1.
Уже час она сидит на этой шикарной деревянной лестнице с резными перилами и тихо плачет, утирая рукавами старого растянутого свитера покрасневшие глаза. Туда-сюда ходят люди, шепчутся о ней, не скрывая презрительно-брезгливого выражения своих высокомерных, ухоженных лиц.
Задница ужасно затекла, а сгорбленная спина безбожно ныла, но уходить девушка не планировала, будет сидеть здесь, пока не помрёт от голода. Тогда-то он и примет её ответы, пожалеет...
Не пожалеет. Рогов Лев Владимирович, чтоб его чёрт побрал. Высокомерный, правильный до тошноты, всегда вылизанный до блеска, страшно обаятельный доцент кафедры административного права в этой богадельне, прошедшей каким-то чудом аккредитацию и выдающей дипломы о высшем образовании всем, кому ни попадя. И единственная тварь, которая мешает этой прекрасной, организованной симфонии из коррупции и кумовства - это играющий на рок-гитаре Рогатый, благодаря которому приходится напрягать мозги и реально учиться.
Пришёл он два года назад, молодой, серьёзный, симпатичный, сразу вызвал интерес у всех, кто имеет женские половые органы в округе универа и даже дальше. А потом всех послал... В общем, не заинтересован он оказался ни в женщинах, ни в мужчинах, только в своей собственной заумной персоне и в административном праве.
А Аврора что? Ей он сразу не понравился, она старпёрами, пусть ему и чуть больше тридцати, не увлекается, ей бы от молодых-то своих как-то отбиться...
Вот он - препод, как по книжке, ко всем одинаково относится, требует поровну с каждого и валит, как будто, справедливо, так что не прикопаешься, но она сюда не учиться пришла. Из детского дома, с ужасными оценками получилось поступить только в этот вуз, и то по льготе, как сироте.
Нет, вообще девушка, конечно, сначала думала, что будет учиться в поте лица, но из-за упущенного в школе материала с самого начала мало что понимала, а потому эту затею оставила ещё на первом курсе.
И всё было прекрасно, просто замечательно, преподаватели особо не требовали с сироты-оборванки, может, жалели, может, просто не хотели мараться и видеть её ещё несколько раз на пересдачах, поэтому сессии закрывались, а жизнь скатывалась на дно, от которого так бережно оберегали в детском доме всех воспитанников.
Вот она поступает, вот начинает пропускать лекции со второй недели, вот уже пропускает семинары и практические занятия, вот знакомится с новыми людьми... А потом валяется обдолбанная под каким-то уродом на вонючем матрасе в подвале, и её, как будто, всё устраивает.
Урод этот, кстати, умер год назад, понятно от чего, но успел потрепать девушке нервы и утащить на самое дно социальной лестницы, откуда она не знает, как выбраться.
В два года отец Авроры скончался от болезни, мама тянула на себе ребёнка как могла, но дожила только до её девяти лет. Аврора была у них поздним, долгожданным ребёнком, но не долго они были вместе, а она уже и лиц их не помнит, как-то исчезли из памяти, стёрлись. И вот так, из прилежной, аккуратной отличницы девочка стала чем-то вроде печального привидения в стенах детского дома, а теперь и в стенах общежития и университета.
Бесчувственное чучело, оторванная от мира кукла, безэмоциональное существо - Ларионова Аврора Вячеславовна. Ну и ещё наркоманка, проститутка, замарашка, обманщица, просто плохой человек, без моральных принципов и мозгов. А она послушно кивает - "ну да - я". Это всё про неё и как будто не про неё одновременно, люди всякое болтают, а спорить с ними смысла нет, ведь вроде правда. Стоит сказать, что и комплиментов в свой адрес она слышала немало, пусть от собутыльников или наркоманов, сомнительных дружков бывшего парня, но в действительности была симпатичной. Длинные русые волосы точно достались Авроре от мамы, а большие, карие глаза с длинными ресницами, вроде от папы, но она особо не обращала внимания на свою внешность, волосы чаще были грязными, чем чистыми, макияж вообще никогда не касался её лица, и не сказать, что это сильно девушку заботило. Она привыкла к косым, брезгливым взглядам со стороны "хороших", "примерных" сверстников и не напрашивалась на общение, иногда просто от любви к одиночеству, иногда от стыда за свой неопрятный внешний вид. Одежда рваная, старая, часто в пятнах, и пахло от неё наверняка дурно, но круг общения Авроры это не смущало, они сами были не привередливы в плане внешнего вида и к ней не лезли.
Да, слухи ходили разные, кто-то жалел сироту, попавшую в плохую компанию, кто-то презирал, она же никогда не могла охарактеризовать себя как-то определённо, вроде и плохой человек, безвольный, глупый, но ведь и хорошее что-то внутри есть, доброта, вот например. И наверняка что-то ещё, что-то положительное, хорошее, но в силу своей безграмотности девушка не могла ничего придумать, поэтому просто говорила себе: «- Зато я добрая!», но ведь на одной доброте далеко не уедешь.
