Глава 217. Правда про «Труд бессмертной души»
И впрямь от потворства плотским желаниям и тому подобному распутству — никакой пользы. Сегодня Ю Сяо Мо вполне понимал и разделял эту сентенцию. Он был уверен, что ее авторами были люди, пострадавшие в кровати не меньше, чем он сам. Что же казалось удовлетворения бренной плоти едой и питьем, то об этом позаботился свежий как огурец Линь Сяо, все утро ухаживавший за ним под прицелом недовольных глаз Ю Сяо Мо. Невзирая на затаенное негодование в его взгляде, он старательно поил его водой, делал ему массаж и подавал ему чай.
Днем Ю Сяо Мо наконец смог встать с постели. На этот раз его выздоровление, очевидно, было намного быстрее, чем в прошлый раз. Раздирающей боли в заду в этот раз не было. За исключением небольшого онемения в спине, он больше ни на что не жаловался.
Глядя на воспрявшего духом живчика Ю Сяо Мо, отважного аки дракон и здорового как тигр, Линь Сяо вздохнул:
— Похоже, что нам стоит сделать это ещё несколько раз и ты привыкнешь.
С прущим из всех щелей выпендрежем Ю Сяо Мо изрек ему в ответ:
— Иди к ляду!
Конечно, Линь Сяо оказался глух и нем и никак не отреагировал на то, что его отправили к лешему. Он протянул ему новые одежды, висевшие на ширме. Он собирался помочь Ю Сяо Мо одеться, но, к его превеликому сожалению, был безжалостно отвергнут.
Умывшись, почистив зубы и прополоскав рот, они переоделись в свежее платье и спустились вниз. Таверна оказалась битком набита гостями. Когда они вышли из своего номера в коридор, их оглушили волны громких людских голосов. Многие люди орали во весь голос, войдя в раж, плюясь и брызгаясь слюной на сидевших рядом в их группе едоков. Хотя Линь Сяо уже надел маску, они оба были одеты в богатые белые одежды, чем сильно выделялись и бросались в глаза. Некоторые посетители даже стали украдкой приглядываться к ним.
Персонал гостиницы безукоризненно хорошо справлялся даже в условиях большого наплыва постояльцев и был неизменно внимателен к гостям. Как только они сели, к ним сразу же подошел, угодливо улыбаясь, вчерашний служащий. Выслушав его приветствие и рекомендации блюд, Ю Сяо Мо с каменным лицом заказал несколько дешевых легких блюд из овощей и зелени, в душе на чем свет стоит проклиная ушлых северян. За самые обычные блюда с них взяли целых три золотых. Даже профессия разбойника с большой дороги не была такой выгодной, как у владельца этого постоялого двора.
Ю Сяо Мо серьезно задумался о том, чтоб срочно начать зарабатывать деньги. До приезда сюда он не представлял себе, что стоимость жизни в Енчане могла быть настолько высокой, в несколько раз выше, чем на Юге. Положительно, при таких тратах от пяти миллионов в его кошельке скоро ничего не останется.
Ю Сяо Мо взял палочками веточку зелени и положил к себе в рот, посматривая на сидевшего рядом Линь Сяо. Тот особенно изящно кушал рис, радуя сердце и глаз настолько, что доставлял особое эстетическое удовольствие. Он спросил:
— И что дальше? Куда мы направляемся?
Линь Сяо сказал:
— Будем искать информацию. Представители академии Даосинь прибудут в Енчан набирать учеников примерно через две недели. Поскольку мы даже не знаем ни времени, ни места экзаменов, нужно разузнать об этом в первую очередь, а не то потом будет поздно богу молиться.
— Где можно об этом разузнать? — спросил Ю Сяо Мо.
Прежде чем Линь Сяо успел ему ответить, к ним подошел официант с чайником чая. Он услышал вопрос Ю Сяо Мо и спросил их:
— Господа, вы хотите узнать новости?
Ю Сяо Мо ответил разговорчивому официанту вопросом на вопрос:
— Ты слышал о наборе учеников в академию Даосинь?
Мужчина улыбнулся и сказал:
— Господа, это ваш первый визит в Енчан, верно?
Ю Сяо Мо приподнял бровь. Как он смог это определить?
