-2-
На следующий день доктор разрешил Тэхену покинуть больницу, поэтому первое, что сделал его папа, — позвонил кому-то по телефону. Буквально через полчаса за ними приехала черная машина, и тот без лишних слов затолкал ничего не понимающего Тэхена на заднее сиденье. Ехали молча — Тэхен, его папа и какой-то взрослый альфа, который находился за рулем. Периодически взрослый омега оборачивался к сыну и спрашивал о самочувствии, на что всегда получал отрицательные мотания головой. Тэхен не хотел даже рта своего открывать в присутствии незнакомца, а тем более альфы. Боялся. Как только подъехали к их дому, омега вывел своего пока еще ослабевшего сына из машины, довел его до крыльца, а сам вернулся обратно. Ким, специально медленно открывая входную дверь, краем глаза наблюдал, как папа бурно переговаривался о чем-то с водителем, иногда даже злобно ругался, размахивая руками. После незнакомец сел в машину и уехал, а папа, направившись к Тэ, показал ему свою красивую нежную улыбку, будто бы все шло так, как должно было быть. Тэхену так не казалось. Все, что происходило сейчас, напоминало ему третьесортный триллер, в котором семью какого-нибудь убитого мафиози начинают сопровождать и оберегать другие члены местной банды. Естественно, такого просто не могло быть, он понимал это. А еще он понимал, что являлся причиной всей этой заварушки именно он, и от этого сердце саднило пуще прежнего.
— Иди наверх, Тэхен-и, собирай свои вещи, — скомандовал папа, когда входная дверь за ними закрылась. Подросток опешил, а родитель уже скрылся из вида.
— Так быстро...?
— Скоро за нами приедут, поэтому стоит поторопиться, — послышался голос мужчины из другой комнаты.
— Пап, что происходит? — Тэхен реально не понимал происходящего, а точнее его масштабы. Из комнаты с грудой своих вещей вышел взрослый омега, подошел к сыну и свободной рукой несильно сжал его хрупкое плечо:
— Послушай своего папу, хорошо? Так надо, — он чмокнул сына в лоб и вновь скрылся в той же комнате.
Киму пришлось делать так, как говорил папа. Он поспешно собирал собственные вещи, останавливаясь глазами на увешенной плакатами стене над кроватью. Там была вся жизнь Ким Тэхена: с самого первого класса, когда папа сказал, что стоит запечатлять все моменты, до недавнего дня рождения самого омеги. Все это висело на огромном деревянном стенде в виде фотографий, различных рисунков, стикеров и записей от руки. Мысли о том, что придется распрощаться со всеми собранными воспоминаниями, не давали ему нормально сложить вещи в чемодан, застилая глаза подступающими слезами. Тэхен не хотел прощаться с этим домом, не хотел прощаться с воспоминаниями, но очень сильно желал больше не видеть лица своих чертовых одноклассников, что многие годы издевались над ним. Внезапные мысли. Он решил поговорить с папой, попытаться вместе с ним найти другую альтернативу. Ведь не обязательно было переезжать из дома, можно было просто поменять школу.
Тэхен резво соскочил по лестнице на первый этаж и вошел в спальню папы. Уткнувшись в какую-то кожаную куртку, омега тихо всхлипывал, подрагивая в поникших плечах. Тэ замер на пороге, а его сердце сделало то же самое в разрывающейся от представшей картины груди. Его любимый и жизнерадостный папа сейчас плакал в одиночестве.
— Пап, не плачь, — сглотнул подступивший комок слез Тэхен, приобнимая родителя за дрожащие плечи.
— Я не плачу, — шепотом ответил мужчина, всхлипывая. Наступила гнетущая тишина.
— Прости меня, — не выдержал Тэ, уткнувшись в спину папы, — Это я виноват. Ты не обязан возвращаться на сцену. Давай останемся здесь. Ты продолжишь работать воспитателем в детском саду, а я доучусь до самого конца. Мы выдержим. Мы справимся, пап, — он крепко заключил мужчину в объятия.
— Ты не виноват, — ответил омега, поворачиваясь к сыну лицом, — И мы здесь больше не останемся. Я жил и не знал, что над тобой издеваются в школе... Почему ты мне ничего не рассказал?
