Чёрная роза

《Котам нужна живая мышь,
их мёртвою не соблазнишь.》

Иоганн Вольфганг Гёте "Фауст"
***

Все дорогу они ехали молча. Девушка сидела на переднем сидении, одергивая все время дурацкое платье, которое так раздражало ее своей длинной.

- Перестань. - мужчина не отрывал взгляда от дороги.

- Что? - непонимающе спросила Си.

- Дергать платье, перестань. Это раздражает.

Пейзаж за окнами машины мелькал все быстрее и быстрее. Зеленые, голубые, белые, коричнево-красные цвета, все смешались в один - серый. Будто какая-то тень эта мерзкая серая полоса бежала неотрывно за ними, занимая собой все свободное пространство. Девушка печально выдохнула. Погода опять переменилась.

Вдруг, дорогу перегородила машина.

- Твою мать. - тихо выругался Майкл.

Грей отстегнул ремень безопасности и, собираясь уже открыть дверь автомобиля, посмотрел на сидящую взволнованную Си. Девушка нахмурившись, смотрела на него тревожно.

- Сиди и не вздумай выходить. - он обвел ее глазами и усмехнулся - А лучше закрой глазки, принцесса.

Мужчина перевел взгляд на лобовое стекло. В руках его блеснул пистолет и, спустя несколько секунд, девушка осталась в машине одна - его фигура стремительно удалилась. Сина попыталась открыть дверь, однако та не поддавалась.

Он взял пистолет.

Эта мысль не давала Сине покоя.
Теперь она отчётливо видела: дорогу перегородила черная машина, а оттуда вылезло трое мужчин. Один из них стоял впереди, двое других немного поодаль, сложив руки в одинаковом перекрёстком жесте. Поразительный факт - эти троя были настолько похожи друг на друга, что девушке на минуту показалась, что у нее двоиться в глазах. Оба в черном облучении, глаза заполнены такого же цвета очками, а уголки узких губ опущены вниз.

Майкл подошёл к ним. Он был спокоен, ничего не выражало в его лице никакого удивления от произошедшего, казалось, он ожидал этого.
Стоявший впереди, по-видимому главарь, что-то весьма громко говорил ему, сначала со снисходительной усмешкой, а потом кричал, багровея от злости. Майкл обронил лишь пару фраз, улыбаясь при этом по-кошачьи, что привело говорившего в бешенство.

Кто эти люди?

Зачем они перегородили им дорогу?

В голове все еще вертелись его слова.

Для чего закрывать глаза?

Заново слишком много вопросов и нет ответов...

Ну что может такого произойти из-за чего ее психика может не выдержать?!

Все произошло быстро. Два выстрела и двое мужчин упали как пешки на шахматной доске, а их король, теперь уже "голый" с испуганным лицом, озирался по сторонам.

Вдруг он стал кричать что-то невнятное, а с толстых губ слетали то и дело брызги слюней и, полагаю, ругательств. Глаза налились кровью. Но вот, его безумный взгляд остановился на ней. Он скривился в улыбке, и слегка поманивая ее пальцем, что-то говорил Майклу. Поднимая руки вверх, в примирительном жесте, этот лис мягкой походкой подобрался к Грею и наклонившись что-то сказал.
Что-то резко слетевшее с губ главаря, также резко оборвалось - Майкл ударил его.

Из уст девушки вырвался визг. Неосознанно вжавшись в сиденье и до боли прижав руку к лицу, она сдерживала слезы. Потянувшись к дверной ручке , она стала судорожно дёргать, надеясь, что произойдёт чудо, и дверь откроется.

Картина была мягко говоря не для слабого желудка: один мужчина сидел на другом и монотонно избивал, теперь уже бездыханное, окровавленное тело, превращая его в месиво, и когда убедившись, что противник не дышит, как пот брезгливо отдернул его подбородок. Вот он останавливается, но только для того, чтобы аккуратно опустить чёрную маленькую розочку в полуоткрытый алый рот.

Чёрное и красное сливаются воедино.

Голова, теперь уже мертвеца, смотрела на Синель в упор. Опухшие глаза превратились в щели, в них не было жизни; искривленный рот раскрыт в нем крике. Ей стало дурно, казалось, ее горло кто-то сдавив уже не мог отпустить. Синель судорожно пыталась втянуть воздух, но как не старалась, у нее не выходило вдохнуть и капли.

Убийца.

Хладнокровный убийца шёл сейчас к ней. Его руки были по локоть в крови в прямом смысле.

Соображая, как стать, даже в таком тесном пространстве, как можно дальше от него, девушка, скинув туфли, перебралась на заднее сиденье и сжавшись в клубок, подгибая колени под себя стала ждать.

