Отцы, и дети шкатулка проблем

Отцы и дети шкатулка проблем
30. Льюис, сын Кота

      Если бы в голове Нуара был большой медный гонг, а между его детьми проводились бы соревнования по тому, кто сильнее и громче по нему ударит, то абсолютным победителем несомненно вышел бы Льюис.

      Еще не улеглось эхо от вчерашних слов Багмена «Моя мама Маринетт Агрест», как новая фраза, новый удар по гонгу — и в ушах Нуара снова стоит гулкий звон, мешая даже осмыслить услышанное.

      «Я ведь на тебя больше похож, чем на папу». Бессмыслица.

      — Ты о чем? — осторожно уточнил Кот, надеясь, что Багмен оговорился или сам он ослышался.

      Вот только сын не успокоил ответом отца. Напротив, казалось, взял в руки самую большую колотушку, чтобы провести новую серию ударов по гонгу в его голове.

      — Я уже давно об этом думал. Взять хотя бы внешность: у папы… ну… у папы-Адриана… волосы без проблем можно в любую прическу уложить, а у меня без трансформации торчат во все стороны, как у тебя сейчас. А еще я камамбер ненавижу, как и ты. И с девушками у меня не ладится. Как у тебя в моем возрасте.

      — С чего ты взял, что у меня не ладилось с девушками? — перебил Нуар, сам не зная, почему зацепился именно за эту фразу.

      — Ну, тебе ведь вроде тогда моя мама нравилась, — почесал затылок Багмен. — А ты ей… эм… нет. Постоянный облом, как у меня с Элен. Но я, как и ты в свое время, нашел в себе силы отказаться от первой любви, — он приложил руку к сердцу, — и вот, еще одно сходство. Наследственность действительно забавная штука.

      Нуар потряс головой. Постепенно приходило осознание того, что имеет в виду Багмен, но точно не того, как он до такого додумался.

      — Какое-то время я пытался цепляться за то, что Элис все же больше на папу-Адриана похожа, — продолжил сын. — Но я присмотрелся, подумал… мы ж близнецы все-таки… в общем, на тебя она тоже похожа больше. Ты просто не представляешь, как сильно она может царапаться! Когти реально кошачьи. А еще она мне селфи скинула с кошачьими ушками. Я как-то смотрел видео о том, как вы с мамой в свое время сражались со злодеем, меняющим людям пол… Так вот, Элис с кошачьими ушками — прям копия того, как ты бы выглядел, родись женщиной.

      Кот тяжело вздохнул и попытался взять себя в руки. Возможно, ему стоило бы сначала снять трансформацию и затем объяснить Льюису, что он напридумывал лишнего, но Нуар был слишком потрясен такими домыслами сына, что предпочел сначала попытаться объясниться, а раскрыться — уже потом.

      — Ты ведь знал, что мы с твоей мамой не виделись после ее отставки почти двадцать лет, — напомнил он.

      Багмен кивнул.

      — И неужели ты думаешь, что она стала бы… — Нуар сглотнул. Странно было говорить о таких вещах с собственным сыном, которого он, как оказалось, некоторое время подозревал в попытках увести Маринетт. — Изменять?

      Багмен покачал головой.

      Нуар выдохнул. Его сынишка ведь умный мальчик, он ведь сложит факты «Я твой отец» и «У Кота и Ледибаг никогда ничего не было» верно, да?

      — Мне это самому странным казалось, — пожал плечами Багмен. — Но я так понимаю, тут магия в ход пошла.

      Увы. Плагг бы на это сказал «Твой сын весь в тебя», но благо сейчас был в кольце, отчего не мог отпускать ехидные комментарии.

      — Магия? — переспросил Кот.

      — Ну, типа, акума, затянувшая вас в прошлое и отшибившая память. Угадал, да? — усмехнулся Багмен. Нуар открыл было рот, чтобы возразить, но сын в лучших традициях матери его перебил: — Нет, лучше не отвечай. Такие подробности я знать не хочу. И вообще, знаешь, пусть биологически мой отец — это ты, но лично я все равно всегда считал и буду считать своим папой Адриана Агреста.

      Рот Кота вновь закрылся прежде, чем он успел что-либо произнести.

