Tweet about this

@shast
_
oon: #np СерьГа — Дорога в ночь
Одним из тёплых июньских вечеров, когда Антон уже сдал все экзамены и вновь,
как и раньше, сидел у Арсения, поглаживая сидящего на его коленях на
удивление тихого Барсика,
— что-что, а целая банка шпрот всё же
гарантировала временное перемирие,
— а Ваня бездумно листал каналы по
телеку, ребят настигла неожиданная новость.
— Вынужден сообщить вам пренеприятнейшее известие,
положив телефон, по которому проговорил где-то пару минут,
— вздохнул Арсений,
— к нам едет моя
маман.
— О, бабуля,
— обрадовался Ваня,
— тушите свет. Как раз собирался к ней и деду
заехать на днях.
— Если ты думаешь, что бабушка соскучилась по тебе ненаглядному,
— фыркнул
Попов,
— то, конечно, будешь прав наполовину.
— А на другую половину? — уточнил Ваня.
— То, что я думаю, да?..
Арсений безнадёжно кивнул, а Иван лишь рассмеялся, откинувшись на подушки.
— А меня кто-нибудь просветит? — недоумённо спросил Антон, который только
сейчас подумал, что, кстати, за полтора месяца знакомства с Арсением ни разу
не имел возможности наблюдать за тёплыми семейными отношениями, да и
вообще — ничего по сути о родителях Попова не слышал.
— Да, в общем, история стара, как мир,
— охотно начал объяснять Ваня,
—
бабушка Вера твёрдо убеждена, что уж в тридцать лет Арсу железно
необходимо покончить, так сказать, со своим холостяцким положением. Поэтому
ни один её приезд сюда,
— хоть они и достаточно редкие,
— не обходится без
знакомства Арсения с потенциальной невестой. То есть выглядит это, конечно,
как «ой, Арсюш, заеду к тебе со своей молодой подружкой», но все мы понимаем,
что это означает.
— Один бог знает, где она вообще их всех берёт,
— меланхолично сказал
Арсений.
— Ну как же,
— ответил Ваня,
— в косметологии своей. Мне кажется, она только
поэтому до сих пор не ушла на пенсию — всё ищет тебе жену.
Арсений мучительно закатил глаза.
— Подождите,
— снова вклинился Шастун,
— то есть она не знает, что Арсений
гей?
— Да упаси боже,
— сказал Попов,
— если я родителям хоть как-то намекну, их
удар хватит. Пусть лучше думают, что я безнадёжный холостяк, это им хотя бы
понятней будет.
— Арсу ещё повезло, что моя мама приняла основной удар на себя,
— добавил
Иван,
— рано вышла замуж, рано родила. Выполнила план хотя бы вполовину.
Так что если бы не мы, чувак,
— парень хлопнул по плечу присевшего рядом
Попова,
— до тебя докапывались бы в десять раз сильнее.
— Как говорится, на младших детях природа отдыхает,
— хмыкнул мужчина.
—
Универ бросил, бабу не нашёл...
—
...дерево не посадил, сына не вырастил.
— Зато племянник — хоть куда! — засмеялся Арс, потрепав Ивана за ухо.
— Так что, готовься, Антон,
— улыбнулся Ваня,
— знакомство с родителями
95/225
твоего парня будет нестандартным: ты познакомишься не только с мамой
Арсения, но ещё и с его — в перспективе — невестой.
Через комнату, начиная путь от кресла, где сидел Шаст, пролетела небольшая
декоративная подушка, но в конечную цель — Ваню, конечно,
— не попала,
приземлившись чуть дальше.
— Антон,
— Арсений внимательно посмотрел на Шаста,
— я всё же попрошу тебя
присутствовать.
— Это обязательно? — сделал жалобный вид Шастун.
— Нет, но мне так будет проще,
— Попов улыбнулся просяще.
— Антон, ну
пожалуйста.
— Да, Антон,
— подключился к уговорам Ваня,
— с тобой будет веселее, да и
Арсений не захочет выйти в окно после двух минут семейных посиделок.
