Приёмыши

Не думаю, что найдется хоть один человек, который любит похороны. Все эти соболезнования, печальные на один день лица знакомых, монотонная молитва, которая никак не поможет справиться с горем и одиночество. Я завидую мертвым, они не переживают всего этого, они мертвы. Да, им плевать, сколько придет людей, кто как будет одет, кто что скажет. Их нет. А ты есть. И ты стоишь и выслушиваешь глубокие сожаления от абсолютно безразличных тебе людей.

Сегодня 28 июня. День был достаточно теплый, чтобы облачиться в любимое черное пальто. Я потратила все утро на то, чтобы скрыть следы прошедшей недели. Но скрыть излишнюю худобу и отсутствие блеска в глазах никак не получалось. И плевать. Никому нет до этого дела. Обычно в это время года я брала отпуск и забирала семью в Лондон на пару дней, а потом в какую-нибудь теплую страну. Благо с начальством у меня все было хорошо. В этом году я тоже встретилась с семьей. Вот только...

Это был день похорон.

Ха.

День прощания с моей духовной сестрой, родным братом и человеком, спасшим мою жизнь ценой своей.

Поэтому Сью помогала мне привести себя в порядок, мама старалась найти нужные слова, а папа молчал, поставив приготовленный капучино на прикроватный столик. Мы были вместе с того момента, как я позвонила им вчера вечером и попросила срочно приехать. Конечно, они были жутко взволнованы, да еще и переживали, когда я исчезла без связи, но... Когда они узнали обо всем, да... действительно обо всем, только их поддержка позволила открыть глаза сегодня и собраться в церковь, а после на городское кладбище.

Так странно, я совсем не плакала. Я не чувствовала совсем ничего, даже когда мы подъехали к кованым воротам. И знаете, тут все не как в фильмах. Никаких ворон, никакого тумана и устрашающих могил. Обычное Хайгейтское кладбище.

Сью держала меня за руку все то время, пока священник читал молитву. Здесь уже было немного людей, только самые близкие: моя семья, семья Велари, Гарри, Найл и хорошие друзья Вел.

Как грустно, что живых родственников у Луи не было, не считая меня, а родных Спасшего, как я решила его называть, мы не смогли найти.

Так все и кончилось... Я успокаивала рыдающую миссис Нельсон, а Сью пыталась заставить улыбнуться младшего брата Вел, Чарли. Я положила вместе с цветком тот самый кулон, подаренный мамой на мое 18летие, на гроб подруги. Специально для Луи попросила привести потрепанного плюшевого осла. А для Спасшего у меня не нашлось ничего значимого, кроме искренних слов благодарности. После мы со Сью и родителями сразу уехали домой, где весь вечер провели вместе.

Я несколько раз замечала беспокоящийся взгляд Гарри на себе, но не давала ему подойти близко. Слишком... сложно. После случившегося вчера ночью я не говорила с ним практически совсем, так же, как и с Найлом. Я понимала, что это неправильно и эгоистично, но видеть их, разговаривать было выше моих сил.

Я боялась. Так сильно боялась, что тьма, появившаяся внутри меня, затянет кого-то еще. Я боялась, что после случившегося не смогу смотреть с любовью в его печальные зеленые глаза, не смогу обнимать его, даря тепло, ведь этого тепла у меня не осталось. Не осталось той радости, той любви к жизни, что так нравилась ему. Я задавалась вопросом, а не было ли это всегда частью меня. Эта разъедающая пустота, злость... Как наследство. Быть может, именно благодаря Гарри я и вышла в свет? Он как маяк, мой собственный маяк в море безграничного обмана, страха и ненависти. Мне так не хватало его... Но я отстранилась от него, оставила одного, отделавшись одной смс, как в дешевых фильмах:

Мне нужно время, Гарри. Прости.

Дальше должно было быть только хуже.

***

POV Гарри

- Выглядит уже лучше.

