Ловушка Времени

В назначенное время Гарри стучал в кабинет зельевара. Снейп открыл дверь, приглашая юношу войти. Кабинет был погружён в полумрак, вдоль стен стояли стеллажи с различными флаконами зелий. Снейп прошёл и встал в центре, неотрывно смотря на мальчика. Гарри с интересом оглядывал содержимое многочисленных фиалов.

— Мистер Поттер, — произнёс зельевар, — профессор Дамблдор поручил мне обучить вас окклюменции, искусству защиты своего сознания. На этих уроках я постараюсь проникнуть в ваш разум, а вы постараетесь как можете защититься. Очистите ваше сознание от ненужных мыслей и давайте попробуем. Готовы? — он наставил на Гарри свою палочку. — Легилименс!

Стена. Кирпичная стена. Очень похожая на ту, что ведёт из паба Дырявый котёл в косую аллею. Он пробует пробиться внутрь, но стена прочно стоит, не пуская его.

Снейп удивлённо моргает, фокусируя взгляд на лице мальчика, который также спокойно стоит и невинно на него смотрит.

— Мы уже начали, профессор? — беззаботно спрашивает он.

Зельевар потряс головой, пытаясь понять, что происходит. Он вновь погрузился в зеленые глаза Гарри, наводя на него палочку.

— Легилименс!

Океан. Огромный и бескрайний. По воде идёт рябь и вот приближается большая волна, она накрывает по пояс, разбиваясь о скалы позади. А вот новая волна, больше, а за ней ещё одна, совсем огромная, она сейчас сметет его и в бешеном водовороте припечатает к скалам.

Снейп в ужасе выныривает, хватая ртом воздух. Его лицо мокрое от пота, будто он и правда только что побывал в воде.

— Да что же это?! Поттер! — зельевар в шоке уставился на улыбающегося мальчика.

— А вы думали всё будет так просто, профессор? — Гарри вынул свою палочку и наложил на дверь запирающие и заглушающие заклятия.

— Что всё это значит, мистер Поттер?! — голос Снейпа холодный и стальной. — Вы что, уже владеете окклюменцией?

— Что вы, профессор, Гарри Поттер лишь на прошлой неделе узнал от Дамблдора что это такое, — улыбка юноши становится шире. — Но ведь я то не Гарри Поттер.

— Мракс, — полушепотом выдавливает из себя Северус.

— Гарольд Мракс, — Гарри делает поклон, убрав руки за спину. — Приятно познакомиться.

Снейп складывает руки перед собой, делая видимым перстень рода Принц и слегка наклоняется.

— Замечательно. А теперь, позвольте узнать, лорд Принц, что именно вы хотели увидеть в моем сознании? — улыбка мгновенно пропадает с лица юноши, делая его очень похожим на отца в молодости.

— А вам есть, что скрывать? — угрожающим шепотом произносит Снейп, глаза его сужаются.

— А вам? — Гарри мгновенно вскидывает свою палочку. — Легилименс!

— Протего! — на инстинктах среагировал Северус.

Гарри отбрасывает к противоположной стене, он больно прикладывается головой о стеллаж с зельями и падает на пол. Из уголка губы течёт струйка крови. Зверь внутри Гарри просыпается и довольно урча потягивается.

— Как грубо, профессор, — мальчик встаёт, глаза его горят недобрым огнём, лицо озаряет хищная улыбка, что в сочетании со стекающей кровью смотрится ужасающе.

Снейп в ярости подлетает к подростку, хватая его за ворот мантии, и встряхивает, вновь с силой ударяя головой о стеллаж.

— Да как ты смеешь, мальчишка! — злобно шипит он в самое лицо юноши.

Гарри глубоко вдыхает воздух, раздувая ноздри. Корица и горькая полынь. Странное сочетание, резкое, необычное, как и его обладатель. Виверн. Зрачки Гарри становятся вертикальными, Снейп в шоке отпускает ворот его мантии и отходит на пару шагов. Спустя мгновение гидра появляется перед ним во всей красе потянувшись на запах потенциального партнёра. Северус судорожно вдыхает аромат сандала и цитруса, теперь заполняющие всю комнату, и обращается в виверна, раскрывая внушительные крылья и скаля клыки. Гидра хищно разевает такую же клыкастую пасть, покачивая капюшоном, рассматривая того, кто только что был профессором Снейпом. Тело виверна покрыто чёрной чешуёй, перепончатые крылья в размахе достигают двух метров, глаза полностью чёрные, без белков, когти на лапах также угольно-чёрные, высокий гребень на голове отливает синим, длинный чешуйчатый хвост заканчивается острым и ядовитым шипом.