— Так в том и дело,
— всплеснул руками Шаст,
— что посиделки — семейные.
Вам не кажется, что моё присутствие будет слегка неуместным?
— Да о чём ты,
— возмутился Иван,
— ты нам как брат... то есть,
— парень кинул
хитрый взгляд на Арсения,
— мне, конечно.
— Серьёзно, Антон,
— сказал Арсений,
— ты же далеко не посторонний человек.
На Шаста воззрились две пары умоляющих глаз. Неожиданно проснулся Барсик и
тоже взглянул на парня своими огромными глазищами-фарами,
— как бы
намекая, что хрупкое перемирие в любой момент может закончиться.
— Ладно,
— сдавшись, буркнул Антон,
сие знаменательное событие?
— ваша взяла. Когда должно произойти
Попов улыбнулся как-то совсем нехорошо.
— Через два часа.
***
Через обещанные два часа на пороге квартиры Арсения уже стояли две
женщины. Одна в годах, с проседью в волосах, но ухоженная и элегантная, в
бирюзовом приталенном пиджачке — такую бы и язык не повернулся назвать
бабушкой. Но Ваня, конечно, был привычный. Другая — много моложе —
примерно одного возраста с Арсом — и при этом очень симпатичная.
Антон подумал о том, что странно при такой внешности ходить и знакомиться с
мужчинами по гостям. Возможно, что-то в этой женщине не так?
— Ванюша, как ты подрос! — первым делом охнула Вера Алексеевна и кинулась
обнимать единственного внука.
— Ох и богатырь.
— Баааа,
— счастливо ответил Иван, сжимая бабушку в ответных объятиях,
— я
тоже скучал.
— Когда родители приедут? А то всё обещают и обещают, совсем про стариков
забыли...
— Осенью точно собирались,
— клятвенно заверил Ваня,
— папа дела все свои
разгребёт, и сразу приедут.
— Свежо предание,
— вздохнула женщина,
— какие все нынче занятые, и не
подступиться. И ты бы, Арсений,
— она повернулась к сыну,
— хоть раз сам бы
заехал! А то только я тебя навещаю,
— а, между прочим, мне уже тяжело через
весь город ездить...
96/225
— И тебе здравствуй, мама,
мужчина тоже обнял Веру Алексеевну.
— прервав тираду, которая грозила затянуться,
Незнакомка, приведённая матерью Арсения, наблюдала за семейной сценой со
спокойной улыбкой.
И всё же, решительно непонятно, что она здесь делает.
Антон, перехватив взгляд молодой женщины, смято улыбнулся в ответ.
Чувствовал он сейчас себя максимально неловко, не зная, как реагировать на
сложившуюся ситуацию, что говорить и вообще — говорить ли.
В итоге было принято решение прикинуться ветошью.
— Кстати, Арсюш, познакомься,
— вынырнув из объятий, Вера взяла свою
спутницу за руку,
— это Наташа. Моя клиентка и по совместительству хорошая
знакомая. Кстати,
— женщина интимно понизила голос,
— не замужем.
— Ну кто бы сомневался,
— очень тихо прошептал Ваня Антону.
— Очень приятно, Наташа,
— улыбнулся Арсений, легонько пожав девушке руку.
— Взаимно,
— улыбнулась Наташа в ответ.
— А это Антон,
— Попов подошёл к Шасту,
— мой друг и правая рука. Он помог
мне значительно расширить клиентскую базу и грамотно организовать приём.
— Антон у нас просто рекламщик,
— пояснил Иван гостьям,
— вот Арс у него и
понабрался: знакомит так, будто втюхивает товар.
— Иван, ну что за слова! — отчитала внука Вера Алексеевна и вежливо
улыбнулась Шасту.
— Очень приятно, Антон.
— Взаимно.
— Арсений у нас вообще по жизни — одиночка, и не то чтобы у него много
друзей...
—
...Мам! — строго сказал Арсений.
— Честное слово, ты сейчас всю мою жизнь
расскажешь, от пелёнок до седин,
— а мы ещё даже за стол не сели.
