Глава 3.
— Так, что за сюрприз? — будущий журналист уже битый час пыталась выудить из подруги информацию.
— Придет время — увидишь.
Маринетт готовила уже вторую порцию кексов.
В дверь позвонили.
— Аля, открой, пожалуйста, — руки девушки были в тесте, а сама она в недавно просыпанной муке.
Журналистка, ничего не сказав, медленно поплелась к двери. Она не ожидала увидеть что-либо особенное, но стоящий за дверью блондин заставил ее вытаращить глаза.
— Адриан! — в ответ он легко улыбнулся, отодвигаясь в сторону и открывая взору стоящего за его спиной друга. — Нино!
Сезер была так счастлива снова видеть их, что сразу заключила в теплые объятья и потащила в сторону кухни, где за плитой колдовала дочь пекарей.
***
Сейчас было около трех ночи. Друзья невероятно хорошо провели этот вечер: говорили о школьной жизни, бывших одноклассниках, планах на будущее и даже немного обсудили сплетни, не особо вдаваясь в их смысл.
Они вместе лежали на террасе, вглядываясь в ясное звёздное небо. На удивление холодный, осенний воздух не был для них преградой. Теплые пуховые одеяла, составившие им компанию, прекрасно согревали так норовившие замерзнуть юношеские тела. Они не говорили ничего. Просто наслаждались. Тишиной, спокойствием и присутствием друг друга. Маринетт лежала между Адрианом и Алей. Если подумать, три года назад она бы задохнулась от смущения, а сейчас спокойно лежит рядом и пытается найти созвездие Малой Медведицы в небе над спящим Парижем. Она любила этот город, но особенно сильно он ей нравился ночью. В это время суток он казался таким умиротворенным и спокойным, что невольно удивляешься, его оживленности днем, когда люди, несутся по делам, пытаясь поймать свое счастье. Девушка невольно вспомнила те моменты, когда она вместе со своим напарником рассекала воздух с помощью своего волшебного йо-йо, охраняя спокойствие горожан. И кто бы мог подумать, что парень, лежавший рядом, думает о том же.
Тишина не могла продолжаться слишком долго и первой ее нарушила будущий журналист. Начала она с тяжелого вздоха, привлекая внимание друзей.
— Вот я думаю, — девушка сделала секундную паузу, — как раньше было здорово!
— Ты о чем? — Адриан перевернулся со спины на бок, кладя голову на руку.
— О том времени, когда в городе были герои, — она улыбнулась в темноту. — Я скучаю по тем приключениям. Уже даже и не вспомню когда заходила в ЛедиБлог.
— Почему ты так внезапно заговорила об этом? — Маринетт повернула голову в сторону подруги. — Зачем вспоминать прошлое?
— Вообще-то, мы весь вечер этим занимаемся. Мы даже одноклассников вспомнили, — Нино повторил жест Адриана.
— Да, но это другое. Это касается непосредственно нас, а ЛедиБаг и Кот Нуар не часть нашей жизни. Люди, которых мы, по сути, не знаем. Тогда зачем?
— Ну, ты даешь, подруга! Они нам жизни спасали. Кем бы они ни были — это часть нашей подростковой жизни. Жизни полной приключений. Взрослеть совсем не весело.
— Ты только сейчас поняла?
— Жаль, что герои больше не спасают город. Интересно, они все еще в Париже?
— Не забивай себе этим голову. Больше это не имеет значения, — Маринетт взглянула на небо, — это прошлое. Им и останется.
— Чем дальше в жизнь, тем зануднее ты становишься, — по террасе прошелся тихий смешок. — А кто вам из них нравился больше?
Повисло молчание. Все задумались о чем-то своем.
— Мне больше ЛедиБаг, — первым очнулся Нино.
— Согласна. А тебе Маринетт?
— Леди.
— То есть вы Кота в отстающего записали?
Адриан негодовал. Его, Кота Нуара и ни во что не ставят!
— Ну, прости. Просто она объективно лучше.
— Чем это?
Нет, конечно, он был абсолютно согласен, что его Леди само совершенство и заслуживает занимать первое место во всех хит-парадах, но самолюбие было задето! Тут уже ничего не попишешь.
— Да хотя бы тем, что умеет обезвреживать аккум.
— Она красивая.
— И ловкая.
— Нуар тоже красивый и ловкий!
— Знаешь, бро, если бы я не знал тебя, то подумал бы что ты из этих.
— Каких еще этих?
— Ну, тех самых, которые не играют с нами на одном поле.
— Гей, что ли? — мисс Сезер решила взять в свои волшебные руки эту, успевшую надоесть, глупую ситуацию.