Виверн продолжает скалиться и неожиданно набрасывается на гидру, стараясь подмять его под себя. Два магических существа сталкиваются в страшной схватке. Реакция гидры ничуть не уступает, он изящно уворачивается, проскальзывая под крылом виверна и успевает острым когтем задеть бедро противника. Не сильно, словно играя. Драконоподобное существо разворачивается с рыком, сметая огромными крыльями зелья с полок. Гидра атакует, вонзая клыки в плечо, снова лишь слегка, словно раззадоривая. Виверн издаёт рёв и старается схватить изворотливую рептилию, заключив в кокон крыльев, но лишь ломает один из длинных когтей в этой попытке, и рычит ещё яростнее. Гидра знает, что нужно его противнику. Подмять, завоевать, пометить. Нет уж, не так быстро. Пусть ещё побегает за ним. Гидра стремительно нападает, обманным маневром опрокидывает виверна на спину, припечатывая к полу мощной когтистой лапой, и проводит раздвоенным языком по чешуйчатой щеке. Виверн в шоке замирает. А гидра резко отстраняясь на ходу меняет облик на человеческий. Гарри мгновенно снимает с кабинета заклинания и выскакивает в коридор с поистине демоническим хохотом.

— Следующее занятие в пятницу в 8 вечера! — слышит он вслед крик Снейпа из кабинета и стремглав выбегает из подземелий.

***

Гарри долго ворочался в постели без сна.

Партнёр. Он нашёл своего потенциального партнёра. И кто бы мог подумать, что им окажется тот самый мерзкий сальноволосый профессор, изводивший его по непонятным причинам 4 года подряд. Хотя, почему же изводивший?

Гарри задумался, морща лоб. Да, он был с ним иногда груб, резок, никогда приторно не улыбался в отличие от Дамблдора, но зато опять же в отличие от директора никогда и не лгал ему.

Гарри перевернулся на живот, подмяв под себя подушку. А как он был прекрасен в другом облике. Ммммм, загляденье. Виверн — дальний родственник дракона, только вот крылья у него больше похожи по строению, как у летучей мыши. Может поэтому Снейп так похож на летучую мышь, когда рассекает по школе в своей мантии. Мальчик тихонько прыснул. А запах! Это ж надо такое дикое и крепкое сочетание как корица и полынь. Но прям очень это подходит Снейпу, такой же странный и резкий. Гарри закрыл глаза, вспоминая сегодняшний вечер. Да, Снейп определённо ему подходит. Гидра сделала свой выбор. Вот только выбрасывать белый флаг и бросаться в объятия он не собирался, не в природе гидры такие легкие победы. Пусть этот виверн ещё постарается его завоевать, а там уж посмотрим. Юноша оскалился в предвкушающей улыбке и, наконец, спокойно заснул.

***

Той же ночью в замке не спалось ещё одному человеку.

Гидра. Его гидра предстал перед ним во всем своём великолепии. Ловкий, сильный, быстрый, он был просто идеальным партнёром, сильнейшая омега. А какая мощная волна магии исходила от мальчишки! Нет, тут точно отец его постарался, обучил, другого объяснения неожиданно проявившимся талантам Поттера просто нет. Тьфу ты, Поттера! Мракса! Надо привыкать.

Снейп уставился в потолок своей спальни, довольная улыбка не сходившая с его лица весь вечер, вдруг померкла.

А как Темный Лорд отнесётся, к тому, что его вассал пытается завоевать его наследника? Нет, не то чтобы Волан-де-Морт был из тех, кто с самого рождения наследника заключает помолвку, но вдруг его сюзерену не понравится кандидатура Снейпа в качестве партнёра для Гарольда? Хотя с другой стороны до совершеннолетия мальчишки осталось 2 года, а там он уже сам будет решать, с кем ему строить отношения. Но за два года то кто угодно может покуситься на его гидру. ЕГО гидру! Нет, он должен добиться расположения гидры, должен завоевать его, пометить как своего, а уж что за это сделает ему Темный Лорд, разберёмся после.

И Северус, блаженно потянувшись, уснул.

