Будешь моей...

31 января
Всю неделю Влад и Адель не общались. Как дети — честное слово! Ни поговорить, ни встретиться, ни нормально все обсудить они не смогли. Вроде бы все идет хорошо, взаимоотношения потихоньку налаживаются, все идет к самому интересному... и вдруг связь снова обрывается! Обиды, расхождение мнений, злоба. И никуда ведь от них не денешься! А оба гордые.

Так вот, именно в день съемок, Адель решила засунуть эту свою гордость куда поглубже.
Во время оценивания экстрасенсов поставила ему «девятку», так как ей не хватило фактов про убийцу. Испытание было тяжелым, много загадок, не имеющих разгадок и по сей день, но самое важное Череватый, к сожалению, не смог увидеть. Поэтому и отхватил не высший балл, однако люди с испытания все равно выбрали парня.

После полутора часовых кривляний перед камерами, разборок и дискуссий, Адель подошла к Владу. Решила проявить инициативу, так сказать. Собиралась попросить прощение, хотя при этом считала, что ни в чем не виновата перед чернокнижником, но дружбу сдержать ей хотелось больше. Влад дорог ей, очень дорог.

— Влад, постой,— Дель словила его уже практически у входа. Он сегодня был особенно не в настроении. Сухо отреагировал на оценку, лишь качнув головой, не пререкался, как это обычно бывает, с несогласными с ним людьми. Совершенно не тот Череватый, которого все привыкли видеть. Он даже обижался не по-свойски.

— Что?— устало произнес он, поворачиваясь в сторону Горской. Девушка по одному взгляду поняла, что не состоится их разговор. Но попробовать, все таки, решила.

— Я поговорить с тобой хотела,— и снова эти разговоры. Когда уже к действиям переходить будут, непонятно. Давно пора понять, что словесные разборки не заканчиваются ничем хорошим. В их случае — особенно.

— Поболтать захотелось? С Красновым своим разговаривай. Он же тебе теперь ближе,— Влад скрывал все свои чувства под маской безразличия и самоуверенности. Улыбался Горской, но не дружески.

— Череватый, ты в своем уме? Тебя какой бес попутал?— Адель явно не ожидала такой реакции. Ожидала крика, где Владислав будет мысленно казнить Краснова. Ожидала даже даже срыва со стороны эзотерика, но точно не преспокойного лица парня.

— А что не так? Сама променяла меня,— где-то в глубине души Влад жалел о сказанных словах, прекрасно понимал, что не правильно поступает по отношению к девушке и никакого права не имеет считать её своей собственностью. Но чувства берут выше. Гордость на дает принять свои ошибки.

— Да пошел ты, Череватый, вместе с Красновым! Все вы, мужики, одинаковые. Думала хоть ты уважение проявишь. Ну, как же, эгоизм превыше всего!— Адель всплеснула руками, задевая кончиками пальцев Влада. Он не шугнулся, не сдвинулся, а только прикрыл глаза, обрывисто дыша. Снова конфликт на ровном месте! Стало все равно даже на присутствие остальных в замке.

Адель поняла, что слезы начинают давать о себе знать, поэтому, чтобы не расплакаться прямо перед чернокнижником, не взглянув на него, обошла стороной, выходя на улицу. Не стала даже за вещами своими заходить — всё осталось в гримерке. Не обратила внимание на то, что на улице господствовала матушка Зима с преимущественно отрицательной температурой — минус пять градусов. Продрогла до костей сразу же, но характер показать-то хотелось. Главное, что телефон был под рукой — вызвала такси, которое, благо, находилось совсем близко к готическому залу.

Влад же наблюдал за ней сквозь маленькую, оставшуюся после открытия щелку в двери. Не сорвался с места, чтобы укрыть девушку от холода, не побежал за ней, чтобы продолжить разговор и услышать обоснование на наезд. Хотя парню и самому стоило бы пораздумывать насчет сказанных им слов. На эмоциях чего только не выдашь. Просто предугадывал её дальнейшие действия. Думал, что вот-вот она одумается, вернется, тепло оденется, заберет вещи и отправится домой. Пусть и ненавидя его, но в целости и сохранности.

