Глава 7
Ранним утром я кое-как выполз на кухню, шатаясь и сдыхая с похмелья, залпом выпил стакан холодной воды, а затем вернулся в спальню, где на кровати лежал Андрей. Я лег рядом с ним, прижался к его теплому обнаженному телу и поцеловал в шею. До сигнала будильника оставалось каких-то полчаса, а мне не хотелось вставать и идти на работу. Ведь мы с Богдановым не виделись целый месяц, а вчера основательно так загуляли! И мне снова было хорошо с ним так же, как в первый раз.
Я погладил Андрея по спине. Раньше мне никогда не нравилось никого ни гладить, на ласкать, если это не относилось к предварительным ласкам. До его кожи было приятно прикасаться просто так, без всякого повода.
«Да гори оно всё синим пламенем!» - подумал я и потянулся за телефоном, чтобы позвонить Михалычу и сказать, что заболел.
- Что-то серьезное? – обеспокоенно спросил начальник, когда я сообщил ему о своей «болезни».
- Нет, просто аллергия, но к вечеру, думаю, пройдет, - хриплым голосом ответил я.
- Точно?
- Думаю, да. Ничего серьезного.
- Ладно, хорошо. У тебя накопились отгулы, так что больничный можешь не приносить. И закусывай получше, чтобы завтра снова аллергия не случилась! – проворчал Михалыч и положил трубку.
Сперва я напрягся, что меня раскусили, а затем рассмеялся:
- Заяц, неси шампанское! Я сегодня отдыхаю!
- А я нет, - буркнул Богданов, подняв голову, и снова уткнулся в подушку.
- Пизди́шь. Ты тоже отдыхаешь.
- Если бы!
- Звони своему начальнику и говори, что у тебя вся морда распухла от аллергии. Мне поверили, тебе тоже поверят. Ты лучше меня пизде́ть умеешь.
- И чем мы будем заниматься? – приподнял он голову и посмотрел на меня сонными глазами.
- А сам как думаешь? – хмыкнул я и подмигнул ему.
Он никак не отреагировал, поэтому я потянулся к его заднице. Сперва шлепнул по одной ягодице, потом по другой, а затем также поочередно слегка прикусил их. Будь моя воля, вообще закусал и зацеловал бы Андрея всего с головы до ног!
Он, хоть и взвизгнул, но понял всё правильно, потому что тут же принялся звонить своему начальству и отпрашиваться.
- Кофе и душ? – спросил он меня, когда положил телефон на тумбочку.
- Шампанское и постель? – ответил я вопросом на вопрос.
- Мне нравится ход твоих мыслей! – разулыбался Богданов. – Но всё равно нужно в душ!
- Как и мне! – ответил я ему.
- По очереди или вдвоем?
- Конечно, вдвоем!
Мы оба подорвались с кровати и, толкаясь, как маленькие дети, ломанулись в ванную.
После душа и шампанского мы полдня не вылезали из постели – валялись, дурачились, целовались, щекотали друг друга и, конечно же, трахались, как без этого? Я прекрасно понимал, что вновь наступаю на те же самые грабли, и мне опять будет хреново без Богданова, когда вернется его мужик, но ничего не мог поделать с собой. Меня тянуло к этому парню с непреодолимой силой. Живем ведь один раз?
На следующий день я вышел на работу, а вечером снова приехал к Андрею. Он встретил меня ужином и минеральной водой.
- Завтра серьезный день. Мне нельзя пить, - пояснил он.
- Ты и сам пьянишь лучше всякого алкоголя, - ответил я ему на полном серьезе. Как ни странно, в тот вечер у нас не было никакого секса, разве что обнимашки и поцелуи перед сном, но я чувствовал не меньший кайф, чем за сутки до этого.
Ради Богданова я забросил все свои дела, а в цехе работал исключительно от звонка до звонка, не задерживаясь ни на одну лишнюю минуту. Михалыч скрипел зубами, но ничего не говорил, потому что все остальные мужики в цехе работали в точности так же. А вот Богданов готов был посвятить мне далеко не каждый вечер. Третью ночь я тоже собрался провести у него, но он вдруг заявил мне, что будет занят.
- Так драконище вроде еще в командировке? – нахмурился я.
- Так и есть, - ответил Андрей.
- Тогда куда ты намылился?
- По делам, - неопределенно ответил он.
- Тебе разве плохо со мной? Нужен кто-то еще?