Вот кто точно мог охарактеризовать Аврору, так это он. Стоит сейчас перед ней недовольный, высокий, блестит дорогими кожаными ботинками и ждёт. А что девушка может сказать? Что за одну пару подготовилась, что всего за полтора часа смогла выучить сто двадцать билетов и выложит ему их тут по порядку? Конечно, нет, она изначально пришла неподготовленная, надеялась на чудо, на снисходительное отношение, чтоли... Но Рогов, естественно, такого отношения к учёбе не терпел и с самого начала всем дал об этом знать, но Аврора всё равно упорно сидела, ждала, хоть он и сказал уходить, надеялась поговорить с ним, разжалобить.
- Ларионова, чего ты хочешь?- спросил с усталым вздохом Рогов и присел перед ней на корточки.- Чтобы я тебе зачёт родил на пустом месте? Такого не бывает...
- Да я понимаю, что не бывает,- подняла на него Аврора заплаканное лицо и сразу сжалась под строгим взглядом голубых глаз.- Но я очень хочу попытаться... Дайте мне последний шанс, пожалуйста.
Просить она умела, умолять, жалобно тупить взгляд, чтобы получить от кого-то что-то. И сейчас пустила в ход все свои умения, всё своё скудное актёрское мастерство, представила, будто просит денег на дозу, будто прямо сейчас её ломает до смерти и жалость чужого человека продлит её жизнь ещё ненадолго. Но Рогов даже в лице не изменился, смотрел на неё серьёзно, даже немного злобно и будто что-то обдумывал. Сейчас было бы очень кстати расплакаться, чтобы подтолкнуть его, расположить, разжалобить, но как на зло все слёзы высохли.
- Шанс на что?- спросил он вдруг серьёзно, нахмурившись, заглядывая ей в глаза. Аврора испуганно опустила взгляд, понимая, что препод увидел там то, из-за чего она сегодня же может быть отчислена - многозначительно расширенные зрачки. А он ведь увидел, она нутром чувствовала, что спалилась, и не видать ей не то что зачёта, но и многострадального диплома впридачу. Ну, не сдержалась она, укололась перед выходом из дома, так сильно нервничала, что зубами от страха стучала, а теперь будто всё равно, теперь она чувствует себя в своей тарелке.
- На зачёт...- растерянно прошептала девушка, вдруг почувствовав, как по плечу прошёлся толчок. Кто-то из студентов как бы случайно пнул её, поднимаясь по лестнице, на которой она сидела.
Рогов, глядя на это безобразие, со вздохом встал, поправив пиджак и махнул Авроре головой в сторону своего кабинета. Девушка поспешно встала, мысленно кланяясь в ноги дураку, что её пнул, и посеменила за широкой роговской спиной.
Мужчина указал ей на место рядом с преподавательским столом, мол, садись, а сам закрыл дверь. На ключ.
От звука защёлкнувшегося замка волоски на загривке у Авроры встали дыбом, она судорожно оглянулась по сторонам, думая, куда спрятаться в случае чего. В голове сразу всплыли давние и не очень воспоминания о всяких подвалах, жадных барыгах и их мерзких руках, что брали за очередную дозу всё, что пожелают, а она покорно отдавала, лишь бы целой уйти и со спасительными примесями в крови.
Но потом девушка, конечно, успокоилась. Рогов никогда не станет приставать к студентке, тем более к такой неприятной личности, как она. Вероятнее даже, что ударит с горяча, он довольно вспыльчив, но разве Аврора такого раньше не переживала? Бывший колотил её бесчисленное количество раз, но Рогов, конечно, с этим щуплым наркоманом даже близко не стоял. Удар у препода, скорее всего, мощный.
Девушка поёжилась, чувствуя, как Рогов прошёл мимо неё и остановился, оперевшись задом на парту, стоящую справа.
- И так, хочешь сдать зачёт,- подвёл он итог, задумчиво разглядывая Аврору, а она судорожно закивала.- Ну сдашь ты его, а дальше что?
Девушка удивлённо посмотрела на препода и нахмурилась, естественно, дальше у неё четвёртый курс, ведь сейчас она на третьем, а единственный не сданный предмет - это проклятое административное право. Чего он хочет от неё услышать?
- Четвёртый курс,- уверенно сказала она, не сомневаясь, что угодит ему таким ответом, но он вдруг рассмеялся, бархатным, басистым смехом и ещё больше её запутал.
- Да, вполне возможно,- кивнул Рогов, перестав смеяться,- а с жизнью твоей что?