***

Ближайшую пятницу Гарри ждал как никогда с нетерпением. Всю неделю он намеренно избегал Снейпа, мгновенно покидая большой зал, как только там появлялся профессор, резко менял направление движения в коридоре, если на другом конце виднелась тёмная фигура в развевающейся мантии. Даже прогулял урок зельеварения, за что, как передала ему недовольная Гермиона, Снейп снял с Гриффиндора 20 баллов и назначил Гарри отработку в воскресенье. Брюнет на это только коварно улыбнулся. От такого оскала по коже девушки побежали мурашки, и она спешно удалилась, гадая, что могло случиться с ее другом.

А Гарри полностью принял своего внутреннего зверя, он и сам не заметил, как гидра влияет на его характер и поведение, особенно сейчас, почуяв рядом с собой потенциального партнёра. Лицо мальчика всё чаще принимало хищное выражение, глаза сузившись частенько просматривали толпу в многолюдных местах, выискивая знакомый силуэт. Гидра затеял игру, игру из которой в случае, если партнёр окажется достойным, гидра не планировал выходить победителем. Но для начала нужно было испытать его виверна на прочность, проверить, хватит ли у того терпения и сил чтобы покорить такое древнее и сильное создание как гидра.

И вот в пятницу вечером Гарри вновь с предвкушением спускался в подземелья. Оказавшись у нужной двери он помедлил, прислушиваясь. В кабинете Снейпа стояла полная тишина, Гарри даже показалось, что возможно профессора нет на месте, но затем он подумал, что тот мог наложить заглушающее на кабинет, и в конце концов постучал. Дверь отворилась сразу же, будто Снейп также какое-то время стоял под дверью с другой стороны прислушиваясь.

— Проходите, Гарольд, — Снейп впервые назвал Гарри по имени, да ещё и полным именем, как называл его лишь отец и Люциус, это вызвало довольную улыбку у юноши.

— Добрый вечер, профессор, — ответил он.

Краем глаза Гарри заметил, как Снейп запечатал дверь заклинанием и внутренне напрягся, но зельевар как ни в чем не бывало прошёл и сел за стол. Гарри устроился на свободном стуле не дожидаясь приглашения.

— Как я понимаю, — начал профессор, — обучать вас окклюменции нет смысла.

— Да, сэр, — чуть улыбнулся мальчик, качнув головой. — Позвольте вызвать вас на откровенный разговор, — он чуть подался вперёд. — А что именно Дамблдор поручил вам узнать в моих мыслях.

Снейп молчал несколько минут, сверля тёмными глазами своего собеседника. Наконец он вздохнул.

— Вы и так это знаете. Он хотел выяснить, что на самом деле с вами случилось этим летом. Он ни на секунду не поверил, что вы просто отрастили волосы и скорректировали зрение. Уж слишком очевидны перемены в вашем внешнем виде, — он пронзительно взглянул на юношу. Гарри спокойно выдержал этот взгляд.

— Что ж, этого стоило ожидать, — он спокойно пожал плечами. — То, что со мной произошло касается только меня и... моего отца.

— И вы не хотели бы поделиться этим со мной? — осторожно поинтересовался Северус.

Теперь уже Гарри долго буравил взглядом лицо декана Слизерина.

— А зачем? — он приподнял одну бровь почти также, как это обычно делал Снейп. — Чтобы вы тут же донесли об этом директору? Или же у вас есть в этом свой интерес? — зеленые глаза юноши сверкнули в тусклом свете кабинета.

Снейп откинулся на спинку кресла, сложив руки на груди.

— Дамблдору я ни о чем докладывать не собираюсь, это уж точно. А вот свой интерес... — на лице обрамлённом чёрными волосами появилась загадочная улыбка. — Вполне возможно, учитывая вашу природу, — зельевар потёр плечо в том месте, куда его в прошлую их встречу укусила гидра.

— Очень интересно, — Гарри хищно улыбнулся и, встав со своего места, стал неспешно прохаживаться вдоль стеллажей, рассматривая стоящие там зелья, которые с прошлого его посещения кабинета Снейпа заметно поредели.

Северус порывисто встал и в три широких шага оказался за спиной Гарри, с силой обхватив того за плечи. Гарри не отстранился, он замер, вдыхая аромат корицы и полыни.

— Негодный мальчишка, — зашипел Снейп ему в самое ухо. — Ты будешь моим!

— Не так быстро, профессор, — таким же напряженным шёпотом ответил Гарри и неожиданно отточенным движением вывернулся из захвата, схватив мужчину за руку и заломив ее в болевой захват. Северус от неожиданности охнул и замер, ощущая поднимающийся гнев. Вывернутое плечо ломило и его внутренний зверь, разбуженный яростью и запахом гидры готов был вырваться наружу.

