Родная

Утром пришла почта. Письмо от Вовы. Я прыгала от счастья и чуть ли не расцеловала это письмо. Усевшись за стол я распаковала его:
«Родная моя сестренка, я понимаю что вам тяжело без меня, но и здесь далеко не легко. Я очень рад что ты не забываешь про меня и пишешь мне, твои письма греют мне душу. Но я пишу не для этого, меня отправляют в горячую точку, поэтому получать и писать письма я ближайшее время не смогу. Не пиши мне. Ты сильная девочка, ты справишься с любыми трудностями на твоем пути, люблю тебя, поцелуй за меня родителей и Маратика,
твой Вовка.»
Слеза катилась по моей щеке, как это не пиши, какую горячую точку? Успокоившись я вышла к маме.
- Как там Вова? - спросила она, ей тоже было плохо, он был ей как родной и поэтому она очень за него переживала.
- Сказал все хорошо, - соврала я, натягивая улыбку. - Сказал с почтой там проблема, пока писать не сможет больше.
- Слава богу, - сказала мама, - Ну почта это не беда, главное все хорошо.
Мы с мамой еще поболтали и она отправила меня поискать Марата, он зачем то ей очень понадобился.
- Маратка! - крикнула я заходя в качалку, но на удивление никого не обнаружила.
   Из коморки вышел Зима. Вид у него был ужасный: под глазом красовался бордовый синяк, губа и бровь рассечены, по рукам синяки.
- Что с тобой, Вахит? - подбежала я к нему.
- Я не помню... Мы с Кощеем в разъезд за их беспределы ходили... - парень скорчился, пытался вспомнить, - А они нас закрысили со спины..
- А Марат где? - понимая что мне сейчас скажет Вахит спросила я.
- Младший с пацанами пошли стенка на стенку... - я не дослушала, выбежала из качалки по направлению к району разъезда, это было совсем не далеко, главное чтобы с Маратом все было хорошо.
Я не знала где именно должна была быть драка, но от пацанов слышала что такие события обычно происходят в «коробках» где дети играют летом в футбол, а зимой в хоккей или катаются на коньках.
Подбегая к одной такой я услышала крики, мужские и женские, милицейская и медицинская сирены. Страх сковал сердце. Разгоняя толпу зевак я прошмыгнула в коробку, среди десятка мальчиков на асфальте лежал он. Марат.
- НЕТ! - крикнула я в слезах хватаясь за брата.
Я трясла его, пыталась разбудить, обнимала, пока меня не оттащил мент. Я хотела ударить его, снова прижаться к брату, но такие действия имеют последствия.
Мужчина усадил меня на лавку и представился.
- Меня Ильдар Юнусович зовут, а тебя? - пример на корточки спросил мужчина. У него были смешные очки с огромными линзами в которых карикатурно отражалась я.
- Алия, я сестра его. - снова хныкала я. - Он жив?
- Этого я не знаю, - тут же увидев мою реакцию мужчина поправился, - Не переживай, врачи его быстро на ноги поставят.
По взгляду мужчины я поняла, меня хотят допросить на счет группировки. В голове была каша, но когда мужчина отвлекся на какого то его подчиненного, я быстро прошмыгнула в толпу, к медикам.
- Тетенька, я сестра его, я с ним поеду! - сказала я когда медики грузили брата машину.
- Не положено, - ответил вместо тети хмурый дядя-водитель.
- Ну пожалуйста! - я вцепилась в рукав мужчины состроив милую мордашку, через пару минут я уже сидела в машине держа брата за руку.
Несколько часов спустя.
Все время я сидела в палате рядом с Маратом. Он не приходил в себя поэтому врачи забрали его, вроде на операцию. В этот же момент в палату привезли другого парня, Валеру.
Глубокие раны на губе и носу, порядка на пол головы, но в отличие от Марата, парень был в сознании, с ним все было хорошо.
- Ой мелкая и ты тут! - улыбнулся парень и пожалел об этом, губя снова разошлась.
- Не повод для улыбки - мрачно сказала я и взяв вату с тумбы протерла губу парня.
Между нами возникла тишина. Вязкая. Тягучая. Неприятная.
- Прости, как он? - виновато посмотрел на меня парень.
- Без сознания, забрали на операцию, он слишком долго не приходит в себя... - сказала я присев на край койки Турбо.
- Он сильный пацан у тебя, весь в Адидаса старшего, выкарабкается.
Я понимала, что парень хочет меня подбодрить, но злость накатила комом застряв в горле. Перекрыв доступ к кислороду и туманя разум.
- Это вы виноваты, - прохрипела я, слезы непроизвольно лились из моих глаз.
- Что? - переспросил он.
- Вы во всем виноваты! Вова просил не пришиваться, вы знали об этом! НЕ МОГЛИ НЕ ЗНАТЬ! ВЫ УБИВАЕТЕ ЕГО! - голос сорвался на крик я обхватила голову руками.
Истерика поглотила здравый смысл, не давала объяснить ситуацию, колючими цепями сжимала тело.
Но вдруг я почувствовала прикосновение, мягкое и теплое. Валера гладил меня по спине, так же как совсем недавно до отъезда это делал брат, мне хотелось прижаться к кому нибудь, ощутить себя так же как с братьями, но боль, прожигала.
Мне хотелось домой. В наш уютный шумный дом. Где мама включая песни танцевала и пела вместе с нами. Где Вовка кружил меня закинув на плечо и я жутко от этого бесилась. Где Марат крал у меня какие то мелочи, а потом возвращал под видом фокуса. Где папа приходил к ужину, принося нам сладости или другие мелкие, но до жути приятные детям радости.
Слезы усилились, тело стало бить в истерике, Валера присел на кровати и приобнял меня. Его подбородок упирался мне в плечо, а дыхание щекотало кожу.
Так мы сидели добрую половину часа, когда меня отпустило я извинилась, слишком уж постыдным показалось мне мое поведение.
- Не извиняйся, ты наша, универсамовская, мы не извиняемся. - подначивая меня улыбнулся парень.
- Тогда не буду, но Валер, пообещай мне кое что..
Парео поднял бровь ожидая чего я потребую на этот раз.
- Присматривай за Маратом. Я не могу постоянно быть рядом с ним, а он... ты сам знаешь его характер... - слезы снова навернулись на глаза, - В общем просто не дай ему натворить глупостей.
- Хорошо, мелкая, разберемся. - он снова погладил меня по плечу.
В этот момент в палату зашли санитарки, они вкатили Марата на каталке и переложили на койку.
- Как он? - подскочила я.
- Вы сестра? Не ругайтесь на него. - увидев мой непонимающий взгляд вторая мед сестра продолжила.
- Ему когда наркоз вводили он причитал что его сестра убьет.
Вся палата заулыбалась, звучало смешно, что даже почти на грани смерти его главной угрозой была я.
- С ним все в порядке, он оклемается до вечера, но вам надо пойти домой и поспать...
Дальше медсестра еще что то говорила про посещение, но я не слушал.
Живой.
Братик живой!