Тэ на это лишь виновато опустил голову вниз, скрывая свой взгляд.
— Я этого просто так не оставлю. Они будут наказаны, Тэ, — он заключил сына в объятия, нежно целуя в макушку, — Ты собрался?
Тэхен коротко кивнул, теряя надежду на дальнейшую жизнь в этом родном для него доме. Папа был слишком упертым.
***
Примерно через три часа к дому подъехал белый микроавтобус. Тэхен наблюдал из окна своей спальни, как с водительского места вышел высокий мужчина, внимательно осмотрел улицу и направился к входной двери. После этого послышались долгие разговоры с первого этажа, в которых очень часто Тэ мог слышать собственное имя, как и из уст папы, так и из уст незнакомца. Наконец, когда наступила долгожданная тишина, папа крикнул, чтобы Тэхен спустился вниз.
— Познакомься, это мой сын — Ким Тэхен, — представил омега своего сына незнакомому мужчине, на лице которого была широкая улыбка и пару ямочек по ее бокам. Он оказался альфой, — Тэ, а это Ким Минхо — мой менеджер.
— Эй, и только? — возразил мужчина, медленно подходя к Тэ, — Я твой дядя, Тэхен-и, — по-своему представился мужчина, расплываясь в еще более широкой улыбке, — Не могу поверить, что ты ему ничего не рассказывал, — добавил он родителю. Тэхен шокировано уставился на папу, который отвел взгляд в сторону, показывая свое нежелание отвечать на какие-либо вопросы. Тэхен вновь ошарашенно посмотрел на человека напротив, всячески отрицая сказанные им слова. Тот нежно коснулся дрогнувших плеч подростка, и на его глазах скопились слезы.
— Господи, — он сглотнул, осматривая испуганного Тэхена с ног до головы, — Ты так на него похож. Прям точная копия, — он обнял Тэ. Тот даже не сопротивлялся от шока.
— Твой отец был моим младшим братом, Тэхен-и, — тихо прошептал Минхо, — Не могу поверить, что ты так сильно похож на него. Даже твой запах...
— Отпустите, пожалуйста, — выдавил из себя Тэ. Ему было неприятно, что какой-то незнакомец обнимал его, а уж тем более завел речь о том, что ему не нравилось. Запах.
— Надо же, и голос похож, — улыбнулся альфа, отстраняясь от подростка, — Прости, прости. Я пришел не для того, чтобы смотреть на сына своего покойного брата. Я здесь, чтобы забрать вас, — на этот раз мужчина обращался не только к Тэхену, но и к его папе, что стоял чуть дальше, в проеме, — С квартирой придется повозиться некоторое время, поэтому пока будете жить у меня. Ты понравишься моему мужу, — с улыбкой обратился он к взрослому омеге, — Да и тебе скучать не придется, Тэхен-и. У меня двое замечательных сыновей. Они, правда, чуть старше, но это не помешает вам поладить, верно? — сказал он Киму младшему, — Вы уже собрали свои вещи?
— Да, — ответил папа Тэхена, вытаскивая из спальни свои чемоданы и кивком показывая, чтобы Тэхен тоже сходил за своими.
***
Тэхен не думал, что под переездом папа имел ввиду совершенно другой город. Ехали они в неизвестном направлении, и, только когда Тэ заметил знак «Сеул», он понял, что папа был совершенно серьезен. Новый город, новая школа, новые одноклассники — мысли об этом в разнобой выпадали на язык подростка в виде различных вопросов, на которые он получал от папы короткие сдержанные ответы, после которых желание спрашивать что-то еще отпадало. Минхо всю дорогу весело рассказывал о том, что произошло в его жизни за те шестнадцать лет, в которые в его жизни отсутствовал тэхенов папа. Оказалось, что, после того, как отец и папа сбежали, Минхо получил строгий выговор от начальства и был послан искать их всеми способами. Альфа знал, как любимому его брата было тяжело, поэтому делал вид, что искал, а на самом-то деле молился, чтобы их не нашли. Он хотел, чтобы у омеги был шанс попробовать начать все с чистого листа. Позже, когда узнал о смерти своего брата, не находил себе места перед тем, как отправиться на похороны. Долго плакал после, умоляя молодого омегу позаботиться о себе и о его еще не родившемся сыне как можно лучше, даже предлагал собственную помощь, но был послан куда подальше.
