Глава 1. Театр абсурда.
Авада Кедавра!
Кто сказал, что Авада - это смерть?
Смерть? А с какой это неземной задницы - я жив!?
Нет, ну я, конечно, понимаю, что с здравым смыслом мы давно в ссоре...
Но Авада - это смерть! С давних времён...
Кристражей нет, все, пиздец подкрался незаметно.
А Поттер пусть себе живёт спокойно, слава героя, всё оправдал.
А голова... Как же она раскалывается!
Да вроде не бухал вчера. Всего лишь умер. Ну с кем не бывает?
- Мой лорд, всё готово!
- Люциус? - нет, серьёзно, может, я сплю? Сон для мертвеца, как подарок под конец.
Эй, Хель, забери меня к себе, дай умереть спокойно. Может, и правда всё?
От Авады же не оживают.
- Что там готово, Люц? Принёс мне вести о кончине?
- Мой лорд, боюсь спросить, о чём вы? - Трясётся, как осенний лист на всех ветрах промозглой осени. - Хогвартс почти у наших ног... Все ждут только вас, мой лорд.
- Меня? Ах, точно... Я же Хогвартс собирался захватить. Ну что ж, пойдём.
Это какой-то цирк... Моих людей побили пешеходы, в кричащих мантиях, тройки - цвета. Или это и правда, мой личный всеми виданный кошмар?!
Кошмар.
- Привет, мой лорд, желаешь умереть?
Зелёный луч, и те же глазки. Мальчишка мил, сказали бы все, кто его видел, и я бы сказал. Наверное, тупик. И день как день, если бы я не умер.
Так, всё достали. Идите все в туман. Курьёзный случай - инопланетяни в хате, спасите, маги, я уже не вывожу. Один, два, три, четыре, пять... и пошёл я спать. Опять.
Театр, пьеса сыграна, сирена воет, актёры по местам, и всё снова сначала. Авада, авада, авада... мать мою, Авада!
И как до этого дошёл я? Тёмный Лорд, сильнейший, страшный, восставший из небытия. Полукровка, и похер мне что говорят актёры!
Зелёный туман стелется по земле, тяжёлая туча давит сверху. Чёрные мантии, испуганные дети, рыцари Хогвартса, золотое трио. Последний день вселенской катастрофы.
Но время зациклилось. Вспять оно не пойдёт. Стрелки кружатся, и я снова возвращаюсь назад, как змея мазохистка, поедающая собственный хвост.
Уроборос чудное творенье - древний символ, изображающий змею или дракона, кусающего свой хвост. Символизирует бесконечный цикл жизни, самовозрождение, вечное возвращение и замкнутость времени, выглядит пугающе. Надеюсь, Наги никогда не будет так делать...
- Чего стоите, - пси встрепенулись, наблюдая за их лордом. - Нарсы, милая, спасибо, я знаю, что он жив. Вставай, придурок гриффиндорский!
- Танцующие в облике пылинок цветы узорчатых дорог... Эй, цветочек, что не сыграл в ящик! Подъём, - одно малюсенькое заклинанице - и Поттер глазки открывает. - Поздравляю, Поттер, у тебя сегодня второй, третий или какойто там - день рождения!
- А точно, Поттера в темницу, придурки! Я ещё пожить хочу. - Эх, как красивы эти глазки - так и лучатся светом и добром, желанием спасти всех. - Ну жизнь же одна, Поттер, чего ты так печёшься о других? Чего стоим? Несите нашу гостью - он без подарка, шикарных апартаментов пусть теперь не ждёт. И только троньте - я после поиграю!
Ну, может, змейка сжалится над маленьким хвостом! И сожрёт всего лишь солнце. Сбежать бы на острова красивые, с песочком... Так нет - сижу я здесь и петли разгребаю! Там вроде в книгах что-то было - от скуки можно и почитать, всё равно полночь, и всё опять по новой.
* * *
- Ну что за невезение, Поттер! Ты, конечно, мил, но можно мне другую цацку? Пошли оглянем милые пещеры. Там есть решётки и даже кроватка - тебе там точно понравится!
- Кто бежит по свету с Поттером в руках - проиграл он бой, но выиграл войну! - Напевание песенки помогло Гарри осознать, что лорд точно сбрендил окончательно и бесповоротно. А могло быть иначе? - Верёвочки крепкие Поттера несут! Дивная фраза, Поттер, согласись. - Волан-де-Морт сделал поворот на 180 градусов, лицом змеи к парящему брюнету. Зелёные глазки сверкали огнём, ответа нету, и лорд взбешён!
