Ледяной принц

- Ты пришёл в себя? Алекс, ты меня слышишь? – голос Яна звучал так приглушённо. - Пожалуйста, очнись.
- Слышу.
В горле пересохло, и я пытался выдавить из себя больше слов. Открыв глаза, я увидел белый потолок и лицо друга, резко появившееся передо мной.
- Знаешь, когда ты сказал, что тебе нужно подумать три дня, я не предполагал, что для этого потеряешь сознание! – он улыбнулся.
- Я что, был в отключке три дня?
- Ага. Слушай, я пойду, позову доктора, сообщу, что ты очнулся.
- Да. Хорошо.
Он вышел из палаты, а я остался лежать, прикованный к кровати, в попытках вспомнить, что тогда случилось.
- Эй! Ты очнулся?! – Анна радостно завопила и накинулась на меня с объятиями. – Заставил же ты нас попереживать!
- Ты в порядке?! – я осмотрел её с головы до ног. Руки и ноги сестры были покрыты бинтами.
- Ссадины и ушибы, так, мелочи.
- Я так рад! – выдохнул я и прижал Анну к себе. – А Рина как?
- Она ещё не пришла в себя! – сестра грустно вздохнула. – Но, доктор сказал, что все органы в порядке. Так что, сегодня или завтра должна очнуться!
- Хорошо. Прости, я не справился с управлением и…
- Нет, нет, нет, мой дорогой братец! Всё в порядке! Не смей себя винить!
В коридоре послышались шаги. Пытаясь различить голоса, я понял, что они принадлежат Марго, Яну и ещё какому-то мужчине. Скорее всего, это был доктор.
- Так! – Анна выкарабкалась из моих объятий и направилась к выходу. – Медсестра сказала мне не покидать палату, поэтому, если меня спалят, то огребу. Меня здесь не было, окей?
- Беги! – улыбнувшись, я махнул рукой. – Спасибо, что осталась жива. Не знаю, что бы я делал, окажись это не так.
- Глупый! От меня так просто не избавиться! – она усмехнулась и выбежала из палаты.
- Ого! А ты в отличной форме! – молодой высокий мужчина в белом халате сел напротив меня. – Как себя чувствуешь? Болит что-нибудь?
- Да вроде в порядке.
- Ал, как ты? Что-нибудь помнишь? – плача, спросила Марго.
- Точно не помню. Грузовик выехал на дорогу, я пытался свернуть и… Потом мы перевернулись.
- Дорогой, грузовик вас сбил.
- Что?
- Он въехал прямо в машину.
- Вот как…
- Купишь новую! – Ян усмехнулся и подмигнул мне.
- Можно воды?
- Конечно! – Марго достала из сумки бутылку с водой. – Специально для тебя по пути купила.
- Спасибо.
- Молодой человек, присмотрите за другом? – обратился доктор к Яну. – Мне нужно поговорить с его мамой.
- Можете на меня положиться!
Он теперь знает, что Марго – моя мать? Неужели, до него ещё не дошло?
- Ян…
- Пей! – друг указал взглядом на бутылку.
Я сделал пару глотков и облегчённо вздохнул.
- Лучше? – поинтересовался он.
- Гораздо лучше. Слушай, ты не удивлён?
- Чему?
- Тому, что я сын Марго?
- Ты хочешь поговорить об этом сейчас?
- Да.
- Я боюсь.
- Чего?
- Узнать, что именно ты убил моего отца. Кто угодно, но не ты. Я мечтал о встрече с тем ублюдком, но им не может оказаться мой лучший друг, так ведь?
- Выслушай меня.
- Хорошо.
Он сел на стул, стоявший у моей кровати и начал тревожно теребить свои пальцы.
- Я расскажу тебе всё. Больше, никакой лжи. Всё, что скажу – это правда. Правда, которая может изменить тебя. Но, я должен.
Семь лет назад, моя мать позвонила мне, сообщив, что собирается замуж за какого-то крутого скрипача. Попросила подарить им дом. Она была счастлива до безумия. Я знал, что это просто один из её порывов, и в скором времени она перегорит. Как перегорала после покупок магазинов, кафе, клубов, переездов. Но, я не мог противостоять её радостному голосу. И, конечно же, согласился. Я всегда соглашался с её нелепыми идеями, и эта была – не исключение. Затем, она решила нас познакомить. Её будущий муж был красивым. Выглядел, как настоящий аристократ. Я подумал, что они хорошо смотрятся вместе. И был не против этой свадьбы. Его звали – Тин. Я начал приходить к нему домой с Марго. Он говорил, что хочет полного воссоединения семьи. Чтобы мы жили все вместе. Тин, Марго, я и его сын. Тогда-то он мне и показал фотографии красивого мальчика, в которого я тут же влюбился. Кажется, этот парень заполнил все мои мысли. Я превратился в сталкера. Начал следить за ним. Провожал в школу и встречал на расстоянии нескольких метров. Он ничего не знал обо мне, а я знал о нём, практически, всё. Его расписание уроков, что он любит есть, на что аллергия, с кем дружит и с кем встречается. Так прошло несколько месяцев. Тин казался мне, действительно, крутым. Но, что-то в нём отталкивало. Он заботился о Марго, хорошо ко мне относился, но то, как он отзывался о сыне – напрягало. Всегда говорил о нём с любовью в голосе, но с каким-то отстранённым взглядом.