      — Все-таки он меня воспитал, — Багмен задумчиво посмотрел куда-то вдаль. — И я его правда очень сильно люблю. И нет, ты не подумай, что это из-за денег или крутости фамилии Агрест. Я уже решил, что от дедушкиного наследства откажусь в пользу Хьюго. Правда, надеюсь, это еще очень-очень нескоро будет, потому что дедушку я тоже люблю, хотя они с папой и не особо ладят. И это… давай, пожалуйста, оставим нашу родословную в секрете, ладно? А то я боюсь, что отношение папы и дедушки ко мне изменится, да и Элис… она ничего не знает, не надо ее травмировать.

      Над крышей повисло молчание. Если в какой-то момент Нуар начинал злиться на то, что Льюис мог вбить себе в голову настолько абсурдную чушь, то сейчас злился куда сильнее, но уже на себя — на то, что всеми этими бесконечными секретами и тайнами довел сына до таких мыслей.

      — По умению накручивать себя ты весь в мать, — вздохнул Кот Нуар и, привычным жестом потрепав его по волосам, снял трансформацию.

      От неожиданности Багмен резко подскочил, пошатнулся и едва не свалился, но Адриан поймал его за руку и притянул к себе.

      — Я твой отец, — повторил он, обнимая сына. — Только я. И прости нас с мамой за то, что заставили сомневаться в этом. И знай, мы бы ни в коем случае не стали тебя меньше любить.

      Обнимая его в ответ, Багмен смог выдать лишь удивленное «Воу».

      Свой подзатыльник за сомнения в верности матери и мысли о наследстве живого и здорового дедушки он получит чуть позже.

      Когда Льюис вбил себе в голову, что его отец Кот Нуар, и еще не знал его настоящую личность, он решил хранить эту догадку в секрете от Элис, потому что боялся, что правда сильно ранит ее. Пусть он и считал Кота Нуара крутым и восхищался им как героем, никакого другого отца, кроме Адриана Агреста, ему не хотелось. Он даже как-то сказал Тикки, что отцовство Кота Нуара — та правда, которую лучше не знать… но теперь, когда тайна личности открылась, а чувство неловкости от осознания того, что Льюис наговорил родному отцу, являющемуся одновременно и Котом Нуаром, и Адрианом Агрестом, улеглось, ничто не мешало ему с порога громко заявить сестре:

      — Наш отец Кот Нуар!

      Листавшая на диване новостную ленту Элис ответила невозмутимо спокойным «Угу».

      Льюис удивленно на нее вытаращился.

      — И все? — спросил он. — Это вся твоя реакция?

      — А что ты ожидал? — пожала плечами сестра. — Причитаний на тему «как же так вышло, что мы не узнали в Коте Нуаре папу»? Сам же говорил, тайну личности магия защищает.

      Льюис почесал затылок. Ожидал он совершенно другого, и, бросив на него косой взгляд, Элис все-таки догадалась об этом.

      — Только не говори, что думал, что я не пойму, что ты про нашего папу, а решу, что мы дети какого-то левого мужика.

      Льюис виновато хихикнул.

      — Я еще в своем уме, — закатив глаза, Элис вернулась к чтению ленты. Вот как после этого не считать ее роботом? — И да, мы еще утром с папой на эту тему поговорили, — усмехнувшись, добавила она.

      Маринетт вновь пыталась уговорить Адриана если не помириться, то хотя бы раскрыться перед отцом, но он был непреклонен. Поэтому, когда они все вместе собрались у Габриеля, чтобы обсуждать дальнейший план действий (даже Элис напросилась присутствовать, настаивая на том, что «все равно же уже в теме»), Кот Нуар единственный был в маске.

      Он стоял у стены, недовольно скрестив на груди руки, и исподлобья смотрел на отца взглядом, в котором отчетливо читалось «Будь моя воля, меня бы здесь не было». Элис даже не сдержалась, шепнула матери «И долго папа будет как ребенок себя вести?», в ответ на что получила «Самой хотелось бы знать».

      Впрочем, Габриель тоже всем своим видом выражал, что присутствию в доме постороннего Кота как обычно не рад, заставляя Маринетт невольно ловить себя на мысли, что выражения лиц отца и сына сейчас очень похожи. И что Натали, бросавшая обеспокоенные взгляды то на одного, то на другого, возможно, о чем-то все же догадывается.