- Тигрище, ты думаешь, у меня нет других дел, кроме шпилинга? Так-то я еще и работаю!
- По вечерам? – недоуменно спросил я.
- Бывает, что и по вечерам. И, кроме тебя, у меня есть родители и друзья, - ответил он, вздохнув.
- Друзья для ебли?! – продолжал я накручивать себя.
- Если тебе так проще думать, то да. Но вообще-то мы просто общаемся.
- Заяц, ты охуел?!
- Ой, не начинай! Завтра же снова встретимся!
И какой у меня был выбор? Связать его и держать в квартире, прикованным к батарее? Разумеется, мне не оставалось ничего, кроме как согласиться с ним. И, скажу я, сидеть дома вечером и думать о том, где он, с кем и чем занимается – то еще занятие! Мне в это время не хотелось ни есть, ни пить, ни смотреть телек, ни слушать музыку. Я лежал на кровати и пялился в белый потолок, а в голове мелькали образы Андрея в объятиях другого. Блять, когда встретимся, заебу его до смерти!
Я не сомкнул глаз до самого утра и, проснувшись, подумал, что опрокину его с нашим следующим свиданием – он позвонит или напишет мне, а я с гордым и независимым видом отвечу ему: «Я занят! У меня тоже есть работа, друзья и родственники!». И вообще, дотяну время до приезда его драконища и расстанусь с ним! Чем не замечательный план? Мне не нравилось быть на вторых ролях и делить своего парня с кем-то другим. Пусть выбирает – или я, или его драконище! Только этот план полетел прямиком коту под хвост, стоило Богданову выйти на связь и написать мне: «Приезжай». Забыв обо всем, что накануне лезло в мою голову, я тут же сорвался к нему. Утром я, конечно же, сожалел о проявленной слабости, но как же мне было хорошо ночью!
Андрей продолжил «прогуливать» наши встречи. Мы виделись через день, а то и через два, и после очередного его «прогула» я оставил засос на шее парня. Я понимал, что действую, как неопытный юнец, который пытается застолбить объект своего вожделения, но ничего не мог поделать с собой. Наутро Андрей истерично визжал, увидев мою «метку» на своей шее, а я хоть и сидел с виноватым видом, прижав уши, но в душе́ ликовал. Будет знать, как проводить вечера без меня! Я тебе не драконище, которому можно изменять направо и налево!
Две недели пролетели, как один миг. Драконище вернулся из командировки, Богданов снова попросил меня не писать и не звонить ему. Я в очередной раз остался не у дел и, забыв о том, что совсем недавно хотел расстаться с ним, опять погрузился с головой в работу.
Мы с Андреем не виделись около трех недель, и я в который раз решил, что больше не поведусь на его уговоры и не поеду к нему. Но стоило ему позвонить мне и сказать, что его мужик снова в командировке, как я тут же, забыв о гордости, помчался к нему. И сам не заметил, как втянулся в наш с ним адюльтер. Раньше я всегда осуждал горе-любовников, которые лезли в чужую кровать, а тут сам спал с чужим парнем без зазрения совести. Тогда я реально считал, что драконище сам виноват, коли оставляет Андрея одного.
Порой на меня накатывало плохое настроение, и я был сам себе противен из-за своей слабости и нерешительности, из-за того, что не мог заставить Богданова порвать со своим мужиком и переехать ко мне. В такие моменты он лишь смеялся, что не проживет в моей «хрущёвке» и недели, а я злился. Мне не нравилось быть просто любовником, и я хотел большего - чтобы Андрей был только моим. И каждый раз, когда он отказывал мне в этом праве, я собирался порвать с ним, но затем откладывал это дело до следующей нашей встречи, думая о том, что мы проведем еще одну ночь вместе, а потом я обязательно расстанусь с ним. И так постоянно. Я не хотел делить Богданова ни с драконищем, ни с каким-либо другим обитателем его «зоопарка», но ничего не мог поделать с этим.
Наши встречи были непостоянными. Иногда его мужик улетал на две, а то и три недели, а иногда всего лишь на пару дней. Но каждый раз я отрывался по полной и не забывал оставить «послание» на шее Андрея. Поначалу он сильно переживал из-за этого, а потом как-то сказал мне, что драконищу все равно на эти метки, мол, он совсем не замечает их.