Ким Минхо осторожно выгрузил вещи из машины перед большим двухэтажным домом где-то на окраине Сеула, а сам уехал, пообещав, что внутри их с радостями встретят. Папа кое-как дотащил вещи, не без помощи сына, конечно, до крыльца и попросил его позвонить. Тэхен молча кивнул и нажал на дверной звонок. Раздалась стандартная мелодия, а после нескольких секунд тишины послышались шаги и чьи-то громкие разговоры. Дверь распахнулась. Перед Тэ оказался высокий молодой альфа — точная копия Минхо. На нем была светлая не заправленная в черные узкие джинсы рубашка, которая оказалась расстегнутой на несколько верхних пуговиц. Это смутило бедного Кима, а насыщенный запах леса проник в легкие.
— О, вы уже приехали, — удивился он, — Нужна помощь! — крикнул он куда-то внутрь квартиры, а сам, пройдя мимо Тэхена, устремился на помощь взрослому омеге, — Я помогу, — он ухватился за чемоданы.
— Спасибо, — вежливо поблагодарил папа Тэ, — Ты сын Минхо?
— Ага, младший, — улыбнулся альфа, краем глаза осматривая замершего на лестнице Тэхена, — Ваш сын? — спросил он, на что получил утвердительный кивок, — Красивый.
— Что такое? — высунулась чья-та взъерошенная темная макушка из дверного проема. Это был довольно красивый и нежный омега с приятным запахом ванили.
— Джин, нужна помощь, — кивнул ему альфа в сторону тэхеновых чемоданов. Омега бросил долгий и внимательный взгляд карих глаз на альфу, после кивнул и взял в руки несколько сумок подростка. Тэ молча направился за всеми в дом.
— Добро пожаловать в нашу скромную берлогу, — громко проговорил альфа, располагая свою руку на плече невозмутимого омеги, — Меня зовут Ким Намджун. Я младший сын Минхо, а это, — он прижал к себе теснее омегу, отчего тот недовольно сморщился, скрещивая руки на груди, — Мой старший брат Ким Сокджин. Я надеюсь, что мы поладим.
После знакомства, Намджун с Сокджином показали гостям их спальни, провели экскурсию по дому и даже приготовили специальный ужин. Тэхен все время молчал, а они долго рассказывали про свою учебу в колледже и про работу их отца, но вот один вопрос взрослого омеги вывел их из приподнятого настроения.
— А где ваш папа? Минхо упоминал его.
Взгляд Намджуна мгновенно потускнел, а Сокджин медленно прикрыл глаза. Альфа приобнял брата за плечи, слегка массируя их, после чего тот извинился и покинул комнату.
— Наш папа умер не так давно. Лучше не говорить об этом. Извините, — быстро ответил он и, встав из-за стола, направился вслед за Сокджином.
— Пап, я тоже уже пойду, — Тэхену было нехорошо еще с самой поездки. Его тошнило, а голова ужасно болела, не давая даже нормально вздремнуть в дороге. Хотелось лишь одного — лечь и поспать немного. Подросток вышел из кухни и направился на второй этаж, краем уха слыша приглушенные разговоры из ближайшей к нему приоткрытой двери.
— Успокойся, прошу, он ведь не знал. Зачем раздувать из мухи слона?
— Ты тоже не лучше. Зачем ты себя так ведешь? Совсем не боишься?
— А чего мне бояться? Ты ведь здесь, рядом со мной...
— Зачем отец позвал их сюда...?
Тэхен закрыл уши, чтобы не слышать дальнейших разговоров. Ему было больно и ужасно обидно из-за этих слов. Естественно, он не был виноват в том, что Минхо поселил их в своем доме. Но он был виновен в другом. Виновен в том, что им c папой вообще пришлось переехать. Виновен в том, что стал объектом издевательств в собственной школе. Виновен в слишком низком и глубоком голосе для омеги. Хотелось свернуться калачиком и плакать, даже зная, что слезы тут ничем не помогут. Оставалось только надеяться на то, что они с папой задержатся здесь совсем ненадолго. И совсем скоро они не будут надоедать уже взрослым детям Господина Кима. Оставалось только чуть-чуть подождать.