любовь на скорости

Дженни закрыла за собой дверь университета, чувствуя, как усталость от долгого дня давит на неё. Прохладный ноябрьский воздух коснулся её щёк, заставив плотнее закутаться в шарф. Её мысли уже были заняты мыслями о горячем чае и мягком пледе в уютной квартире, расположенной всего в нескольких кварталах.

Телефон зазвонил неожиданно. Дженни остановилась, вытащила его из кармана и взглянула на экран. Имя отца заставило её чуть нахмуриться – он редко звонил просто так. Она быстро ответила:

— Алло?

— Дженни, — раздался знакомый глубокий голос. — Как ты?

— Нормально, устала немного. Что-то случилось? — спросила она, стараясь скрыть лёгкую настороженность.

— Ничего серьёзного. Но сегодня я хотел бы увидеть тебя за ужином. Приезжай домой, — его тон звучал спокойно, но с оттенком требовательности, который она знала с детства.

Дженни удивилась. Отец редко звал её домой просто так, особенно в будний день.

— Сегодня? Папа, у меня было много пар, я...

— Это важно, — перебил он, но уже мягче. — Я жду тебя в семь. И... приоденься.

— Приодеться? — переспросила она, слегка нахмурившись.

— Да, ты услышала правильно. До встречи, — сказал он и отключился, не дав ей времени задать вопросы.

Дженни посмотрела на телефон, а потом на вечерний город, освещённый огнями. Её усталость уступила место любопытству и лёгкому беспокойству. Что такого важного он хочет сказать? Почему нужно одеваться нарядно?

Вместо того чтобы идти домой, она ускорила шаг, чтобы успеть подготовиться к неожиданному ужину.

Дженни толкнула дверь своей квартиры, позволив приятному теплу вечернего света охватить её. Разулась у порога, аккуратно поставив ботинки рядом с дверью, и скинула пальто на крючок. Тишина квартиры встретила её, как старый друг, но она не чувствовала покоя. Слова отца — "Приоденься" — до сих пор звучали у неё в ушах.

Бросив сумку на кресло в гостиной, она сразу прошла в спальню. Распахнув дверцы шкафа, Дженни замерла на мгновение, скользя взглядом по полкам. Она знала, что отец не шутит, когда говорит о важности внешнего вида, но всё же понятие "приодеться" оставляло простор для выбора.

Её взгляд упал на твидовый чёрно-белый жакет, идеально подходящий для таких случаев. Она достала его вместе с короткой юбкой в тон, перебирая пальцами плотную ткань. Наряд был стильным, элегантным, но не перегруженным.

Дженни аккуратно переоделась, застегнув пуговицы жакета, и поправила его у зеркала. Наряд подчёркивал её фигуру, но выглядел строго и уместно. Она задержалась перед зеркалом, взвешивая, не слишком ли это вычурно для семейного ужина.

— Ладно, так и оставлю, — наконец сказала она, поворачиваясь к шкафу за аксессуарами.

Она выбрала золотую цепочку с небольшим кулоном и серьги-гвоздики, которые добавили образу изящества. Длинные чёрные волосы она оставила распущенными, лишь слегка причесав их, чтобы придать естественную гладкость. На лицо нанесла лёгкий макияж: немного пудры, тушь и нежно-розовый блеск на губы.

Когда всё было готово, она отошла от зеркала, оценивая свой вид со стороны. Жакет идеально сидел, а короткая юбка добавляла игривости образу, не нарушая его элегантности.

Дженни кинула взгляд на часы. Ещё было немного времени, чтобы передохнуть, но она знала, что промедление только усилит её волнение. Она накинула пальто поверх наряда, взяла сумку и, глубоко вдохнув, сказала себе:

— Всё будет хорошо.

Закрыв за собой дверь, она отправилась навстречу вечеру, который мог изменить многое.

Когда Дженни вышла из подъезда, её встретил прохладный вечерний воздух и мерцание городских огней. У тротуара стоял чёрный седан с тонированными стёклами, а рядом — водитель, знакомый ей с детства. Он вежливо кивнул, открывая перед ней заднюю дверь.

— Добрый вечер, мисс Дженни, — приветствовал он.

— Добрый вечер, — мягко ответила она, натянуто улыбнувшись.

Она села на заднее сиденье, аккуратно поправив край юбки, чтобы наряд не помялся. Внутри машины было тепло и уютно, но это не успокаивало её тревожных мыслей. Водитель закрыл за ней дверь и занял своё место за рулём.

— Ваш отец попросил отвезти вас прямо домой, — сообщил он, глядя на неё через зеркало заднего вида.

— Спасибо, — коротко ответила Дженни, опустив взгляд на руки, сложенные на коленях.