Человек такое создание, что привыкает ко всему. И я тоже привык. Я усердно работал, когда драконище был в городе, и переходил на индивидуальный график, когда тот улетал – мог отпроситься на день-два, прийти на работу чуть позже или уйти с нее чуть раньше. И Михалыч позволял мне это делать, потому что найти кого-то исполнительнее меня было сложно – я мог и до девяти вечера проторчать на работе, и выйти в выходной или праздничный день, если Богданов был занят.
На работе мужики быстро смекнули, что у меня роман с «замужней», но лишних вопросов не задавали, помня мою не совсем адекватную реакцию на попытки влезть в чужую личную жизнь. Все догадки и вопросы я пресекал на корню.
Незаметно прошел год с нашего с Богдановым знакомства. За это время он успел слетать со своим драконищем в отпуск на Филиппины и съездить с ним в Питер.
- Тигрище, не обижайся, мы с ним всегда куда-нибудь летаем. Не могу же я взять тебя с собой в чемодане? – успокаивал меня Андрей.
- Ты можешь просто не лететь! – скрежетал я зубами.
- И как ты себе это представляешь? Он купит нам с ним путевки, а я скажу, мол, лети без меня, я любовника завел?!
Я осознавал абсурдность подобной ситуации и сходил с ума от собственного бессилия.
Однажды Андрей сообщил мне новость о том, что его мужик в очередной раз улетел на две недели. Я в тот же вечер помылся, побрился и попиздовал к своему любовнику. Мы ужинали при свечах и купались в ванне с лепестками роз и с дорогим шампанским – в то время я уже научился красиво ухаживать и нередко устраивал своему любимому подобные вечера. Потом, разумеется, был страстный секс, и мы уснули поздно. А посреди ночи в спальне зажегся свет, и я даже не сразу понял, что происходит. В дверях стоял взрослый незнакомый мужик с удивленным взглядом.
- Опаньки! – зычным голосом произнес он. – Так вот кто оставляет засосы у моего Андрейки!
И только тогда я понял, что драконище неожиданно вернулся домой. Пиздец...
Мне тут же захотелось провалиться сквозь землю. Потому что мы с Богдановым оба были голыми. Я прикрылся куском одеяла и с недовольным видом уставился на непрошенного гостя. Драконище был таким и в то же время не таким, как я представлял его - высокий, широкоплечий мужик, темноволосый, кареглазый и, как ни странно, совсем не старый и не страшный. Черты его лица были немного резкими и грубоватыми, но назвать его страшным не поворачивался язык. Интересно, почему я так думал о нем? А еще в тот момент мне пришла в голову мысль, зачем Богданов выбрал меня, если у него есть вполне нормальный мужик? Впрочем, как дошло до меня, он и не выбирал, просто спал с обоими, но по отдельности.
- Тимурчик, это не то, что тебе кажется! Я тебе все объясню! – залепетал Андрей, соскочил с кровати и подбежал к мужику.
- Конечно, объяснишь, - ухмыльнулся тоже. – И твой хахаль тоже, верно?
- Я не хахаль, - ничего умнее мне в голову не пришло. Лицо пылало от стыда, в голове был полнейшим сумбур и непонимание, что делать в такой ситуации. В анекдотах люди прячутся в шкафу или на балконе, а тут куда бежать?
- А кто? Ёбарь? – спросил он и, посмотрев на мое скривившееся лицо, продолжил: - Или тебе больше нравится слово «любовничек»?
Я не знал, что нужно делать или говорить в подобных ситуациях, поэтому медленно встал с кровати, прикрываясь ладонями, и произнес:
- Слушай, я, наверно, пойду? Вы, если что, сами разберитесь, ладно?
- Ага, разбежался! – рявкнул Тимур, в два шага подлетел ко мне и с силой толкнул в грудь. Я упал на спину и при этом шарахнулся головой об деревянную спинку кровати, отчего у меня перед глазами заплясали звезды. А когда я снова соскочил, он припечатал мне кулаком в лицо. Драконище был не просто большим мужиком, а вдобавок еще сильным, мощным и явно дружил со спортом. Его лицо исказилось от злобы, а глаза налились кровью, как у быка.
Андрей завизжал, как девчонка, и кинулся к Тимуру, но тот откинул его в сторону одним взмахом руки.
- Под руку не лезь, или тебе тоже достанется, понял? – рыкнул Тимур, и Богданов тут же притих, глядя испуганными глазами то на него, то на меня.