— Именно.
Секундный ступор и казалось, что их смехом можно разбудить кварталов десять не меньше. А Адриан мог отлично заменить Солнце своим краснеющим, то ли от злости, то ли от смущения лицом.
Заснули они часов в пять утра, быстро перебравшись в комнату и расстелив те самые одеяла на полу. Встали они поздно — в три часа дня. На удивление первой проснулась Маринетт, но это было не совсем ее желание. Жара и отсутствие нужного количества воздуха заставило ее организм забить тревогу и проснуться. Первым, что девушка увидела, открыв глаза, была прядь светлых волос. Она предполагала, что ложится всем вместе плохая идея, но то, что ее используют, словно подушку, уже слишком. Да еще и Аля с другой стороны прижала. Мысленно поругавшись, остается загадкой, сколько неприличных слов появилось в ее светлой голове этим утром, она потрепала лежавшего на груди парня по голове. Ей не хотелось его будить. Она не видела его лица, но слышала как он смешно сопел. Усмехнувшись, девушка все же решила его разбудить. На удивление это далось ей легко. Пара несильных толчков и парень уже смотрит своими ярко-зеленными глазами на нее, находясь в опасной близости от лица. Немного подумав, он улегся обратно, но не отворачиваясь от девушки. От такой наглости она опешила.
«Значит, я задыхаюсь, а его все устраивает?!» — она злилась, но не показывала этого.
— Встань, пожалуйста, мне сложно дышать.
Потратив на размышления секунд десять, парень перелег ниже, давая Маринетт возможность дышать полной грудью. Однако было видно, что вставать он не собирается, даже больше — скоро он снова уснет.
— Даже не думай об этом, — он открыл глаза и посмотрел на нее. — Сон. Не смей спать снова. Не на мне.
— А мне удобно. Ты мягкая и теплая.
Он вогнал ее в ступор. Она не знала, что ответить. Если сказать, что ей не нравилось — это будет ложью. Да она мечтала об этом со школы! Вот так просто лежать с ним. Но ничто не вечно и детская мечта уже давно позабыта, но чувства... Первый раз за все время ей показалась, что они на самом деле не исчезли, а лишь притупились и сейчас перерождаются в нечто более серьезное. Это пугало. Она не хотела снова влюбляться. Не в него.
— О чем думаешь?
— Что? — она была слишком погружена в свои мысли.
Он привстал и посмотрел ей в глаза.
— Маринетт, хватит летать в облаках. Я есть хочу, — парень стал подниматься. — А хотя... — Адриан снова улегся в уже известное нам положение. — Когда еще такая возможность представится? — это был ответ на немой вопрос девушки.
— В смысле?
— Мне нравится вот так проводить с тобой время. Это был по-настоящему классный вечер. Я давно не был таким счастливым. Спасибо.
— Пожалуйста, — она сделала небольшую паузу. — Знаешь, ты можешь лежать у меня на коленях во время обеденного перерыва.
— Как скажешь Принцесса, — он чуть ли не мурлыкнул от удовольствия, проводя щекой по животу девушки.
— Почему «Принцесса»? — ее давно мучил этот вопрос.
— А разве ты на нее не похожа? — он по-доброму ей улыбнулся.
— Это не мне решать, — она подарила ему такую же улыбку. — Но кушать действительно хочется.
Парень снова несколько раз провел щекой по животу Маринетт и встал, увлекая девушку за собой. Их друзья еще сладко спали, поэтому они тихо спустились на кухню и принялись доедать вчерашнюю выпечку, запивая ее свежим, ароматным, зеленым чаем. Они снова наслаждались обществом друг друга. Казалось, им не нужны слова, им достаточно просто быть рядом. Каждый думал о своем. Маринетт все больше сравнивала Адриана с Котом, особенно сейчас, когда он с особым задором уплетает очередной круассан и тогда, когда он как самый настоящий черный кот терся щекой об ее живот. Парень же не сравнивал ее ни с кем. Его мысли просто занимала юный дизайнер. Он понимал, что ему безумно приятно быть рядом с ней, чувствовать ее рядом, слышать, как бьется ее сердце. До мурашек по коже. До дрожи. За последнюю неделю эта девушка заняла все место в его уставшей душе. Ему не нужна была его Леди или кто-либо еще. Главное, чтобы этот прекрасный цветок всегда был рядом и согревал своим теплом. Постепенно начал осознавать, что этот бриллиант заменяет ему кислород. Казалось, что как бы плохо не было — одна ее легкая улыбка и мир снова заиграет яркими красками. Но, даже не смотря на чувства, которые он сто процентов к ней испытывал, парень не хотел спешить. Ему нравилось изучать ее, открывать в ней новые грани. По правде говоря, он боялся. Боялся, что она снова закроется и станет старой заикающейся Маринетт, а ему этого очень не хотелось.
