Проблемы. 25 часть.
Утро. К аэропорту на скоростях подъезжает автомобиль. За рублем восседает сам Влад Череватый, а рядом, на пассажирском сидении, разместилась Адель. Да, он, как и пообещал, подвез Горскую к аэропорту за ее гостеприимность и доброжелательность. Пожелал ей честной удачи перед тем, как она выйдет из машины, а он направится обратно в свой тесный номер в отеле в центре города. Либо покатается по не более широкой Москве и соберет всевозможные пробки. Он еще пока не решил.
За приезжими внимательно следили остальные двое экстрасенсов — Олег и Соня. Эх, видели бы они тогда свои лица. А тем более Шепс, который уже неделю бросался советами в Череватого, чтобы тот не горевал от их ссор с Аделиной. А Соня просто всегда рада за ясновидящую. Почти единственная, с кем Адель еще не вступала в неразбериху. Они сразу же нашли общий язык и еще не успели покусаться за полтора месяца съемок.
— Всем привет,— улыбчиво и бодро поздоровалась Дель, катя чемодан по асфальту. Колесики издавали противный, но атмосферный звук путешествия. В этот раз она взяла все принадлежности для своих обрядов — в прошлый раз ей их ой как не хватило.
— Здравствуй,— первой поздоровалась Соня, но промолчала насчет увиденного. По лицу Горской и так понятно, что все у них с Череватым хорошо. Лишние вопросы не имеют смысла. Но вот Олег решил совершенно наоборот. Не может он промолчать и не поинтересоваться напрямую.
— Привет,— слегка приобнял одной рукой, заметно сияя от счастья, словно перед ним сейчас столь желанная, утягивающая в царствие Морфея мягкая кровать, а не девушка, по которой страдает его друг.— Вижу, у вас с Владом всё наладилось?
— Слушай, а ты внимательный,— подмигнула черноволосая, но, кажется, ребята восприняли данный жест немного не в ту сторону.— Во-первых, это не то, о чем вы подумали! Во-вторых, получилось так совершенно случайно!
— Хорошо, тогда расскажи нам все честно и детально. Чтобы мы подумали о том, о чем надо.
— Долго,— легко отмахнулась Адель, мол: «смотрите, до регистрации всего час, опаздываем!», однако эзотерики оказались хитрее.
— Мы никуда не торопимся. Еще час ожидания и четыре часа полета, поэтому репетируй — мы готовы к пьесе,— Егорова тоже не отстала.
***
Девушка летит. Вокруг темно, летит бесконечно. Падает, но не касается пола, не чувствует притяжения и не может ухватиться, чтобы прервать этот бесконечный поток. Волосы то надоедливо укрывают ей лицо, попадая в рот, то вновь утягивают вниз. Она громко кричит, просит помощи, но ее никто не слышит. Это конец света? Земля взорвалась? Лампочка под названием «солнце» потухла навсегда и бесследно? Послышался голос. Тихий такой, но громче шепота. Низкий, словно сам Боженька с ней беседует. Но нет, это точно не он. Голос она почти узнаёт, но ведь никогда не слышала тона Бога, откуда ей тогда знать, как он говорит?
— Пыталась убежать от меня? Ха-ха... Пыталась скрыться, да? Запомни одно: у тебя ничего не выйдет,— все твердил этот неизвестно-знакомый голос, снова повторяя одну и ту же уже заезженную фразу,— ты будешь моей...
Адель резко просыпается и отлипает от спинки кресла самолета. Вцепляется в ручку сидения и судорожно дышит, пытаясь прийти в себя. Ремень перетягивает живот и не дает завалиться дальше. Все закончилось также быстро и неожиданно, как и началось.
— Адель? Адель, все хорошо?— забеспокоился рядом сидящий Олег, который сам вырвался из дрема из-за подскочившей на месте Горской. Повезло, что рядом с Аделью сидела не старая бабушка, а то пришлось бы и ее откачивать от резких движений дамы. Ясновидящая ни в какую не отзывалась, а только крутила головой, пытаясь сосредоточиться на ходящих туда-сюда стюардесс. Парень затряс ее за плечо и взглянул в глубокие голубые глаза.
