возбудилась?
Прошёл почти день.
Всё вроде бы шло по накатанному — кофе, обрывки монтажа, тёплая кофта, тишина, которую нарушал только Telegram.
Но у Таи — с самого утра что-то не срасталось.
Сначала завис ноут, потом проект отвалился, потом звук — в ноль.
И к вечеру… она уже понимала: сама не вывезет.
Она набрала сообщение быстро, но сердце колотилось.
Тая:
Илюш, прости, пожалуйста, можно я приеду?
У меня сбой какой-то — не успеваю. Стыдно до жути, правда.
Могу помонтировать у тебя, если это не неудобно.
Ответ пришёл через две минуты:
Exile:
Тая, алё.
Чего стыдиться, ты чё.
Конечно приезжай, я дома.
Готовься к чаю и хую в рифму.
Она выдохнула.
Ну конечно.
Он — как всегда. Мягкий внутри, но скрывает это шутками.
---
Она приехала около 19:30, на улице уже потемнело.
В куртке, шарфе, ботинки — как обычно, но юбка под низом, как обычно… не для него, но всё равно с ощущением «ну а вдруг».
Он встретил у двери, в футболке и спортивных, растрёпанный, но почему-то особенно тёплый.
Не сказал ничего лишнего, просто:
— Сумку сюда кидай,
— А мы ща… прогуляемся немного.
— Я тебе вино не дам, но печеньки — это святое.
— Обязательно?
— Обязательно.
— Я не могу пустить тебя за монтаж без печеньки силы.
Они вышли в магазин, прогулялись вдоль освещённых витрин, в руки попали чипсы, мята, молоко, две пачки орео и невнятная идея «а может, вафли в тостере пожарим».
Он платил, не слушая.
— Я инвестирую в продакшен, не в продукты, — заявил.
Квартира встретила тёплым воздухом.
Он прошёл вперёд, она — за ним.
Всё, как всегда.
Только сегодня — не так, как всегда.
Тая положила флешку рядом с клавиатурой, разложила ноут, уже хотела занять привычное место за компьютером, как вдруг—
— шуршание ткани, хруст колёсиков, и он уже там.
На стуле.
На его рабочем кресле.
На его месте.
— Э-э, — она удивлённо вскинула брови.
— Блядь, — вырвалось у неё.
— Илья! Это моё место!
— Да ты что, — ухмылка в голосе.
— А я тут уже комфортно сижу.
Медленно. Аккуратно. Вся напряжённая.
Он обвёл её руками за талию, усадил плотнее.
Она чувствовала, как его дыхание касается её шеи.
Он наклонился, одной рукой потянул мышку вперёд, второй обвил её за талию.
Пальцы скользнули по её боку, чуть ниже, и остались там, на грани бёдра и беды.
— Смотри, — шепнул.
— Здесь — переход.
— Здесь — тени.
— А вот тут... вот тут надо подчистить.
Он провёл её рукой по тачпаду.
Он двигал её пальцы.
Он направлял.
Он держал.
И всё это — с ним под ней.
— Ты дрожишь, — выдохнул он у самого уха.
— Замёрзла?
— Нет.
— Возбудилась?
Она тихо усмехнулась, чуть запрокинула голову назад.
— Я… работаю.
— Ага.
— И я тебе… помогаю.
Он чуть сжал её талию, а потом — небрежно, почти лукаво — ладонью скользнул по её бедру, обрисовав край юбки.
— Не мешаю?
— Очень.
— Но вкусно.
— Значит, продолжаем.
Он снова повёл её пальцами по экрану.
Сердце в груди било в ритме «не дай себе сойти с ума».
Она не двигалась.
Он — двигал за неё.
— Курсор, — прошептал он.
— Как ты.
— Всё время скачет туда, куда нельзя.
Она повернулась к нему.
Половина лица в тени, другая — в его взгляде.
Так близко.
Так тихо.
Так опасно.
— Может, слезу?
— Нет.
— Я залип.
— На меня?
— На всё.
— На тебя.
— На эту юбку.
— На то, что я до сих пор себя сдерживаю.
Она вздохнула.
Он прижался лбом к её виску.
— Сиди.
— Пожалуйста.
— Ещё немного.
Он ещё пару раз водит её рукой по тачпаду.
Потом откидывается.
Смотрит, как она правит тайминг, а его ладонь всё ещё лежит на её ноге, будто напоминает: ты здесь.
Со мной.
И я не отпущу.
Минут через десять она встала.
Плавно, как будто боялась нарушить невидимую линию.
Он не стал удерживать.
Просто развернулся на стуле, потянулся — и лёг на диван у стены.
Смотрит на неё.
Она косится через плечо:
— Чё?
— Любуюсь, — отвечает он, как бы в шутку.
Но без смеха.
Просто смотрит.
Она садится обратно.
Смотрит в экран.
Но ощущение, что он не перестаёт смотреть на неё — даже когда она отводит глаза.
