49 глава: Тепло
"Кстати, я чувствовал, что ты напрягалась, когда притворялась спящей," — сказал он с озорным прищуром. В ответ я легонько укусила его за плечо, пытаясь скрыть свою смущенную улыбку. "Э, не надо мне здесь кусаться!" — воскликнул он, смеясь, и наклонился, чтобы нежно поцеловать меня. Этот поцелуй был полон тепла и легкости, как утренний воздух, и я почувствовала, как все напряжение уходит из моего тела.
Я скрутилась в его объятиях, наслаждаясь ощущением полной безопасности и уюта. Он обнимал меня так крепко, словно боялся, что я могу исчезнуть. Теплый утренний свет проникал через окна, освещая нас и создавая волшебную атмосферу, в которой время словно остановилось.
Свет плескался на наших лицах, подчеркивая каждую деталь и даря моменту особую интимность. Я знала, что такие мгновения — это то, что мы запомним надолго. Мы были просто двумя людьми, наслаждающимися друг другом, и это наполняло меня счастьем.
Из моей комнаты послышался хлопот крыльев. К нам летела Фрэнсис, и я, уже привыкшая к её неожиданным появлениям, улыбнулась. Она аккуратно села на телевизор и невидимо посмотрела на нас, словно спрашивая: "А чем вы здесь занимаетесь?". Я не удержалась и засмеялась, а Джеймс, подхватывая атмосферу шутки, сказал: "Ты своими стонами ворону разбудила, как тебе не стыдно?" Его голос звучал игриво, и настроение сразу стало легче. "Так причина моих стонов был ты, тебе должно быть стыдно," — ответила я, в тон поддерживая его шутку. Смеясь, я села на него, прижавшись, и поцеловала в губы. "Разве не я должен быть сверху?" — игриво спросил он, крепко обнимая меня за талию. "Неа," — ответила я, зная, что с этим ничего не поделаешь, и снова рассмеялась. Он выглядел очень забавно с маленькими торчащими косичками, которые придавали его образу немного неуклюжести.
Тем временем Фрэнсис каркнула, как будто недовольная, что мы отвлекли её от своих дел, и продолжала наблюдать за нами с явным интересом. В её взгляде было что-то такое, будто она оценивала, нужны ли нам её мудрые советы о том, как правильно вести превращившуюся в забаву жизнь. Но в этот момент мы были только мы вдвоём, и все остальное уже не имело значения.
"Мне интересно, как же спали наши соседи сегодня ночью?" — спросила я, задумчиво глядя в стену, где жили наши соседи. "Очень плохо, наверное, ведь ты так стонала от моего..." — начал он, но я не дала ему закончить и перебила его своим возмущенным "Эй!"."Что 'Эй'? Я правду говорю!" — ответил он, улыбнулся и вопросительно взглянув на меня, и я не могла сдержать улыбку. Мы оба рассмеялись. Эта шутливая перепалка так отлично вписывалась в уютную атмосферу утра. Я покачала головой, не зная, как ответить, и меня вдруг потянуло к нему, словно магнитом. Сложив руки за его шеей, я приблизилась, чтобы поцеловать его и смягчить пронзительную шутку.
"Ну и что, что я стонала?" — с вызовом произнесла я, смеясь.
"Значит, нам стоит быть потише в следующее время," — ответил он, подмигнув мне.
В глазах его светился озорной огонек, и в этот момент я осознала, что хотя бы для нас двоих это утро преимущественно было о радости и беззаботности, а соседи могли вытерпеть наш смех и шутки.
Я заметила, что он разглядывает мое тело. Несмотря на то, что Джеймс улыбался, я чувствовала легкое беспокойство. Я вздохнула: у меня были шрамы повсюду, как на душе, так и на теле. Мы оба были голые, и ему было очень легко увидеть ожоги и свежие шрамы на моем теле. Чтобы успокоить себя и его, я решила поцеловать его. Как только я хотела оторваться от него, он обвил своими руками мою голову и шею, показывая, что хочет целоваться подольше. Наши поцелуи стали плавными и нежными, постепенно переходя в более глубокие и страстные французские. Я теряла счет времени, и все тревоги улетучивались, оставляя только ощущение близости.
Вдруг ворона, сидя на телевизоре, недовольно каркнула, словно протестуя против нашей романтики. Она, казалось, думала, что он меня хочет съесть, и это добавило забавности в ситуацию. Я не могла сдержать смех, прижавшись к Джеймсу еще ближе.
"Не обращай внимания на воробья," — шутливо произнес Джеймс, обводя пальцами мои волосы. "Она просто завидует." Мои страхи, казалось, исчезали, и я могла наслаждаться этой спонтанной и такой искренней близостью.
"Нам нужно вставать, уже час дня," — сказала я, с улыбкой потерев носом о его. "Я-то встану, а ты, кажется, нет," — флиртовал он, его голос был полон игривости. "Я? Не встану? Ещё чего!" — с вызовом произнесла я и тут же встала. Однако через мгновение я снова села на диван, почувствовав, как мои ноги тряслись. Все эти потехи оставили свой след — мои ноги напрягались, когда я держалась за него. "Я же говорил!" — он с удовольствием рассмеялся. "Тебе принести одежду?" — спросил он, вставая с дивана с легкостью, будто ничего не произошло. "Да, давай," — кивнула я, чувствуя себя слегка неловко, что не могу сейчас встать и ходить.
Он быстро собрал мою одежду, разбросанную по всему дивану, и подал мне. "Спасибо, автомат Калашникова," — сказала я, хихикая. Он посмотрел на меня с недоумением. "Почему автомат?" — спросил он, нахмурив брови. "Эээ... Ну, потому что у тебя есть длинный автомат, прямо как автомат Калашникова," — неловко посмеялась я, осознавая двусмысленность своих слов. Он вдруг понял мои грязные намеки и, улыбнувшись, закатил глаза. "Лучше придумай другое имя," — сказал он, поцеловал меня и направился на кухню.
Я осталась на диване, смеясь над собой и наслаждаясь легкостью момента. В воздухе всё еще витала искра, и я не могла дождаться, когда он вернется с чем-то вкусным.