𝐷𝑒𝑚𝑜𝑛𝑖𝑐 𝑠𝑒𝑙𝑒𝑐𝑡𝑖𝑜𝑛

— Я направляюсь на аудиенцию с вашим отцом. Между прочим, это согласованная встреча, а не как обычно, когда я без приглашения.

Чонгук улыбается братьям любезно-хищной улыбкой, а взгляд холодный-прехолодный. Король северных земель, не дожидаясь ответа братьев, пошел дальше своей дорогой, принцы проводили его хмурыми взглядами, и только когда тот скрылся из виду, взялись за меня.

— Ты разговаривала с ним? О чем? — требовательно спрашивает Хосок.

— Совсем немного. Я выглядела расстроенной, и он поинтересовался, из-за чего. Но я и ответить не успела, вы появились.

— И не говори с ним, — строго приказал Юнги, беря меня под руку. — На какое занятие ты сейчас?

— На танцы. Интимные. А если Чонгук сам со мной заговорит, мне что, молчать как рыба? Это не будет сочтено за оскорбление? Так я могу привлечь к себе ненужное внимание.

Ещё в ледяную статую превратит за оскорбление. Оно мне надо?

— Нет, до абсурда тоже не стоит доводить, — отрицательно покачал головой Юнги.

— Ох, Лиса, смотри осторожнее, — вклинился Хосок. — Я не вру, Чонгук настоящий ледышка с мерзким характером. Ты хочешь делить постель с глыбой льда? Ты обычный человек, долго не выдержишь.

— Я домой хочу, — вздыхаю тоскливо.

Хосок якобы сочувствующе положил мне руку на спину, обжигая своим теплым прикосновением. Лучше бы что-то оптимистичное сказал, например, про то, что скоро смогу в родной мир попасть. Не то чтобы дома было прямо лучше, но там все родное, знакомое, понятное, и нет властных демонов.

Юнги вдруг остановился и хмуро на меня посмотрел.

— Для чего тебе занятия интимными танцами?

— Эм. Для общего развития.

— Да, Юнги, что такого? — Хосок весело ухмыльнулся. — Полезное же занятие для будущей семейной жизни. Такие занятия только поощряются.

— Я не поощряю. Что интересного в том, что в постель к тебе ложится излишне искусная невинная девица? Так либо уже пусть будет совсем опытная, либо действительно невинная.

Не знаю, куда девать глаза. Щеки краснеют. Зачем это все при мне обсуждать?

— Лиса, я запрещаю тебе ходить на эти занятия, — сухо приказал старший. — Нужно тратить время на что-то серьезное, а не на это.

Хочется ругаться. Некрасиво. Но тут демоны всем заправляют.

— Я схожу на последнее занятие и больше не буду ходить, — цежу я сквозь зубы. Пусть только попробует мне запретить.

— Нет.

— Юнги, да ладно тебе, на одно занятие уж пусть сходит. А то будет дуться. Подумаешь, теория. Все что интересно, она и с помощью дара, если захочет, все равно узнает. Лиса, ты ведь наверняка ради танцев туда только ходишь? Хочешь быть гибкой и пластичной, да?

— Хорошо. Но это будет последнее занятие, — отрезал Юнги.

Облегченно выдохнул и даже улыбнулась.

— Что, сегодня какой-то особо интересный танец будете разучивать? — участливо спрашивает Хосок.

— Нет. Сегодня нам демона приведут. Будут его голого во время боевой трансформации показывать, — мечтательно-радостным тоном ответила я.

В коридоре повисло тяжелое молчание.

— Лиса, зачем тебе смотреть на голого демона? — строго спрашивает Хосок, хотя его глаза смеются.

— Чисто научный интерес.

Начинаю продвигаться вперед, но демоны взяли меня под руки с обеих сторон и всячески замедляют мое движение.

— Замуж выйдешь за демона и все увидишь.

— Я хочу сейчас. Что там у обычных мужчин, я имею примерное представление. А что у вас — неизвестно. Лучше сразу все узнать. Мало ли, может, и замуж выходить не стоит.

— Нормально все там, — фыркает Хосок.

— Я хочу убедиться в этом лично.

— Я запрещаю тебе ходить на занятие, — отрезает Юнги. Как же надоел старший принц со своими приказами.

— Вы только что разрешили сходить в последний раз и тут же запрещаете. Вы не держите своего слова?

Он нехорошо прищурился.

— Хорошо, идите.

— Спасибо. А в чем, собственно, проблема? Всем можно будет посмотреть, чем я хуже? Или там и правда нечто такое, на что лучше не смотреть?

Мои вопросы остались без ответа. Ну, да и ладно. Скоро и так все сама узнаю.

Демоны оставили меня только тогда, когда довели до зала, где проводятся танцы. Хорошо, что мы никого из невест не встретили, иначе бы меня точно придушили ночью, несмотря ни на что. Конкуренция сейчас огромная, и с каждым днем все усиливается.

Танцы прошли в обычном режиме, началась теоретическая часть. Преподавательница чуть притушила свет для создания антуража, и вот в зал входит демон. Невесты сразу возбужденно зашептались между собой. Ещё бы, ведь в качестве экспоната к нам пришел наш любимый преподаватель по демоническому этикету. Что могу сказать, действительно отличный образец молодого демонического мужчины. Все с удовольствием на него посмотрят.

Я и ещё десяток девушек застыли в предвкушении. Преподавательница что-то там говорит, но, кажется, ее особо никто и не слушает. Мы с девочками завороженно наблюдаем за тем, как демон начинает медленно, картинно раздеваться. Испытываю острую нехватку в попкорне. Невесты притихли. Мы краснеем и бледнеем по мере того, как одежды на демоне становится все меньше и меньше. Очень увлекательная сегодня лекция.

И вот, наконец, аудитория замерла в ожидании. Великолепное демоническое тело почти обнажено. Осталось только снять белье. Демон лукаво улыбается, оттягивает край трусов и… перевоплощается в большого, пусть и впечатляющего, но уже не настолько соблазнительного, но зато в одной набедренной повязке.

Всеобщий вздох разочарования подтвердил, что расстроилась не я одна. В конце концов, нам бы надо и человеческой формы мужское тело поизучать для общего развития. Честное слово, в какой-то момент я чуть не заорала нечто вроде: «Снимай уже трусы!». Хорошо, воспитание не позволило, но хотелось, да. Любопытство — оно такое.

Ладно. Все смотрим на набедренную повязку. Преподавательница водит указкой по демоническому телу, опять что-то там рассказывая, но сил слушать нет.

— Покажите уже, что под повязкой!

Ха! А это не я кричу. Другая невеста не выдержала напряжения.

— Его светлость не будет снимать повязку, — строго ответила преподаватель.

— Почему?! — возопили невесты. — Вы же нам обещали! Пусть показывает.

— В программу обучения внесены изменения, теперь, начиная с этого отбора, данные части тела на уроках невестам показываться не будут.

Теперь уже невесты не томно грустно вздыхают, они негодуют, а некоторые и вовсе демонстративно покидают зал.