— Д-да.. Все хорошо. Не беспокойся, просто сон страшный приснился. У меня такое часто бывает, я начинаю привыкать,— поспешила успокоить коллегу, хоть сама и понимала, что нифига блин не привыкает к подобным снам. И не хочет! Что каждый раз пытается донести этот голос? Чьей «моей» она там станет? Да пока сама не захочет — ни чьей она не станет! Дель гордо решила именно так.
За весь остальной полет она ни разу глаза не сомкнула. Может на нее так низкое атмосферное давление действует? Или стресс перед испытанием? Да и не убегает она ни от кого, только наоборот, бежит и бежит навстречу приключениям! Вот вчера, например, кто просил на кладбище это идти? Череватый и подавно ни о чем бы не догадался! Но ей, почему-то, после разговоров с ним по душам стало даже легче. Как будто с плеч сняли тяжелый груз, а после еще и укутали в теплый махровый плед, прижали к горячему телу и погладили по спине. Однако он максимум одарил ее теплой улыбкой. А греет она лучше всяких печей и батарей.
Спустя четыре часа самолет приземлился в столице Сибири — городе Новосибирск. Девушка никогда не была тут, но всегда слышала, что самые дикие и содрогающие кости морозы именно в этом городе. А воздух там особенный — дорога пролегала через трассу, окруженную соснами и елями. Лесной аромат проникал в машину сквозь сантиметры металла, наполняя салон тонким новогодним благоуханием. Новосибирск был создан, чтобы праздновать в нем зимой Новый год, а летом сутки напролет гулять по набережной и купаться в большой Оби.
Но сколько бы ты не любовался зимней столицей холодных населений, пришлось зацикливаться на работе.
Перед заездом в отель снова договорились об очереди, кто в каком порядке пойдет на испытание. Олег решил уступить дамам почетные места после заката и решился пойти первым — ему, на самом-то деле, без разницы: хоть первым, хоть последним. Он в своих силах нисколько не сомневается. Соне захотелось испытать удачу и отправиться на дело второй — как говорится: кто второй, тот золотой. Ну и Аделине ничего не оставалось, как пойти самой последней. Остаться единственным шансом на спасение человечества.
Олег и Соня проходили испытание достаточно долго. Адель даже испугалась, что же там такое может быть? Неужели даже силы экстрасенсов не помогут решить столь трудную задачу? Не на геометрию пришли, вроде бы. И доказывать никому ничего не надо. Но когда минивэн приехал за последним эзотериком, руки затряслись сильнее, а сердце почуяло неладное. Точнее сказать — оно не почувствовало, совершенно ничего. Не было ни единого видения об испытании, никаких догадок в голове у девушки — пустота и темнота. Ей как будто по щелчку пальцев отключили все верные мысли насчет работы, духи больше не беспокоили, еще и сон этот вредный появился! Либо кто-то колдует, либо все двадцать пять лет Адель просто сходила с ума, видела вокруг себя неживые души, разговаривала с животными как инвалидка, а сейчас пришла в норму. Может... призыв поможет? Попробует на месте.
По дороге отвлеклась на удивительный пейзаж. Шел мелкий снег, по обочинам все завалило сладкой холодной ватой, одинокий старый мужчина шел по тропинке и выгуливал маленького щеночка. Собачка подгоняла хозяина, при этом не натягивая поводок во всю мощь. Тускло горели фонари у дороги, некоторые и вовсе перестали работать из-за редкой их замены, но вокруг все равно было ярко. Снег создавал искусственное сияние повсюду, словно глиттер рассыпали на землю. Красота да и только.. Даже не успела девушка заметить, как водитель остановился у старого многоэтажного здания. Штукатурка уже почти облезла — видимо никому не было дела до подъезда и его реставрации, а в некоторых окнах уже не горел свет. Правда народ все еще толпился у бордюра, слава богу, не мешая автомобилям проезжать.
