colorless sunrise

Юнги проснулся утром от громкого грохота закрывающейся входной двери. Он поднялся с постели не сразу, но, вспомнив о госте, резко подскочил в ту же секунду. Квартира уже была пуста, а приятный запах специй витал повсюду. Мин выбежал на балкон, а в эту же секунду на улице при входе в подъезд показалась знакомая красная макушка. Юнги ещё долго наблюдал за первокурсником и с досадой выдохнул, когда тот скрылся за домом напротив. Он слабо помнит как уснул вчера вечером. Думал, что подремлет пару минут и обязательно пойдёт пробовать ужин, приготовленный Хосоком, но видимо тяжелый день дал о себе знать. Помнит только, как сквозь сон ощутил, что кто-то накрыл его махровым пледом.

Юнги прошёл в свою кухню, оглядывая всё вокруг будто пытаясь найти младшего, но в помещении пусто как и всегда. На столе стояла разогретая лапша, а рядом лежал помятый листок бумаги, который Юнги схватил сразу же, но не решался открыть. Неужели даже Чон Хосок от него сбежал, даже не успев толком узнать, может Мин действительно жестокий? Первокурсник сказал это в шутку, но Юнги запомнил.

«Доброе утро, Юнги-хён, надеюсь я могу так тебя называть?
Я не хочу мешать твоей спокойной жизни, поэтому пойду поищу квартиру.
Обязательно покушай, а то я обижусь.

Хорошего дня, Чон Хосок.»

Юнги снова грустно выдыхает, понуро перечитывая записку. Наверное он чем-то обидел Хосока, чего совершенно не хотел делать. Нехотя он приступил к поеданию лапши. Она действительно очень вкусная и несравнима с тем, что готовит сам Юнги, не смотря на то, что остыла давно. Листая ленту инстаграма и принимая очередную дозу кофе, Юнги прокручивает в голове вчерашний вечер. Парень даже не задумывается о том, что уже первая пара пропущена и надо не опоздать хотя бы на вторую. Он вспоминает каждое движение танцора, каждый взгляд, обращённый к нему. Юнги даже ловит себя на мысли о том, что он смотрел бы на его танец вечно, но даёт себе мысленную пощёчину. Надо собираться. Обычные ежедневные процедуры, такие как умыться, почистить зубы, одеться и привести свой беспорядок на голове в нормальный вид, проходят достаточно долго и кажется, что он потратил на это все часа три, если не больше, а на деле прошло минут сорок. До начала пары ещё минут двадцать, поэтому Юнги не спеша накидывает на плечи лёгкую для сегодняшний погоды ветровку, смотрится в зеркало в очередной раз и покидает свою холостяцкую берлогу.

• • •

Хосок не мог уснуть всю ночь, крутился без конца, ведь неуютно в совершенно новой квартире. Как только он засыпал - будили кошмары. Ночка выдалась тяжелая, как и утро. Всё это время парень думал как бы извиниться перед Юнги за неудобства и ничего лучше не придумал, как разогреть вчерашний ужин и оставить одинокую записку. Когда Хосок покинул минову квартиру, то первой мыслью на очереди была задача под кодовым названием «Чемодан». Чемодан с вещами нужно было пристроить хоть к кому-то, чтобы не таскать вещи по всему университету на парах. Выручили его Джин-хён и Намджун-хён. Они были как никогда рады гостю, хоть и с самого утра.

Хосок брёл по пустым улочкам, дорожки которых ласкали золотые лучики солнца. Парень жмурится от яркого света и тепла, принимая всю энергетику на себя, будто это зарядка. Утренний холод пробирал до дрожи в руках, ведь Хосок одет в те самые шорты и футболку, в которых был и вчера. На улицах спальных районов ещё совсем тихо и не людно, никто не мешает витать в своих мыслях и Чон погружается в них с головой. В университет идти не хочется, от слова, совсем. Не хочется видеть того самого старшекурсника, ведь безумно неловко Хосок себя чувствует.

Внезапно на телефон парня пришло сообщения. Больше Чона удивляло то, что в такую рань. Может это Юнги-хён? Хосока немного передёрнуло от этой мысли, но студент облегченно выдохнул, когда высветилось другое имя, но чьё?

| Квон Суён| 12:45
  Извини, что сорвался вчера, может перекусим?

Хосок мысленно успел перебрать и разделить на курсы всех учащихся в университете, но ответ был так близко - Хоши. У Чона округлились глаза, ведь после вчерашнего и того, что происходило на неделе, с ним не хотелось иметь никаких отношений. Забираясь в приехавший автобус и заплатив за проезд, парень параллельно набирает сообщение, каждый раз стирая и заново набирая текст. Только из-за своего хорошего воспитания Хосок не посылает обидчика.

| Мелкий Чон | 7:10
   Не думаю, что хотел бы, да и некогда сейчас, извини.