Она все еще не могла оторвать глаз от его рук - по локоть закатанная рубашка была усыпана богровыми пятнами и открывала вид на запачканные кровью татуированные предплечья и кисти. Мужчина запрокинул голову и достав из пачки сигарету, закурил. На его левой руке Си теперь чётко видела черного змея, который бежал по коже почти до фаланг пальцев. Странный выбор рисунка. Почему она раньше его не замечала?

Они молчали. Все еще сжавшись, девушка смотрела на этого человека через зеркальце. Ее полные слез глаза, увеличились почти в два раза.
Он убил троих людей, а теперь сидит так, будто нечего не случилось.

- Пересядь. - новая затяжка, его глаза все также закрыты. Холод бежит вновь по ее спине. - Ты, мать его, оглохла? Пересядь! - зарычал мужчина, повышая голос, и теперь, его злющие зелёные глаза впивались в ее через зеркало заднего вида.

Ей было страшно.

- Не х-хочу - заикаясь, пролепетала она.
- Если не сделаешь этого сама, я перетащу назад силой и, знай, тебе это не понравится.

Ее колотило.

- Разблокируй дверь. - дрожал не только голос, но и тело.

Уголки его губ поднялись вверх.

- Нет, как залезла туда, так и возвращайся.

- Ты издеваешься ?! - вскрикнула она - Я не хочу перелезать! Мне плохо. Открой хотя бы окно, воздуха совсем нет.

- Перелезь сама или, видит бог, я тебя вытащу сам! - взгляд ее зелёных глаз стал очень напряжённым.

- Мудак - прошептав себе под нос и
неуверенно оперевшись о передние сиденья, Си перекинула дрожащую ногу вперед, подтягивания за собой вторую. Руки неприятно дрожали, и правая кисть предательски соскользнула с кожаной опоры, но была поймана большой, горячей ладонью.

- Ай яй, из такого красивого ротика, такие грязные слова. Надо бы тебя наказать. - он улыбался по-чеширски.

Разозлившись, Си выдернула дрожащую ладонь.

- Ты другого не достоин.

Она покорно уселась на прежнее место, обнимаю себя руками.

- Вот видишь, ты можешь быть и хорошей девочкой. Правда, если бы ты сделала все молча, было бы лучше.

Он завёл машину и, вернувшись на дорогу, начиная набирать скорость, параллельно открыв немного окно со стороны девушки, видя, что та стала бледнее обычного; губы приобрели фиолетовый оттенок, она тяжело и отрывисто дышала. Резко поддавшись вперед, Синель жадно прижалась правой щекой к холодному стеклу, подставляя губы ледяному ветру.

Она была слишком маленькой, слишком потерянной для этого мира.

Тот, кто видел смерть, ломаются внутри. И вот она сломалась.

- З-зачем? - прошептала она.

- Что зачем? - Майкл делает новую затяжку, постукивая пальцами левой рукой по рулю.

- Ты убил этих людей! Почему? - В ее голове не укладывался факт возможности такой хладнокровной жестокости.

Он посмеялся.

- А что мне надо было сделать, принцесса? В куличики поиграть с ними? - машина свернула на другую дорогу и продолжила набирать скорость.

Достав телефон, Майкл, не глядя, набрал чей-то номер и бросив пару фраз убрал сотовый обратно.

- Они хотели убить нас, и убили бы, если бы я ничего не сделал. Это взрослая жизнь, и ты должна понять это как можно скорее, если хочешь жить. И говоря на чистоту, то твой горячо любимый папочка разве поступает так же, а?

Девушку передернуло.

- Причём тут папа? Он никогда и никого не убивал. Он хороший человек.

Мужчина громко засмеялся.

- Хороший? Детка, руки твоего папаши по локоть в крови, этому доказательство служит то, что он отдал тебя мне, - на этих словах Си скривилась. Он говорил о ней, как о веще, каком-то куске мяса, который можно было продать, отдать или просто выкинуть. Девушке было мерзко от того, что он так спокойно говорит ни только о произошедшем, но и происходящем. - а он ведь знает, чем я занимаюсь, однако ж его это не остановило, ведь Джонатан такой же. - последние слова мужчина выделил интонацией.

- Я не хочу больше об этом говорить, ясно?! Мой отец, конечно, не подарок, но он не убийца! - Си до боли сжала уши руками и сильно зажмуривалась.

- Ну да, конечно, и все свои капиталы он заработал исключительно честным путем. - татуированная рука повернула какие-то колёсики на панели и на них дунул лёгкий ветерок.