Как-то речь зашла о бывшей жене Тина. Оказалось, что она погибла, когда сыну было одиннадцать. Ян в тот день злился на мать и убежал из торгового центра, а она, в попытке его догнать, не заметила, что пробежала на красный. Её сбила машина. Умерла на месте. Мне жаль.
- Продолжай! – сказал друг, поджав губы.
- Тогда я и понял, что это за взгляд. Отец ненавидел сына, потому что винил его в смерти жены, но по шаблону продолжал любить. А сын ничего не подозревал. Он просто любил отца, думая, что это взаимно. Принимал его заботу, думая, что она искренняя.
Как-то, я забыл у Тина свою толстовку. Набрал ему, но никто не взял трубку. Тогда, я решил, что схожу к нему домой без приглашения. Дверь была не заперта. То, что я увидел, вывело меня из себя. Мальчик лежал без сознания в гостиной. На столе был недопитый стакан сока, скорее всего, в нём и было снотворное. Тин с наслаждением засовывал ему в рот таблетки из различных баночек. Кажется, этот идиот именно так себе и представлял самоубийство. Меня затрясло от злости, и я схватил первое, что попалось под руку. Это оказалась грёбаная скрипка, на которой он постоянно играл. Я избил его. И, пока избивал, он кричал о том, как сильно ненавидит сына, и что, если бы я был на его месте, то понял, каково это. Но, я не хотел ни понимать, ни слушать его. Скрипка разлетелась вдребезги, и струна от неё осталась в моей руке. Я не отдавал отчёта своим действиям. Струна обтянула его шею, а мои руки натягивали её сильнее и сильнее. Он кашлял, вырывался, снова кашлял, а на моих ладонях начали появляться кровавые линии. Струна была натянута до предела. Тин перестал дёргаться и свалился на пол. Я в панике начал убирать все банки, сгрёб их в какой-то пакет, туда же кинул стакан, затем, взял мальчишку на руки и унёс в комнату, где оставил его спать. Потом пришёл домой, и отец увидел мои окровавленные руки. Я не проронил ни слова. В голове тогда был сплошной туман. Единственный человек, которому я мог всё рассказать – была Анна. Я ворвался к ней в комнату и вылил на неё тот поток дерьма, в котором успел погрязнуть сам. Отец стоял за дверью и всё слышал. Всю ночь я провёл в углу своей комнаты, трясясь от ужаса, который поглотил меня. Уснул там же под утро. Потом началась суматоха. Приехал дед и начал обзванивать всех знакомых адвокатов, отец тем временем вёл переговоры с полицией. Они нашли в доме Тина мою толстовку, отпечатки пальцев и мою кровь. Но, семья сказала мне не вмешиваться, и я послушно сидел в стороне и ждал, когда всё закончится. В итоге, дело закрыли, списав всё на самоубийство. Глупо. Он что, избил сам себя, а затем удушил? Но, дед с отцом тогда хорошо постарались. Дед поддерживал меня, говоря, что если бы с его любимым человеком так обошлись, сам бы убил. Но, это не воодушевляло меня. Мысли о том, что я стал монстром, не покидали. И я возненавидел себя. И затем, моя ненависть распространилась на всех вокруг. Хуже того, что тот мальчик знал, что его папу убили, но никто его не слушал, хоть он и пытался достучаться до людей. Писал заявления, подавал жалобы, но никто не принимал их из-за моей семьи. Прости, я уничтожил всё, что тебе было дорого. Тин – единственное, что у тебя оставалось. И я лишил тебя этого.
- Он был хорошим отцом.
- Прости.
- Он любил меня.
- Прости.
- Он не мог желать мне смерти! – Ян кричал сквозь слёзы.
- Прости.
- Прости?! Ты убил моего отца и говоришь «прости»? Эй, придурок, ты думаешь, что такой поступок забывается, если попросить прощения?
- Ты можешь подать заявление повторно, на пересмотр дела. Обещаю, что моя семья больше не будет вмешиваться, и я отвечу за всё, что сделал.
- Я знал, что это сделал сын Марго. Та чёртова толстовка лежала на стуле в гостиной, когда всё произошло. А потом, после ухода полиции, она исчезла. Я думал, что её используют как вещ док, но потом оказалось, что в доме ничего не нашли. Они сказали, что мой отец покончил с собой. И никаких следов насильственной смерти не было найдено. Но, я видел его в гробу. Всё тело было в синяках, а на шее был ровный порез. Все вокруг твердили, что мой отец-самоубийца. Лишь Марго плакала тогда и просила прощения изо дня в день, говоря, что ничего не может поделать, так как её бывший муж очень влиятельный, и чтобы я не лез в это. Я знал, что именно её сын убил моего отца. А она делала всё, чтобы я никогда не узнал, кто её ребёнок. И знаешь, что? Лучше бы я никогда тебя не встречал. Лучше бы вы с Марго не появлялись в нашей жизни. Ненавижу тебя!
