𝙃𝘼𝙇𝙁-𝘽𝙇𝙊𝙊𝘿 𝙑𝘼𝙈𝙋𝙄𝙍𝙀 𓆩𓆪

/ тгк: iiiuuya
подписывайтесь, чтобы узнавать новости о моей деятельности первыми
От айдола берется только внешность и имя. Любые совпадения = случайность.

𓍯𓂃 CHAPTER 1     𝒱𝒶𝓂𝓅𝒾𝓇ℯ
──────────────────────
• ───────────────── •

Высота дарила Джейку странное чувство покоя. Не то чтобы он в нем нуждался, нет. Бессмертие приучило его к хаосу, к вечному движению и бесконечному количеству лиц и событий. Иногда, раз в несколько десятилетий, ему просто хотелось забраться куда-нибудь повыше, надеть наушники и врубить что-нибудь тяжелое, чтобы хоть как-то перебить этот назойливый грех – жажду. Тысячелетие это срок, достаточный для того, чтобы выучить наизусть каждую ноту отвращения к самому себе.

Он сидел на краю крыши, свесив ноги над ночным городом. Под ним бурлила жизнь, тысячи огоньков машин ездили по улицам, а музыка в наушниках грохотала так, что заглушала всё остальное. Вкус крови уже не был чем-то манящим, скорее просто противным воспоминанием или ощущением липкой вины, которую он не мог смыть. Он дышал, чувствуя холодный воздух, проникающий в легкие, как обычный смертный. Парадокс, над которым он усмехался уже тысячу лет.

Он был вампиром, правда наполовину... это разделение и эта вечная борьба двух сущностей, разрывала его на части, не позволяя ни полноценно утолить вампирский голод, ни забыть о человеческой боли... способности чувствовать, любить и страдать, которую он отчаянно пытался похоронить под слоем цинизма и отстраненности, демонстрируя миру лишь холодную, неприступную маску. Здесь на крыше, наедине с собой, ему не нужно было притворяться кем-то. Не нужно было играть роль бесчувственного монстра, которым он в действительности не являлся, но которым его заставляли быть обстоятельства, проклятие полукровки, обреченного на вечные страдания.

Даже здесь, на вершине мира, посреди ночной тишины, его не оставляла жажда. Разгоряченная тысячелетним голодом, требующая немедленного удовлетворения, ведь его сущность полукровки была ненасытной, вечно требующей баланса между человеческой и вампирской потребностями. Кровь была той самой красной нитью, связывающей его с реальностью, с жизнью, которую он так отчаянно пытался оттолкнуть, но одновременно с этим и желал прикоснуться к ней. Он никогда не любил по-настоящему, точнее, он боялся любить, зная, что любое его прикосновение приносит смерть и разрушение. Его любовь – это проклятие, обреченное на страдания и вечную потерю, ведь он был вампиром и любое его чувство могло стать смертным приговором для того, кто осмелится приблизиться к его темному сердцу.

– Эй! Ты что творишь?! Не смей!

Резкий, пронзительный крик вырвал его из мрачных мыслей и заставил резко обернуться. Перед ним стояла девушка. Её волосы, темные и густые, разметались по плечам от порывов ветра, а в глазах. Она смотрела на него большими испуганными глазами.

– Ты чего это тут?! Не вздумай! – она кричала, приближаясь, словно боялась, что он в любой момент сорвется и полетит вниз. По ее мнению, он собирался добровольно прыгнуть в эту бездну. – Не делай глупостей!

Джейк нахмурился, не понимая, откуда взялась эта незваная гостья и какое право она имеет вмешиваться в его уединение и в его мысли.

– Чего тебе? – прорычал он, его голос звучал хрипло и довольно угрожающе.

– Не прикидывайся! Я видела, как ты стоишь там, на самом краю! – она продолжала надвигаться, ее глаза, полные тревоги, не отрывались от него ни на секунду – Все можно решить! Пожалуйста, не прыгай!

Джейк усмехнулся, пораженный ее наивностью и самонадеянностью. Она, как и большинство людей, считала, что все проблемы можно решить, что всегда есть выход, не понимая, что для него, полукровки, вечность – бесконечная и безысходная жизнь.Джейк медленно вытащил один наушник. Звук гитарного соло взорвался тишиной ночи.

– Ты чего несешь? Я просто слушаю музыку, – огрызнулся он, раздраженно махнув рукой в сторону наушников, пытаясь доказать ей, что он здесь не для того, чтобы покончить с собой, а просто наслаждается тишиной.