— Двадцать девять лет, а ты уже где-то седину высмотрел,
— хмыкнул Ваня.
— За клиентов душа болит, вот и поседел от переживаний,
— тихо сказал Антон.
Ваня засмеялся и почему-то громко всхохотнула Наташа,
смутившись, подавила смешок, покраснев.
— но тут же,
— Так пойдёмте скорее на кухню,
— переключилась Вера Алексеевна,
— я с
удовольствием продолжу! Мы, кстати, с Наташенькой в магазине взяли Мартини
и апельсиновый сок.
— Ну а я достал твой любимый Рижский бальзам — смородиновый,
— ответил
Попов, взяв маму под руку.
— Мы, кстати, собираемся на днях поехать с папой в Ригу — на национальный
праздник. Не хочешь с нами, сын?
— Клиентов много,
— пожал плечами Арсений,
— увы, увы.
— Ох уж эти твои клиенты,
— заворчала женщина,
— придумал же. Нет бы
медицинский закончить, как отец, а ты всё каким-то полушарлатанством
занимаешься...
— Мам,
— снова прервал Арс, вздохнув,
— не начинай.
Надо сказать, что подобными сетованиями со стороны Веры Алексеевны
ознаменовывался каждый визит к сыну. Отец Арсения — Сергей Валентинович —
сам закончил Первый мед и был далеко не самым последним абдоминальным
хирургом в Санкт-Петербурге, не забывая организовывать всяческие семинары
97/225
для молодых врачей за немалые деньги; сама Вера когда-то закончила
медучилище — и начала свою карьеру, как операционная сестра, ассистируя
Сергею. В тандеме они проработали более сорока лет, успев между делом
пожениться и родить двоих детей, но лет пять назад Вера решила сменить род
деятельности, став косметологом.
— Надоело,
— говорила она,
лица, а не развороченные кишки.
— на старости лет хочу видеть, наконец, красивые
Муж не возражал, набрав себе молодой персонал.
В общем, родители-медики так или иначе планировали, что их дети тоже свяжут
свою судьбу с медициной.
План был безнадёжно провален. Ну, почти.
С Полины, правда, спрос был меньше: она реализовала себя как жена и мать.
Арсений же, который мало того, что бросил лечфак на третьем курсе,
— сказав,
что всё что нужно, он для себя почерпнул,
— и, по мнению родителей занимался
мутью, даже не пытаясь наработать себе какой-то официальный статус, так ещё
и совершенно не желал обзаводиться семьёй. Немыслимо.
Вера Алексеевна, будучи оптимисткой, надеялась исправить хотя бы последний
пункт, пытаясь устроить личную жизнь сына. Арсений предпочитал ей
подыгрывать, потому что считал, что нельзя у человека отнимать надежду.
Впрочем, тут же он всех потенциальных невест и спроваживал — на
предложения о следующих встречах отнекивался, ссылаясь на огромное
количество работы и говоря маме по телефону, что с очередной кандидатурой
вновь не сложилось — слишком разные. Вера Алексеевна тяжело вздыхала и
через какое-то время приводила новую девушку.
Компания из пяти человек уселась за накрытый стол. Арс, по настоянию матери,
сел рядом с Наташей на диванчик. Вера, Антон и Ваня расположились на
стульях.
— Арсений у нас — мануальный терапевт,
— начала рассказывать Наталье Вера
Алексеевна, накладывая себе крабовый салат.
— Практикует на дому. Мы,
конечно, с отцом надеялись, что он станет полноценным врачом, но, Наташ,
знаете, всё же в своём деле определённых успехов он достиг.
К слову, если мама Арсения пыталась находить плюсы в любой ситуации, хоть
конкретно и в этой — с большим скепсисом, то отец до сих пор и слышать не
хотел о том, какой там недомедициной занимается его сын.
— О, у меня как раз шейный остеохондроз,
болит, что выть хочется.
— Займёмся вами, не проблема,
девушке Мартини.