— Шшшш... Спокойно... — прошелестел Гарри, наклоняясь к шее профессора и проводя языком по выступающей напряжённой венке. — Так просто я никому не дамся.

И в ту же секунду мальчик отлетел на середину кабинета, отброшенный беспалочковым заклинанием зельевара. Гарри молниеносно поднялся на ноги одним прыжком, как раз вовремя чтобы встретить налетающего на него со всей мощи Снейпа, вновь сбившего его с ног и повалившего на холодный каменный пол. Они завертелись вихрем, активно брыкаясь, каждый старался подмять другого под себя. Сноровка натренированного годами Снейпа оказалась лучше и в итоге он припечатал юношу к полу лицом, зажав его руки, не давая вырваться.

— Я покажу тебе, как сопротивляться мне! — задыхаясь прорычал профессор, одним рывком сдирая с юноши брюки и белье.

И тут же на ягодицы Гарри обрушился сильный удар тяжелой ладони Северуса. Мальчик вздрогнул и затих, прекратив попытки сопротивления. Ещё удар и ещё. На белоснежной коже красными пульсирующими пятнами остаются следы ладони Снейпа. Гарри всхлипывает и ощущает, как напрягается его член от подобных ощущений. А Снейп продолжает свои яростные шлепки, наблюдая за тем, как розовеют щеки юноши, а всхлипы и охи превращаются в развратное постанывание. Он резко разворачивает мальчика на спину и удерживая одной рукой, садится сверху на его ноги, не давая возможности двинуться. Второй рукой Северус хватает эрегированный орган подростка, ощущая как капли смазки стекают с головки, увлажняя ствол. Он умелым движением начинает водить вверх и вниз, вырывая из Гарри всё более громкие стоны и вскрики. Неожиданно мальчик отрывает лопатки от пола, вцепляясь в грудь Снейпа и с громким криком кончает в жесткий кулак, обхвативший его пенис, а затем бессильно падает обратно на пол тяжело дыша.

Северус любуется этим зрелищем, потом разжимает испачканную семенем Гарри ладонь и прикрыв глаза слизывает белесую жидкость.

— Ммм, моя гидра! Будешь моим... когда-нибудь... — по лицу зельевара скользит хитрая ухмылка.

Гарри заворожённо следит за профессором, затем аккуратно пододвигается и выползает из-под нависшего над ним Снейпа, довольно улыбаясь. Молча одевшись и приведя себя в порядок, юноша устремляется к двери, снимая запирающие заклинания.

— Когда следующее занятие, профессор? — беззаботно спрашивает мальчик.

— Во вторник в 8. И не забудьте, Поттер, в это воскресенье у вас отработка, — выгибает бровь Снейп, а лицо его искривляется в хищном оскале, от которого у Гарри мурашки бегут по телу, а член снова начинает наливаться кровью.

По лицу юноши скользит ухмылка и он скрывается за дверью.

Вернувшись в свою спальню, Гарри увидел на своей кровати свёрток. Развернув его, внутри обнаружилась странная подвеска. На длинной серебряной цепочке в ажурном обрамлении был подвешен длинный угольно-чёрный коготь. Тот самый, который виверн сломал в прошлую их схватку. Очень редкая вещь, приобрести такой коготь практически невозможно. Гарри берет частичку его потенциального партнёра и, прижимая к щеке, глубоко вдыхает воздух. Едва ощутимый, почти незаметный аромат корицы и полыни. Теперь его запах всегда будет с ним. Юноша надевает цепочку на шею и любовно поглаживает. Это ещё не окончательное решение в пользу партнёра, но очень приятный бонус. «Надо бы тоже проявить к нему внимание. Что бы такого могло понравиться Снейпу? Точно!» Неожиданная догадка озаряет лицо юноши улыбкой. Но для этого нужно будет постараться.

И, вдохновлённый идеей ответного подарка, Гарри накинул мантию-невидимку и незаметно вышел в окутанные сонным полумраком коридоры школы, направляясь в совятню.

***

На следующий день был запланирован поход в Хогсмид и все разговоры в большом зале за завтраком были лишь об этом. Но Гарри не сводил глаз с потолка в ожидании почты. Он очень надеялся получить ответ на своё ночное письмо как можно скорее, хоть и понимал, что писать письма среди ночи было в крайней степени бестактно. Наконец, над залом закружили первые совы, выискивающие своих адресатов.