Официант сказал:
— Господа могут этого не знать, но место расположения приемной комиссии каждый раз разное. Иногда они проводят набор учеников в Енчане, иногда в других частях Северного региона. Вам, господа, повезло, ибо в этом году Даосинь проводит набор учеников в нашем городе. Но точное место еще не объявлено; мы узнаем только через десять дней. Если господа хотят узнать об этом как можно скорее, вы можете обратиться в Сяньцзилу*.
*хотите верьте, хотите нет, но эта контора называется «Дом пионеров» (или, точнее, Дворец пионеров)! Конечно, пионеров в смысле «первопроходцев», «первых во всем», в том смысле, что они первыми узнают все новости и там информацию можно купить за деньги задолго до того, как широкая публика узнает ее благодаря сплетням, слухам или официальному оповещению. Из-за специфических ассоциаций с домами пионеров у русскоязычной публики и потому, что дела там делаются вовсе не детские, это скорее аналог разведуправления с широкой сетью шпионов и осведомителей и коммерческой базой данных промышленного шпионажа, я оставлю этот дворец в тексте как Сяньцзилу.
Ю Сяо Мо был ошеломлен:
— Этот Сяньцзилу, что это за место?
Парень уже не сомневался, что эти двое были тут новенькими:
— Дом Сяньцзи — это компания, которая специализируется на торговле новостями и другой информацией. У них есть специальное агентство, которое специализируется на запросах новостей и анализе данных для заказчиков. У Дома Сяньцзи должна быть исчерпывающая информация по академии Даосинь и по такому крупному событию, как прием в академию в этом году.
Звучало неплохо, но у Ю Сяо Мо был вопрос. Он сказал:
— Если место приемной комиссии будет объявлено через десять дней, то зачем специально тратить золото, чтобы купить эту информацию?
Официант объяснил:
— Молодой господин не учитывает, что хотя новости и будут объявлены через десять дней, сроки регистрации в академию ограничены. Если вы не успеете проскочить в узкое окошко по времени, то получится, что вы приехали сюда в этом году зря.
Разумно, ничего не скажешь, но у Ю Сяо Мо все ещё оставались вопросы.
— Разве Даосинь не славится своей демократичностью? Говорят, что они принимают учеников из любых слоев общества и со всех концов света, что они принимают всех, кто сдаст их экзамены. Почему тогда они не объявляют о месте экзаменов заблаговременно?
Официант терпеливо продолжил:
— Потому что академия Даосинь знаменита как единственная в своем роде и на регистрацию прибывают несметные полчища абитуриентов, а принимают в академию меньше одного процента желающих. Чтобы не увеличивать нагрузку на экзаменаторов до бесконечности и отбирать студентов с реальным потенциалом, академия запустила эту систему три года назад и это уже второй случай ее применения.
Ему не повезло, что его душа не переселилась в этот мир чуть пораньше.
Узнав от официанта все, что он хотел узнать, Ю Сяо Мо дал ему один золотой на чай. Как только тот отошел, Ю Сяо Мо нахмурился. Его вчерашние предчувствия подтвердились. Не прошло и суток, как ему снова предстояли крупные расходы.
Линь Сяо погладил нахмуренные брови Ю Сяо Мо:
— Не переживай. Если мы потратим деньги, мы ещё заработаем. Ешь спокойно, а потом мы заглянем в Сяньцзилу, посмотрим что там и как. Набор учеников в академию – не самый большой секрет, он не будет так уж дорого стоить.
Брови Ю Сяо Мо слегка разгладились. И то правда!
Отобедав, они разузнали как добраться до Сяньцзилу и поспешили туда на всех парах.
Дворец Сяньцзи располагался на юго-востоке Енчана, довольно далеко от их гостиницы. Если воспользоваться Жар-птицей, то можно было добраться до места за три дня, а если телепортироваться, то это заняло бы лишь мгновение. Хотя власти Енчана и запрещали людям летать в воздушном пространстве над городом, для Жар-птиц иногда делали исключение. Обсудив эти варианты с Линь Сяо, Ю Сяо Мо, в конечном счете, согласился на телепортацию. Он предчувствовал, что телепортация будет для него мучительной, будто нож в сердце, но настоящий инфаркт он испытал только после того, как его ободрали как липку.