Аля с Нино проснулись на порядок позже и сейчас Маринетт кормила их завтраком. Они сидели и весело обсуждали какую-то ситуацию со времен школьных лет. И как это они не вспомнили о ней раньше? Адриан мирно спал на диване в гостиной, мерно посапывая в подушку. Сначала они пытались его разбудить, хотели, чтобы он присоединился к ним, но признав, что затея не увенчается успехом, оставили парня в покое.
Разошлись все вечером. Маринетт зашла в свою комнату и дала проголодавшейся Тикки пару свежеиспеченных шоколадных печений. В последнее время маленькая квами отдавала свое предпочтение именно им. Пока ее пятнистая подруга радостно расправлялась с едой, девушка сидела за своим письменным столом и думала. Она была рада этой встрече с друзьями, рада, что они смогли вновь наладить связь. Но особенно она была радо тому, что Адриан был с ними и тому, что теперь она может свободно, без страха и заиканий общаться с ним. Словно этого никогда и не было. Она получала от этого удовольствие, все больше и больше понимая — она никогда не знала настоящего Адриана. За маской милого мальчика скрывается наглая, но очень обаятельная личность. В его обаятельности и раньше не было сомнений, однако сейчас это другое. Сейчас он органичен и в своей наглости, и в своем сарказме, который время от времени проскальзывает, и в своем небрежном виде. Да-да именно! Адриан Агрест больше не одевается аккуратно и с иголочки. Нет, бесспорно, он по-прежнему сногсшибательно выглядел даже в этой небрежности. Маринетт была на двести процентов уверенна — этого красавца ничем не испортить.
И в этот момент девушка замерла. Почему все ее мысли кружат возле этого сексуального, обворожительного блондина? От последней мысли она вздрогнула еще сильнее. Сексуального? О чем она вообще думает?!
Решив отвлечься, она стала вырисовывать в своем блокноте новый наряд, идея которого пришла к ней еще несколько недель назад, но так и не нашла пути реализации. Тикки заметила странное поведении хозяйки, но решила пока не беспокоить ее. Квами знала — если девушка захочет она обязательно ей расскажет. Долго ждать ей не пришлось. Как только девушка закончила набрасывать рисунок, она заговорила.
— Тикки, я не знаю что со мной.
— Маринетт, не пугай меня! Что случилось? — малышка взлетела и теперь парит напротив лица девушки.
Будущий дизайнер тяжело вздохнула.
— Я постоянно думаю об Адриане.
Глаза квами расширились. Она была удивленна таким откровением подруги.
— А это разве плохо?
Маринетт подняла опущенную на руки голову и посмотрела на божью коровку.
— Я не знаю... — Маринетт снова опустила голову на руки.
— Маринетт, — Тикки подлетела к девушке и стала гладить ее по шелковистым волосам, — может, ты до сих пор любишь его?
— Я не хочу его любить, Тикки, — девушка произнесла это твердым голосом. — Я наконец-то могу быть рядом с ним насколько, настолько я всегда мечтала. Я не хочу больше вести себя как идиотка рядом с ним... Не хочу становиться, той пятнадцатилетней Маринетт, — девушка ходила по комнате и активно жестикулировала.
— С чего ты взяла, что снова ею станешь? — квами звонко засмеялась. — Теперь ты другая, — Тикки подлетела к ней и взяла ее лицо в свои маленькие руки, насколько это было возможно. — Ты взрослая, обаятельная и потрясающая Маринетт! Не бойся этих чувств, отпусти их, пусть плывут по течению. Любить — это так прекрасно!
Девушка в ответ устало улыбнулась.
— Это так сложно, Тикки. Я очень боюсь.
— Окунаться в неизвестность всегда страшно, но я уверенна, что ты совсем справишься. Ты же ЛедиБаг!
— Я так давно не была ЛедиБаг, что уже и не вспомню каково это.
— Так в чем проблема? — девушка вопросительно посмотрела на квами. — Чтобы быть ЛедиБаг не нужна действующая аккума.
Малышка тепло улыбалась, смотря на обескураженную хозяйку.
И то, правда. Почему Маринетт не подумала об этом раньше? Она была так занята учебой и поступлением, что даже не допускала мысли о том, что в любой момент может стать ЛедиБаг и снова в роли супергероини рассекать одинокие крыши Парижа.