Машина плавно тронулась с места, оставляя позади яркие огни её района. Внутри салона царила тишина, которую нарушал лишь едва слышный шум мотора. Дженни смотрела в окно, наблюдая, как мимо проплывают знакомые улицы. Её мысли были заняты предстоящей встречей. Почему отец вдруг решил устроить этот ужин? И почему она должна была одеться нарядно?

Водитель иногда бросал взгляд на Дженни через зеркало, но понимал, что она не в настроении для разговоров.

— Мы почти приехали, мисс, — сказал он спустя некоторое время, когда автомобиль выехал на тихую, престижную улицу с большими домами.

Дженни кивнула, почувствовав, как сердце начало биться чуть быстрее. Дом её семьи, залитый тёплым светом, уже виднелся впереди. Водитель плавно припарковал машину у ворот и снова вышел, чтобы открыть дверь для неё.

— Спасибо, — произнесла она, выходя из машины и поправляя пальто.

Она посмотрела на двери дома, за которыми её ожидал отец, и сделала глубокий вдох, прежде чем уверенно направиться к входу.

Дженни вошла в просторный, залитый мягким светом холл, где её встретил отец. Он стоял у лестницы, одетый в строгий тёмный костюм, с неизменно уверенным выражением лица. При виде дочери его губы тронула лёгкая улыбка.

— Дженни, ты выглядишь великолепно, — сказал он, окинув её оценивающим взглядом. — Этот твидовый костюм тебе очень идёт.

— Спасибо, папа, — ответила она, немного натянуто улыбнувшись, всё ещё чувствуя лёгкое напряжение от неожиданного приглашения.

Он сделал шаг к ней и мягко положил руку ей на плечо. Его взгляд был спокойным, почти отечески тёплым, но в глубине глаз Дженни видела что-то большее.

— Проходи в гостиную. Давай сядем. Я попросил, чтобы нас не беспокоили, — сказал он, жестом указывая на большой мягкий диван у камина.

Дженни послушно прошла в комнату и села, поправив юбку. Отец сел напротив, скрестив руки на коленях, его поза была расслабленной, но уверенной.

— Я рад, что ты приехала, — начал он спокойно, почти мягко. — У меня есть важный разговор, который, я уверен, касается твоего будущего.

Дженни насторожилась, но сохранила спокойствие. Она знала, что отец всегда тщательно подбирает слова, и терпеливо ждала продолжения.

— Ты уже взрослая, — начал он, с лёгкой улыбкой. — Ты умна, красива и воспитана. Я всегда гордился тобой. И, как твой отец, я хочу, чтобы у тебя была жизнь, которая принесёт тебе стабильность, уважение и счастье.

— Спасибо, папа, — осторожно ответила Дженни, чувствуя, что разговор движется в неожиданном направлении.

Он слегка подался вперёд, его тон остался доброжелательным.

— Поэтому я решил, что для тебя будет лучше выйти замуж.

Слова отца прозвучали неожиданно, словно гром среди ясного неба. Дженни выпрямилась, её глаза чуть расширились.

— Замуж? — переспросила она, пытаясь понять, шутит ли он.

— Да, — кивнул он, абсолютно спокойно. — Я долго размышлял и пришёл к выводу, что Джей — отличный кандидат. Он из достойной семьи, хорошо образован, перспективен. С таким человеком ты будешь защищена и окружена заботой.

Его голос звучал так, будто это был самый логичный и разумный выбор в мире. Дженни смотрела на отца, пытаясь найти в его выражении хоть намёк на сомнение, но видела только уверенность.

— Джей? — повторила она, чувствуя, как её дыхание сбилось.

— Да, я уверен, что он станет прекрасным мужем для тебя, — продолжал отец, словно не замечая её реакции. — Я уже говорил с его семьёй, и они согласны. Это союз, который принесёт благо не только тебе, но и обеим нашим семьям.

Он наклонился ближе, глядя ей прямо в глаза, его тон остался доброжелательным, но стал чуть более настойчивым.

— Я знаю, что для тебя это может быть неожиданно, но поверь мне, Дженни. Джей — твой лучший выбор.

Дженни почувствовала, как кровь мгновенно отхлынула от лица. Она побелела, едва удержав себя от того, чтобы не вскочить с места. Слова отца эхом отдавались в её голове, оглушая и разрывая привычную картину мира.

— Ты... — её голос предательски дрогнул, но она быстро встала, пытаясь сохранить хоть тень достоинства. — Прости, папа, но я не могу...

Она сделала шаг назад, направляясь к двери, словно надеясь, что уход поможет ей сбежать от этого разговора. Но едва она двинулась, как отец встал со своего места с такой резкостью, что его стул громко заскрипел по полу.