Аврора вдруг нахмурилась обиженно, даже оскорблённо, и выдала грубо:
- С моей жизнью всё нормально, Лев Владимирович.
- Ну да,- кивнул он опять и вдруг подошёл ближе, схватив девушку за запястье левой руки. Она сразу в ужасе сообразила, что он хочет сделать, попыталась вырваться, забилась, даже заскулила жалобно, но хватка Рогова была крепкой, он держал её руку большой ладонью, а второй уверенно засучивал рукав. И увидел там то, что и ожидал, естественно. Здоровенный синяк на сгибе локтя и несколько свежих точек от инъекций в вену.
- У меня диабет,- нашлась Аврора, судорожно закрывая растянутым рукавом свой позор, чувствуя, как неминуемо приближается отчисление.
- Инсулин ставят подкожно, не в вену,- снисходительно улыбнулся Рогов, отпуская наконец побледневшую девушку и возвращаясь на своё прежнее место. Она судорожно вздохнула, опустив голову и понимая, как сильно облажалась.- Так, что в итоге с жизнью?- переспросил он спокойно, наклонив голову в бок.
- Не знаю,- прошептала Аврора дрожащим голосом. Ей вдруг стало плохо, будто не хватало воздуха, а стоящий рядом Рогов словно давил ей на лёгкие ногой в дорогом, блестящем ботинке.
- Я могу дать тебе шанс,- сказал он, спокойно разглядывая что-то в окне напротив,- но не только на зачёт. Скажи мне, Ларионова, твоё слово хоть чего-то стоит?
- Нет,- тут же ответила она правду, не задумываясь, а Рогов смерил её понимающим взглядом, от чего сразу же стало легче дышать. Он смотрел как-то по-особенному внимательно, будто внутрь заглядывал и всё видел, как психолог в детском доме, к которому Аврору водили всего несколько раз и для галочки.
- А жить ты нормально хочешь?- прозвучал серьёзный, важный вопрос, который так долго не давал девушке покоя. Сейчас она посмотрела на преподавателя другими глазами, может, он психфак заканчивал? Да не успел бы, молодой, а уже доцент юридических наук... Значит, курсы проходил.
- Конечно, хочу,- уверенно кивнула Аврора, без особой надежды, но с неподдельным интересом.
- Сама пыталась и не смогла?- спросил он как бы риторически, и девушка кивнула. Конечно, пыталась взять себя в руки, отказаться от пагубных привычек, уйти из-под влияния сомнительных друзей. При чём множество раз, но всегда возвращалась обратно, за дозой, за общением, за эмоциями, которых без укола или таблетки не получала.
- Я думаю, что смогу тебе помочь, но и твоих усилий понадобится не мало,- серьёзно сказал Рогов, заглядывая Авроре в глаза, в которых плескалось недоумение и скептицизм.- Покажи мне, что ты чего-то стоишь, что умеешь слушаться. Выучишь шестьдесят билетов до понедельника, и тогда мы поговорим серьёзнее.
Девушка сразу почувствовала жгучее разочарование. Ну конечно, а что ещё он мог предложить, кроме зубрёжки? И что вообще значит это его «умеешь слушаться»? Последний раз она слушалась лет десять назад, а теперь родителей нет. Неужто удочерить её хочет? Такая мысль вызвала у Авроры смешок, и она встала, надеясь, что бессмысленный разговор окончен и она может идти восвояси, но Рогов резко остановил её за плечо и усадил обратно на стул.
- Скорее всего, ты меня не поняла,- он склонился ниже, произнося слова вкрадчиво, будто объясняет банальную вещь глупому ребёнку,- выучишь шестьдесят вопросов, покажешь, что умеешь относиться хоть к чему-то серьёзно, и я возьмусь тебе помочь. Это точно не будет учёба, эту мысль можешь сразу оставить, мне студентов и на работе хватает. Я буду помогать тебе как человеку, потому что вижу, что смогу это сделать, если мы оба постараемся.
Теперь до Авроры дошло, она ещё несколько секунд посидела, смотря в одну точку и переваривая услышанное, а потом медленно кивнула. А что ей терять? Хуже уже точно не будет, ниже только смерть, в этом девушка не сомневалась и вроде бы смирилась со своей судьбой уже давно. Так она думала до сегодняшнего дня, конечно.
Рогов ободряюще улыбнулся ей на прощание, стоя в кабинете с заведёнными за спину руками, а она вышла из кабинета в смятении и растерянности.
Что же он готовил для неё? Неужели запихнёт в психушку или лечебницу для наркоманов? Она этого очень боялась и точно не согласится, лучше уж отчисление.
Но Рогов этого точно не планировал, в его голове были абсолютно другие и менее гуманные методы, которые поначалу ужаснут Аврору даже сильнее, чем перспектива попасть в психиатрическую больницу.