— А ты, Ванечка,
— обратилась Вера к внуку,
десятый класс. Пятёрок много?
— оживилась Наталья,
— иногда так
— обворожительно улыбнулся Попов и подлил
— расскажи-ка мне, как закончил
Иван, который, будучи приличным внуком, при бабушке пил только сок,
развеселился:
98/225
— Целых две. Физкультура и ОБЖ.
— Сразу ясно, в кого ты,
Арсения,
— уж точно не в нас с дедом.
— женщина перевела многозначительный взгляд на
Пока женщина отчитывала Ваню и расспрашивала Антона об учёбе в
университете, Наташа наклонилась к Арсению поближе и, улыбаясь,
прошептала, чтобы никто не слышал:
— Если я набухаюсь в дрова, твоя мама перестанет рассматривать меня, как
кандидатку в невесты?
Попов с трудом подавил в себе желание с очень сильным удивлением воззриться
на Наталью. Он уже успел приготовиться к привычному сценарию, поэтому
вопрос застал мужчину врасплох.
— В смысле?
— Ну, я же вижу, что тебе это не надо. Мне — тем более. Так как, сработает?
Быстро собравшись и точно так же не стирая улыбку с лица, Арсений интимно
ответил:
— Железно. Мама на дух не переносит пьянства.
— Тогда,
— Наталья очень томно посмотрела на Арса,
— плесни лучше вискарика
в стакан. Без колы.
— Слушай, Наташа,
— восхитился Попов, выполняя просьбу,
— а ты мне
нравишься. Только зачем ты тогда здесь, если тебе самой всё это не сдалось?
— Не умею отказывать людям,
— беспомощно пожала плечами молодая
женщина,
— да и Вере Алексеевне сложно отказать.
— Арс понимающе хмыкнул.
— Так что пусть я ей лучше сразу не понравлюсь, и она сама разочаруется в
своём выборе.
Арсений посмотрел на потенциальную невесту почти с любовью,
— что не
укрылось от чужих глаз. Нет, в самом деле, если бы он не был геем —
влюблённым геем, возможно, у них могло бы что-то получиться?
— Ты смотри,
— шепнул Ваня рядом сидящему Антону,
головы облизать готова, так и льнёт.
— она же его с ног до
Антон, ничего не ответив, задумчиво цедил виски с колой.
— Это вы о чём там шепчетесь? — радостно спросила Вера Алексеевна.
—
Получаса не прошло, а уже какие-то секреты. Ну-ка колитесь!
— Ничего особенного, мам,
— таинственно улыбнулся Арсений,
— обсуждаем
план лечения. Держи, Наташ.
Мужчина отдал наполненный до краёв стакан виски Наталье, и та залпом его
осушила.
— Ох, хорошо,
— выдохнула та, отказавшись от предложенной Арсением закуски.
Ваня тихо присвистнул, Антон удивлённо приподнял брови, а Вера Алексеевна
озадаченно притихла. Арсений, донельзя довольный, последовал примеру
соседки по дивану и тоже выпил полный стакан.
99/225
— Так значит,
— решила вернуться к разговору с Шастуном Вера,
— вы
рекламируете услуги Арсения?
— Что-то вроде этого,
— кивнул Антон, тоже наливая себе новую порцию
алкоголя и краем глаза наблюдая за сладкой парочкой на диване,
— те вновь о
чём-то шептались и да, раздражали, если честно.
— И всё же, поговорили бы вы с ним. Может Арсений вас послушает — надумает
доучиться в университете и заняться медициной профессионально. Вы, Антон,
судя по всему, имеете влияние на моего сына, раз уж он вам позволил
вмешаться в рабочий процесс, а тем более присутствовать на семейном ужине.
— Не думаю, что это в моей компетенции,
— усмехнулся Шаст,
— я всё же
маркетолог, а не психолог. Но спасибо за доверие.
Женщина поджала губы, а Арсений, оторвавшись от тихого разговора с Наташей,
укоризненно сказал:
— Мам, ну нехорошо отнимать у меня последнего союзника,
— и поднял новый
стакан: — Давайте лучше выпьем за то, чтобы каждый в жизни занимался тем,
что ему по душе.