Хосок усаживается в самом конце автобуса, придерживая чемодан. Груда вещей в нем уже не кажется такой лёгкой после бессонной ночи. За то время, пока Чон грелся под тёплыми солнечными лучами, он успел погрузиться в сон, но резкая остановка автобуса пробудила его. Перед глазами первокурсника предстали высокие серые здания, они были достаточно старые - это не трудно понять по обшарпанным стенам. Парень выбегает на улицу из автобуса и осматривается. Не смотря на здания, потрёпанные временем, район выглядит очень ухоженным. Вокруг насажено много деревьев, а совсем рядом, если пройти чуть дальше, уютный парк, где так любят гулять дети с родителями и есть сладкое мороженое. У Хосока даже настроение поднялось, ведь солнце так непривычно греет в это время года и яркая улыбка, как и всегда в миг поселилась на лице студента.
Подбежав ко входу он заметил Намджуна, трясущегося от холода и нервно курящего сигарету.
— Привет, Джун-хён, — весь светиться Хосок, одаривая старшекурсника улыбкой.
— Привет, — мямлит в ответ Намджун, укутываясь в пальто, — Джин сказал тебя встретить, а я не смог отмазаться, замерз пиздец.
— Я бы и сам добрался до его комнаты, — возмущённо фыркает Хосок, заходя внутрь здания общежития, а старший вслед за ним.
— Я ему пытался это объяснить, но ты же с чемоданом, давай его сюда, — парень уже собирался взять из рук младшего чемодан с вещами, как Хосок резко отдернул руку.
— Та я и сам могу, тем более пристал к вам утром, всё нормально, — раздражённо фыркает Хосок, щуря глаза, а после подходя к лифту.
— Ты какой-то неровный, Хосок-а, что-то с Юнги?

Намджун нажал на кнопку лифта, в ожидании запихнув руки в карманы. Хосок же стоял молча и не намеревался отвечать на вопрос. Меньше всего ему хотелось думать о Мин Юнги, хотя он и без того прочно засел в разуме. Парень, наверное, слишком погрузился в раздумья, ведь старшекурсник подтолкнул его в лифт выравниваясь и бурча недовольно:
— И с кем я вообще разговаривал.
— Прости, Намджун-хён, — Хосок мнеться от неловкости ситуации, ведь он не слова не расслышал, что говорил парень.
— Всё нормально.

Лифт тут же открывается и Чон проходит в знакомый блок. Изнутри здание выглядело намного лучше. Светлые стены создавали приятную обстановку, а ещё больше его радовало то, что на кухне возились его однокурсники.
— Я скоро, Джун-хён, — Хосок бросил свой чемодан и под очередное ворчание Намджуна набросился с объятиями на Хансоля. Парень, одетый лишь в футболку и короткие пижамные шорты, жарил яичницу - подобие английского завтрака. Он радостно завизжал, услышав знакомый смех:
— Привет, Хосок- а, ты что тут делаешь?
— Планирую в общежитие переселяться, — Чон отлипает от друга, когда тот пихает его в бок, ведь завтрак Хансоля так может благополучно сгореть.
— Правда? — у Хансоля от удивления округлились глаза, но после это сменилось понимающей улыбкой, — Ты же говорил, что не любишь общаги?
— Не люблю, но выбора нет, — Чон тяжело выдыхает, но тут его глаза внезапно накрывают чьи-то ладони с коротенькими пальцами, — Чимин, я знаю, что это ты.

Парень с досадой и наигранной обидой хмурит брови и плюхается на стул:
— Как ты догадался? Мог и подыграть.
— Твои пальцы я узнаю из тысячи, — хихикает в ладонь Чон.
— Да они нормальные! — возмущение уже не такое наигранное, как предыдущая реакция парня. Хосок уж точно знает как зацепить Чимина, а скорее просто подшутить. Наблюдать за раздражением парня - незаменимая вещь.
— Уверен? — Хосок демонстративно выставляет свою руку, оттопыривая пальцы и посмеиваясь.
— Иди в жопу, — фыркает на это Пак, уткнувшись носом в экран телефона (в буквальном смысле, ведь на столько близко прибор был к его лицу).
— Будешь яичницу, Хосок-а? Я конечно не такой мастер готовки,как ты, но вроде съедобно, — с неподдельной радостью обращается к другу Хансоль.
— Конечно, надеюсь не отправлюсь, — усмехается Чон как вдруг показывается совсем сонный Джин-хён в малиновом халате. На голове из его тёмных волос царил полный беспорядок, у Хосока так и чесались руки всё поправить.
— Я смотрю ты сегодня не скупишься на издёвки, — Сокджин усмехается так же иронично, как и Чон минутой ранее, — И всё же, что с Юнги-хёном? Намджун-хён сказал, что ты был у него.
Голос старшего стал мягче, когда тот расслабился и присел аккуратно на стул, попивая чёрный чай из своей чашки с какими-то цветочками. Хосоку за этот день уже успел надоесть Юнги несмотря на то, что его просто спросили о Мине буквально два раза. Парень какие-то несколько секунд молчал, закусывая губу. По нему было видно, что тот тщательно обдумывает ответ, поэтому Сокджин выжидающе смотрел на однокурсника.