Однако девушка следовала своему стойкому характеру и даже холод не сломил её самооценку. Она стояла до последнего, пока таксист не приехал к воротам здания. Она мимолетно оглянулась и заметила прикованный к её персоне взгляд. От этого только эффектнее махнула волосами и побрела к автомобилю. Все её вещи остались в готическом зале.

Влад уже хотел рвануть к собственной машине, чтобы проследить за таксистом, поймать Адель, обо всем спокойно поговорить, но не тут-то было. По всей каноничной иронии его отвлек Олег, которому срочно понадобилась помощь Череватого. Сука, Шепс, как ты не вовремя! Медиум попросил друга, чтобы тот довез его до дома. Влад отказать не смог.

***

Клуб — гиблое место клубящегося дыма и дурманящего алкоголя, куда люди приходят выпить, потанцевать, потереться потными от частых движений телами, потрясти своими достоинствами, а кто-то еще и найти партнера на вечер собирается. Адель приехала в клуб, чтобы просто расслабиться. Выкинуть из головы Череватого, Краснова... Да вообще всех! Нужно отдохнуть от постоянного круговорота взаимоотношений и конфликтов. Пустить все на самотек. Как говорится — время все распределит по своим местам.

Адель очень редко, когда ходит по клубам. Однажды ходила со старыми друзьями и бывшим молодым человеком, но сразу же пожалела о находке подобного места. Атмосфера оттолкнула её моментально. Неконтролируемая близость на танцполе, приставания, опасные ситуации вроде отравленных напитков, полный разврат.
Пообещала себе, что больше никогда в своей жизни не посетит ни один клуб. Но сегодня просто не могла отказаться от подобной авантюры.

Алкоголь показался значительно вкуснее, музыка — танцевальнее, а бармен так вообще — приятнейший и идеально подходящий для разговора человек.

— И вот представляете?.. Он мне говорит: «Иди со своим тем самым и разговаривай, ты променяла меня». Я ваще в шоке была! Нет, ну вы просто вдумайтесь... А потом.. А я ему... А я ему сказала, что он такой же, как и все мужики, то есть без-мозг-лы-е! И убежала! Без вещей, без куртки! А он даже не пошел за мной, козел!— в Аделине было уже около трех стопок коньяка. Она никогда не ожидала от себя такого — напиться в хлам! Это где вообще такое видано, чтобы такая приличная девушка, топящая за здоровый образ жизни, влила в себя больше ста миллилитров спиртного?
Бармен протирал стаканы, внимательно слушая ясновидящую, не разу не перебив. Только иногда вставлял слова соглашения с её позицией. Парень точно был на опыте.

— А я ведь его люблю, понимаете? На все готова ради него — хоть весь мир возненавидеть, от сил своих отказаться..! Только бы он был со мной... Ваще без него не могу, и минуты даже! Вот чего меня так тянет на этих придурков, а?— Горская мычала слова, иногда и сама не понимая, что имеет ввиду. Ждала взаимность в разговоре от бармена, но тот лишь пожал плечами в знак того, что не знает что ответить. Вопрос правда тяжелый, раз уж сама хозяйка собственного разума не знает на него ответ.— Эх... как я за ним скучаю, безумно просто! Может позвонить ему...? Ах, да, точно! Нужно позвонить! Он, наверное, ждет от меня звонка!

