Часть 7
-Привет братва- Сиенна познакомилась с парнями и села к Хёнджину который успел спрятать дневник по просьбе Джисона.
-Привет Си-познакомились они.
-А Оливия тоже придёт?
-Да скоро должна- ответил Хёнджин и положил руку на её колено от чего Сиенна сначала нахмурилась а потом забила.
Когда Лив пришла они все начали выпивать кроме Хёнджина который должен был следить за Сиенной. Ближе к полуночи они разошлись. Хван нёс девушку на руках до самого дома. Но на пороге Сиенна вдруг проснулась и побежала в кабинет , Хёнджин испугался и побежал следом но девушка просто села за ноутбук и начала дальше печатать что то.
-Что ты делаешь?-спросил Хван недоумённо встав позади неё.
-Я знаю что писать дальше. Так что молчи и не мешай.
****
Сиенна отправила последний абзац, как будто выдохнула остаток ночи. Экран мигнул, файл ушёл в редакцию, и на секунду в комнате стало по-настоящему тихо. Только дыхание Хёнджина за её спиной нарушало хрупкую паузу между «до» и «после».
Он лежал на её кровати поперёк, как выброшенный на берег морской лев — один носок на ноге, другой на полу, волосы растрепаны, будто он дрался с подушкой. Впрочем, Хёнджин всегда выглядел так, будто только что вылез из какой-то драки — чаще всего с собственными чувствами.
— Ты дописала? — пробурчал он, не открывая глаз.
— Ага.
— Умер кто-то в конце? — Он зевнул.
— Почти все.
— Романтический штрих, — хмыкнул он и повернулся на бок, прижимая к себе её плед, будто это был не плед, а она.
Сиенна не ответила. Она просто подошла к окну и открыла его. В комнату ворвался сентябрьский воздух — с дымком от чужих сигарет, с шорохом чьих-то шагов по мостовой внизу. День начинался, как нечто обыденное. Как будто она не вплела в слова целую мафию, не сломала пару судеб и не продала душу в обмен на идеальную концовку.
Хёнджин встал спустя минут десять. Сначала подошёл к кофеварке, налил кофе в её любимую чашку — ту, на которой надпись «Доведи меня до крайности, но осторожно» — и протянул ей, молча. Потом достал себе чай в пакетиках, потому что, по его словам, «только психи начинают утро с кофе».
— Что будем делать весь день, писательница? — спросил он, удобно устроившись на полу, прислонившись к кровати.
— Ничего. Это и было моей целью в жизни — закончить роман и обнулиться.
— Обнулимся вместе, — сказал он и ухмыльнулся. — Я даже носки подберу.
Так прошёл их день. Он тянулся, как золотой сироп по лезвию ножа — сладкий, но острый. Они гуляли по городу, ели уличные блинчики с подозрительной начинкой, спорили о том, кто бы умер первым в её книге, если бы были реальными персонажами (Хёнджин, конечно, настаивал, что его бы мафия оставила жить — "ради юмора").
Ближе к вечеру она получила письмо от редактора. Книга уже загружена. Публикация — **в полночь**. Под каждым словом — кровь и кофеин. А теперь это читает кто-то другой. Кто-то, у кого нет пощады.
В полночь всё изменилось.
Телефон Сиенны мигнул один раз. Незнакомый номер. Без имени. Без фото. Только короткое сообщение:
Зря ты зашла так далеко, Сиенна.
Она перечитала сообщение три раза. Каждый раз буквы становились тяжелее, как свинцовые пули в груди. На секунду ей показалось, что в комнате стало холоднее.
Хёнджин сидел рядом, листал мемы на телефоне. Он заметил её взгляд и нахмурился:
— Что случилось?
Она просто протянула ему экран.
Он прочитал, моргнул, потом поднял на неё глаза:
— Это типа... рекламная кампания? Или нас реально кто-то хочет убить?
— Не знаю.
— Ладно. Если нас и убьют, я хочу хотя бы успеть съесть ещё один блинчик.
— И я хочу, чтобы меня хоронили с моими носками.
Она усмехнулась, но в груди всё ещё звенела пустота.
Что-то начиналось. Что-то, чего она не писала. Что-то, что писало её теперь.