Драко Малфой спокойно поедающий омлет этим утром краем глаза заметил знакомого серого филина своего отца. Видимо, папа решил узнать, как у него дела или передать что-то. Мальчик оторвался от трапезы и уже готов был принять птицу с ее посланием, как вдруг понял, что филин редчайшей породы, который мог быть только у них, пикирует совсем не в его сторону, а уверенно приземляется напротив Поттера и деловито протягивает тому лапку с привязанным к ней маленьким свитком. Драко поспешно подскакивает с места и устремляется к столу Гриффиндора.

— Поттер, — в этот раз блондин не растягивает слова, как обычно.

— Доброе утро, Малфой, — беззаботно откликается и кивает ему Гарри.

Половина стола Гриффиндора при этом прекращает свой завтрак и с интересом смотрит на собеседников.

— Кажется, наш семейный филин стал совсем плох, он ошибся адресатом, — произносит Драко и протягивает руку к свитку в руках брюнета.

— Здесь нет ошибки, — спокойно отвечает гриффиндорец. — Письмо адресовано мне.

— Но ведь это наш филин!

— Да.

— Филин моего отца!

— Да.

— Это письмо от моего отца!

— Да.

— И оно адресовано тебе?!

— Да.

Драко задохнулся от гнева. Да что этот наглый гриф себе позволяет! Да он просто издевается над ним!

— Что здесь происходит? — холодный голос мастера зелий заставил вздрогнуть обоих мальчиков.

Снейп появился как всегда из ниоткуда. Невдалеке виднелась спешащая к ним профессор МакГонагалл, завидев зарождающийся конфликт.

— Поттер забрал моё письмо, профессор! — тут же выпалил Малфой.

— Неправда, — Гарри спокойно взглянул в лицо декана Слизерина, — это письмо пришло мне.

— Это мой филин, моего отца! Он просто ошибся адресатом! А Поттер теперь не отдаёт!

— Мистер Малфой, — вмешалась в разговор подоспевшая МакГонагалл, — почтовые совы не ошибаются адресатами, принося письма только тому, кому они направлены.

— Профессор! — голос Драко стал на октаву выше, он впился взглядом в Снейпа, нижняя губа его затряслась. — Это письмо не может быть Поттеру! Это точно сова моего отца! Он не мог написать Поттеру!

Снейп лишь молча смотрел то на спокойного как удав Гарри, то на письмо, о чем-то раздумывая.

— Мистер Поттер, вы позволите ознакомиться с содержимым письма чтобы исключить возможность ошибки с адресатом? — голос Снейпа не был приказным, он действительно спрашивал разрешения.

— Северус! — вспыхнула МакГонагалл. — Это неприлично!

— Действительно, профессор МакГонагалл, — также спокойно кивнул Гарри. — Это крайне бестактно с вашей стороны, профессор Снейп, просить ознакомления с личной перепиской учеников, — в голосе юноши проскользнула угроза. Глаза же зельевара злобно сузились. — Однако, — мальчик сделал паузу, — я покажу вам письмо с условием неразглашения его содержимого кому-либо.

— Мистер Поттер, в этом нет необходимости. Вы имеете право тайны ведения личной переписки.

— Всё в порядке, профессор, — ответил ей Гарри, неотрывно смотря в глаза Снейпа, протягивая ему письмо.

Зельевар взял письмо и быстро его развернул, пробегая глазами по строчкам.

«Хорошо, Гарольд, раз вы пишете, что это важно, то в указанное время в назначенном вами месте.

Л. М.»

Глаза Снейпа расширились от удивления, что не укрылось от наблюдавшего за ним Драко. Северус быстро свернул письмо и протянул его Гарри.

— Прошу прощения, мистер Поттер. Ошибки адресата не было.

— Но как же?! — вскинулся шокированный Драко.

— Мистер Малфой, вернитесь на своё место, — холодно произнёс Снейп, сопровождая эти слова самым грозным своим взглядом. И блондин, все ещё задыхаясь от возмущения, с красным лицом поплёлся за стол Слизерина.

Зельевар же резко развернулся и вылетел из большого зала, оставив позади удивлённо хлопающую глазами МакГонагалл и разинувших рты половину студентов факультета Гриффиндор, жадно слушавших перепалку между учениками и профессором.

***

До Хогсмида Гарри добрался спокойно. Рон и Гермиона, устав от его вечных отмахиваний и недомолвок, сами уже перестали пытаться идти с ним на контакт, поэтому даже не предложили составить Гарри компанию по дороге, что было юноше весьма на руку. Он не хотел лишних свидетелей. Побродив с полчаса между ярких витрин, предлагающих ученикам и прочим покупателям различные сладости, волшебные шутихи, книги и писчие принадлежности, Гарри добрался до отдаленно стоящего паба Кабанья голова, и, дав пару галлеонов бармену, поднялся в располагающуюся над пабом мини-гостиницу.