***

Влад располагался в своей новой съемочной квартире. Была небольшой, однокомнатной, так как в колоссальных размерах не нуждался. Туалет, ванная, кухня, небольшая лоджия, красивый вид из окна — и душа спокойна. Но все равно, ему было очень одиноко. Даже когда он какое-то время жил в номере отеля, было не так эмоционально пусто, нежели сейчас, когда он и с Аделиной поссорился, еще и себя за свои же слова винит. Такое вообще редко случается, когда совесть начинает на полную проявлять себя. Обычно Череватый никогда не жалеет о сказанном, а поговорка: «Слово не воробей, вылетит — не поймаешь» точно не про него. Никогда не кидал слова на ветер, а если и кидал, то бросал, то нисколько не сомневался в правдивости своих слов, не переживал о последствиях. Сейчас же ему оставалось надеяться, чтобы Адель была дома или, хотя бы, у какой-нибудь подруги, но только не на улице, без теплой одежды и личных вещей.

«А вдруг она дома у Краснова?...»

Эта мысль неожиданна пробежала в голове у Влада. Чем они могли бы там заниматься? Наедине, вдвоем, в четырех стенах... Чернокнижник даже думать об этом не хотел. Отрицал все неблагополучные для себя варианты событий.

«Господи, зачем я отпустил её?»

Кареглазый уже лежал в постели и пытался уснуть, но глаза, как назло, закрываться не хотели. Он не опять, а снова думал. Переживал. Даже где-то в его голове Толик начинал паниковать, когда видел хозяина таким взволнованным. Он вновь и вновь проверял телефон на наличие сообщения от девушки, которое будет гласить, что с ней все хорошо, все в порядке, но надежды оправдываться не хотели.

Только у Влада получилось провалится в легкий дрем, как телефон на тумбочке, стоящей рядом с кроватью, завибрировал и заиграл раздражающую мелодию. Череватый тут же подскочил и взял трубку, не удостоверившись, кто мог ему позвонить в такое время. Он чувствовал, что кто-то очень для него важный.

— Владик,— раздался медленный женский голос. На фоне играла режущая уши громкая музыка, слышны были разговоры, суть которых разобрать не получалось, но это и не важно. Для Влада было главным — расслышать собеседницу в динамике,— родной.

— Адель, что случилось? Ты где?— пульс участился. Влад грыз внутреннюю сторону щеки, прокусывая ее чуть ли не до крови. Он не понимал, что происходит по ту сторону телефона. Голос Горской показался ему максимально непривычным.

— Я в клубе, забери меня, пожалуйста,— теперь-то стало ясно. Девушка напилась до стекольных глаз и неразборчивой речи, её срочно нужно было вызволять из алкогольного занавеса. В голове ясновидящей можно было разобрать не просто мольбу о помощи, а самые настоящие нежность и нуждаемость. Даже сквозь шакальный звук.

— Что за клуб, где он находится?

— Gazgolder Club & Tea Room. Нижний Сусальный переулок,— до этого места Владу ехать минут пятнадцать, не больше. Также предстояло собраться, однако Череватый не думал уделять этому особое внимание. Всего лишь-то съездить за подругой. Она, возможно, этого «приключения» и не вспомнит.

— Хорошо. Никуда не уходи, скоро буду.

В ответ послышалось смешливое: «Хорошо» и чернокнижник соскочил с кровати. Быстро натянул первые попавшиеся джинсы, кофту и носки. В коридоре обул совсем не зимние кроссовки, не обращая внимание на гололед и ночной зимний холод, накинул куртку и выскочил в подъезд, поспешно закрывая квартиру.
Когда выбежал на улицу, чуть не поскользнулся возле машины, но, к счастью, смог удержаться. Скорее всего, сзади его поддерживает Толик, так как сам не меньше волнуется за возлюбленную его Влада.
В итоге, даже не стал ждать, пока согреется машина. Постоянно проверял время на телефоне, сжимал руль и стучал по нему длинными пальцами, разогревая обстановку. В тишине ему становилось тошно и волнительно, поэтому включил радио. Музыка не из лучших, но уже не так тоскливо. Небрежно вырулил со двора и помчался за дамой, которой так много хочет сказать...