Я поднял снисходительный взгляд на друга, который обрабатывал рану от пули в плече. Швы пришлось делать в машине, которая то и дело подскакивала на неровной дороге, так что процесс заживления затянулся.

Не было сомнений, мне сказочно повезло, что Марлоу взял левее. И теперь я здесь... Наедине с лучшим другом и разрозненными мыслями.

Сегодня суббота, 9 июля, а это значит, что со дня похорон прошло ровно 11 дней. Это стало своеобразной привычкой – вести отсчет. А может быть, просто еще один способ отвлечься.

Другим таким способом стало решение оставшихся проблем. Например, уничтожение тел, или же, запудривание мозгов случайным очевидцам. Все всегда банально – военные учения специальных подразделений, секрет правительства и солидная сумма на счету.

Я также разобрался с тем, чтобы навсегда исчезнуть из этого мира. Моя мать, Найл, Эрика – эти имена были стерты отовсюду, где необходимо. Остались люди, давшие слово любым способом избегать вовлечения нас обратно. Но не думаю, что это когда-либо случится. Мы все начинаем новую жизнь. Точнее, вскоре начнем...

Найл уточнил дату своего отъезда в LA – 14 июля. Он был со мной все эти дни, за что я очень ему благодарен. Это его шанс начать все с начала, без прошлого, без Вел... Я замечал, что он стал говорить сам с собой, что очень пугало. Но теперь, мне кажется, он начал восстанавливаться.

Мы проводили дни у меня в поместье, если не кремировали трупы и не врали невинным гражданам. Мама и Лакс тоже вернулись, моя малышка была очень грустной и молчаливой первое время, за что я сильно себя корил. Но потом все устаканилось, мы как прежде рисовали принцесс и чудовищ, катались на каруселях и распевали детские песни, лопая пузыри в ее маленькой ванночке. Рональд был очень добр и помогал маме с готовкой. Все было бы прекрасно, но...

Со мной не было её.

Последний раз Эрика писала, что ей нужно время. И я был согласен дать ей его, как бы тяжело это ни было. Но с каждым днем становилось труднее и труднее.

Смириться с мыслью, что ее близкие умерли из-за меня было невозможно. Я просыпался от кошмаров, где она смотрела на меня ненавидящим взглядом, кричала ужасные вещи и уходила, раз за разом, а я молча стоял и плакал. Груз вины не позволял улыбаться новому дню, новому рисунку Лакс, где как всегда нас было четверо – она, бабушка, я и Эри. Это было невыносимо, и я боялся, что потерял ее навсегда.

***

Мы ужинали в тот вечер с мамой и Лакс, время близилось ко сну.

Раздался тихий стук в дверь, на который сразу же отреагировал Рональд, но я остановил его, выходя из-за стола. Я открыл дверь, ожидая увидеть напившегося блондина, но оказался не прав.

- П-прости, если я не вовремя... Я... Прости меня.

Эрика стояла заплаканная и укутанная в какой-то непонятный шарф, который явно был больше нее. И это было немного странно, ведь на улице была плюсовая температура, но эта глупая мысль сразу же улетучилась. Я нерешительно шагнул к ней, боясь, что она одернется, но этого не произошло. Она лишь крепче схватилась за себя, опуская глаза вниз и продолжая тихо всхлипывать.

Теперь я без всяких сомнений крепко обнял ее, позволяя ее рукам обвиться вокруг моей талии. Всхлипы усилились, а она все продолжала извиняться передо мной за что-то.

- Прости меня, пожалуйста, Гарри... Я должна была, должна была...

- Тсс... Тише, милая. Перестань говорить глупости, - я старался говорить успокаивающе. – Пойдем со мной в дом, хорошо?

Она тихонько кивнула, вытерев рукавом кофты слезы, и протянула свою маленькую ладонь к моей. Я впервые искренне улыбнулся такой мелочи... Взял ее за руку и повел внутрь.

На кухне осталась только мама, которая приветливо улыбнулась Эрике и понимающе не стала ничего говорить.