- Что ж, сегодня по плану у нас пытки! Ох ты, не бойся - возрождаться не так страшно! Что же такого то придумать... - Лорд снова зашагал вперёд и прилепил он гриффиндорца к стеночке одной, тёмной и холодно-ледяной.
- Ой, глазки заблестели! Какое-то чувство... ах, точно - это страх! - Победно хлопая в ладоши, крикнул сиятельный наш Лорд. Улыбка - тёплая, но слова - стрёмные. И Круцио летит прелестным лучиком.
Поттер не закричал - всего лишь щёчки сжал, гординя добрая родня. Тельце тряслось, а с глазок текли слёзы.
- Ну так неинтересно! Я голосок не слышу! Что ж, придётся Тёмному попотеть! А связка болевых приёмов... магия - это работа! Учти, я долго ждал твоей ведь смерти! А ты - вселенское разочарование.
Глухой стук - и падающее тело. Изранено, измучено давно и даже двинуться не в силах, лежит - потеряно оно. Ни звука оно не произнесло - кукла, что пала без сил. И в случае, если Тёмные решат добить - не будет оно поворушено.
- Мне даже как-то тебя жаль... - с грустью надул губки Темнейшество. - Поттер, а как звали ту кудряшку? У неё голосок - прям мольба. И рыжего тоже прихватим - друзья в беде не должны бросать!
Тихий шёпот:
- Не смей! - что слышен только чуть-чуть. Попытка подняться - похвальна, но провальна.
- Ой, голос! У тебя есть голос! Я сплю!?
* * *
- И снова шёпот тихих волн, и рыбка мёртвая на палубе дрыгается, и вилки в ручках, и я не пинаюсь, а ты сидишь и кривишься, пернатый!
И новый день, и снова мрак, и Поттер снова гость в красивом замке. Как мил наш день, и память - в мрак, ведь новый день - петли времён.
- Слова - это маленькие штуки, что складываются из букв! Ведь ты ж умеешь говорить, в этом я точно убедился. Будь так любезен - пожелай мне приятного аппетита!
- Лучше умру.
- Краткость - сестра таланта... ну хорошо: Авада... А ой, я пошутил! Так в кресло сжался, милый... Ты поешь, рыбка и правда вкусная! Ни то змеюка времени её не даст и распробовать.
- Почему не убьёшь? А мучаешь глупыми разговорами!
- Нет, как-то не интересно - я уже наигрался. Сегодня погода хорошая, да и ты - гордая курица. Но если есть не будешь - то я тебя отдам Нагайне. - Лорд прищурил глазки и принялся за аппетитную филе́шку. - Еда - услада для бытия!
Волан-де-Морт восседал с видом патриция: неторопливо пережёвывал кусочки, подливал себе вино цвета крови, и время от времени смахивал невидимую крошку со своей мантии.
Поттер - нахохлившийся, как полузамёрзший воробей - сидел на краешке кресла, будто пытался мебелью стать. Не шевелился, не моргал. Молчал и ждал.
Тишина капала, как влага с подвала заброшенного театра, абсурда конечно!
И вот... у Лорда дрогнуло терпение. Он посмотрел на Поттера. Долго.
Поставил кубок на край столика.
Вздохнул. И произнёс:
- Ну что ж, опустим гордость, раз у тебя ручки дрожат как у старичка.
С этими словами он поднял ложку - серебряную, с изогнутым древним орнаментом, из тех, что, вероятно, кормили ещё Мерлина - и зачерпнул нежный кусочек рыбки.
Осторожно поднёс ко рту гриффиндорца, но тот сжал губы. Очевидно - геройства и за ужином не отменялись.
- Ах вот как... - прошептал Лорд, и, держа ложку в одной руке, второй аккуратно прижал Поттера за подбородок, слегка наклоняя его лицо вверх. - Не пугайся. Ты ведь не хочешь показаться невежливым за столом?
Щёлк. Дверь открылась.
На пороге - Люциус, с выражением «я ел лимон, пока меня не заметили». Даже его трость упёрлась в пол под таким углом, будто её сейчас заклинанием воскресят и заставят сбежать.
Сцена перед ним прилестна, остался только Оскар и похвала, за доброе то дело!
Лорд Волан-де-Морт стоит над Поттером.
Одной рукой держит ложку.
Другой - подбородок.
Глаза светятся..
Пауза. Поттер наконец-то глотает. А Волан-де-Морт удовлетворённо кивает.
- ...я... эм... - промямлил Люциус, - я зайду позже.
- Да ну, Люци, - не оборачиваясь, отвечает Лорд. - Ты как раз к сладкому успел.