— Поддерживаю,
— кивнула Наташа, и когда все чокнулись, вновь выпила всё за
один миг.
— Может, пойдём покурим? — ласково предложил Арсений ей.
— Конечно,
— обрадовалась женщина,
— знаешь, после двух стаканов так и
хочется затянуться.
— Наташа,
— неприятно удивившись, сказала Вера Алексеевна,
— я не знала, что
вы курите.
— О,
— гаркнула Наталья, которой, кажется, уже дало в голову,
— ещё как! Эх,
вернуться бы сейчас в прошлое лето в Барселону. Помню, как я всю ночь
танцевала с одним испанцем на яхте, а он угощал меня сигарами... Кайф!
Ваня тоже было подорвался, но вовремя опомнившись под недоумённым
взглядом бабушки, сел обратно на стул.
— Я... это... ещё салат из холодильника хотел достать,
— хихикнул он.
— Антон, ты с нами,
— не слушая возражений Шаста, Арсений потянул его за
толстовку на выход,
— мам, а ты положи себе что-нибудь, зря мы что ли с
парнями столько готовили?
Выйдя на балкон, Арсений и Наташа дружно рассмеялись. Антон общего
восторга не разделил и закурил молча.
— Про испанца это правда или для достоверности? — спросил Попов, закуривая.
— Правда, конечно,
— смеясь, ответила Наталья,
— нет, ну вы мне скажите.
Разве можно променять путешествия и приятные знакомства на замужество? Это
же означает добровольно посадить себя на цепь, а мне,
— девушка замотала
головой,
— нафиг это не сдалось.
— А я-то голову ломал сначала,
— хохотнул Арс,
— вроде красавица такая,
неужели настолько проблемы с мужским вниманием, что приходится по гостям
ходить?
— Согласись, в этом есть один плюс,
— подумав, сказала Наташа,
— халявная
выпивка.
— То есть вы,
Наталью,
— Именно,
— Антон поводил сигаретой туда-сюда, показывая то на Арса, то на
— что-то задумали?
— ответил Арсений и просветил Антона относительно дальнейших
планов — ужраться в хлам, ну, или сделать вид, по крайней мере, чтобы Вера
100/225
Алексеевна, увидев в Наташе сущую алкоголичку, сразу же перестала строить
надежды на это знакомство.
— Хороший план,
— оценил Шаст, чувствуя, как его с головы до кончиков
пальцев заполняет облегчение, и, наконец, позволил себе улыбнуться.
— А ты, Арсений,
— спросила Наташа,
— такой же заядлый холостяк, как и я, или
у тебя кто-то есть, кого ты не хочешь показывать маме?
— Да вот есть тут один,
— Арсений подошёл к парню и пристроил свой
подбородок у него на плече,
— чьей взаимности я жду, как у моря погоды.
— А, так вы это...
— Наташа сначала закашлялась от неожиданности, а потом
захлопала в ладоши, пискнув: — Чудесно!
Антон рассмеялся и немного согнулся в коленях, чтобы Арс мог его с удобством
обнимать, а Арсений, благодарно улыбнувшись, сцепил руки на талии парня в
замок.
— Дайте-ка я вас сфотографирую,
солнце так красиво освещает вас.
— Наталья достала свой телефон,
— вечернее
***
Тихие посиделки продолжались не очень долго, потому что достаточно быстро
перешли в громкие,
— а если быть точнее, в банальную пьянку. С каких-то
неведомых антресолей Арсений достал гитару — оказалось, и на ней он тоже
умел играть. Наташа, раскрасневшаяся и довольная, раскидав собранные до
этого в хвост густые рыжеватые волосы по плечам, пела. Голос у неё, как
оказалось, был необыкновенной силы и глубины.
— Ой, то не вечер, то не вечер...
— Арсений в фольклорном кружке занимался? — полюбопытствовал Антон у
Веры Алексеевны, обменявшись с Арсом мимолётным взглядом.