Мы поднялись в мою спальню, где устроились лежа на кровати, наслаждаясь присутствием друг друга. Это было так правильно, так естественно – касаться ее, обнимать и слушать ее быстрое дыхание. Но мы оба знали, что еще есть то, о чем нужно поговорить. И начать решил я.

- Мне так жаль, малышка, - я повернулся к ней лицом. Она была такая маленькая, но слишком милая. – Тебе ни в коем случае не нужно ни за что извиняться, хорошо? Все это моя вина...

- Нет, перестань, - она положила ладонь на мой рот, не давай продолжить. – Мы не будем искать виноватых, ладно? Я думаю... это чувство и без того съедает нас обоих изнутри.

Я был удивлен, что она отпустила это. Но она была права, что собственные чувства итак поглотили весь разум, и если бы кто-то начал искать виновных, мы могли бы не справиться. Поэтому я согласно кивнул, осторожно убирая ее руку от своего лица. Она легко улыбнулась, прижавшись к моей груди всем телом.

- Я хотела бы рассказать тебе все, что я чувствовала все это время. Как думаешь, это поможет?

- Конечно, Эри. Это должно помочь, я уверен.

И она рассказала мне все. Многое из этого просто открыло мне глаза на весь тот ужас, что свалился на нее.

- Я вспомнила того человека, - начала она. – Спасшего, - но видя мой недоуменный взгляд, добавила, - того, кто вытащил меня и... Луи, - я кивнул, не желая давить на самое больное. – Это был тот самый друг семьи, о котором вы мне рассказали. Тот, который спас меня из пожара и дал новую жизнь. Он правда дал мне другую возможность, еще один шанс вырасти счастливой вдали от кошмарной правды. И он сделал это снова. Ты знаешь, - она ненадолго задумалась, - этот человек мой второй ангел-хранитель.

- А кто первый, милая?

- Ты, - застенчиво ответила она. Я счастливо вздохнул и поцеловал ее волосы.

- Продолжай.

- Все эти дни я провела с семьей. Я все им рассказала, ты ведь не против? – я отрицательно покачал головой. Пусть знают, быть может, так даже лучше для нее. – Они спасали меня от падения вниз. И... мне действительно нужно было это время. Я должна была разобраться со своими мыслями и чувствами. А особенно, со страхами, - я обнял ее покрепче, услышав об этом. Моя девочка не перестает чего-то бояться. – Я боялась потерять тебя, Гарри. Я и сейчас боюсь, - я был удивлен. – Да, я думаю, что ты вполне можешь вышвырнуть меня со всеми моими заморочками и проблемами, ведь тебе тоже пришлось не сладко.

Пришел мой черед зажимать ей рот ладонью.

- Ты будешь ужасной дурочкой, если будешь так думать. Я всегда буду с тобой, Эри, всегда. Понимаешь? – она смущенно уткнулась в меня. Я поднял ее лицо к своему. – Всегда.

- Х-хорошо... И тогда готовься терпеть меня до конца жизни, потому что я тоже никуда не собираюсь уходить, - она счастливо улыбнулась. – Было тяжело не знать, как ты и что ты делаешь. А еще мне было страшно от того, что я снова заберу из твоей жизни краски, - я было начал возмущаться, но она умело заставила меня замолчать. – Я была в темноте, Гарри. Все это время я была в такой темноте, а ты появился и привнес в мою жизнь краски. Ты был моим маяком все это время, ты открыл мне глаза на многие вещи. И я боялась, что печаль и злость внутри меня разрастутся и заберут тебя с собой. Но теперь я не боюсь. Все... восстанавливается, я снова рядом с твоим светом.

- Ты удивительная, - чуть громче сказал я. Она тихо рассмеялась. – Нет, правда, самая удивительная.

- Я люблю тебя, Гарри Стайлс, люблю больше всей жизни, - сказала она на придыхании.