Комната, за которую он так щедро заплатил, представляла собой самую захолустную спальню, какую только Гарри видел в жизни, даже его чулан под лестницей у Дурслей явно выглядел лучше, по сравнению с ней. Комната была маленькая, по площади примерно метров 5-6. В углу располагалась узкая кровать с жёстким матрасом, покрытая засаленным, местами проеденным молью, пледом. У кровати стояла тумбочка без одной ножки и видавший виды кривой стул. У противоположной стены был платяной шкаф с покосившейся дверцей, внутри которого сплёл паутину жирный паук. Вот и всё убранство комнаты. Туалет и ванная располагались на этаже и были общими для всех постояльцев.

Гарри скептически осмотрел интерьер и вздохнув, достал палочку. Спустя 5 минут и несколько сложных заклинаний, комнату было не узнать. Кровать трансформировалась в мягкий кожаный диван, напротив которого стояли два таких же кресла с высокими спинками, между диваном и креслами расположился журнальный столик, на который юноша призвал заранее приготовленную бутылку огневиски и два бокала. В углу комнаты он наколдовал иллюзию камина, тепла тот не давал, зато создавал ощущение уюта. На потолке появился массивный канделябр, в котором весело замерцали горящие свечи, наполняя комнату тёплым светом. И, наконец, последним взмахом палочки, юноша наколдовал тяжелые непроницаемые шторы на единственное имеющееся в комнате окно. Осмотрев результат своих трудов, Гарри остался доволен и уютно расположился в одном из кресел в ожидании своего гостя.

Ровно в назначенное время раздался стук в дверь и мальчик поспешно открыл. На пороге стоял Люциус Малфой, чуть морщивший нос от вида коридора гостиницы. Зайдя же внутрь, аристократ удивлённо распахнул глаза и улыбнулся.

— Добрый день, лорд Малфой, — Гарри поклонился, убрав руки за спину.

— Добрый день, Гарольд, — склонился в ответ Малфой, сложив руки спереди. — Превосходная реставрация столь убогого места.

— Благодарю, — ответил юноша, приглашая блондина присесть, одновременно накладывая на комнату всевозможные запирающие и заглушающие заклинания.

— Чем обязан столь неожиданному приглашению? — лорд уселся на диван, принимая из рук мальчика стакан с янтарной жидкостью.

— У меня к вам просьба, — начал Гарри, едва заметно смущаясь. — Мне требуется помощь и помочь в данном деле можете только вы.

Брови аристократа поднялись вверх, всё его лицо выражало крайнюю заинтересованность.

— Как моему бывшему наставнику вам известно, что я, к своему большому огорчению и стыду не могу без посторонней помощи принимать облик гидры. А мне непременно требуется сейчас разбудить своё наследие чтобы... — он замялся, опустив глаза. — В общем, мне нужно собрать яд гидры, — выдохнул он.

— Вот как! — глаза Люциуса округлились. — А могу я узнать, зачем? Гарольд, вы же в курсе, что гидра восстанавливает свой яд в течение месяца, и, если вы сейчас его соберёте, то ближайший месяц в случае угрозы или необходимости данного вида защиты у вас не будет?

— Да, я знаю... — потупил взгляд мальчик. — Просто я хочу сделать подарок, а мой яд — это единственное, что, на мой взгляд, подходит.

— Весьма ценный подарок, — удивление на лице блондина было всё больше. — Его обладателю невероятно повезёт иметь в распоряжении такой ценный дар, — на лице Малфоя появилась лёгкая улыбка. — Что ж, не будем терять времени, раз вы уже всё решили.

Аристократ встал, взмахнув палочкой и трансфигурируя одно из кресел в уже знакомую Гарри скамью.

— Верёвки понадобятся? — деловито поинтересовался он.

— Думаю, что нет, — улыбнувшись отозвался Гарри, расстегивая пуговицы мантии.

Когда мальчик, обнажив спину и ягодицы, устроился на лавке, уткнувшись лицом в деревянную поверхность, Люциус встал над ним, держа в одной руке ремень.

— Ооо, — протянул он, осматривая юношу, — да я вижу вы тут зря времени не теряли, — с усмешкой сказал Малфой, проведя рукой по попе юноши.

