Глава 18. Алекс

– Человек из прошлого? – аккуратно спросил.

– Да, – тихо ответила, опуская глаза.

– Расскажешь?

– Это обязательно?

– Нет, но это не профессионально. Там твой бывший?

– Нет.

– Ладно... – мы еще немного помолчали, и я решил завести другую, не менее сложную для нас тему. – Тогда самое время обсудить то, что произошло на лодке.

– Я думала, мы пришли к молчаливому согласию.

Конечно, она не хотела продолжения, а я впервые за три года захотел. Захотелось идиотской нежности и разговоров, не просто провести ночь, а проснуться с ней в одной постели. А еще появилось дикое желание рисовать карандашом, ее рисовать.

– Ок, давай на чистоту, – я сглотнул, к голове прильнула кровь от волнения и осознания, что все закончится, не успев начаться. Недосказанность между нами давала хоть какую-то надежду. Я продолжил: – Это был просто секс, потому что я тебе не интересен, и то, что случилось, исключительно физическая потребность. Или есть другая причина?

– Ты мой босс, я не хочу поблажек.

– Это вся причина? – я уже был на взводе, потому что причина была совсем неубедительной.

– Нет, но одна из...

– Какие еще?

– Не вынуждай, пожалуйста, – она закрыла лицо, ладонями сдерживая слезы.

Я не выдержал, меня рвало на куски, впервые за долгое время почувствовал себя живым – и приплыли, она даже объяснить нет может.

– Да, твою ж мать, скажи, что не так? – я вскочил, в ярости хлопнув ладонями по полу, и перешел на повышенный тон. – Просто скажи: «Алекс, ты мне не интересен!» Или, не знаю: «У меня есть парень», «Я люблю другого» или «Я лесбиянка!»

– Я эскортница! – резко выкрикнула Кристина – Доволен? А наш заказчик в конференц-зале – один из моих клиентов!

Тишина, она всхлипывала, думая, что оттолкнула меня своим заявлением.

– Я знаю, – спокойно ответил, присаживаясь напротив нее на корточки.

– В смысле? – приоткрыла свои мокрые синие блюдца.

– Я знал это еще до того, как познакомился с тобой, – не выдержал, стал заправлять выбившуюся прядь за ушко. Она впервые выглядела не как сильная и неприступная красотка, так хотелось стать для нее героем, прижать к себе, защитить от всего, что может ее расстроить.

– Откуда?

– Столяр попросил навести справки.

– Он тоже знает? – в океанских глазах стали появляться волны страха.

– Нет, я сказал ему, что ничего не нашел.

– Почему?

Наступила моя очередь исповедоваться:

– Когда я узнал твой секрет, решил, что это дает мне какое-то преимущество. Будто ты... – не знал, как сформулировать, – будто только такую, как ты...

– Только такую, как я, ты заслуживаешь?

– Нет, Крис, это не так! – вот я дурак.

– Все в порядке, я понимаю.

– Но я не это хотел сказать.

– Тебе за что-то очень стыдно, верно? – она была гораздо смелее меня и невероятно проницательна.

– Хах, знаешь, когда узнал о тебе, подумал, что ты ужасный человек, прости, – уселся рядом с ней и облокотился на стену. – Хотел, чтобы так было, хотел найти кого-то хуже себя. – болезненно рассмеялся от нелепости своих слов и продолжил:

– Но правда в том, что твоя тайна по сравнению с моей – ничто, да и вообще, кто мы такие, чтобы судить тебя. А вот я... я не заслуживаю никого.

– Что случилось? – она повернулась ко мне лицом, облокотившись о стену плечом.

– Моя девушка, Мила, разбилась на машине, – сделал паузу, мне нужно было собрать все силы чтобы наконец-то вслух произнести то, что произошло. Ни разу за три года я не рассказывал эту историю, даже мои близкие друзья узнали это друг от друга, но не от меня:

– Точнее, мы попали в аварию, удар пришелся на пассажирское...

– Ты? – она хотела задать вопрос, но я должен был закончить.

– Я виноват, не был пьян, но алкоголя было достаточно, чтобы нарушить реакцию, я не среагировал и в нас врезался грузовик.

– Ты не можешь этого знать.

– Она была беременна, – вот и всё, сказал. Добил.

Мы сидели в глухом молчании, обменялись тайнами и теперь взвешивали, кто из нас достоин котла погорячее.

– И ты ни с кем не хочешь отношений, – констатировала Кристина.

– Не хотел, – поправил ее, полностью сдаваясь, признавая свои намерения и чувства.

– А я не хотела романов на работе, – отстраненно и задумчиво заключила моя собеседница, смотря в одну точку перед собой.

Мы продолжили молчать, и это меня совсем не напрягало, было уютно, будто мы без слов поняли, что все зашло в тупик, но оттого, что все карты раскрыты, стало как-то легче.

– Друзья? – я протянул ей руку.

– Это сработает? – улыбнувшись, вскинула бровь.

– У тебя нет выбора, я знаю твой секрет.

– Мне придется тебя убить, – веселее ответила Крис.

Ее губы расползлись в широкой улыбке, и это ударило прямо в бьющийся комок в груди. И как я собираюсь с ней дружить? Когда захожусь слюной от такого простого жеста. Смешно, я только что освободился от груза прошлого и тут же навесил на себя новый, теперь я каждый день буду страдать от неразделенных чувств. Отлично! Роль Пьеро была бы точно моей.

Она вложила свою руку, а я снова не удержался, стал поглаживать большим пальцем нежную кожу. Как же тебя отпустить? Скажи мне, как это остановить?

– Может, нам уже можно вернуться? – она не забирала руку, но явно намекала, что пора прекращать этот спектакль.

Три, два, один... отпустил.

Вот это да, больно. Физически, сука, больно.