Ян ушёл, хлопнув дверью. Я остался сидеть один в палате. Без понятия, что делать дальше и чего ждать.
- Это было громко! – Анна снова прокралась ко мне.
- Ты всё слышала? – я устало вздохнул.
- Да. Стояла за дверью, если честно. Ты всё сделал правильно. Я горжусь тобой. Дай ему время.
- У меня нет шанса даже на то, чтобы остаться с ним хоть в каких-то отношениях.
- Эй, братец! Не унывай! Ты ведь Алекс! Забыл? Ледяной принц! – она тепло улыбнулась и провела рукой по моим волосам. – Я, действительно, горжусь тобой. Сегодня ты сделал большой шаг. Ты меняешься. В хорошую сторону. И я этому очень рада. Рада видеть тебя таким.
- Таким жалким?
- Сильным. Не у каждого найдётся столько смелости, чтобы признать свою самую большую ошибку в жизни.
- Значит, я герой, да? – грустно вздохнув, произнёс я.
- Мой герой. Всегда им был и навсегда им останешься.
- Спасибо тебе, сестра.
- Ну как же мне нравятся изменения в тебе! – она радостно прижалась ко мне.
- Не боишься, что медсестра зайдёт в палату, в которой тебя нет?
- Ухожу, ухожу! – ворчливо протянула она. – И ещё кое-что. Несмотря ни на что, знай, я всегда рядом. И ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью. Рассказывай мне всё, что тебя беспокоит. Я обязательно выслушаю.
- Хорошо.
Она вышла из палаты, а мне осталось лишь ждать, какое решение примет Ян.
- Вы поговорили? – Марго появилась, словно из ниоткуда.
- Да.
- Как всё прошло?
- А, ты как думаешь?
- Думаю, что всё плохо.
- Именно.
- Я попытаюсь с ним связаться и…
- Не нужно. Давай оставим его в покое.
- Хорошо. Отдыхай.
- Как там Рина?
- Ещё не пришла в себя. Ал, насчёт аварии, поговорим позже. Я думаю, ты пока не готов к этому.
- Почему?
- Ты травмирован.
- Где отец? Дедушка, бабушка? Они не приедут меня навестить?
- Они приезжали, но ты был без сознания. Сейчас они заняты, но, завтра обязательно заедут.
- Ты что-то скрываешь?
- О чём ты?
- Твои глаза бегают.
- Я просто переживаю из-за аварии, из-за Яна. На тебя резко так много всего свалилось.
- Это карма. Я заслужил.
- Никто такого не заслуживает.
- Но, я не никто. Я Алекс, твой сын, который семь лет назад убил человека, а теперь расплачивается за это.
- Кто же знал, что ты заплатишь за это такую высокую цену…
Марго печально вздохнула и вышла. Что с ней?

Ещё два дня я пролежал в больнице. Рина пришла в себя, но к ней пока никого не пускали. Анна грустила из-за этого, а я пытался её рассмешить, издеваясь над медсёстрами, из-за чего меня выписали раньше времени. Забирать меня приехал отец.
- Привет! – я помахал ему загипсованной рукой, но он лишь грустно кивнул головой в ответ. – Что не так?
- Марго сказала, что ты ничего не помнишь из произошедшего?
- Да.
- Это к лучшему. Не вини себя за аварию. Мы ведь все знали, какая там дорога, и всё равно вас отпустили.
- И ты себя не вини. Всё хорошо. Рина пришла в себя, кстати.
- Да. Знаю.
- Попытайся с ней подружиться. Она хорошая, правда.
- Конечно.
Мы ехали молча. Анна осталась в больнице из-за Рины. Попросила не говорить об этом родителям. И мы сделали вид, что она ещё не до конца оправилась после аварии. Надеюсь, они в скором времени увидятся. Насчёт Яна, думаю, отец в курсе. Поэтому такой загруженный. Понимаю. Если Ян напишет заявление, оно коснётся всех. Однажды, я пожертвовал им, чтобы не запятнать свою семью, теперь я жертвую семьёй, чтобы избавить его от клише ребёнка, которому никто не верил.
- Твою машину я отправил на свалку. Починка бессмысленна. Купишь себе новую.
- Окей.
- Насчёт Яна…
- Отец, нет. Не будем об этом. Хочу сейчас к себе домой. Сходить нормально в душ и проспать пару суток.
- Я думал отвезти тебя к нам.
- Не поеду. В другой раз.
- Дед переживает за тебя.
- Знаю. Скажи, что я в порядке.
- Не хочешь поговорить о сестре?
- Нет.
Сейчас не хочу выслушивать его гомофобские трактаты в сторону моей сестры и её девушки. Я обязательно поговорю с ним об этом, но только не сейчас. Хочу домой. Как можно скорее. Голова раскалывается.
- Понимаю. Отдохни.
Мы остановились у подъезда, и я вышел из машины.
- Наберу тебе позже. Я пойду.
- Хорошо.