23 глава: Письмо и ворона
Этим холодным вечером я уютно устроилась за своим столом и погрузилась в процесс рисования. На бумаге появлялась реалистичная ворона — птица, которая давно стала для меня символом красоты и интеллекта. Мне всегда нравились ворон, хотя многие людей воспринимают их как злых предвестников или просто бесполезных существ. Но для меня они были особенными.
Когда я уже почти закончила свой рисунок и примерила его на стену, в окно раздался странный стук. Сначала я испугалась, ведь мы жили на шестом этаже, и такие вещи не происходят часто. Но быстро успокоилась, когда увидела, что это была ворона. На её ноге было прикреплено темно-зеленое письмо, и я сразу поняла, что это почтовая ворона. Я открыла окно и впустила её внутрь. Ворона аккуратно пробежала по моему столу, а я поспешила закрыть окно, чтобы ни один холодный ветер не нарушил нашу встречу. "Ну привет, красотка," — обратилась я к вороне, нежно погладив её по голове. Она закрыла глаза, и я заметила, как она наслаждается моим прикосновением.
"Это мне?" — спросила я, указав на письмо. Ворона кивнула и протянула мне лапку, давая понять, что я могу забрать письмо. "Спасибо," — произнесла я, глядя на неё с восхищением, а затем добавила: "Подожди меня здесь, только тихо. Я тебе сейчас мясо принесу." Я вышла на кухню и вернулась с небольшой тарелочкой, наполненной мелкими кусочками мяса. Ворона внимательно обнюхала угощение и осторожно попробовала один кусочек. Вскоре, поняв, что это безопасная и вкусная еда, она начала с жадностью поглощать сырое мясо. Всё это время я смотрела на неё, поражаясь, как оригинально Д.В.Б.С. подошла к идее незаметной доставки письма.
Когда ворона закончила свою трапезу, я вновь открыла окно и восхищениемна лице произнесла: "Если захочешь ещё, возвращайся!" После этого, я закрыла окно, чувствуя себя немного счастливее. Я радостно посмотрела на письмо, которое стало важной частью моего дня. Сердце забилось чаще — наконец-то я могла узнать, что же так долго хранило это загадочное послание от Д.В.Б.С.
С неописуемым волнением я начала открывать письмо, и когда мои глаза встретились с текстом, сердце забилось быстрее. Я с ужасом и радостью прочитала, что была принята на работу! "Наконец-то!" — воскликнула я, не обращая внимания на громкость своего голоса. Судя по всему, мое волнение было настолько сильным, что Джеймс не мог его не услышать."Что случилось?" — спросил он, заходя в мою комнату. В мгновение ока я успела спрятать письмо в своей заповедной полке и взялась за рисунок. "А... Я наконец-то дорисовала этот долгий рисунок," — выпалила я, стараясь сохранить спокойствие. "Ого, покажи, как," — сказал он, его интерес был искренним, и я почувствовала, как внутри меня поднимается прилив теплоты. Когда он взглянул на мой рисунок, его глаза расширились от восхищения. "Это точно не фото? Выглядит так хорошо и реалистично!" — воскликнул он. В тот момент я не могла сдержать свою радость. Никто никогда не говорил мне ничего подобного. Я всегда боялась показывать свои рисунки, ведь в детстве мне не раз говорили, что это бесполезное занятие, а я — бездарность, которая должна заниматься чем-то «по-настоящему» полезным. Эти слова, как острые шипы, вонзались в мою душу и оставляли шрамы. "Ты чего так притихла?" — с беспокойством спросил Джеймс. Я не могла сдержать улыбку, но её прервала лёгкая грусть. "Все в порядке. Мне просто никогда такого не говорили," — призналась я, и в этот миг почувствовала, что действительно чего-то стою. Джеймс, очевидно, уловив мои эмоции, подошел ближе и обнял меня. Его объятия были поразительно успокаивающими — они словно окутали меня теплом и защитой. Я задала себе вопрос, как же я могла столь сильно переживать о своих страхах и неуверенности раньше. В его объятиях все тревоги на миг растворились, и я поняла, что, возможно, не так уж безнадежна, как думала. Мне стало его жалко: он ко мне так добр, так заботлив, а я настолько закрылась в себе, что вру самому дорогому человеку. Я открыла рот, чтобы рассказать ему, что я наделала, что мне пришло письмо, но слова не могли идти. Поперек горла встал огромный ком, который не давал мне говорить. Я была как рыба: просто открывала и закрывала рот. Джеймс заметил это, и вопросительно посмотрел на меня. "Ты в порядке?"- он звучал беспокойно. Я просто кивнула, и решила ему нечего не рассказывать, пока что. "Я просто пыталась зевнуть."- я усмехнулась, не смотря на то что у меня совсем не было настроения для смеха. Его взгляд перестал быть встревоженным, и он обнял меня ещё крепче.
Когда Джеймс вышел из моей комнаты, я глубокого вздохнула, ощущая, как волна эмоций накрыла меня. В письме, помимо прекрасной новости о том, что я была принята на работу, указывалась и дата моего первого рабочего дня — завтра. Я ощутила, как внутри всё заполнилось волнением и тревогой одновременно. В моем сознании уже прокрадывались мысли о том, как я сбегу из школы, чтобы успеть на 10:30 утра в Ньютон Авеню.
Я легла в постель, окружённая уютными одеялами, и не могла уснуть. В голове роились идеи и фантазии о том, как будет проходить мой первый день. Я представляла, как буду разносить либо продавать таблетки, помогать людям. Мысли о будущей работе наполняли меня энергией, но вместе с тем поднимали и старые страхи. Неужели у меня получится? Смогу ли я справиться с обязанностями? Я прижала к себе подушку, стараясь успокоить раскалённые эмоции. Вдруг перед мысленным взором снова возникла картинка с рисунком вороны — той самой, которая принесла мне это письмо. Может, это был знак удачи? Я поняла, что мне нужно сосредоточиться на положительных моментах и верить в себя. Постепенно, устав от всех этих раздумий и волнение, я погрузилась в сон, надеясь на то, что завтрашний день начнется с новыми возможностями и удивительными приключениями. Тихое ожидание завтрашнего дня окутывало меня, и я, наконец, уснула с улыбкой на лице.