— Ничего, я просто ушёл потому, что мешал ему, — коротко и ясно отвечает Чон. Вокруг было слишком много лишних ушей, чтобы парень стал откровенничать о том, как ему неловко было.
— С чего ты это взял? — продолжает надоедать Джин-хён, щуря глаза. Чимин и Хансоль всё ещё непонимающе смотрели на своего друга, обмениваясь взглядами, понятными только им двоим.
— Джин-хён, отвали, а?

На телефон Хосока снова спустя долгое время пришло сообщение. Парень аж вздрогнул от неожиданности, потянувшись рукой в карман шорт. На экране высветилось маячащее с самого утра «Квон Сунён» и Хосок сразу же блокирует телефон, отключая его на совсем и даже не замечая пришедшее сообщение от Тэхёна.

Их завтрак проходит достаточно быстро, ведь времени до пары осталось мало, а ехать далеко, за обсуждениями предстоящей благотворительной ярмарки. Хосок всегда в первых рядах записывался в участники и приносил немалый доход после ярмарки. Его яркая улыбка и доброта, излучающая некий невидимый свет и блеск привлекала всех гостей и его черничный пирог расходился очень быстро. Хосок всё что угодно готов сделать лишь бы детдомовским детям улучшили условия, а его маленький взнос в этом поможет.

Весь день в университете Хосок избегал Юнги-хёна, хотя сам он этого не признавал, убеждая себя в том, что просто некогда подойти. Парень везде таскался со своими друзьями и Тэхён не мог этому не радоваться, ведь друг наконец-то вернулся в прежнее русло. Как только Хосок замечал знакомую угольно-черную макушку, то тут же скрывался за ближайшей стеной или в кабинете. Ему не хотелось встречаться даже взглядом со старшим, ведь так неловко он себя не чувствовал никогда. Юнги ему нравится, действительно нравится. Чон наконец-то это признал. Его низкий хриплый голос, длинные узловатые пальцы на клавишах фортепиано, глаза - полу-месяцы такие темные и глубокие, что кажется, будто в них можно утонуть, как в океане, пускали по телу первокурсника волны мурашек. Но сейчас ему стыдно, что Мин помог ему, а Хосок молча ушёл. Конечно не совсем молча, он же оставил записку, но это не то.

Ближе к середине учебного дня после пар ребята засели в университетской столовой. Сегодня был день рамёна и Тэхён с Хансолем никак не могли пропустить такой день. Всё они набрали себе как можно больше лапши и сели за большой столик почти в центре столовой. Там парней уже ждали Миён и Ухи с парой каких-то девчонок. Хосок точно помнит их, даже знает лично, ведь Миён уже пыталась познакомить девушек со своими однокурсниками - парнями.

— Блин, я так давно не ел рамён, —почти что давиться Тэхён, съедая очередную порцию лапши, — Хосок-хён, почему ты мне его не готовил?
— Ты не просил, — пожимает плечами Чон, пытаясь распробовать курицу.
— Хосок-а, ты так офигительно танцуешь, нам нужно создать дуэт, — Пранприя ярко улыбается, восхищаясь пластичностью парня, смотря видео. Хосок тут же привстает, заглядывая в телефон рядом сидящей девочки.
— Блин, правда классно, надо в инсту залить, — чуть проматывая видео вперёд заключает Джису.
— Конечно Хосок-а у нас круто танцует, может на бис? — хлопает в ладоши Ухи и все друзья, сидящие за столом подхватывают идею однокурсницы.
— Нам нужно сегодня развеяться с парой стопочек коньяка, — непринужденно восклицает Пранприя. В её глазах явно полно азарта и она не против развеяться с танцором и его друзьями.
— Я «за», — прикрикивает Тэхён так, что на него оборачиваются все сидящие в столовой, включая четвертый курс, —Кто отвечает за выпивку?
— Как обычно - я, – отрывается от телефона Джису, говоря очень уверенно, — Родители как раз припрятали пару бутылочек.
— Блин, надо что-то сказать родителям... — шестерёнки в голове Ухи начинают работать очень усердно, кажется, что сейчас появится дым над её головой, когда дело касается родителей.
— Скажи, что ко мне на ночь, я уговорю родителей тебя прикрыть, — Миён хлопает Ухи по плечу.