Гарри покраснел до ушей. Он совсем забыл о том, что вчера его отшлепал Снейп и следы их встречи всё ещё были видны на его коже.

— Впрочем, это не моё дело, — тут же добавил Люциус, видя его смущение. — Готовы?

Гарри кивнул и на него обрушился первый удар. За несколько месяцев юноша уже успел забыть, как искусно и сильно бьет его наставник. Он вздрогнул, сильно сжав челюсти. Но уже на третьем ударе из него вырвался всхлип, а к восьмому Гарри перешёл на крик. Гидра же просыпалась, утробно урча и потягиваясь, напитываясь жгучими ощущениями, пробуждающими ее к жизни. Крики юноши превратились во вздохи и стоны, член его неумолимо наливался кровью, поднимаясь, а гидра всё медлила появляться, наслаждаясь размашистыми ударами хлесткого ремня по беззащитной плоти.

Наконец, после 20 взмаха Люциус заметил, что тело юноши, уже весьма исполосованное красными отметинами, пошло рябью и на коже стала проступать змеиная чешуя. Он благоразумно отошёл в сторону, наблюдая за превращением, и спустя пару минут мог лицезреть прекрасную гидру, медленно поднимающуюся, довольно скаля острые ряды клыков.

Малфой с улыбкой сел обратно на диван, взяв свой бокал с огневиски и принялся наблюдать. Гидра неловким движением когтистой лапы извлёк из внутреннего кармана мантии объемный пузатый флакон и по-мальчишески сев прямо на пол, по-турецки скрестив задние конечности, принялся сцеживать ценный яд с острых клыков. Спустя пол часа флакон был доверху наполнен густой коричневой жидкостью с острым запахом. Гидра поставил его бережно на стол и, глубоко вздохнув, через мгновение посреди комнаты стоял в своём обычном облике Гарри, немного бледный и осунувшийся. В полном молчании он оделся и устроился в кресле напротив Люциуса, сделав большой глоток обжигающего горло алкоголя.

— Да здесь целое состояние, — нарушил тишину Люциус, осматривая внушительных размеров флакон. — За такой объём яда гидры можно требовать половину моего поместья.

Гарри лишь вымученно улыбнулся. Сцеживание всего яда оказывается отнимало много сил и теперь он чувствовал себя слабым и опустошённым.

— В ближайшее время тебе стоит хорошо питаться и больше отдыхать, — произнёс Малфой, оглядывая мальчика и незаметно для себя переходя на «ты», как в пору их пребывания в ловушке времени. — Яд гидры одна из составляющих твоей силы, пока он не восстановится полностью, не стоит перенапрягать себя. И, если хочешь, я могу залечить следы порки.

— Не стоит, лорд Малфой. Если потребуется, я сам, — Гарри подвигал плечами, ощущая ноющую боль во всем теле.

— Ну, как знаешь, — Люциус вскинул брови и улыбнулся. — Вижу, наследие сильно влияет на тебя, ты стал получать удовольствие от боли, что свойственно гидре.

Гарри лишь смущённо улыбнулся, краснея и опуская голову.

— Здесь нечего стыдиться, Гарольд, я тебе это уже как-то говорил. Это в твоей природе. Прими себя таким, какой ты есть, — поучительно произнёс он.

— Я и принимаю, — Гарри поднял на блондина глаза. — Просто, когда это говорят со стороны, это звучит немного неудобно, — он вновь сделал большой глоток из бокала.

Они просидели в гостинице ещё около часа. Наконец, почувствовав себя немного лучше, Гарри накинул мантию, спрятав в карман ценный флакон с ядом и, вернув комнате первоначальный вид, они с Малфоем вышли на улицу.

***

Снейп ёжась от холодного осеннего ветра стоял в тени вывески какого-то неприметного магазинчика уже больше часа наблюдая за дверью, ведущей в паб Кабанья голова, где ранее скрылся Гарри, а через некоторое время и Люциус. В душе зельевара поселился червь сомнения и ревности. Зачем Гарри вызвал Люциуса в Хогсмид? Что вообще связывает этих двоих? Это его гидра! Только его! И пусть всякие блондинистые аристократы с белыми пёрышками вейлы не суют к нему свои загребущие ручищи!

И вот наконец-то дверь распахнулась, и из паба вышел как всегда сиятельный Малфой вместе с осунувшимся и вымотанным Гарри. «Да что, ради Мерлина, они там делали?! Мальчишка выглядит так, будто на нем стадо фестралов танцевало!»