— Остановись, Дженни! — его голос стал громче, а глаза полыхнули гневом.

Она замерла, не поворачивая головы, но по её напряжённым плечам было видно, что каждое слово обрушивается на неё, как удар.

— Ты думаешь, я ничего не знаю? Думаешь, твоя жизнь здесь — это тайна для меня? — Его голос был наполнен холодным сарказмом, но затем перешёл в крик: — Я знаю про твои мутки с этой... внебрачной дочерью господина Кана!

Дженни резко обернулась, её глаза расширились от шока.

— Что? — прошептала она, чувствуя, как дрожь пробегает по всему телу.

— Да, я всё знаю, — продолжал отец, теперь его лицо было багровым от злости. — Думаешь, ты можешь скрыть это? Я слишком много вложил в твою жизнь, чтобы позволить тебе всё разрушить. Ты никогда не будешь счастлива с этим нагуляшем!

Слово резануло её, как нож. Дженни пошатнулась, словно удар был не словесным, а физическим. Её сердце колотилось в груди, а дыхание стало тяжёлым.

— Ты не имеешь права... — начала она, но её голос почти сорвался, пока она пыталась справиться с охватившей её бурей эмоций.

— Не имею права? — отец ударил ладонью по спинке кресла. — Я твой отец! И я знаю, что лучше для тебя. Ты выйдешь за Джея, и точка.

Его слова звучали, как приговор, холодный и окончательный. Дженни, стиснув зубы, заставила себя выдержать его взгляд. Она чувствовала, как её глаза наполняются слезами, но гнев и боль, смешанные воедино, не позволили им пролиться.

— Я сама решу, что лучше для меня, — сказала она тихо, но твёрдо, а затем резко развернулась и направилась к выходу.

— Вернись сюда, Дженни! — закричал он ей вслед, но она уже была у двери, её шаги звучали уверенно, даже если внутри неё всё кричало от боли.

Дженни вышла из комнаты, но её шаги замедлились, как только дверь за ней захлопнулась. Её дыхание сбилось, а руки дрожали. Она остановилась в коридоре, чувствуя, как слёзы обжигают глаза. Её гордость не позволила ей расплакаться в присутствии отца, но теперь, оказавшись одна, она ощутила, как тяжесть слов давит на грудь.

Она сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Но в этот момент за спиной раздались быстрые, тяжёлые шаги. Отец не собирался оставлять разговор незаконченным. Он резко открыл дверь и остановился в нескольких шагах от неё.

— Ты думаешь, что можешь просто так уйти? — его голос был уже не столь громким, но в нём звучала угроза. — Если ты не подчинишься, ты пожалеешь.

Дженни обернулась к нему, её глаза блестели от слёз, но взгляд был полон гнева.

— Пожалею? О чём, папа? О том, что пытаюсь жить своей жизнью? — Она сделала шаг вперёд, её голос дрожал, но с каждой фразой становился сильнее. — Ты не сможешь контролировать меня вечно. Я не твоя марионетка!

Отец сжал челюсти, его руки дрогнули, словно он с трудом сдерживал себя.

— Ты неблагодарная, Дженни, — процедил он. — Всё, что у тебя есть, — это благодаря мне. И если ты откажешься от моего решения, я могу всё это забрать.

Её дыхание сбилось. Она смотрела на отца, чувствуя, как его слова пробивают брешь в её уверенности. Но в то же время внутри неё что-то вспыхнуло — чувство свободы, пусть даже далёкой и недостижимой.

— Забирай, — наконец сказала она тихо, но с такой твёрдостью, что он замолчал. — Если для тебя всё, что я значу, — это инструмент для твоих сделок, тогда мне ничего от тебя не нужно.

Она повернулась и пошла прочь, не оглядываясь. Шаги звучали гулко в длинном коридоре, пока она не добралась до выхода. За спиной было слышно, как отец кричал что-то вслед, но её больше не волновало, что он скажет.

Как только дверь дома закрылась за ней, Дженни сорвалась на бег. Она мчалась по освещённой дорожке к машине, где всё ещё ждал водитель. Увидев её встревоженное лицо, он приоткрыл дверь, но не успел ничего сказать, как она быстро села внутрь.

— Езжайте, — сказала она резко.

Водитель ничего не спрашивал. Он завёл машину и тронулся с места. Дженни смотрела в окно, едва сдерживая слёзы, которые предательски накатывали на глаза. Городские огни мелькали за стеклом, но внутри неё всё было туманным и размытым.

Её отец всегда был властным, но впервые она почувствовала, что между ними пролегла пропасть, которую уже невозможно было преодолеть. С этой ночи её жизнь больше никогда не будет прежней.