Хансоль как обычно сидел и молча выслушивал все. Он сам по себе достаточно тихий парень, но всегда был за любой движ с друзьями. А Хосок сидел молча потому, что ощущал сильный дискомфорт в районе груди. С него всё это время не сводил взгляд Юнги, в котором читался немой вопрос. Хосоку не оставалось ничего делать кроме того, как увлечённо слушать друзей, делая вид, будто это намного интереснее.

— Так, Хоба, мы тебя сегодня перекрашиваем! — восклицает Пранприя в унисон с Тэхёном.
— В смысле перекрашиваем?! Меня устраивает мой цвет волос, — У Хосока от испуга округлились глаза и парень сразу же стал оглаживать свои выцвевшие красные пряди с отросшими шоколадными корнями.
— Но у тебя ужасный цвет, Хо, — Джису бросает свой скептический взгляд на Чона от чего парень ежится ещё больше. Ким Джису, как главная модница в их небольшом коллективе, не оставит волосы Хосока в покое, — И у тебя, Соль.

Хансоль, до этого спокойно сидящий и поедающий лапшу, поперхнулся и прокашлялся. Его глаза округлились не меньше чоновых от такого заявления и парень решил не оставаться в долгу, выпалив:
— Вообще-то это мой натуральный цвет волос, у тебя, Джису, не лучше.
— У меня тоже натуральный, дебил, поэтому перекрашиваемся все! —Всплескивая ладонями заключает девушка, — И никаких «нет» я не принимаю.

По столовой распространился массовый негодующий стон ребят, но отказать Джису, которая постоянно следит за модой, очень сложно.
— Надеюсь, что мои волосы после твоего колдовства выживут, — охает Миён, накручивая длинный тёмный локон волос на палец.
— Я, вообще - то, уже красила Лиску, все ж с ней нормально, — фыркает Джису, теребя локоны Пранприи.
— После пар все к тебе валим? — в каком-то предвкушении робко задаёт вопрос Ухи.
— Конечно, а как мне вас всех красить?
— Блин, мне же надо ещё с Гуком на прослушивание, — Хосок тяжело выдыхает, уставившись на свой недоеденный обед. Он не может подвести своего брата в такой важный день.
— Мы все пойдем на прослушивание, но в начале краситься! Хосок-а, давай и Гука перекрасим? — Джису смотрит на Чон так выжидающе и с такой надеждой, что под этим взглядом трудно не растаять.
— Если он захочет.
— Ура! Всё, решено, безумные цвета будет нашей фишкой. Мне нравится эта фраза, надо в Твиттер запостить. — снова уставившись в свой телефон Джису печатает новый пост для своей аудитории, закусывая при этом нижнюю губу.

После обеда первокурсники побежали на пару. Хосок плёлся в самом конце, ведь это первая пара с Паком-сонсеннимом после инцидента. Чон не может назвать это иначе. Мужчина был ему в каком-то смысле противен и если бы не Юнги-хён, то Хосок вряд ли выбрался бы оттуда не изнасилованным своим преподавателем.
Парень лениво заползает в аудиторию, стараясь не думать об этом и главное не думать о старшекурснике. Глаза пекут и слезятся от недосыпа. Хосок трёт их до покраснения, сидя за задней партой. Пак-сонсенним, как ни в чем не бывало, проводит скучную лекцию от которой Чону все больше хочется спать. И парень прикрывает глаза, буквально на секунду, а просыпается от пинка Тэхёна в бок.
Чон устало трёт глаза пальцами, осознавая то, что проспал всю пару. Парень тут же опешил и подскочил с места.
— Думаю, лучше свалить чтобы препод не лез с расспросами, — тараторит быстро Хосок, беря Тэхёна под руку.
— Эй, Чон, успокойся,ты чего? — Ким на него удивленным взглядом уставился, но не останавливал, разрешая себя вести к выходу, — Вроде бы только что-то сонный был, а тут...
— Чон Хосок, попрошу вас остаться, — отдается в чоновых ушах эхом мерзкий голос. Парню хочется провалиться сквозь землю или не рождаться вообще, только бы не видеть эту слащавую и доброжелательную улыбку. У Хосока земля из под ног ускользает, ведь рядом не будет никого, как в прошлый раз и то по чистой случайности.
— Подожди, Тэ, я сейчас выйду, — Хосок машет другу рукой, пытаясь таким жестом сказать «всё нормально»,но на самом деле далеко не нормально. С Чона семь потов сошло пока он шёл робкими шагами к преподавательскому столу.
— Вы проспали всю пару, Чон Хосок, меня не особо устраивает, когда студенты не слушают мои лекции. Я же, наверное, пытаюсь что-то донести до таких, как вы об общей психологии, верно? — не отрываясь от каких-то бумаг, размеренным и разве что немного раздраженным тоном говорит Пак-сонсенним.
— Извините, больше такого не повторится, — Хосок уже развернулся и собрался идти к двери, но его снова окликнули.
— И ещё, Чон Хосок, я хотел бы извиниться за тот инцидент, вы же понимаете о чем я? — голос преподавателя его подводит и тот прокашлевается во время речи.
— Всё нормально, можете не волноваться.
Снова коротко и ясно ответил Хосок, быстрыми и широкими шагами преодолев расстояние до двери, выскочил из аудитории. Сердце колотилось, как бешеное. Больше всего Хосок боялся, что мужчина снова полезет к нему, но нет. Видимо Юнги-хён чем-то запугал его, как и тогда Сунёна после баттла, но вряд ли третьекурсник повелся бы на это. Хосок с облегчением выдохнул, как и Тэхён, ждавший его у двери. Он тут же схватил друга за руку и потащил его на выход из университета, восклицая:
— Звони Гуку, едем краситься!
— Не тяни, Тэ, — хнычет Хосок, пытаясь упираться ногами и хоть как-то остановить неугомонного друга.
— Ой, прости, — Тэхён засмеялся и отпустил руку Чона, проскакивая в открытые двери и следом за ним ворчащий Хосок.