      Небольшой повод для волнения поначалу был и у самой Маринетт. Она не рассказывала Льюису прежде, что Миньяс, помогающий ей превращаться в Ледидарк — это Хьюго, и боялась, как он отреагирует на это. Вдруг обидится, что первым получил Камень Чудес его младший брат, а не он? Но эту новость Льюис воспринял удивительно легко, фразами «Офигеть, это ж круто» и «Блин, как я сам раньше не догадался».

      Почему Нуар в тот момент спросил «Что, даже не будешь думать, что у тебя еще один младший брат есть?», Маринетт так и не поняла.

      Пошушукавшись о чем-то своем в стороне (судя по горящим глазам старшего, о новой концепции супергеройского блога), Льюис и Хьюго сели на диван рядом с матерью, а Тикки и Нууру, помахав друг другу лапками, расположились у них на коленях.

      Вчера Маринетт подробно пересказала Адриану, что удалось узнать во время похищения, сейчас она повторила это уже для всех.

      — Итак, что мы имеем, — подытожила Натали, рисуя схему на интерактивной доске. — Изначально их было двое. Один с камнем Рака, убивал именно он. Второй — с камнями Осьминога и Черепахи — главарь. И от сообщника он вчера избавился.

      — Теперь у него точно есть три Камня Чудес, но мы так и не знаем, ни как он выглядит, ни его настоящие мотивы, — вздохнула Маринетт, откинувшись на спинку дивана.

      — Ну… ему, наверное, наши Камни нужны? — предположил Льюис.

      — Это и так ясно, вопрос в том, для чего, — ответил Нуар.

      — Наверное, чтобы исполнить какое-нибудь желание! — воскликнул Хьюго, довольный своей догадкой. Возможно, проще было сначала обсудить все без детей, но именно им предстояло защищать Париж в ближайшие годы, и вся эта ситуация могла бы подарить им бесценный опыт.

      — Если будем знать, какое это желание, то поймем, как далеко он может зайти, — поправив очки, объяснила ему Натали.

      — Он уже пошел на убийство нескольких человек и своего сообщника, — заметил Льюис. — Ставлю на мировое господство.

      Маринетт закатила глаза. Габриель открыл было рот, чтобы что-то сказать, но его опередила Элис.

      — А у Бражника какая цель была? Может, это он вернулся к своим темным делам? — спросила она.

      В комнате повисло неловкое молчание. Упс. Про секрет дедушки ей так и не рассказали.

      Закусив губу, Маринетт беспомощно посмотрела на Нуара, но тот перевел сердитый взгляд на отца, словно призывая того признаться самостоятельно. Льюис озадаченно чесал затылок. Тикки и Нууру обеспокоенно переглядывались, Натали отрешенно совершенствовала нарисованную на доске схему.

      Габриель, словно речь шла не о нем, рассматривал потолок.

      — Я что-то не то сказала? — уточнила Элис, заправив за ухо прядь волос. — Или тема Бражника здесь… типа… табу?

      — Бражником деда был, — глазом не моргнув, выдал его секрет Хьюго и даже указал на него пальцем, чтобы Элис точно знала, что речь не о дедушке-Томе. — Но сейчас он ни при чем, я слежу, чтобы деда хорошо себя вел.

      Элис шумно закашлялась.

      Габриель принялся изучать взглядом пол.

      — Это все в прошлом, — громко произнесла Маринетт, посмотрев сначала на дочь, а затем на Кота. — Сейчас у нас новый враг и нужно решить, что с ним делать.

      — Может, все-таки Криса проверим? — поддержал Льюис попытку матери вернуться к обсуждаемой теме. — А то сорвалось же.

      — Стажировку у меня проходил Лжеавгуст, тут никаких сомнений, — покачала головой Маринетт. — А его и Криса я постоянно видела рядом. Наверняка именно у него Крис и заметил браслет, а потом зарисовал.

      — Доверяй, но проверяй: вдруг там целая банда сообщников, — невозмутимо произнесла Элис, словно открывшаяся тайна минуту назад ее совсем не шокировала или злодейское прошлое дедушки для нее ничего не значило. Адриану было чему поучиться у дочери.

      — Я тоже думаю, что проверить не помешает, — поддержал Кот Нуар. — Хотя бы для общего спокойствия. Хьюго, будь готов превратить завтра маму в Ледидарк.

