Глава 8 - «Я осталась. А ты?»
Тишина наступает слишком быстро.
Сначала был огонь. Его руки — в волосах, твои ногти — на его спине, срывающиеся вздохи, поцелуи, как раны. Это не было ласково. Это было правдой. Грубой. Чистой. Такой, как вы оба.
А теперь — утро.
Твой потолок кажется чужим. Простыня скользит по телу, его дыхание где-то позади. Он лежит на спине, смотрит в потолок. Ты чувствуешь: не спит.
Ты не поворачиваешься. Не хочешь быть первой, кто что-то скажет. Ты всегда была той, кто уходит после. Но сейчас... ты осталась.
— Это было безумие, — глухо бросает он.
Ты хмыкаешь:
— Хорошее уточнение: было.
— Думаешь, всё закончилось?
— Думаю, всё началось.
Он поворачивает голову. Смотрит.
— И что теперь?
Ты лежишь на боку, простыня сползает по бедру. Твоя кожа в его следах. Его в твоих. Вы — теперь есть друг в друге, и вы это знаете.
— Я не буду твоей привычкой, — тихо говоришь ты.
— Не будешь.
— И не стану слабой.
— Я бы сбежал, если бы ты стала.
Он подтягивается ближе. Прикасается пальцами к твоей ключице.
Медленно. Будто рисует.
Ты замираешь.
— Я думал, ты сломаешь меня, — шепчет он. — Но ты только научила меня хотеть по-настоящему.
Ты отворачиваешься. Резко.
— Не говори так.
— Почему?
— Потому что это похоже на правду. А я боюсь правды от тебя.
Пауза. Он обнимает тебя сзади.
— А я впервые не хочу врать.
Ты чувствуешь, как его дыхание касается твоей шеи. И тебе не страшно. Но больно. Где-то в самом центре.
— Мы оба сломанные, Винни.
— И что?
— И если я начну любить тебя — я не остановлюсь.
— Хорошо.
— Нет. Это опасно.
— Зато честно.
Он целует тебя в плечо.
— Я остался. Твоя очередь.
Ты разворачиваешься. Лоб к лбу. Ладонь в его волосы. Взгляд — в глаза.
— Я уже здесь, — шепчешь. — Но если ты предашь — я тебя сожгу.
Он усмехается.
— Договорились.
•
Вы лежите в этой тишине. Без масок. Без стен.
Слишком открытые. Слишком нужные.
Вы впервые — не воюете.
Вы просто есть.
И этого пока достаточно.