Глава 4. Трещины
Линхо уехал в командировку в Пусан. Я радовалась за него. Маленькая компания, но они держались. Он писал: «скучаю», «целую», «вернусь через три дня».
На третий день мне пришло сообщение от однокурсницы, которая случайно оказалась в том же отеле: видео. Я нажала. На экране — Линхо у лифта, руки на талии у девушки. Поцелуй. Слишком уверенный, слишком привычный.
Чёрный экран. Я сидела на табуретке, слышала, как тикают часы, и не могла вдохнуть. Потом в дверь позвонили. Чеын.
— Ты бледная как мел. Что случилось?
Я показала ей экран.
— Сволочь, — тихо сказала она. — Хочешь — я поеду и выцарапаю ему глаза?
Я рассмеялась каким-то сухим смехом и упала ей на плечо. В этот момент зазвонил рабочий. Чонгук.
— Где ты? — голос твёрдый.
— Дома. Уже еду.
— Через двадцать минут у меня встреча с юристами. Зарезервируй переговорку. И — Хо Сун, — он замялся на полсекунды. — Ты в порядке?
Я сглотнула.
— Да. В порядке. Буду через пятнадцать минут.
В офисе я работала, как машина, боясь остановиться — если остановлюсь, разорвёт изнутри. Чонгук смотрел на меня чаще, чем обычно, не лез с вопросами, но в конце дня, когда я закрывала ноутбук, подошёл.
— Поехали поужинаем.
— У меня нет аппетита.
— Тогда кофе. Десять минут. — Он не спрашивал, он предлагал так, как предлагает убежище.
Мы сидели в круглосуточной на углу. Я молчала, он молчал. И вдруг сказал:
— Если он сделал тебе больно — это не про тебя. Это про его слабость.
— С чего вы взяли? — скривилась.
— Я умею читать людей, — коротко ответил он.
Я почти сказала: «Он изменил», но проглотила слова. Не хотела быть той, кто жалуется. Не хотела, чтобы это превратилось в жалость. Мы выпили кофе и вернулись к письмам.
Ночью мне пришло сообщение от Линхо: «Это ошибка. Я пьян был. Дай поговорить». Я выключила телефон.