***

Добрался даже быстрее, чем планировал. Свободные места на парковке имелись — прямо везет сегодня Череватому после тяжелого дня. Сейчас одну пьяную пассию до дома довезет, так вообще со спокойной душой спать без задних ног ляжет.
Резко вышел из машины и уверенным шагом пошел в клуб. Замечал странные взгляды в свою сторону — видимо его узнали. Но он даже не поворачивался — шел к своей пьяной цели.
В помещении оказалось слишком жарко, однако на раздевание времени не было. Шестое чувство подсказало ему, что «проблема» находится где-то рядом с алкоголем, поэтому он сразу же прошел к барной стойке. Там, за длинными столом, на высоком стуле, сидела красивая черноволосая девушка. До ужаса пьяные и сонные глаза, но даже такой она казалась самой прекрасной. Как только её еще не увели отсюда?
Горская сначала совсем не замечала своего спасителя-героя, а потом, когда почувствовала знакомую энергию поблизости, повернула голову и уткнулась взглядом в Череватого. Он не злился, не радовался — просто стоял со спокойным лицом в нескольких метрах от девушки и рассматривал ее с головы до ног, проверяя, все ли в порядке. Облегченно дышал, понимая, что он теперь на все сто процентов уверен о сохранности его Аделины.

— Владик, ты приехал!— радостно воскликнула дама и соскочила со стула. Она крепко прижалась к холодной куртке Владислава и обвила его торс своими руками. Голову разместила у груди, пристраиваясь щекой к прохладной ткани. Череватый обнял её в ответ и погладил по голове, слегка цепляясь за запутанные пряди её волос.

— Дель, поехали домой,— тихо произнес чернокнижник, боясь, что Аделина его не услышит, но та, кажется, только его голос и слышала. Ничего и никого больше вокруг.

— М-м... Может посидим еще, выпьем? Я тебе расскажу кое-какой секретик,— Адель строила эзотерику глазки и пыталась своим жалобным видом уговорить парня остаться еще на чуть-чуть. Но Влад и так чувствовал сильный запах алкоголя, исходящий от девы. Даже не представлял, какое количество спиртного влила в себя Горская. И как бы ему не хотелось узнать секрет, о котором говорила голубоглазая, наотрез решил отказаться, думая, что это всего лишь уловка и не более.

— Нет, Деля. Прощайся и мы уедем,— Влад даже почувствовал себя отцом, в какой-то степени, который не разрешает своему ребенку погулять еще часок на улице. Однако тут ситуация была куда хуже. Девушка расстроилась от услышанной информации, но сопротивляться не стала и просто грустно вздохнула.

— Ладно... Пока, Юрик. Вы были хорошим собеседником...— Адель попрощалась с барменом, который поддерживал её на протяжении всего откровенного вечера. Тот ответил взаимностью и благодарно кивнул Череватому — парень немного отвлекся от своей работы и большую часть времени обслуживал лишь ясновидящую.

Влад встал позади Аделины и положил руки на её плечи, выводя из здания. Толпа собралась огромная, в глаза била светомузыка. Благо, никто не обращал на них внимания. Пара с трудом выбралась с танцпола и вышла на улицу. Влад старался как можно быстрее вести Адель к машине, так как та была без какой-либо накидки или куртки. Он приобнял её сзади, не давая ветру и холоду добраться до её раскрытых частей тел. Поспешно открыл машину, расположил даму на заднем кресле автомобиля, а после сел за руль сам и включил подогрев сидений. Выкрутил регулятор на максимум, чтобы Горская ни в коем случае не заболела. На себя даже как-то все равно стало.

Ничего не говорил, но наблюдал за ней через зеркало заднего вида. Тело её слегка потряхивало, а глаза медленно моргали. Казалось, только в машине станет чуть теплее — она тут же уснет и свернется калачиком, как и в прошлый раз.
Прямо сейчас о случившемся сегодня днем парень говорить не собирался. А толку-то от данного разговора? Адель сейчас совершенно не соображает, что происходит, где она находится, и по какой причине. На утро забудет абсолютно все.

— Где твои ключи от квартиры?— вдруг подал голос Влад, когда выехал со стоянки в сторону дома Горской. Она еще не спала, поэтому было время разобраться, как придется дотаскивать её до апартаментов.