Снейп знал, что эти двое сняли комнату в гостинице на втором этаже, поскольку, проследив за Гарри, проверил весь паб и не найдя его там, сообразил, что тот укрылся в одном из номеров, а сильный фон магической защиты, исходивший от одной из комнат только подтверждал его догадку.

Ну он ему устроит! Пусть только явится завтра на отработку! Он покажет этой своевольной гидре, кто тут главный!

С этими мыслями профессор резко развернулся и, оставаясь никем незамеченным, устремился в сторону замка.

Каково же было его удивление, когда тем же вечером, вернувшись в свои личные комнаты, он обнаружил на прикроватной тумбочке неизвестный флакон с коричневой жидкостью. Откупорив крышку и принюхавшись, зельевар тут же определил содержимое — яд гидры, отданный добровольно. Тёмные глаза Снейпа шокировано округлились. Понимание происходящего накрыло ледяной волной. А после в душе разлилось тепло, и Северус любовно прижал к груди склянку с драгоценным содержимым.

***

На следующий день Гарри ползал по замку как сонная муха. Ему действительно было очень плохо. Он даже не предполагал, что сцедив весь яд гидры, полностью лишит себя хоть какой-либо энергии. Сил не было ни на что, сознание то и дело грозилось отключиться. С горем пополам дописав эссе по травологии, он поплёлся к 8 часам в подземелья к Снейпу, ведь ему ещё предстояла отработка за прогул урока зельеварения. Постучав в нужную дверь он не сразу понял, как оказался в крепких объятиях, а его носа коснулся терпкий запах корицы и полыни. Мальчик даже не стал сопротивляться, отдавшись сильным рукам профессора, мягко подхватившего его и понесшего куда-то в глубину кабинета и дальше в личные апартаменты. Гарри уткнулся носом в тёплую шершавую ткань мантии Снейпа и обессилено закрыл глаза.

Северус положил юношу на кровать и присел рядом.

— Гарольд, — мягкие подушечки пальцев коснулись лица юноши, убирая длинную прядь чёрных волос, — как ты?

Мальчик открыл глаза, осознав, наконец, что происходит и где он.

— Простите, профессор, — Гарри подскочил, сев на постели и испуганно уставился на Снейпа.

— Тшш, спокойно, — улыбнулся зельевар. — Я тебя не трону. Просто помогу восстановиться. Ты мне доверяешь? — тёмные глаза пронзительно посмотрели в лицо юноши.

Гарри поразмыслив минуту, кивнул и вновь откинулся на подушку.

— Повернись на живот, — мягко сказал Северус.

Гарри помедлив немного, всё же развернулся, уткнувшись носом в мягкую постель профессора.

Снейп начал осторожно массировать его плечи, что вызвало болезненное шипение мальчика, когда мужчина случайно надавил на ещё не зажившие следы от ремня Люциуса.

— Так, а это ещё что? — вскинул брови Снейп, удивленный такой реакцией подростка, и стал аккуратно стягивать с Гарри рубашку, открывая красные полосы и рубцы, которыми была полностью исполосована его спина. Брови Северуса недовольно сошлись к переносице. Он встал, и удалился в кабинет. Гарри поднял голову, удивлённо наблюдая за неожиданным уходом профессора. Но через пару минут тот вернулся, неся в руках баночку с какой-то мазью.

Вновь присев на кровать рядом с Гарри, Северус принялся осторожно наносить заживляющую мазь на синяки и рубцы мальчика. Прохладные мягкие прикосновения дарили наслаждение, а лёгкое покалывание мази приносило облегчение пострадавшей коже. Юноша полностью расслабился, отдавшись ощущениям.

— Что же этот бессердечный Люциус с тобой сотворил? — ворчал Снейп, втирая мазь.

— Он ни при чем, — еле слышно отозвался Гарри из подушки, в которую уткнулся лицом. — Я сам его попросил. Мне было нужно... — сознание юноши постепенно уплывало, проваливаясь в приятный мрак. — По-другому я не могу пока разбудить наследие... А я хотел... Подарок... Тебе... — мальчик зевнул, отключаясь.

— Что же связывает тебя с Малфоем? — задумчиво произнёс Снейп. Но ответом ему было лишь мерное посапывание из подушки.

Зельевар вздохнул и улыбнулся, смотря на своего мальчика, так доверчиво уснувшего прямо на его постели. Он закончил обрабатывать все следы порки на теле юноши, затем осторожно накрыл Гарри одеялом и устроился рядом, обняв изнемождённого мальчика, и долго вдыхая аромат сандала и цитруса, заснул.