На улице их уже ждали однокурсники, но Хосока привлёкла больше компания старшекурсников, курящих возле входа. Юнги среди них не оказалось, а Намджун лишь проводил первокурсника взглядом. Субин помахала парню рукой в приветствие и Хосок ярко улыбнулся, подходя с Тэхёном к друзьям.
— Эта твоя Субин уж больно похожа на мамашу, — хихикает в стороне стоящая Пранприя, дергая Джису за рукав тонкой рубашки.
— Эй, порвешь, не дергай! — фыркает девушка, проходя вперёд, как глава своей «модной банды». Тёмные пряди волос Джису красиво развиваются на ветру, для полной идеальной картины не хватает какого-то крутого трека на фоне. Все направились в след за девушкой, ведь мало кто знал где находится её дом. Хосок знает только что где-то на окраине города есть особняк, в котором и живёт однокурсница.
— Хочу красные волосы... — мечтательно бормочет Тэхён, закрывая глаза и представляя свой образ.
— Хочу что-то максимально неприметное, — усмехается Чон, параллельно печатая Чонгуку сообщение.
— Кстати, я же взяла колонку! — буквально выкрикивает Миён, доставая из розовенького кожаного рюкзака массивную колонку.
— О, вруби Cardi B, давно её не слушала! — откликается Джису, высматривая что-то посреди дороги, — Поедем на моём микроавтобусе, а то не влезем в такси.

В ту же секунду к пешеходной дорожке подъехал микроавтобус, черный и лаковый. Парни сразу же тянутся к гладкой поверхности ладонями, рассказывая о том «какая классная тачка».
— Есть и получше, — самодовольно улыбается девушка, забираясь внутрь автомобиля и все последовали её примеру.

Колонка Миён была очень громкая от чего биты было слышно даже через закрытые окна. Хосоку так и хотелось пуститься в танец пока девочки увлеченно читали рэп и устроили какое-то подобие баттла. Чон же не отставал и текст треков, которые включала Миён, он хорошо знал и с уверенностью зачитывал строчки. У парней точно глаза скоро повылазят из орбит, ведь Хосок читает не плохо. Его специфический голос режет по барабанным перепонкам, но слушать хочется все больше. Пранприя так же вступает в импровизированный баттл, блистая своими способностями не хуже Хосока. Ухи и Хансоль же молча наблюдали за всем происходящим и надеялись, что эти несносные дети не разнесут микроавтобус.
Машина доехала достаточно быстро или может ребята были настолько увлечены своим делом, что даже не заметили как пролетело время. Водитель сидел всё это время пытался сидеть с каменным лицом, но молодому парню трудно было сдержаться и не отдаться битам вместе со студентами.