– Слушать музыку на краю крыши в три часа ночи?! Да это же сумасшествие! – она возмутилась, ее голос звенел от негодования и беспокойства, словно он совершал какое-то кощунство, нарушая законы мироздания. – Слезь оттуда немедленно и мы поговорим, может, я смогу тебе помочь!

Джейк закатил глаза, чувствуя, как в нем нарастает раздражение, но одновременно с этим и какое-то странное, необъяснимое любопытство, ведь эта девушка, в отличие от большинства смертных, не испытывала перед ним страха. Она не отшатывалась от него, как от прокаженного, а, наоборот, проявляла сочувствие и заботу, словно видела в нем не монстра, а обычного человека, нуждающегося в помощи.

– Я никуда не слезу, – ответил он, его голос был холоден и отстранен, пронизывающий до костей. – И вообще, с чего ты взяла, что я собираюсь прыгать? Это не твое дело!

– Ну, ты выглядишь… – она запнулась, ища подходящие слова, чтобы описать его состояние, не желая обидеть его или задеть его чувства. – …как будто тебе очень плохо. Очень.

Джейк усмехнулся, услышав ее слова, ведь она даже не представляла, насколько ему плохо на самом деле. Насколько же глубока его печаль и  сильна его жажда, которую он отчаянно пытался подавить, чтобы не причинить вреда ни ей, ни кому-либо другому.

– Тебе кажется, – отмахнулся он, отворачиваясь от нее и вновь устремляя свой взгляд на ночной город. – Проваливай отсюда..

– Нет, не кажется! – она упрямо возразила, делая еще один шаг вперед, словно собираясь преодолеть расстояние, разделяющее их. – Я чувствую, что-то с тобой не так.

– Ты ошибаешься, – сказал Джейк, поворачиваясь к ней лицом, его глаза вспыхнули алым огнем, выдавая его вампирскую природу, которую он так отчаянно пытался скрыть. – И тебе лучше уйти, пока я не показал тебе, как мне может быть действительно плохо.

– Не надо меня пугать, – прошептала она, но в ее голосе не было страха, лишь какая-то странная смесь любопытства и сочувствия. – Я не боюсь.

– Тогда ты просто дура, – сказал он, стараясь говорить спокойнее, чтобы не спугнуть ее. Он  почувствовал ее запах крови, которая манила его и пробуждала в нем инстинкты, которые он так долго подавлял. – Уходи, это совсем не твое дело.

– А если я не хочу уходить? – спросила она, вызывающе вскинув подбородок, словно бросая ему вызов, испытывая его терпение. – Что тогда?

Джейк больше не мог сдерживаться. Его вампирская сущность брала верх над человеческой, его разум померк, оставив лишь инстинкт, жажду и голод, которые требовали немедленного удовлетворения. Он шагнул вперед, сжимая кулаки, его глаза горели алым пламенем, а клыки медленно выросли, готовясь к смертельному укусу. Она замерла, словно парализованная, не в силах пошевелиться, ее дыхание участилось, а сердце бешено заколотилось в груди, словно предчувствуя надвигающуюся беду.

– Тогда… – прошептал Джейк, его голос превратился в хриплый рык, – …тогда я покажу тебе, что значит быть полукровкой.

Эти слова стали последней каплей. Джейк сорвался. Он схватил ее за руку, потащил к себе, и прежде чем она успела что-либо сказать. Он впился зубами в ее шею. Кровь… теплая, сладкая, живая кровь… она обрушилась на него целиком и полностью. Все его чувства обострились, все его инстинкты вырвались на свободу. Он пил жадно, неконтролируемо, словно умирающий от жажды путник, добравшийся до оазиса. Хана вскрикнула от боли, попыталась вырваться, но Джейк держал ее крепко. Он не мог и не хотел останавливаться. Когда он, наконец, оторвался от ее шеи, Хана рухнула на землю, без сознания. На ее бледной коже алели два небольших прокола, из которых сочилась кровь.

Джейк стоял над ней, тяжело дыша. Он смотрел на ее тело и чувствовал, как его переполняет ужас. Что он наделал? Он обещал себе, что больше никогда не причинит никому вреда. Он обещал себе, что будет держаться подальше от людей, но он снова не сдержался.

– Посмотрим, что из этого выйдет, – прошептал он. – Игра только начинается.

Она стала его проклятием. Навечно.