- Все равно он лучше тебя. - прошептала девушка.

- Ну да, лучший отец! - мужчина усмехнулся - Он считай, что продал тебя. И ведь представь, даже не торговался. - он видел, что ей плохо, но не мог остановиться. - Хотел, правда, пихнуть мне твою кузину, но когда я отказался, не особо настаивал.

И почему люди так любят морально убивать друг друга?

Она повернула к нему голову, по бледной щеке текла крупная солёная капля. Майклу вдруг от чего-то захотелось убрать ее. Она казалась ему неким изъяном на ее лице.

- Ненавижу тебя.

Она не говорила больше ничего. Голова болела, глаза неприятно щипало, повернувшись к окну ей удалось задремать. Проваливаясь в дремоту, Си почувствовала, как что-то тёплое легло ей на ногу, от чего по телу пробежали мурашки.

Спустя четверть часа, они очутились в большом особняке. Разглядеть его девушке не удалось - Майкл сжал ее холодную ладошку в своей большой, и быстро идя по многочисленным коридорам, вел Си за собой.

- Можно по медленнее! - она попыталась вырвать кисть из его охвата, но казалось, что именно сейчас их разделила, внезапно выросшая, стена, ибо мужчина даже не шелохнулся, будто ее и вовсе не было рядом. Погруженный в свои мысли, он довёл девушку до одной из дверей темно-бордового цвета.

Грей молчал, с абсолютно каменным лицом он постучал. Спустя пару секунд, им отозвался глухой женский голос, приглашая войти. Они так и поступили.

У панорамного окна, спиной к вошедшим, стояла женщина. И вот, словно кобра, резко повернувшись в ним, она лучезарно улыбнулась своими кафельного цвета зубами, оголяя при этом десна.

- Микки - ее улыбка растянулась еще шире и стала, казалось, теплее. - Я очень рада вас видеть.

Майкл, как-то не свойственно мягко для него, улыбнулся ей, подталкивая вперед ели живую девушку.
Си робко вошла вглубь комнаты, она почему-то почувствовала себя очень неуютно здесь. Эта странная женщина смотрела на нее неотрывно. Ее глаза бегали по ней, будто не могли остановиться на чем-то одном. Она нервно заламывала кисти рук и кивнула Майкл, который испарится спустя несколько секунд.

- Присядь, пожалуйста - слегка трясущейся рукой, дама указала на кресло, стоящее перед ней. Голос ее странно дрожал.

Сина неуверенно кивнула и вскоре ее кожа уже соприкасалась с холодной спинкой кожаной мебели.

Дама села напротив. Ее темно-синие глаза продолжали бегать по фигуре, сидевшей напротив, девушки. Она несколько раз открывала и закрывала рот, порываясь что-то сказать, но слова все никак не шли,застревая где-то в горле.

- Я думала, что это будет легче. - на выдохе она прикрыла глаза.

- Майкл сказал, что вы можете объяснить, зачем все это делаете?

- Да, я могу, - она откинулась глубже в кресло и отпила немного из граненого стакана. - Меня зовут Элиза Буш Аддамс, но можно просто Лиз. - женщина шумно выдохнула.

В полумраке комнаты ее черты лица казались более, заострились. Эта женщина не уступала греческой богине: красивый высокий лоб, из которого без прогиба в переносице крепится тонкий, прямой нос, чуть пухлые алые губы были искривленны непонятным образом, напоминая не то улыбку, не то оскал.

Ею хотелось восхищаться. От нее хотелось бежать.

- Буш? - девушка смутилась.

Уголки красных губ немного сильнее дернулись вверх.

- Да, милая, ты не ослышалась. У твоей матери была такая фамилия.

- Вы знали мою маму?

- Не просто знала, - она вздохнула глубоко - мы были сестрами.

Си обомлела. Холод пробежал по спине и ударил в кончики пальцев, которые она тут же перестала чувствовать.

- Мама никогда не рассказывала мне о вас.

- Видишь ли, мы с твоей ма.. - она осеклась - мы с Сарой были очень близки в детстве, но потом наши пути разошлись.

- Я все равно не улавливают связь между вашими отношениями с мамой и моим спонтанным замужеством. - она начинала раздражаться.

Элиза посмотрела на Си и, оперевшись о ручки кресла, поднялась, подходя вновь к окну, казалось, оно заболело ее сейчас больше чем сидящая девушка. Ну улице было пасмурно.

- Обещай выслушать меня до конца.

На минуту воцарилась тишина.

- Хорошо - скептически отозвалась Сина, откинувшись на спинку.