— Добро пожаловать в мой дом! — Джису первая выбирается из микроавтобуса, вдыхая свежий воздух полной грудью. От удивления у друзей округлились глаза, ведь перед ними красовался шикарный новенький особняк с множеством различных цветов вокруг. На небольшой полянке с идеально выстриженным газоном было какое-то маленькое самодельное озеро с необычными оранжевыми рыбами. От такой красоты трудно было отвести взгляд и студенты точно на несколько минут зависли в шоковом состоянии, ведь по их подруге и не скажешь, что она живёт в таких шикарных условиях - простая и искренняя девушка, как и все.
— Ну что вы тут застряли, идём в дом! — хихикает украдкой Джису, таща ошарашенного Тэхёна за руку в дом и давая понять, что все должны идти за ней, — Родители сказали, что главное, чтобы мы дом не разнесли.
— Так красиво, Джису и ты это даже от меня прятала, — фыркает Пранприя, показывая язык подруге, та не остаётся в долгу, делая то же самое.
— Крутой дом, хочу такой же, — Тэхён с восхищением осматривает помещение. Изнутри дом был не такой пафосный, как снаружи. Всё было оформлено просто и в классическом стиле. Хосок жадно ловил взглядом каждую мелкую деталь, будь то семейное фото в ажурной рамочке или вазочка с цветами.
— Да... — лишь протягивает Ухи, крепко держась за руку Миён, будто девушка сейчас в обморок упадёт от такого количества красоты.

Ребята поднялись на второй этаж по мраморной лестнице, ведущей к спальням. Там же и находится несколько ванных комнат, как объяснила Джису. Второй этаж был более уютный, чем первый. Посередине расположилось большое фортепиано на котором играет мать Джису, а в дальней комнате за дубовой дверью находится кабинет отца, из которого мужчина выходит только для того, чтобы поесть и поспать ну и, естественно, на работу.

— Я в комнату за красками, а вы идите в дальнюю ванную, она самая большая, — объясняет Джису и скрывается за белой дверцей в свою комнату.
— Дворец прям, — шепчет Хансоль, кивающей в ответ Ухи, — мне до такого уж точно далеко.
— Да классно же, хоть увидим, как богатые живут, — смеётся Тэхён и отворяет двери ванной.

Ванная было до ужаса красивой и лучше, чем остальные комнаты в помещении. Повсюду белый мрамор, как и ступеньки, который жалко пачкать краской, большие колонны, будто у стен какого-то театра. А ванная сама с джакузи и встроенным радио. Студенты сразу же разбежались рассматривать кто что. Девочки восхищались огромным количеством разной дорогой декоративной косметики, а парни изучали свойства необычной ванной. От увлекательного просмотра содержимого ванной их отвлекла вошедшая Джису. В одной руке девушка держала пакет с кучей тюбиков и коробочек, а в другой специальные кисточки для покраски волос и ёмкости для красок.
— Ну что, приступим! — Джису закусывает губу от нетерпения так же, как и девчонки, а из парней к такому эксперименту был готов  только Тэхён, порхающий вокруг, занятой красками, однокурсницы.
— А можно мне красный или... или жёлтый? — заглядывая в пакеты, интересуется Тэхён.
— А мне серый, хочу серый с розовыми кончиками, — Пранприя строит милую мордашку, на что Джису твёрдо отвечает:
— Не мешайте, каждого крашу по очереди.
— Только бы не кислотные и сильно яркие цвета... — шепчет Хосок, сминая в руках край толстовки Хансоля.
— Она ж больная на голову, сделает что угодно, — пытаясь принять свою участь, тяжело вздыхает парень.
— И так, барабанная дробь, — все стали громко топать ногами по полу, пока Джису выдерживала интригующее молчание, — Первым будет Чон Хосок!

По всему дому стали слышны возмущённые вздохи Тэхёна и Пранприи, а Хансоль шептал тихо «Удачи, хён.»
— В смысле я?! — парень подпрыгивает со своего места, хмуря брови от негодования, ведь сам уже надеялся на то, что будет последним и однокурсница не успеет над ним поиздеваться.
— В прямом, ты больше всех всегда кричал, что не хочешь, садись на стул, — девушка указала пальцем на небольшой стул, больше похожий на табурет с мягкой бархатной обивкой.