Поттер тихо прокашлялся:
- Не говори так...
Ложка скользнула по краешку губ. Поттер всё ещё смотрел на Лорда так, будто каждый следующий укус может обернуться последним. Но ел. Осторожно. Молча. Как пленник, которого кормит само время, скучающее и извращённое.
Люциус всё ещё стоял в углу. Его лицо претерпело две эпохи эмоций: от ужаса до тихого ступора. Он начал сливать обратно в интерьер, изображая гобелен желательно за дверью.
Волан-де-Морт, удовлетворённо прищурившись, вытер уголок губ Поттера салфеткой, будто делал это тысячелетиями. В голосе у него - почти детская гордость:
- Ну вот, а мне говорили, что я приготовить ничего не смогу! Видишь, как ты жуёшь... почти как настоящий. Наги и тебе здесь есть. А спустись-ка с люстры не притворяйся декором!
Люстра над столом дрогнула. Из неё плавно, на манере театрального спуска, по цепи спустилась змейка.
- Милорд... вы меня звали? - с шелестом Нагайна скользнула вниз. Её глаза блестели в полутьме, как осколки зелёного стекла. - Мне тоже кусочек рыбы? Или вы сейчас только закармливаете мальчиков, мм?
- Только тех, кто плохо держит вилку, - с довольным змеинным мурлыканьем отметил Темнейшество.
Поттер шумно выдохнул.
- Мне точно не снится? - подумал он.
- Не волнуйся, Поттер. Если бы снилось - давно бы проснулся, - Лорд снова наполнил ложку. - А теперь - «самолётиком», как ты любишь...
Поттер моргнул. Один раз. Второй. Ложка с белёсым куском рыбы зависла между ними, как застывшее заклинание. В воздухе - душная смесь специй, пыли старого замка... и чего-то ещё. Бессонницы? Одержимости?
- Открой рот, - мягко, почти шепотом. Голос Волан-де-Морта - неожиданно тёплый, как бархат, который трёт до ссадин.
Гарри подчинился - не потому что боялся, а потому что взгляд Лорда держал крепче, чем верёвки.
- Вот так, - прошептал Лорд, позволяя ложке скользнуть внутрь, осторожно, как будто кормил хрупкий артефакт. Его пальцы на миг задержались у подбородка Поттера - кожа, лёгкая дрожь. - Знаешь, ты выглядишь гораздо милее, когда ешь. Это... приятно.
Поттер сглотнул. Медленно. Веки дрожали, губы - тоже. Он не понимал, что именно происходило, но в этом что-то было слишком много тишины, слишком мало ярости.
Лорд же слегка склонился вперёд, позволяя своему голосу утечь между ними, как вино по шёлку:
- Не бойся. Я не причиню тебе вреда. Пока ты - вот такой. Тёплый, дрожащий, упрямо живой.
Он убрал пустую ложку и взял другую порцию.
Гарри едва слышно прошептал:
- Зачем ты это делаешь?
Волан-де-Морт на мгновение задумался. Посмотрел не на лицо - на шею, на ключицу, туда, где жил пульс. Его зрачки сузились, и он, с лукавой тенью во взгляде, прошептал:
- Может быть, я просто решил попробовать, каково это... - он наклонился ближе, его дыхание касалось опаленной шеи, - ...удерживать свет в руках и не сломать.
И пока Поттер в ужасе глотал от этого ответа, дверь заскрипела, и по коридору послышались шаги. Широкие, уверенные, чужие.
Лорд не обернулся. Он лишь скользнул взглядом по Гарри, медленно улыбаясь:
- А теперь - спрячь страх, Поттер. К нам идёт твой последний поклонник!
* * *
- Мой лорд... но почему?
- Хей, Люцик, не ты ли, один из антагонистов истории мальца?
- Но Сириус - ваш козырь. И вы вот так его ему преподнесли? Вы же хотели шантажировать Поттера им...
- Эх, как же рассказать, прекрасный белобрысый, что книга закрыта, а страницы исписаны давно. И нет там милого конца с хэппи-эндом. Ты дай мальчишке радости хоть чуточку. Забрать его от арки смерти - живое доказательство добра... но сделано оно назло управству. И жизнь прошла не зря.
- Я ничего не пойму. Вы хотите забрать у него надежду?
- Нет, тупица ты. Я душу о свет погрею. Точно как-то странно тепло становится... нужно проверить. - Уже себе на волне шагал Тёмный Лорд. Солнце давно исчезло, и полночь наступит скоро. Пусть Поттер порадуется этому... как его там? Сири? А новый день закружит меня... и снова всё... снова...