищу подходящие слова, - делал с ними, такого?

- Все что хотел Кейт, все. Ты да же и представить не можешь. Но это было только забавой, как для меня, так и для них. У меня есть черта, которую не могу перейти. Я давал им все что считал мог дать, и они давали мне все, что я требовал. Извини, нам пора ложится. Иди в комнату и ложись, завтра я отвезу тебя домой.

Спать? Сейчас, после всего, что я услышала? Ему 17 лет, а он психически уже неуравновешен. Все его пассии, были не более чем игрушкой, а когда ему надоедало с ними возится, он выбрасывал их. Эти мысли приводили меня в шок, и я даже не знала, усну ли я, когда рядом находится сумасшедший. С другой стороны я теперь прекрасно понимала, почему он выбирал женщин взрослее. Провернули бы со мной такое, и я бы наверное бы… Боже!

Полночи я не могла сомкнуть глаз, примеряя и вертя, все его слова. Пытаясь найти хоть, какой-то выход из этого дерьма. Но он не был таким психом, как он считал себя. Да может он любил владеть всем, но так же он был очень нежен и заботлив. Но он хочет меня, и это не давало мне покоя. Он бедный парень, который потерялся в темной стороне.

Очень хочется пить, поэтому я слезаю с кровати и иду в кухню. Я опять не высплюсь, а завтра на учебу. Как отсидеть целый день возле него, после всего, что я услышала,  не имела ни малейшего представления.

- Ты чего не спишь? – я вздрагиваю от неожиданности, когда его руки касаются моей талии.

- Я не могу уснуть, после нашего разговора, - я поворачиваюсь к нему лицом. Он все в тех же штанах, а на лице явная усталость, - не мог бы ты дать мне молока?

Он долго и пристально смотрит на меня, а потом отпускает и идет к холодильнику. Его шикарное тело так и манит меня к нему, а голос ласкает и бьет мою плоть. Протягивает мне стакан прохладного молока.

- Кейт, а если бы я, предложил отношения, с такими условиями, ты бы согласилась?

От услышанного я давлюсь молоком, что оно течет по моей шеи. Смотрю на него и хлопаю глазами, как сумасшедшая. В низу живота что-то екнуло, а щеки покраснели. Вот чего-чего, а этого я уж точно не ожидала.

- Я даже не знаю, - сажусь на один из пяти диванов, - принадлежать кому либо, кроме себя, это как то и звучит дико. Это совсем не те отношения, которые я рисую у себя в голове, - он садится рядом и берет мою руку, словно умоляя быть его.

Мы долгое время сидим молча. Мои мысли о том, можно ли жить так, как он хочет. Не иметь голоса, продать душу дьяволу. Не иметь ни чего и в тоже иметь все. Если не согласится, то забыть о слове «НАДО» и «ХОЧУ».

- Ты считаешь, если ты будешь со мной, я подавлю тебя своей властью, но я не этого хочу. Я хочу владеть тобой, но не хочу превращать тебя в марионетку. Я конечная гнида, но все же человек…

- Я могла бы попробовать. Но не требуй от меня не возможного.

За все, что я услышала за сегодня, я увидела его совсем с иной стороны. Я и сама не хочу, что бы он кому либо достался. Мне нравились его заскоки, грубость и в тоже время нежность. Я уже сказала, да, и не знала, что за этим словом скрывается. Темная сторона в ад, или светлая в рай. Но сейчас мне хотелось постараться вывернуть, все в свою сторону.