Хосок нехотя поплелся к уже такому ненавистному стулу и плюхнулся на него, дуя губы, словно обиженный ребёнок, ведь подруга это сделала специально. Меньше всего Чон хотел, чтобы девушка превратила его волосы в набор каких-то непонятных и ужасных цветов, ведь ему ещё с этим ходить. Джису же довольно усмехнулась, выдавливая из тюбика немного окислителя и после осветитель, всю полученную смесь быстро перемешивая:
— Сделаем из тебя наконец-то человека.
— А раньше я им не был, — возмущается Хосок, наблюдая за действиями девушки в зеркале. Джису делала все профессионально, даже несмотря на то, что Хосок красился в салоне один раз он следил за женщиной и почти все этапы окрашивания запомнил, Чон это подметил. Уверенные движения девушки кисточкой, распределяющей осветлитель, заставляли парня немного расслабиться и прикрыть глаза. От недосыпа они всё ещё болели и слипались, студент держался как мог весь день, но колдовство над его волосами совсем разморило парня. Витать в облаках и дремать пришлось недолго, ведь Джису давно закончила с покраской и волосы осветлились до нужного светлого оттенка, поэтому однокурсница пихнула Хосока в бок, бубня:
— Подъём, Хосок, смывать надо.
— Да, сейчас, — парень развернулся и наклонил голову. Его макушку сразу же окатила тёплая вода и Джису так старательно смывала с них осветлитель, что край умывальника давил Хосоку в шею. Парень морщился, но и звука не издал, хотя было невыносимо неприятно.
— Джису, по-моему, Хосок-хёну не очень приятно, — шепчет Ухи, смотря на хмурящегося Чона.
— Да нормально, потерпит, — отмахивается рукой девушка, уже промакивая осветленные волосы парня полотенцем, — Так, нужна ещё тонировка, — закусывая, как увлеченный профессионал, губу говорит сама с собой девушка.
— Пиздец хён, жёлтый такой, — Подливает масло в огонь Тэхён своими оханьями, а ведь Хосоку сейчас не до смеха. Он весь на нервах от такого сосредоточенного лица Джису.

Тонировка проходит намного быстрее и легче, хотя эти постоянные сушки волос изрядно надоели, а теперь самый страшный и, для некоторых присутствующих, долгожданный этап - покраска. Как говорится, новый цвет - новая жизнь, но эта фраза ни чуть Хосока не успокаивает. Джису увлеченно смешивает краску в ёмкостях, а парень уже продумывает план побега от своей «парикмахерши».
— Миён, подай пожалуйста чёрную ленточку, — девушка сразу же передаёт вещь в руки мастеру, а Хосоку все страшнее, — Для каждого новый цвет будет сюрпризом.
— Стой, подожди, я не хочу быть похожим на какую-то пёструю курицу, — Хосок схватился за запястья девушки, уже собиравшейся завязать тому глаза.
— Не будь ребёнок и не вредничай,— хмурое выражение лица Джису выдавало её недовольство и она ловко вырвалась из рук Чона, быстро завязывая парню глаза, чтобы он не смог улизнуть, — Всё, начинаю.

Дальше все поисходит очень долго и мучительно. Всё вокруг, в прямом смысле, покрыто мраком из-за чёрной ленточки, которую постоянно развязывали и держали ладонью у глаз, и Хосок хотел бы сбежать, но боялся, что "шедевр" на его голове смажется и станет ещё хуже. Ему просто пришлось судорожно ждать окончания работы, пока девушка, вся вовлеченная в процесс без остатка, порхала над ним и сушила пряди волос, каждой уделяя внимание.
Через какое-то время приятный голос подруги - парикмахера вывел Хосока из транса:
— Ну что, Хосок-а, ты готов?
— Не очень, — Хосок волнуется и неуверенно сглатывает комок слюны в горле.
— Хосок-хён, это очень круто! — восклицает Тэхён, пытаясь успокоить друга. Вот только для Кима все яркие цвета - круто, а для Хосока нет.

Джису быстро справляется с бантиком на затылке и у Хосока от удивления округляются глаза. Всё сделано идеально хорошо, ярко-фиолетовый плавно переходит в насыщенный цвет фуксии и Хосок бы соврал, что ему не нравится, ведь и цвет и сама работа повергла его в приятный шок. Джису всё это время поправляла пряди, спавшие на лицо, и делала пробор, чтобы закончить свою укладку. Смотрится очень непривычно и вряд ли парень сможет привыкнуть к такому яркому себе.
— Это очень круто, — щупая цветные пряди почти шепчет Хосок, — я думал, что будет хуже.
— Да ладно? Обижаешь. Я же не зря училась у лучшего колориста, — снова усмехается Джису своей ехидной улыбкой, наконец-то отрываясь от чоновой шевелюры и обращаясь к ребятам, — Следующий Тэхён.

Все последующие покраски проходят быстрее и веселее. За это время успевает подъехать и Чонгук после школы, волосы которого беспощадно переволощены в темно-бардовый. Студенты ещё какое-то время бегали по дому и осматривали все, но боялись что-то зацепить, а после перевоплощения последнего подопыдного - Хансоля, чьи волосы пострадали меньше всего, ведь Джису сделала ему всего лишь мелирование, ребята помчались на выход из дома. До начала прослушивания, в котором участвует Чонгук, совсем мало времени, а ехать-то из другого конца города нужно. Благо водитель микроавтобуса любезно согласился доставить ребят в нужное место. Микроавтобус едет ещё быстрее, чем в прошлый раз, ведь Чонгук подгоняет водителя. На весь салон играет песня «I'm better»-Missy Elliot и снова на столько громко, что биты давят на барабанные перепонки.
— Я бы не выдержал такого на месте водителя, — почти что-то кричит Хосоку на ухо Тэхён.
— Жалко пацана, — так же громко отзывается Пранприя, встрявая в строчки, которые зачитывает Missy.
— Ты готов, Гукки? — как можно тише говорит Хосок, подползая к сиденью брата ближе.
— Я распелся, вроде бы... готов, — Чонгук напряжённо выдыхает, хлопая ладонью по плечу старшего Чона, — готов.
— Все будет хорошо, у тебя шикарный голос и охуенные внешние данные, — с гордостью заключает Хосок и снова вливается в потасовку друзей. Как старший брат он волнуется не меньше Чонгука, но нельзя показывать своё волнение, ведь младшему нужна поддержка.