      Сын кивнул, но, подумав немного, сказал:

      — Я постараюсь, конечно, но мама больше не грустит, — он довольно улыбнулся, — и при превращении может выйти что-то другое. Поэтому, — Хьюго обратился к матери, — ты настраивайся больше думать, что секреты и тайны — зло, чтобы новая сила точно на определение правды работала.

      — У тебя все получится, — погладив его по руке, произнес Нууру. Маринетт невольно вспомнила, как Хьюго несколько месяцев убеждал квами, что нет смысла называть его хозяином и обращаться на вы. Двадцать лет назад он и вовсе попал к ней испуганным и забитым; и если злодейское прошлое Габриелю Маринетт относительно быстро простила, то за жестокое обращение с квами выговаривала до сих пор.

      Нууру помогал Бражнику в темных делах не по своей воле. А вот квами Рака… похоже, вполне устраивало то, чем они занимались.

      — Меня еще очень беспокоит квами Рака, — сказала Маринетт. — Она добровольно исполняет любые приказы хозяина, вплоть до убийства… и, если я правильно поняла, она тайком осматривала нашу квартиру в поисках шкатулки.

      — В здравом уме помогать злодею? — нахмурилась Элис.

      Губы Натали дрогнули в нервной улыбке.

      — Убийство человека запрещено правилами, — поежилась Тикки. — До сих пор страшно представить, чтобы квами пошла на такое.

      — Ну, если ее сила — придавать человеку облик мертвеца, то на этой почве легко свихнуться, — поморщился Льюис. — Но мы освободим ее от этого злого хозяина и… ну… — он задумался.

      На выручку пришел Хьюго:

      — Когда вырасту, хочу быть квами-психологом. Помогать им адаптироваться после злодеев-владельцев.

      Улыбнувшись, Маринетт потрепала его по волосам. Искоса посмотрела на Нуара — на его губах тоже читалась гордая улыбка, — и на Габриеля, теребящего шейный платок.

      Кашлянув, чтобы обратить на себя внимание, Натали указала на доску, где тремя аккуратными кружками было обведено слово «Рак».

      — То, почему квами так себя ведет, можно будет выяснить позже, — сказала она. — Сейчас гораздо важнее обезопасить себя от нее. Раз врагу известны ваши секреты, ему ничего не стоит подослать маленькую незаметную квами как шпионку.

      Маринетт кивнула. Они уже обсуждали это с Адрианом, а потому, перед тем как собраться здесь, попросили Тикки и Нууру облететь все вокруг, чтобы убедиться, что их не подслушивают.

      — Думаю, в целях безопасности вам всем нужно перебраться сюда, — задумчиво произнес Габриель. Переглянувшись с Котом, Маринетт пообещала уговорить Адриана, и Агрест-старший продолжил: — Предложи родителям отдохнуть в кругосветном круизе, чтобы их не использовали как слабое место. Натали, — он перевел взгляд на мадам Санкер.

      — Можете считать, что я уже купила билеты, — сказала она.

      — В Книге много информации о контроле над квами, — продолжил Габриель, поправив очки. Нууру, поежившись, юркнул в карман к Хьюго. Наблюдавший за этим Кот Нуар раздраженно сжал правый кулак. — Точно помню, было что-то для их отпугивания…

      — Эта штука очень ужасно пахнет! — протянула Тикки, перелетев к Льюису на плечо. — Даже хуже, чем сыр Плагга!

      — Я попробую сделать так, чтобы это действовало только на чужаков.

      — Не забудьте, что моего квами в списке чужаков быть не должно, — с натянутой улыбкой напомнил Нуар.

      Габриель поморщился, очевидно, жалея, что теперь не удастся «забыть».

      Что ж, оставалось надеяться, что вынужденное совместное проживание без масок все-таки послужит Адриану толчком к примирению с отцом. А пока оставался еще один важный пункт текущей повестки.

      — Полагаю, можно считать решенным вопрос с защитой от квами-шпионки дома, — сказала Маринетт. — Но мы так и не представляем, как искать самого врага. У него три Камня Чудес, он может превращаться в кого угодно и знает о нас практически все. Нужно быть осторожными.

      — Умение превращаться в умершего ему вряд ли сильно поможет, — задумался Нуар. — А у Камня Осьминога хотя бы есть недостаток — неспособность копировать голос.

      — Получается, ты слышала его настоящий голос, так? — оживилась Элис. — Значит, у нас хоть что-то есть!