— В сумке... А сумка в готическом зале осталась,— Адель похлопала себя по воображаемым карманам, так как была в длинном черном по колено платье и карманов там совершенно не имела. Влад тут же вспомнил, в каком виде девушка выбежала несколько часов назад из гримерки.

— Ну, заебись,— экстрасенс понимающе покачал головой и вновь глянул в отражение зеркала. Аделина смотрела в одну точку и о чем-то думала. Влад свернул в другую сторону, ориентируясь на знаки и улицы.

— И куда мы тогда поедем?— уже более расстроенно спросила Адель, с надеждой смотря на затылок Влада. Казалась беспомощным маленьким котенком, только что открывшим глазки. Было так жалко ее, что Череватый изменился в голосе.

— Куда-куда, ко мне. Не оставлю же я тебя на улице.

Настало молчание. Чернокнижник уже было подумал, что девушка уснула, но услышал смешливый голос соперницы.

— Влад, а ты правда наехал на меня сегодня, только потому что ревновал?— Адель отстала от спинки сидения и сидела уже ровно, пододвигаясь ближе к парню. В трезвом виде она бы никогда такое не спросила, а под стопками набралась смелости.

— Давай не сейчас,— аккуратно увильнул от вопроса парень и после этих слов он задумался о значении своего завышенного ответа в сторону девушки. А ведь действительно — зачем? Краснов ведь ей просто друг... Фу, от одной подобной мысли выворачивает.

Спустя мгновение Влад почувствовал, что холодные пальцы Горской обвили его шею. Не сжимая, просто опутала в кольцо. Парень сглотнул, широко раскрывая глаза, совершенно не понимая происходящего.

— Слушай, Влад, а я тебе не говорила, что ты очень красивый?— ее голос прозвучал возле уха Череватого, словно шипение змеи. Она что, пыталась затуманить разум экстрасенса?

— Адель...— хрипло сказал парень. Сейчас он не был готов к ролевым играм, особенно являясь потенциальной жертвой. Его, в какой-то момент, даже напугали действия девушки позади. Тело покрылось мурашками.

— Такой милый...— шепот становился все маняще и слаще, а руки постепенно стали переходить к волосам, приятно скользя по коже головы.

— Аделина, прекрати,— уже более приказным тоном шикнул Череватый. Как бы приятно ему не было от нежных прикосновений девушки, позволить ей в нетрезвом виде вскружить ему голову он не мог.

— Такой умный, мужественный, сексуальный,— Влад впервые видел ясновидящую такой откровенной и бесстрашной в смысле интимных фраз, однако отнес это все на ее стекольное состояние.

— Горская!— прикрикнул Владислав и подумал, что этого хватит, чтобы Адель хоть немного, но пришла в себя.

— Не говорила, что люблю тебя?

— Тебе нужно проспаться, успокойся,— Владу до сих пор казалось, что ему все это просто приснилось. Либо девушка жестко над ним подшучивает. Чего только не скажешь на алкогольную голову.

— М-м-м, ты меня шеймишь... Мне такое слово Юрик рассказал,— обиженно произнесла Адель, убрала свои руки с головы Череватого и вновь прильнула к спинке заднего сидения. Ей явно не по душе такой исход событий.

А спустя пару минут парень услышал тихое сопение. Девушка заснула, как и предполагалось.

У Влада в голове играли черти. Слава сатане, Толик еще не твердит ему, что зря он девушку оттолкнул. От одного уха к другому перескакивали слова дамы, вновь напоминая о чувствах к ней. Не понимал, верить в ее фразы, или не стоит слушать пьяный бред.

А перед глазами пелена. Воображает, как бы мог закончиться этот вечер, не остановив он Аделину. Очень неправильно и грязно по отношению к ней.

Решил, что второй вариант к ее словам подходит лучше — пьяный бред. Но покоя ему не давала одна уже заученная пословица.

«Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке».