Исчадие ада

Между нами пролетали облака, превращаясь в полупрозрачную дымку. Из-за того, что солнце на высоте уже не грело так, как на привычной земле острова, мои руки часто зябли и краснели. Хотя, учитывая тот факт, что Люцифер и вовсе привык жить в вечном пекле, для него этот холод, наверняка, был еще более невыносимым. Иногда я все-таки замечала некую сердитость на его лице, но тот, как типичный горделивый мальчишка, старался не демонстрировать свое неудобство при мне. Он просто порхал рядом, как ни в чем не бывало, и проявлял свое мастерство: то вздымал вверх с непоколебимым лицом, то свободно падал вниз, заложив при этом руки за голову. Я же обходилась плавными поворотами и прямолинейными полетами из стороны в сторону.

Мы молча кружились в небе уже на протяжении десяти минут. В конце концов, сие занятие перестало приносить мне удовольствие, как в первые секунды, а больше стало раздражать, поэтому я, осторожно подлетев к Люциферу, коснулась его спины. Он одним взмахом крыльев повернулся ко мне.

— Как долго это будет продолжаться? — ветер уносил сказанные слова куда-то в сторону, поэтому я старалась говорить как можно громче.

— Столько, сколько понадобится тебе для того, чтобы ты привыкла к крыльям, — он провел ладонью по перьям, одновременно притормаживая движение моих крыльев и провоцируя появление мурашек на коже. Чувства были приятными, чем-то напоминающие нежное движение рукой по животу или поцелуй в шею. Из-за новых, совершенно незнакомых ощущений, я на секунду опешила и застенчиво нахмурила брови. — Это называют инимикой. Повышенная чувствительность крыльев во время полета.

— Интересно, — встряхнув головой, я взлетела ввысь, стараясь контролировать процесс полета и не отвлекаться на посторонние детали. Люцифер, заметив, что я покинула его окружение, взмыл еще выше и закружил надо мной, словно сокол, увидевший добычу.

— Уокер, я полетел с тобой лишь для того, чтобы ты наблюдала за мной, — ухмыльнувшись, я подлетела к нему, — а ты то и дело улетаешь...

— Боишься, что я не успею оценить твой профессионализм, Люци?

— Прекрати меня так называть, непризнанная, — в свете солнца кожа Люцифера засияла так, будто ранее демону удалось искупаться в волшебном водоеме.

— А то что? — я подлетела ближе, стараясь не забывать о механизме за моей спиной. Люцифер молча разглядывал меня, периодически щурясь из-за солнечных лучей, но лицо его оставалось непроницаемым. Мне даже было не ясно, думает он о чем-то или просто играет со мной, испытывая терпение. Чтобы как-то оживить свои посиневшие пальцы, я стала растирать их и греть собственным дыханием.

А затем облака, что ранее двигались со скоростью пушинки, стали нестись с ураганной скоростью, смазывая общую картинку в одно неразборчивое пятно.

И только потом до меня дошло, что это не облака неслись с чудовищной быстротой.

Это я неслась куда-то в крепких объятиях Люцифера.

Ветер больно бил меня и Люцифера в лицо, заставляя морщиться и проклинать все вокруг. Чтобы как-то уменьшить слезоточивость и боль в глазах, я закрыла их и вжалась в грудь демона, несущего меня в неизвестном направлении. Судя по ощущениям и по волосам, вздымающих вверх, я пришла к выводу, что мы падаем. И это совершенно не подбадривало и без того напуганную меня.

— Черт бы тебя побрал, Люцифер! — слова сами вырывались из моего рта от осознания собственной незащищенности. — Отпусти меня, сейчас же!

Но он молчал. Держал крепко меня в своих руках, летел (или падал) куда-то вниз и молчал. Ему даже было все равно на все те ругательства, что вылетали из моих уст. В то время я, зажмурившись и вжавшись в его каменную грудь, которая, казалось, почти не двигалась, до безумия боялась даже приоткрыть глаза.

— Ты сгоришь в аду, если не прекратишь... — я запнулась, когда новый, но уже более теплый поток ветра стал обдувать мое лицо. А затем я почувствовала запах океана, волны которого шумели где-то внизу. Мне было страшно открывать глаза, но еще больше страха мне приносило примерное понимание того, куда Люцифер меня принес. Не может быть...

— Открой глаза, Вики, — я почувствовала твердую землю под ногами, но все ещё стояла зажмурившись. Люцифер убрал свои теплые руки и встал где-то неподалеку. Однако, спустя время, я все же приоткрыла один глаз. В тот момент все слова, которые я хотела выплеснуть на него, растворились в горячем воздухе.

Это была земля. Нет, не та, что находится в небесах, а Земля. Мой прежний дом, место, куда нам запрещено соваться и место, где я когда-то была рождена, а затем убита. Этот океан в прошлом был моей заветной мечтой, и как же это все несправедливо... Несправедливо, что моя мечта исполнилась только после смерти.

Ненавижу.

Люцифер принес меня на склон высокой горы, с которой открывался вид на бескрайний океан. Как и над любым другим водоемом, здесь пролетали громкоголосые чайки, чем привлекали мое внимание. В нашей школе чайки — это черный предвестник, на Земле — повод для спокойствия. В этом заключалась еще одна колоссальная разница между небом и землей или между жизнью и смертью.

Солнце здесь ещё только пробуждалось, поэтому небо до сих пор было всех оттенков розового и оранжевого. Люцифер стоял неподалеку, засунув руки в карманы и устремив взгляд вдаль. За те две минуты, что мы находились здесь, он слова не вымолвил. В очередной раз углубился в свои мысли и забыл о моем присутствии.

— Нам нельзя здесь быть... — поправив волосы, я подошла к нему. Где-то на горизонте виднелись судоходные баржи и моторные яхты.

— Вчера ты поделилась со мной тайной, — он глубоко вздохнул и повернул голову в мою сторону. — Теперь я делюсь с тобой своим секретом.

— Это не очередная твоя попытка переманить меня на сторону демонов? — я сорвала маленькую ромашку и завертела ее в руке.

— Разве что отчасти, но... — солнце вновь озарило его своими лучами, и демон едва заметно улыбнулся, — это место действительно много значит для меня, Уокер. Не рассказывай о нем никому.

Я кивнула в ответ на его слова. Теперь мы в какой-то степени были квиты, храня глубоко внутри тайны друг друга. Квиты, но безумно опасны, ведь эти секреты были мощнейшим оружием против нас.

— Моя мама... — он сделал паузу, — приносила меня сюда на руках втайне от всех. Даже втайне от отца, — он медленно разглядывал скалы, находящиеся далеко внизу. — Чтобы не нарушать кем-то установленные правила, мы проводили на Земле от силы пять минут. Теперь, когда ее нет, я прилетаю сюда один.

— Ну, Люцифер, в этот раз ты не один, — он обернулся ко мне и, своим крылом дотрагиваясь до моего, слегка пихнул меня в сторону. Я улыбнулась.

— Знаешь, одиночество не заключается в том, есть у тебя друзья или нет. Оно сидит глубоко внутри и медленно разъедает, — левой рукой он ткнул мне в солнечное сплетение. — Иногда и вовсе накрывает с головой, словно волна океана.

— Почему ты одинок?

— Долгая история, — он нежно приобнял меня за плечи, будто боясь поранить, сильнее прижал к себе и взмыл вверх.

Обратно мы летели молча.

Когда мы прибыли на прежнее место немного поодаль от школы, Люцифер предупредил меня о том, что скоро расслабит руки, а затем помог воспарить в воздухе отдельно от него. Я напрягла свои крылья и при помощи ветра, испускаемого Люцифером, взлетела рядом с ним. Теперь мы оба хлопали крыльями в воздушном пространстве.

— Когда я приземляюсь, — он отпрянул от меня, подлетел к земле и застыл, — то стараюсь забыть о том, что у меня есть ноги. Только крылья и я, больше ничего. О ногах я вспоминаю, только уже приземлившись.

Он широко задвигал крыльями, но не торопился, как раньше делала это я. Со стороны это и вправду выглядело очень аккуратно и профессионально.

— Если хочешь, Уокер, — он посмотрел на меня, уже твердо стоя на земле, — можешь подумать обо мне. Это поможет разогнать кровь.

Я закатила глаза в ответ на его слова и постаралась повторить все то же самое. Сначала у меня совершенно не получалось забыть о ногах, но после того, как я максимально сконцентрировалась на своей цели, все мои второстепенные мысли будто отключились. Крылья делали широкие взмахи, разгоняя между собой все больше и больше воздуха, и я зажмурилась. Мне было так страшно вновь оступиться, что я просто закрыла глаза, как маленький ребенок. Но в этот раз все было не так. Я не упала в грязь лицом, не забила рот песком, не подняла облако пыли, а твердо встала на свои ноги. Широкая улыбка озарила мое лицо.

— Вот видишь...

Не дожидаясь продолжения его фразы, я кинулась на шею к Люциферу, зажимая его, что есть мочи, в своих объятиях. В этот раз он не удивился, а почти сразу положил руки мне на талию. И это было зря.

Оступившись, я стала заваливаться на Люцифера, тем самым толкая его назад. Сильно расстерявшись из-за всей этой ситуации, демон лишь крепко ухватился за мою спину, провоцируя тем самым наше совместное падение на землю. И вот, мы оба лежим на лесной тропе, а над нашими головами летает уже знакомое мне облако пыли.

Вся ситуация настолько меня позабавила, что я, забывая обо всем, звонко засмеялась. Я бы и смеялась дальше, если бы не алые глаза, в упор смотрящие на меня. Судя по всему, это было очень унизительно для Люцифера. Тот не падал на землю уже, наверное, десятки лет, но из-за непризнанной ему пришлось вновь прочувствовать каменистость земли спиной и крыльями. Как иронично.

Моя совсем недавно искренняя улыбка исчезла с лица, и между нами повисла неловкая пауза, прерываемая только шумным дыханием. Люцифер в упор разглядывал меня, практически не моргая. Я делала то же самое.

Когда в нос ударил запах, исходящий от Люцифера, я склонила голову от бессилия. «Неужели так будет продолжаться всегда?»

— Нам пора, — он вынырнул из-под меня, вставая рядом и попутно оттряхивая свои брюки. — Свою часть уговора я выполнил.

— Да, но...

— Насчёт асванга... — обхватив его руку, я тоже встала с земли и стала поправлять одежду. — Я обыскал уже всю библиотеку в поисках информации о нем и сейчас стараюсь понять, насколько он опасен.

— Я не про это, Люцифер, — солнце озарило его лицо. — Желание.

Демон, что стоял передо мной, нахмурился. Кажется, он и вовсе забыл о прихоти, которую я обязана исполнить.

— Мне от тебя ничего не нужно. — Люцифер расправил свои крылья и поднялся в воздух, заставляя траву пригибаться от сильных порывов ветра. — Но если захочешь что-то для меня сделать, то я не против. До встречи, Уокер.

— Подожди! — я буквально подпрыгнула, чтобы коснуться его ноги и остановить на полпути. Люцифер удивленно посмотрел на меня сверху вниз, но все равно склонил голову, чтобы расслышать сказанные слова. — Спасибо тебе.

— Все, что угодно.

Едва заметно улыбнувшись и подмигнув глазом, Люцифер скрылся в разноцветных облаках.

Он помог мне уже трижды, раскрываясь передо мной с совсем другой стороны. Он не просто сын Сатаны и устрашающий демон факультета ада. Он — Люцифер. И это самый честный и порядочный демон из всех, что я знаю.

Затем и я, по-новому ощущая свои крылья, отпрянула от земли.