Если честно, я тогда подумал, что мне конец. Тимур с его габаритами мог запросто убить меня, хотя я никогда не жаловался на свое телосложение и считал себя достаточно крепким и сильным.
Когда он сделал шаг в мою сторону, я сполз с кровати и принял боевую стойку. Если держаться, то до конца.
- Дэн, сядь! Он же убьет тебя! Он бывший боксер! – взвизгнул Андрей.
«Блять, час от часу не легче!» - пронеслось в моей голове. Ладно, что поделаешь, помирать, так с музыкой! И я нанес удар первым. Точнее, хотел нанести, потому что драконище увернулся, причем на удивление легко для его крупного телосложения, затем он обхватил мой корпус, перевернул в воздухе и уложил животом на кровать, сведя мои руки за спиной и прижав меня коленом. Все произошло очень быстро, перед моими глазами только успевали мелькать стены, пол, потолок. Андрей кинулся ему на спину, но тот, оттолкнув парня, рыкнул:
- Сказал же, не лезь! Быстро съебался на кухню, и чтобы я тебя не видел! Мы с твоим хахалем поговорим один на один, как мужик с мужиком. А если будешь мешать, выкину его в окно! И мне похуй на последствия!
Андрею ничего не оставалось, как выйти из комнаты. Тимур по-хозяйски уселся мне нас спину, склонился над моей головой и прошептал издевательским тоном:
- Сейчас тебе не так приятно, как трахать моего парня, да?
Я, может, что-то и ответил бы, но не мог даже пошевелиться, а мое лицо уткнулось в подушку. Если честно, мне не было страшно, но я подумал о том, до чего же будет нелепая смерть, если он реально выкинет меня голого с балкона.
- А если я тебя выебу, тебе тоже понравится? – зловеще произнес он, и я задергался под его тяжелым телом. Трахать Богданова было прикольно, и он никогда не предлагал мне попробовать секс в пассивной роли. И когда Тимур заговорил об этом, я запаниковал.
- Видимо, не очень, да? – продолжил издеваться Тимур. - Вот и мне не нравится, когда ебут моего парня. Тебе других мало, что ли? Обязательно нужен мой?
Я молчал.
- Короче, слушай внимательно. Еще раз застану вас вдвоем, и тебе не жить. А сейчас вставай и уёбывай из моего дома!
Он соскочил с меня, я встал, покачиваясь, и потянулся к одежде.
- На улице оденешься, мудила! Даю тебе десять секунд! – сказал он и пошел на кухню. Вскоре оттуда раздались крики, а затем и звук громкой пощечины. Я замер.
Тимур вышел в прихожую и произнес:
- Эй ты, как там тебя?
- Денис, - ответил я.
- Иди сюда, Денис!
Я замешкался.
- Иди, не бойся. Да оставь ты эту одежду, я уже видел тебя голым, ничего интересного, если честно. Ко мне, быстро!
Я понимал, что подходить не стоит, что тут кроется какой-то подвох, но разве у меня был выбор? Выбежать из квартиры я все равно не успел бы. Уронив одежду на пол, я сделал несколько шагов вперед и встретился с кулаком драконища. От резкого удара Тимура моя голова вновь зазвенела, и я упал на спину.
- Вот это называется ударом, понял? – обратился Тимур к Богданову. – А тебе я дал всего лишь пощечину, так что не истери, как баба! Сам нагадил, сам за собой и прибирай!
Я сел на полу, пытаясь прийти в себя, как надо мной раздался рёв:
- А ты хули расселся тут, как у себя дома? Еще хочешь?! На хуй пошел отсюда!
Я кое-как поднялся на ноги и стал собирать свои вещи. Из губы сочилась кровь и капала на паркет, а в голове была только одна мысль – как бы убраться отсюда поскорее и желательно целым. Потому что Тимур запросто мог сломать мне нос или челюсть. Или ноги. Или всё вместе взятое.
Андрей сидел на кухне и всхлипывал, закрыв лицо руками. Тимур стоял в двух шагах от меня и наблюдал, как я сгребаю одежду и обувь.
- Надеюсь, ты меня понял? – спросил он, когда я открыл дверь.
Я кивнул ему головой и побежал вниз по лестнице. Такого унижения я точно не испытывал никогда в жизни. И именно тогда я всерьез задумался о том, что с Богдановым пора завязывать. Как бы он ни нравился мне, одно дело развлекаться за спиной его мужика, и совсем другое - попасться с поличным.