Спустя какие-то несколько минут микроавтобус подъехал к зданию одной из многочисленных компаний в Сеуле, высаживая шумную компанию. Хосок долго уговаривал однокурсников остаться на улице и подождать, чтобы ещё больше не волновать Чонгука, очень повезло,что те согласились. Не хотелось бы потом объясняться перед полицией за такой шум.
Хосок хватает брата за руку и так вместе они заходят в здание с множеством стеклянных окон. Каждое окошко сверкает в лучах солнца, которое вот-вот спрячется за линию горизонта. Чонгук с каждым шагом, который приближает его к одной из студий на верхних этажах, тяжело выдыхает, пытаясь угомонить бешено стучащее сердце, но все безрезультатно. Хосок же успокаивающее сжимает и поглаживает руку брата, чтобы тот не волновался и сосредоточился.

— Всё хорошо, Чон Чонгук, соберись и сделай там всех, — твёрдо говорит Хосок, обнимая своего младшего брата в знак поддержки.
— Спасибо, хён, – шепчет подросток, одетый в черные джинсы, которые идеально сидят на ногах, и белую футболку.
Хосок поднимает руку в жесте «Файтин» и младший делает то же самое в ответ, заходя в едва приоткрытую дверь, предварительно постучавшись.

Чон ходил по пустому коридору, нервно покусывая нижнюю губу изнутри. Он то и дело проводил ладонью по гладким стенам, запрыгивал на подоконник и снова с него сползал на пол, начиная расхаживать и наматывать круги. Нервы на пределе, хотя прошло каких-то минут пять. Хосок даже не заметил, как дверь соседней студии открылась и оттуда показалась знакомая угольно-черная макушка. Парня слегка передёрнуло, ведь он не ожидал увидеть старшекурсника здесь, и Чон уставился в свой телефон, набирая что-то в заметках и надеясь на то, что Юнги-хён не обратит на него внимания, хотя сейчас это особенно трудно сделать с вызывающим цветом волос.

— Привет, Хосок, – хриплый и такой знакомый голос раздался в у первокурсника в ушах, — Пришёл на прослушивание?
— Нет, мой брат Чонгук, — Неуверенно отвечает Хосок на такой непринужденный вопрос старшего. Такое Чон меньше всего ожидал услышать после их последней встречи, — А ты?
— Я тут студию снимаю, — Юнги-хён по-доброму улыбается, а Хосок всё ещё не решается поднять взгляд, — Красивый цвет волос, такой же красивый, как и ты избегал меня сегодня весь день, — С какой-то иронией в голосе добавляет Мин, усмехаясь.
— Я не избегал, — Собрав всю свою волю в кулак Чон переводит взгляд на старшекурсника. У того в глазах мелькают нотки обиды, от чего Хосоку становится очень неловко и хочется сбежать прямо сейчас.
— А на что это тогда может быть похоже? — Юнги выпрямляется и складывает руки на груди, а первокурсник мнётся ещё больше.
– Извини, что просто ушёл утром и ничего не сказал, — Хосок старается по-минимуму смотреть на старшего, гуляя взглядом по коридору.
— Ладно, всё нормально, — Как обычно в голосе Юнги преобладает холодность и сдержанность, а у Хосока уже сердце выпрыгивает из груди, благо Чонгук вовремя появляется в дверях студии и закрывает её за собой. У подростка глаза наливаются слезами, а щёки горят от волнения до сих пор. Хосок видит, что брат весь дрожит и тут же подбегает к нему, заключая в такие нужные парню родные объятия.

— Я... я всё спел фальшиво, я так долго тренеровался и что в итоге, — Хосок прижимает мальчика к себе так сильно, будто это поможет забрать всю боль, которую испытывает младший.
— Всё хорошо, Чонгук, всё в порядке, попробуем в следующий раз, — шепчет Чон, прислушиваясь к каждому всхлипу подростка.
— Идём в клуб, хочу набухаться.