Глава 9. Под прицелом
Следить за тем, чтобы люди жили по правилам, - звучит как-то буднично и скучно, правда? Но всё оказалось куда сложнее. И интереснее.
С администраторами я быстро нашла общий язык. Один из них - Родион. Мы встретились как-то ночью, когда я только начала привыкать к своим новым обязанностям.
— Хочешь увидеть что-то по-настоящему интересное? – предложил он мне однажды, когда мы столкнулись в кабинете. Было поздно, за окнами разливалась густая чернильная темнота.
— Что ты имеешь в виду? – спросила я, с интересом глядя на него. Родион улыбнулся, и я сразу поняла, что он что-то задумал.
— Неофициальные организации. Они опять зашевелились. Кажется, собираются пробраться на военную часть. Как насчёт того, чтобы понаблюдать за ними? – Его глаза сверкнули.
— Согласна, – ответила я, не раздумывая. Это было лучше, чем очередная ночь в тишине офиса.
Мы незаметно перенеслись к военной части, где уже начали собираться эти так называемые "неофы". Они выглядели сосредоточенными и напряжёнными, с хмурыми лицами. Я видела, как они тихо, почти бесшумно, проникли на территорию, затем двинулись к складу с патронами. Мы с Родионом стояли в стороне, наблюдая за ними, словно были невидимыми призраками. А так, в принципе, и было. Мы могли идти рядом с ними, смеяться над их действиями и они бы нас не заметили. Они просто не видели нас, не слышали.
— Здравствуйте, – Родион подбежал к одному из бандитов, держа в руке палку импровизируя микрофон. — Очень забавно наблюдать когда тупое думает, что оно хитрое.
— Мне это напоминает какой-то нелепый фильм, – засмеялась я, наблюдая, как один из них нервно оглядывается, проверяя, не заметили ли их. — Ты ведёшь репортаж, который никто никогда не увидит.
— А он и не предназначен для кого-то, кроме нас, – ответил Родион, усмехаясь.
Его лёгкое, беззаботное отношение как-то расслабляло меня, заставляя забыть о том, что, по сути, мы наблюдаем за кражей. Мы не полицейские и не СБУ. У нас нет права вмешиваться. Наша задача - следить, чтобы они не перешли черту.
Та ночь была хорошей. Мы смогли отвлечься от рутины, от того, что нас окружало каждый день, и просто побыть... не знаю, нормальными, что ли. Почувствовать вкус настоящей свободы, пусть даже такой странной - скрытой, наблюдательной, почти призрачной. С хохотом Радиона, с тенью риска и адреналином, с ощущением, что я на шаг впереди всех. Или хотя бы не позади.
Главный администратор был в курсе наших ночных «патрулей». Он ничего не сказал, просто одобрительно кивнул, когда я случайно упомянула нашу последнюю вылазку. Это молчаливое согласие было для меня сигналом, что я могу продолжать в том же духе. Но не все разделяли его точку зрения. Андрей, администратор, который был выше меня по положению и, судя по всему, считал, что имеет полное право мною управлять, был явно против моих развлечений. Он следил за мной, будто я была его собственностью. Он давал мне поручения, выходящие за рамки моих обязанностей, пытался навязать своё видение, как мне следует выполнять свою работу. Но самое неприятное было то, что он пытался контролировать мои мысли и действия вне работы.
Подойдя к массивным воротам крытой парковки, я нажала на кнопку. Ворота медленно приподнялись с тихим скрежетом. Внутри царила прохлада и воздух был наполен характерным запахом сырого бетона и машинного масла. Слабое эхо моих шагов разносилось по бетонному полу, усиливая ощущение пустоты и изолированности. Но я была там не одна.
— Где ты была ночью?
Я вздрагиваю от неожиданного вопроса. Оборачиваюсь, вижу Андрея.
Я моргаю.
Моргаю снова.
Когда моргаю в третий раз, то принимаю решение солгать.
— Была в офисе. – Я кашляю. — А что?
Андрей хмурится, приближаясь ближе.
— Ты меня за дурака держишь. Думаешь, я слепой? Ты не вернулась до рассвета. Скажи мне правду.
— Я уже сказала тебе правду. Если ты не веришь - это твоя проблема, не моя, – сказала я.
За мгновение он оказался рядом со мной. Схватил меня за руку. Склонился ближе, почти касаясь моего лица. Глаза его были жёсткими, в них сверкал холодный огонь, который только усиливал мою тревогу. Секунду он смотрел в мои глаза, а затем, не произнеся ни слова, вытащил из кармана телефон. На экране появилась видео-трансляция. Я замерла, узнавая себя и Родиона. Камера словно висела в воздухе, фиксируя каждый шаг, каждое движение, каждую мимолётную улыбку.
Андрей чуть сильнее сжал мою руку, заставив меня вздрогнуть от острой боли.
— Хочешь ещё раз сказать, что ничего не было? – Сказал он с усмешкой.
— Ты не имеешь права мне указывать. Если тебе что-то не нравится, разберись сначала в себе, а потом пытайся командовать другими, – ответила я корчась от боли.
— Ты ещё пожалеешь о своих словах, – произнёс он и исчез, как будто его тут никогда не было. Вот только - было, тому доказательство моя рука, которая ныла от его хватки.