И она ловит себя на мысли:
«А если бы не встала?..»
---
Время подходило к полуночи. За окнами небо было темным, и огоньки на улице несли своё спокойствие, как ничем не нарушаемое море. В квартире было тепло. Очень тепло. Так тепло, что даже тишина казалась комфортной, как мягкий плед, который обвивает всё вокруг.
Тая уже сидела на стуле перед его компьютером, глаза начали закрываться от усталости, и пальцы стали двигаться не так уверенно, как в начале вечера.
Она поправила волосы и взглянула на часы: 11:45.
Илья уже давно заметил, что она не так часто шевелится, и в какой-то момент, когда тишина стала абсолютной, он встал с дивана, пошарил по комнате, прошло какое-то время, и он снова оказался в её комнате. Прямо у двери.
— Ты как? Всё нормально? — мягко спросил он, приподнимаясь на носочках, чтобы не нарушить её сосредоточенности.
Тая, немного оторвавшись от экрана, кивнула.
— Почти всё, уже… чуть-чуть. — Ответ был невесомым, как самый лёгкий вопрос. Она старалась не отрываться от работы, но усталость всё равно брала своё.
— Ну ты же почти закончила, да? — Он подошёл чуть ближе, заглянул на экран. — Я всё понял.
Она на секунду оторвала взгляд от экрана, и их глаза встретились. Он чуть улыбнулся, но не сказал ничего лишнего, просто стоял, наблюдая за её работой, с лёгким выражением на лице.
— Всё, — тихо сказала она. — Готово.
Он чуть наклонился, чтобы посмотреть на её экран.
— Красавица. — Он улыбнулся, и что-то в его голосе было тёплым, почти интимным. — Ты молодец.
Тая немного покраснела, хотя и пыталась скрыть свою растерянность. Она встала, растянулась, потянулась и, не сдержав зевка, сказала:
— Спасибо, что дал мне это сделать.
Илья положил руки на пояс и покачал головой.
— Всё нормально, ты же… крутая, мне с тобой работать — одно удовольствие.
— Правда, не думал, что мы столько времени вместе проведём. Но как-то всё прошло легко.
Она улыбнулась, зная, что он не просто говорит это, чтобы быть вежливым. С ним действительно было легко общаться.
— Ну всё, пойдём спать, — буднично сказал Илья, лениво потягиваясь.
Будто не было сейчас часу ночи, будто не было этой затянувшейся тишины, в которой Тая закончила работу и сама почти упала лицом в клаву.
Она обернулась от компа, немного сонная.
— Да я домой поеду…
— Серьёзно? — Он посмотрел на неё с полуулыбкой. — Ты реально сейчас хочешь вылезти в ночь, сесть в тачку, ехать через полгорода?..
— Тая, ну не гони.
— Я просто не хочу навязываться, — пробормотала она.
— Как бы… неудобно всё это.
— Мне нормально, — пожал он плечами.
— Если бы было неудобно, я бы сказал.
Пауза.
— У меня, кстати, есть футболка, на тебе будет как платье, — сказал он, уже открывая шкаф.
Она молча наблюдала, как он вытаскивает серую, мягкую, слегка растянутую футболку и бросает её на кровать.
Она пахла им. И домом.
— Ну ты остаёшься или я зря скидываю постель?
Она сдалась. Без слов.
Пошла переодеваться, не глядя на него.
Когда она вышла, он уже лежал, закинув руки за голову.
Одеяло наполовину сбито, волосы чуть растрепаны. В тусклом свете ночника он выглядел почти уязвимым, как будто тоже устал.
Тая прошла к кровати, села на краешек.
Молча.
Слишком молча.
— Удобно? — спросил он, чуть приподнявшись на локтях.
— Ага.
Наступила пауза. Длинная.
И вот в этой тишине она повернулась к нему —
не уверенно, а по-настоящему хрупко.
Голос прозвучал едва слышно:
> — Можно…
— Можно я тебя обниму?
Он не ответил.
Он просто сел.
Прямо.
Медленно.
Посмотрел на неё секунду.
Потом — притянул.
Молча.
Крепко.
Сразу.
Одним движением — прижал к себе, укутал руками, убрал её волосы за ухо, и устроил её так, как будто она должна была быть именно здесь.
Её лоб лёг ему в ключицу.
Она дышала ему в грудь.
Он — в её макушку.
Молча.
Тая не шевелилась.
Он тоже.
— Так лучше, да? — тихо сказал он, почти не шевеля губами.
Она кивнула, не отрываясь.
— Спокойной ночи, — добавил он, проводя рукой по её спине, очень медленно, словно не торопился никуда.
— Я тебя держу.
Она ничего не ответила.
Ей казалось, что весь её мир сейчас — это его тело, его руки, его тепло.
И впервые за долгое время
ей не надо было ничего объяснять.
Просто обнять.
Просто быть рядом.
Просто дышать.