В эту самую секунду девушка поняла — как же ей это нужно! Дав своей квами сигнал, девушка превратилась в свое Альтер-эго. Хотя разве это так? Маринетт давно поняла, что она и ЛедиБаг слились воедино — теперь это один и тот же человек. Немного ранимый, но бесконечно сильный и волевой.
Быстро выпрыгнув в окно, она с помощью своего йо-йо понеслась по ночным крышам одинокого города. Теплый ветер ласково обрамлял стройную фигуру в латексном костюме. Сейчас она чувствовала себя так счастливо! Такое чувство, что она освободилась от тех тяжелых мыслей, которые гложили ее весь день. Прибежав на свое любимое место — самый верх Эйфелевой башни — она вдохнула свежий воздух.
Девушка присела на самый край площадки и тихо наблюдала за спокойным и спящим городом. Она и забыла, какое это удовольствие наблюдать за окружающим миром, не думая ни о чем и не загружая себя проблемами. Одинокие люди, изредка встречающиеся на пустых улицах, такие же одинокие окна, в которых все еще горит свет. Остается только догадываться, чем занимаются хозяева тех самых окон.
Она думала о Нуаре, почему-то именно в этот момент он ей вспомнился.
Думала о том, как они вместе рассекали Парижское небо. Ей было интересно как он и что нового произошло у него за это время. Пусть они особо и не говорили о себе вне масок. Если бы Маринетт знала кто он в реальной жизни, непременно нанесла бы ему визит и пригласила на ночную прогулку. Теперь затея раскрытия личностей не казалась ей нереальной и неправильной. Из-за ее упрямства они утратили связь, а если бы они раскрылись... Что было бы тогда? Она всегда мотивировала тем, что Бражник, узнав их личности, нападет на родных и близких, а то и на них самих, но сейчас, задумываясь об этом более трезво, девушка понимает, что оснований для этого не было. Они бы сделали это осторожно и оба молчали о своих личностях. Сейчас, анализируя все это, Маринетт пришла к выводу — она боялась показать ему настоящую себя. Дело даже не в его возможном разочаровании, а в том, что она сама была немного разочарована в себе. Да она любит себя, но очень многие моменты в ее характера доставляли ей определенный дискомфорт. Что не скажешь о теперешней Маринетт. Она полностью довольна собой. Своим характером и поступками. Сейчас она готова раскрыться, но вот беда! Кот не появлялся уже три года, собственно как и она сама.
— Моя Леди? Это ты?
Тихий голос заставил ее вздрогнуть. Сомнений не было — это ее напарник!
— Кот? — она медленно повернулась в его сторону и встала. — Это ты? Я...
Договорить ей не дал налетевший на нее парень. Он так крепко сжимал ее в своих объятьях, что казалось — сейчас захрустят кости. Но, несмотря на это, Маринетт тепло обняла его в ответ. Она была рада снова видеть этого разгильдяя. Хотя, может быть, он изменился?
— Я скучал, — тихо проговорил напарник, положив на ее голову свой подбородок. Девушка отметила — он стал намного выше. — Очень скучал.
Это было сказано тихо и несвойственно для него, но ей было все равно.
— Я тоже скучала, — мягко ответила девушка в ответ.
На удивление, ей не хотелось оттолкнуть его как раньше. Наоборот — ей было приятно находиться настолько близко к нему. Она и вправду скучала. За ним, за его каламбурами и этими верными кошачьими глазами.
На удивление ему не стало трепетно от того, что она ответила ему тем же. Она тоже скучала. Нет, безусловно — это очень приятно, но он не чувствовал того же трепета к его Леди как раньше. Адриан даже задумался над тем, что ЛедиБаг больше не его Леди. Теперь ее место занимала милая и чертовски притягательная Маринетт. Он переложил голову и теперь лежал щекой на макушке девушки. Ему сразу вспомнилось утро с Маринетт, когда он словно наевшийся сметаны котяра терся о ее живот.
— Как дела у моей Леди? — не меняя позы, спросил он.
— Все хорошо. Дела идут как нельзя лучше.
— Рад за тебя.
Он улыбнулся. У Леди все хорошо — это настоящий подарок.
— Как поживает черный кот?
— У черного кота тоже все замечательно. В моей жизни многое изменилось. Наконец-то я смог вырваться из оков, в которые был закован.
— Это же здорово! Теперь ты настоящий, свободный черный кот.
Она звонко засмеялась. Он подхватил ее смех.
Они еще о многом говорили вот так в объятьях друг друга стоя на вершине Эйфелевой башни.