Как бы Аделину не отвлекали крики и возгласы фанатов, она все равно всегда безумно рада, что у нее есть настоящие поклонники, который смогут постоять за ее честь хотя бы на просторах интернета. Сейчас это было как никак очень нужно.
В квартире с нетерпением ждали последнего экстрасенса. Встретили радушно, словно собрались здесь только ради работы Горской. Жители показались ей добрыми и отзывчивыми, однако страх в их глазах спрятать под восторгом не удалось. Тут даже неэкстрасенсу будет видно, что они боятся. А чего — сами не знают, вот и решили попросить помощи у профессионала.
Ведущим в этот раз оказался Андрей Кислицин. С ним Дель еще ни разу не пересекалась на пройденных испытаниях, поэтому новый опыт, новые знакомства.
— Здравствуй, Адель. Меня зовут Андрей Кислицин. Мы с вами еще не работали, но я прекрасно наслышан о вас, ваших особенностях и эзотерических способностях,— он протянул руку и доверчиво улыбнулся. Страха не нагонял — уже хорошо. Вызывал чувство доверия, не переходил границы, значит знакомство удалось на славу.
— Здравствуйте, Андрей. Да, я тоже очень много раз про вас слышала, но мне никак не удавалось попасть с вами на съемку. Рада знакомству,— черноволосая пожала руку в честь воссоединения.
— Как вы уже поняли — позвали вас не просто так. Ваша задача проста: узнать, что же не дает жителям данных апартаментов в них спокойно находиться и как им избавиться от проблемы. Может у вас уже есть какие-нибудь догадки?
Но у Аделины не было никак догадок. Абсолютно. Она видела перед собой этих людей, понимала, что в их жизни творится что-то неладно, что не дает им спать по ночам и спокойно проводить свои будни в тесной квартире. Но ничего более. Это нисколько не было на нее похоже. Из нее словно высосали силы и вкачали вместо них волнение и безнадежность. Ладно, паниковать не стоит. Девушка решает провести ритуал, ибо испытание может затянуться на долгие часы, а люди и так уже устали слушать всякие бредни от экстрасенсов. Никак больше она это назвать не может, иногда даже сама в собственные видения не верит.
Горская села на холодный пол и разложила все принадлежности для призыва. Данный способ она не использовала уже давно, в последний раз он помог ей пройти испытание в двадцатом сезоне «Битвы экстрасенсов», но после он больше никогда не пригодился. Видимо сейчас — самое время.
Достала из сумки засохшее растение, свечу и могильную землю. Все заинтересованно переглянулись, но ничего против говорить не стали. Не в их это компетенции перечить профессионалу, когда пришли помогать. Она попросила небольшое блюдечко для свечи, чтобы не замарать жителям пол. Такой опыт у нее тоже имелся — отмывать линолеум от воска не самая лучшая релаксация. Поставила толстую свечку на блюдце, вокруг восковой формы рассыпала землю с погоста, легким движением спички зажгла фитиль и стала водить засохшим сорняком против часовой стрелки над огнем. Цветок постепенно сгорал и крошился, превращаясь в пепел, а Дель тихонько приговаривала:
— В тишине между мыслями, в промежутке между вдохом и выдохом, рождается истинное знание. Что не боле на долю, что не мене на кровлю. Помоги, провожатый, наведи на путь первостатейный, да открой мои очи на трепещущий огонь. Давай, расскажи, что не так с этим домом? Ежели обидели они кого, что по заслугам получают? Чего боятся, ответь мне, не скверни. Давай же, не молчи...— ясновидящая всеми силами пыталась призвать дух, что поможет ей разгадать загадки этого странного дела, пыталась ухватиться за любой трескающийся звук, но вокруг лишь проживающая барабанные перепонки тишина. Ритуал не работал, руки потряхивало от понимания, что проигрыш неминуем. Девушку окружили люди с испытания и все тот же Андрей Кислицин. Все, и никого более. Тот, кто должен был появиться — хотя бы маленький дух, никак не хотел показываться. Как бы не хотелось ей признавать, но, кажется, испытание провалено. Ритуал не сработал. Она не знала, что делать.