— Где и чем он только не занимался,
— мрачно отозвалась женщина,
— только
всё без толку.
Ваня, которому Арсений тихо и незаметно объяснил ситуацию, тоже иногда
пытался подпевать, но в большинстве случаев просто заворожённо смотрел на
красивую Наташу.
— А тебе, кажется, нравятся женщины постарше, м? — посмеиваясь, прошептал
Антон парню.
— Любви все возрасты покорны,
— уверенно ответил Ваня.
— Как говорится, женщины похожи на вино — чем старше, тем лучше?
— Скорее, чем больше выпьешь, тем больше будет болеть голова.
В конце концов, не выдержав всеобщего наглого и совершенно неприличного
пьянства, Вера Алексеевна гордо встала из-за стола:
— Наталья, думаю, нам уже пора. Поздно, ребятам завтра, наверно, рано
вставать, да и нам с вами тоже.
— Уже? — тут же сникла Наташа.
— Ну, лично я никуда не тороплюсь,
— вмешался Арсений,
— Наташ, если
хочешь, оставайся. Посидим ещё.
— Да, Наташ,
— подключились Ваня с Антоном,
— мы только распелись!
Наталья довольно улыбнулась.
101/225
— Я, наверно, останусь, Вера Алексеевна. Вечер только в самом разгаре.
— Дело ваше,
— холодно ответила Вера и, расцеловавшись на прощание с
Иваном, направилась в прихожую: — Арсений, проводи меня.
Когда они уже стояли у выхода, Арс сказал необыкновенно миролюбиво — для
окончания подобной встречи:
— А ты знаешь, мам, впервые мне понравилась девушка, которую ты привела.
— И палка раз в год стреляет,
— невесело усмехнулась женщина,
— стоило мне
чудовищно просчитаться, как ты пришёл в восторг.
— Наверно, у нас слишком разные вкусы?
— Любовь к алкоголю и прожиганию жизни вкусами назвать нельзя,
— покачала
головой Вера и обняла сына,
— ладно, веселитесь, но только не
переусердствуйте.
Закрыв дверь за родительницей, Арсений издал полувздох-полустон —
вероятнее всего, облегчения. Вернувшись в комнату, он застал Наташу, уже
танцующую в обнимку со счастливым Ваней, и Антона, допивающего Мартини
прямо из горла.
— И всё-таки,
— подала голос Наталья, медленно покачиваясь в руках Вани,
—
мне стыдно перед Верой Алексеевной. Нужно было сразу отказаться, а не
устраивать этот детсад.
— Ты его не устроила,
— Добро пожаловать,
— ответил Ваня,
— хмыкнул Арсений,
— ты в него попала.
— и ещё скажи, что тебе не
понравилось.
Наташа мягко высвободилась из рук Вани, подошла к креслу, на котором лежала
её сумка, и начала там рыться:
— Дамский набор,
— пояснила она.
— Так. Помада, тушь, перцовый баллончик...
Нет, ну а чего вы так смотрите, здесь тот ещё райончик! О, вот! — Женщина
достала пол-литровую бутылку Хэннесси.
— Детскому саду в подарок — вместо
послеобеденного компота. На работе подарили.
— Нихуя себе подгон,
— одобрительно сказал Шаст.
— Скажи мне, на какой
работе дарят такие подарки, я тоже туда устроюсь.
— Всего лишь турфирма,
— пожала плечами Наташа,
— да, в общем-то, разницы
нет, где работать. Главное — уметь находить контакт с людьми.
— За это надо выпить,
— решил Попов,
— возвращаемся на кухню.
Подойдя по пути близко-близко к Антону, Арс шепнул ему:
— Останешься сегодня у меня?
***
Уже гораздо позже, когда Наташа, обменявшись контактами со всеми ребятами
и сердечно с ними распрощавшись, уехала домой, а Ваня после отрубился у себя
в комнате мёртвым сном, Антон и Арсений развалились в гостиной на кровати
Попова.
