Глава 15

Она бежала ему на встречу по пшеничному полю, коротенькие тоненькие русые локоны освещали лучи солнца, свободная парусиновая рубаха играла от потока ветра, карие глаза были как всегда милы и приветливы, а объятья невольно были распахнуты навстречу ей. Медовый аромат, доносящийся вокруг, сводил ещё больше её с ума, и вскоре она, по инерции, оказалось в его объятиях.

Аглая открыла глаза и вокруг увидела всё тот же поезд, пассажиров и дорогу. "Присниться же такое", -подумала она сама про себя. Вскоре поезд начал постепенно притормаживать, и стал виднеться утренний, зимний Ленинград, во всей своей красе. Добравшись к своему родному дому, Аглая восторженно воскликнула, "Я дома!" На верандочку в ночнушки и в пуховом платке выскочила перепуганная Мария Семеновна, их помощница по дому, и которая, кстати говоря, была когда-то Аглаиной няней.

- Здравствуй, моя любимая нянечка!

- Здравствуй, моя хорошая! Пойдём скорее в дом мороз какой на улице! Как ты доехала?

- Доехала хорошо, а мама где?

- Спит ещё, а я вначале не поняла кто это приехал так рано, а потом гляжу ты!

- Ёлку ещё не нарядили?

- Нет, Аврора Львовна, сказала когда ты приедешь, тогда и наряжать вместе будем.

- Отлично!

Аглая сняла шубу и прошла дальше в гостиную, пристально рассматривая всё вокруг.

- До чего же я люблю бывать дома!

- Располагайся, милая, я тебе сейчас чаю принесу горячего.

- Спасибо нянечка, моя любимая! Как вы здесь с мамой, всё ли у вас в порядке?

- Да, милая! У нас всё хорошо, вот недавно папины друзья приезжали, Аврора Львовна хоть немного развеялась.

- Развеялась, а что с мамой, нянечка?

- Да ты когда в Москву уехала, она стала сильно страдать, и Петра Аркадиевича часто ходила вспоминала, страдает она сильно по нему.

- Бедная мамочка, а мне она об этом в письмах не писала!

- Аглая, ну разве станет она тебя расстраивать?!

Вдруг послышались шаги на лестницы:

- Мама! - вскликнула радостным голосом девушка

- Доченька, как я рада что ты домой приехала. Рассказывай, как ты? Как учёба?

- Нормально, всё сессию первую хорошо закрыла, на пятёрки. Воронцова меня с режиссёром Большого театра познакомила, Третяковым, я тебе писала об этом. Так вот он мне неплохие роли подкидывает, знаешь мам, это так здорово с первого курса работать по специальности.

- Ну я всегда знала, что ты у меня талантище!

- Мам, я так хочу прогуляться по зимнему, родному Лененграду, составишь мне компанию?

- Конечно, доченька!

Они шли маленькими заснеженными, уютными улочками, которые знали только местные, наслаждались предпраздничной суетой, которая царила вокруг, и как большая часть людей, ждали рождественского чуда, которое вот-вот должно наступить. Вдруг неожиданно сзади кто-то подбежал, тронул Аглаю за плечо и сказал:

-Девушка, прошу прощения, можно к Вам обратиться?

Она обернулась и увидела перед собой совершенно незнакомого мужчину, одет он был по-простому, как ещё было принято говорить по-сельскому, старенькое латанное пальтишко, самые обыкновенные брюки и обувь, а в руках свёрток бумаги, в котором по виду было что-то громоздкое. Что сразу бросилось Аглаи в глаза это его бархатный тембр голоса и небесного цвета глаза.

- Обратитесь! Меня кстати Аглая зовут, а Вас?

- Рад знакомству, я Воскресенский Фёдор Тимофеевич. Аглая, подскажите, как пройти на улицу Лестницкую 5?

Я Ленинград просто плохо знаю, нездешний я, поэтому буду благодарен, если подскажете.

- Вы знаете, Фёдор- а давайте я Вас проведу? Ибо рассказывать долго будет, а так быстрее будет.

- Аглая, ты случайно не сильно забываешься?- строгим голосом добавила Аврора Львовна.

- Мам, я просто хочу помочь человеку найти дорогу, не более того.

- Ну-ну! Ладно, проводи человека, и приходи домой!

- Так, мы же вроде прогуляться хотели, мам?

- Ну вот Фёдора проведёшь, заодно и прогуляешься, а я домой.