- Я немножко постарше тебя, поэтому моя любовь к тебе, Эрика Миднайт, чуть больше, ведь я тоже люблю тебя больше всей своей жизни.

- Знаешь, имя Эрика не совсем мое, - загадочно сказала она. – Имя, данное мне при рождении – Лана. Красивое, правда?

- Я влюбился в Эрику и думаю, никакая Лана не затмит ее. Тем более, это все в прошлом, ведь так? – я подмигнул ей.

- Да... в прошлом. Мне очень грустно, что кое-кто особенный остался в прошлом. Но я не готова говорить о них. Это тяжело сейчас, - она устало вздохнула.

- Я понимаю, любимая. У нас еще есть время.

Эрика зевнула, смешно спрятавшись за мою кофту. Я приподнялся и уложил ее в более удобном и привычном нам положении.

- Засыпай, Эри. Теперь все будет в порядке, я обещаю тебе.

И она уснула, крепко обнимая меня. А я все продолжал осмысливать ее слова. Есть так много вещей, с которыми нам предстоит справиться. Но я готов сделать это вместе с ней.

END POV

POV Найл

Я сидел в зале ожидания в аэропорту, неосознанно перебирая билет в руках. Лос-Анджелес. Новая жизнь.

Эта идея пришла ко мне уже давно, но тогда мы должны были спасти Эрику. Теперь я собрал все свои немногочисленные вещи, хотя два чемодана – не так уж и мало, и отправился на поиски себя.

Сеть салонов была продана давнему влиятельному знакомому, я был уверен, что она не пропадет. Было интересно попытать удачу в другом бизнесе, или вообще уйти из него.

Началась регистрация, и я с сомнением посмотрел в толпу заходящих людей. Гарри обещал приехать попрощаться, ведь мы не увидимся достаточно долгое время. Он остается в Лондоне, но обещал прилетать иногда.

И вот я заметил знакомые каштановые кудри, спрятанные под стильной шляпой и новую яркую рубашку. Я улыбнулся, встав с сидения, и пошел в его направлении.

Что я заметил не сразу, так это то, что он был не один. С ним была Эрика, смотревшаяся забавно из-за своего маленького роста, но удивительно ему подходившая. Они держались за руки и о чем-то мило болтали, а потом приветливо замахали, увидев меня. Я помахал в ответ. Вот идиоты, нет чтобы подойти и поздороваться, нужно махать через весь аэропорт.

- Рад тебя видеть, друг, - Гарри похлопал меня по спине. – Свежо выглядишь.

- Ну так новая жизнь, нужно быть соответствующим, - я гордо поднял подбородок. – Наконец-то встретились, бельчонок. Как себя чувствуешь?

- Я тоже скучала, хомячуля, - она вновь использовала это дурацкое прозвище. – Все в порядке, спасибо. Гляжу, ты и правда летишь в LA.

- Да... Не верится даже.

- Я буду скучать по своему заносчивому начальнику.

- Хэй! Я никогда не был заносчивым, - шутливо обиделся я, на что Эрика рассмеялась, а потом и я тоже. – Я тоже буду скучать, Ри.

- Да, теперь ты смело можешь так меня звать, друг, - она обняла меня и прошептала на ухо. – Ты обязательно найдешь свое счастье. А мы всегда будем рядом.

Я благодарно кивнул ей, поворачиваясь к Гарри. Он все это время наблюдал за нами с улыбкой.

- Будь на связи, дружище. С этими часовыми поясами замучаемся созваниваться по скайпу.

- Думаю, мы придумаем что-нибудь, Стайлс.

Я обнял и его, осознавая, что пора уходить.

- Береги ее, - легкий шепот, но он услышал меня.

- Счастливого полета, Найл.

- Счастливо оставаться, друзья, - мы все дружно рассмеялись.

Попрощавшись, они вместе направились в сторону выхода, по-прежнему держась за руки. Теперь я был уверен, что все будет хорошо.

- Они справятся, лисёнок. И я справлюсь, обещаю.

END POV