Чёрная роза

Машина плавно ехала по гладко асфальтированной дороге. В салоне стояла бы тишина, если бы постукивание женских пальчиков по подлокотнику не нарушало ее.

–Может хватит?

Мужчина, сидевший по левую сторону,  закатил свои изумрудный глаза и посмотрел на тонкий профиль девушки, которая, казалось, не слушала его. Ее мысли были где-то далеко.

–Си?–он взял ее тонкую кисть и опустил на колени.– Что с тобой?

–Я...я задумалась, прости. – в голосе ее был слышен холод.

Девушка попыталась отвернуться к окну, но холодные пальцы перехватили ее подбородок.

–Ты хорошо себя чувствуешь?– Майкл двумя пальцами правой руки до коснулся до ели тёплого лба.
Язвительное высказывание рвалось наружу. В груди опять начали бурлить злость и раздражение.
Нужно быть разумнее и не вступать в конфликт – именно так твердил ее внутренний голос, однако с каждой секундой он был слышен в голове все тише и тише.

Резко дернувшись девушка отвернулась от мужчины.

– Все хорошо. Я просто устала.

– Мы заедем кое-куда, и после, я отвезу тебя домой.
Не поворачивая головы, девушка мазнула взглядом по сидевшему: темно-синий почти черный костюм Armani хорошо сидел на нем, чёрные волосы были зачесаны назад, но в силу своей густоты приподнимались, создавая объем и одна из прядей, выбившись, упала на лоб. Да, выглядел он хорошо. Однако, за красивой оболочкой скрывался демон.

Немного поколебавшись Синель уже было открыло рот, чтобы возмутиться, но остановилась, понимая, что это бесполезно. Не стоит злить врага по пустякам, нужно дождаться подходящего момента для выстрела. Улыбнувшись своим мыслям, девушка повернула голову к окну и  продолжила созерцать городской пейзаж.

Погода была, честно сказать, скверная: дул сильный ветер, а небо заволокло серая пелена, кажется собирался дождь. За окном стоял конец августа.

Машина плавно остановилась рядом с большим домой из красного кирпича.

Грей первый вылез из автомобиля и ,обойдя его, открыл дверь, протягивая Си руку. Девушка утавилась на его ладонь.

Казалось бы, что в этом жесте такого пугающего? Обычная вежливость, нет и намёка на дурные мысли.

Но для Синель этот жест не значил проявлением хороших манер. Девушка расценила его как начало премерительных отношений между ними, и как следствие – принятие и смирение со своим положением.
"Нет, никогда этого не будет! " – твердил внутренний голос, и по сему, гордо задрав подбородок, рыжеволосая резко, подобно вихрю, вылетела из машины, смерив стоящего презрительным взглядом.

– Ну и зачем мы здесь?

Мужчина, неотрывно смотревший на эту милую и в то же время злую маленькой девушку, ни мог ни улыбнуться. Она казалась ему очень хорошенькой, особенно, когда пребывала в таком состоянии – глаза ее горели, а красивые бледные губки напрягались, сжимаясь в тонкую линию. Как она была хороша в такие моменты!

– Мне нужно кое-что забрать из документов.

– А я тут причём, мог бы отпустить меня домой. – сложив тонкие руки под грудью в защитной жесте, Си раздражённо хмыкнула.

– Нет, милая, я тебе больше не доверяю. К тому же, мы скоро поженимся и должны проводить хоть немного времени вместе. – притворно-ласковая улыбка озарила его лицо. Майкл по-отечески поцеловал девушку в лоб и направился к двери, делая девушке знак, чтобы та следовала за ним.
Синель истерично провела рукой по месту поцелуя, старая его, и медленно пошла за мучителем.

Внутри особняк поражал еще больше: ярко освященный холл, высокие потолки, старая дорогая мебель – все здесь дышало роскошью и духом прошлого столетия.
Пару встретил дворецкий и провёл в зал, увидев который первое, что бросилось в глаза девушке – картины. Казалось, в этой комнате собраны все лучшие полотна этого столетия. Их хотелось разглядывать часами.

– Господи, – прошептала девушка, оглядываясь зал.

– Я знал, что тебе понравится. Можешь осмотреться здесь, а я пока поднимусь,  заберу кое-что у Генри, и мы поедем. Хорошо?

–Да, да, конечно,  иди. – рассеянно, не слушая и вовсе не глядя на мужчину, девушка прошла чуть вперед, осматривая картины.  За спиной послышался весёлый смешок, а после отдаляющиеся шаги по винтовой лестнице, которая находилась с левой стороны комнаты.

Поразительно, как в комнате средних размеров могла поместиться целая эпоха?
Здесь были несколько полотен Джовани Балдини, на которых были изображены красивые  светские дамы в струящихся платьях, "Купальщица" Пиота, насыщенные работы Ламберга и многие  другие. Все они были роскошными, но была и одна, отличающаяся от них. Это было полотно средних размеров, висевшее против потока света, а по симу находилось в тени. Однако, этот факт не уменьшал ее разительную непохожесть по сравнению  с другими работами. Неспешным шагами девушка подошла ближе. Теперь она точно различала и пестрое разрисованное в черно-белые цвета, лицо,  и узкие худые плечи, на которых висел белый нарядный цирковой костюм. Это был клоун. С неким трепетом и благоговением он держал  держал в своих некрасивых, больших руках маленькую розу. Как держат в руках руку возлюбленной.

– Нравится?

Девушка резко обернулась на рядом стоящего молодого мужчину. На вид ему было не больше двадцати двух лет, долговязый, с круглыми очками и сутулой фигурой он, пусть и при всех видимых недостатках внушал какие-то положительные чувства к себе у всех, кто бы не говорил с ним.

–Простите, я напугал вас – он почесать затылок, а щеки его напились краской.

– Я задумалась. – переводя взгляд полотно, прошептала рыжеволосая. – Она так прекрасна.

–Любите живопись?

–Обожаю.

– Я тоже. И как вам? – собеседник приподнял брови и перевёл взгляд на холст. На что получил положительный кивок.

– Не знаю как сказать, но она кажется  мне живой. – немного помявшись ответила она..

–Мой отец говорил, что она безобразна. – он немного потупил взгляд, будто вспомнил что-то важное.

– Мне нравится то, что этот клоун не похож на других, но это не делает его хуже , наоборот, я вижу, что внутри он полон любви и нежности. И это главное. Быть может, внешне он не особо привлекателен, а техника письма весьма своеобразная, но ведь искусство – это некая свобода. – во все время этого монолога, Си неотрывно глядела на холст. Ей казалось, что чем дольше она смотрит, тем больше видит.
Они молчали с минуты две.

– Это, пожалуй самая высокая оценка моего труда. – девушка широко распахнула глаза и уставилась на незнакомца. – Это моя картина.– улыбнулся он, отвечая на немой вопрос.

– Простите, забыл представиться – Мартин. – он протянул ей свою тонкую, сухую ладонь, которую она тут же пожала,  а на лице появилась широкая улыбка.

– Синель.
.....
Простите, я ленивая бестолочь.
(Картина является лишь приблизительным примером, той которую я описываю.)