Было тихо и светло,
— белые ночи полностью завладели городом,
— а сквозь
открытую дверь балкона проникал свежий воздух, наполненный запахом травы и
102/225
ещё чего-то типично летнего, июньского.
— Как тебе моя мама? — спросил Арсений, прикрыв глаза и полностью
расслабившись.
— Это было интересное знакомство,
— хмыкнул Антон, который уселся по-
турецки и подпирал спиной стену.
— Поразительно, ни одной общей черты у вас.
— Ну, почему же,
— улыбнувшись, возразил Арсений, так и не открывая глаз,
—
кое-что есть: мы оба с ней однолюбы,
— не давая Антону возможности смутиться
и неловко замолчать, он тут же продолжил: — Со стороны может показаться, что
у нас натянутые отношения, и это, наверно, действительно так.
— А с отцом?
— А с отцом,
— Арсений открыл глаза,
— когда-то всё было настолько натянуто,
что давно уже лопнуло. Проще говоря, мы ругаемся при каждой встрече — не
так, как с мамой, едкими полунамёками, а сочно, громко, с матом,
— мужчина
усмехнулся.
— Поэтому с ним мы видимся ещё реже, чем с матерью.
— Переживаешь?
— Нет,
— честно ответил Попов.
— Люди могут быть абсолютно разными — даже
если и кровные родственники. Родители — люди старой закалки, и у них
определённые представления о жизни, которые они считают единственно
верными,
— их, конечно, нельзя в этом упрекнуть. У меня жизнь другая, которая
им, естественно, не нравится. Хотя я и открыл далеко не все её аспекты,
—
Арсений многозначительно посмотрел на Антона.
— В общем, мы, конечно,
любим друг друга — как любые родители и дети, дали они мне всё, что могли.
Но, чтобы избежать столкновения интересов, встречаться лучше не так часто.
— А то уж я думал, ты сирота,
— хмыкнул Шастун.
— Но вообще да, атмосфера в
помещении, где находится Вера Алексеевна, становится весьма... давящей.
— Она ментор,
— кивнул Арсений,
— но я, видимо, привык.
Поговорив ещё о чём-то и снова покурив на балконе, ребята приняли решение
расходиться спать. Антон постелил себе на кухне и, пожелав Арсу спокойной
ночи, удалился. Съев оставшийся одиноко лежать на столе помидор, он,
задумавшись, завалился на расправленный диван. Полежав на нём в разных
позах, Антон понял в итоге, что сон ему сдаваться никак не желает.
— Иногда мне кажется, что я тормоз,
— задумчиво сказал он сам себе, смотря в
окно.
— Очень тормозной тормоз... Да чёрт его возьми!
Плюнув на всё, Шаст решительным шагом направился обратно в гостиную — с
чувством удовлетворения от принятого решения. Почему-то сразу поняв, что
повернувшийся к нему спиной Арсений не спит, Антон буркнул:
— Двинься.
— Даже не знаю, как это комментировать,
— отозвался Арс, пряча улыбку.
— Никак не надо,
— Антон плюхнулся рядом с мужчиной и кинул руку тому на
талию, придвинувшись поближе,
— заткнись.
— Молчу-молчу.
Полежали молча.
— Антон,
— не выдержав, весело отозвался Арсений,
— а, Антон.
— Ну чего ещё?
— Честно скажи, ты меня сегодня ведь приревновал к Наташе?
Так бы, конечно, Шаст мог начать типичное — да с чего ты взял, да нисколько,
103/225
тебе показалось и тому подобная ерунда.
Но мешало то, что Антон привык говорить только правду — не учитывая,
конечно, рабочие случаи, когда бывало полезно и соврать.
Здесь же было самое что ни на есть личное.
— Ну, приревновал,
— честно сознался Шастун и тут же закатил глаза: — Так ты
это специально, что ли?
— Кхэм,
— кашлянул Арс,
— спать пора.
— Шмара,
— вынес вердикт Антон и прикрыл глаза, утыкаясь носом в тёплую
шею Арсения,
— натуральная мразь.
Через несколько минут оба провалились в сон.