Аглая с Фёдором, пошли по нужному адресу, под ногами скрипел снег, а сверху танцевали свой удивительный танец мелкие снежинки.

- Фёдор, как Вам Ленинград?

- Красивый город, но сужу лишь из того, что видел, а видел я немного. Вы, наверное, как коренная жительница можете сказать о нём больше.

- Да, я безумно люблю свой город. Здесь мне спокойно и комфортно. Здесь я чувствую некую силу, которая заставляет меня жить и идти дальше. В Москве этого нет, там я просто отбываю свою очередную роль-студентки.

- Вы в Москве учитесь?

- Да в Щукинском училище на актрису.

- Так Вы будущая великая актриса?

- Ну великую ещё заслужить нужно, знаете! Фёдор, а Вы чем занимаетесь?

- Вы знаете, в отличии от Вас ничем- бездельничаю, и что дальше делать с жизнью понятия не имею.

- Ну зачем Вы так, у каждого человека есть любимое дело, его предназначения, то что ему судьбой предназначено. Вот по Вам сразу видно, что Вы человек хороший, порядочный просто, не нашли своё предназначения, но я уверенна это временно и совсем скоро всё образуется.

- Вы ошибаетесь!

- Нет, вот увидите всё хорошо будет!

- Вы ошибаетесь в том, что я человек хороший!

- Да ну, перестаньте. Уверена, Вы наговариваете на себя.

- Аглая, скажите, Вы когда-нибудь любили по-настоящему?

Девушка, с тяжёлым вдохом опустила глаза, и скоро сказала:

-Фёдор, я настоятельно прошу сменить тему!

-Впрочем, скажу так, я любил одну девушку сильно, и мы хотели пожениться, а мой отец против был, ибо она была аристократка, и как он говорил: «Где же это видано да бы аристократы с простыми рабочими свадьбу правили». Словом, в один день он ворвался к ним в дом и на моих глазах расстрелял мою невесту и её отца. Я не выдержал и убил собственного отца. Теперь решайте: хороший я человек или нет? Но ответ, по-моему, очевиден.

- Вы боролись за справедливость! Вы ни в чём не виноваты, во всяком случае я так не считаю. Ибо когда любишь по-настоящему, пойдёшь на всё. Оказавшись я на Вашем месте и будь я мужчиной, уверяю я бы поступила также. –Аглая выдержала паузу,- Словом сказать мы пришли, вот этот адрес.

- Аглая, я не в праве просить, но всё же не могли бы Вы оставить мне Ваш домашний адрес, или номер телефона, пожалуйста?

-Фёдор, это лишнее, и поверьте общения со мной не к чему хорошему не приведёт. Увы, я знаю о чём говорю.

- Что же тогда прощайте, Аглая!

- Прощайте, Фёдор!

Аглая, помчалась домой, в голове у неё крутилась фраза: «Ибо когда любишь по-настоящему, пойдёшь на всё» с мыслями конечно же о Ване. «Завтра Новый год, а что если заявиться к нему, не выгонит же он меня в канун нового года, да нужно бросить всё и ночным поездом ехать в Москву. А как же мама, она же не может праздновать одна, хотя, почему одна прейдут папины друзья, и она будет с ними. Нет, что же делать? И почему это так сложно? Нужно прийти домой и всё хорошенько обдумать.»

В это самое время в Москве в квартире Влада звучали праздничные звуки патефона, Ада заканчивала наряжала ёлку, Максим Демьянович, отец Влада, пересматривал последний выпуск художественных газет с рассказами о своём студенческом времени:

- Эх ребята, смотрю на вас и думаю, как же вам повезло, что сейчас живете. В мои 18-другое время было, не до гуляния, как говорится. Помню конец декабря 1905, пик революции, забастовки. Ой, вспомнить страшно, что на улицах творилось, а сейчас мир и всё страшное позади, живи и радуйся. Вот актёрами скоро станете, в театрах служить будете, что ещё для счастья нужно.

- Максим Демьянович, а Вы всегда художником были?

- Да, Адочка, знаешь у нас в семье по линии отцов все художники, и передаться это по наследию,каждый, рождённый в роду мужчина умеет рисовать. И этому не учат, это уже в крови.

- Пап, хватит грузить Аду своими рассказами о прошлом, она ж не историк, а актриса, и твоя хронология навряд ей интересна.

Ну ладно-ладно тебе, давай лучше займёмся праздничными делами,- говори сын,- Что ещё помогать нужно.