Драгоценные духовные камни для магического узора станции телепортации в Енчане были лучше, чем в Нанье и телепортация стоила ужасно дорого, но скорость при этом была отличной: не успев испытать онемения чувств, в одно мгновение они оказались на новом месте с суетливыми толпами и голосами, выкрикивавшими цены. По-видимому, они оказались в торговой зоне города. Что касается здания Сяньцзи, им даже не пришлось расспрашивать дорогу. Дворец высился прямо перед ними.
Среди моря людей стоял огромный купол великолепного здания, похожего на выросшее из под земли иглу* колоссальных размеров. Это и был дворец Сяньцзи, раскинувшийся на огромном пространстве. В сравнении с самым большим дворцом на Земле - «Пурпурным Запретным городом» в Пекине*, Сяньцзи был, наверное, в десять раз больше.
*куполообразное зимнее жилище канадских эскимосов.
* площадью 720 тысяч квадратных метров. Легенда гласит, что во дворце в Пекине 9999 комнат.
Линь Сяо похлопал по голове все ещё стоявшего истуканом зачарованного Ю Сяо Мо:
— Тут-тук, есть там кто? Пойдем, войдем внутрь, осмотримся.
Не успел Ю Сяо Мо прийти в себя, как Линь Сяо уже затащил его во дворец, и там он увидел два огромных, привлекающих внимание экрана. На одном из них прокручивали новости, которые уже были обнародованы, так что их все уже знали. Как только информация появлялась в топе на этом экране, её уже нельзя было купить, она становилась общим достоянием.
Другой экран был несколько особенным и о нем официант в гостинице совсем ничего не рассказал. На этом экране выставлялись списки вознаграждений, бегущей строкой прокручиваемые в порядке от высшего к низшему, в зависимости от суммы или стоимости предлагаемого вознаграждения. Ю Сяо Мо нечаянно скользнул по нему взглядом и замер.
Заметив его странное поведение, Линь Сяо проследил за линией его взгляда и успел увидеть объявление о награде, которое еще не исчезло с экрана. Он невольно улыбнулся одной из своих злодейских улыбок. Две пилюли девятого уровня. Неудивительно, что этот приз за поимку вора стоял на первом месте. Видно, маг Цю Ран действительно не пожалел бы огромных денег за «Труд бессмертной души».
Именно эту награду увидел Ю Сяо Мо, но его внимание зацепилось не за две волшебные пилюли девятого уровня, а за то, за что ими награждали. На экране яснее ясного появились три иероглифа «Тьень хун дзинь». Он не думал, что на континенте Лонсянь был ещё один свиток упражнений кун-фу для души магов с названием «Труд бессмертной души». Неудивительно, что в прошлом Линь Сяо запросто достал ему этот том уже на следующий день. Собственно говоря, ему достался «украденный экземпляр».
Ю Сяо Мо вцепился в одежду Линь Сяо, и вперился в него горящими глазами:
— Т-т-ты... скажи мне правду, это... так или нет?
Уголки рта Лин Сяо медленно растянулись в улыбку и он откровенно ответил:
— Так!
Ю Сяо Мо долгое время молча смотрел на него и вдруг сказал:
— Ты же тогда говорил, что не крал.
Линь Сяо порылся у себя в памяти:
— Я такое сказал?
Ю Сяо Мо утвердительно кивнул:
— Да.
Даже если бы он не сказал, Ю Сяо Мо все равно настаивал бы, что сказал.
Линь Сяо ослепительно улыбнулся:
— Что ж, даже если бы я сказал что-то вроде, я не сказал ничего плохого.
Глаза Ю Сяо Мо расширились:
— За него уже награда объявлена, а ты все ещё отказываешься признаться?
— Конечно, — весело сказал Линь Сяо, — потому что я не украл его, а отнял*.
*Игра слов. Линь Сяо использует спортивный термин, как игроки отнимают или захватывают/перехватывают мяч в спорте, соревнуясь друг с другом. Для него это вопрос соревнования в умениях и кто кого перехитрит, азартно соревнуясь за сокровище. А Ю Сяо Мо понимает это же слово «отнять» в смысле ограбить или похитить.
Ю Сяо Мо:
— ... — А есть разница?
Поглаживая его спину, Линь Сяо беспечно сказал:
— Сейчас уже бесполезно мучиться этим вопросом. Давно все это было. Так или иначе все равно никто не знает, что это сделал я. Ты можешь спокойно заниматься по этому сборнику методов тренировки души.
Естественно, что Ю Сяо Мо это понимал, но месяц тому назад он как последний дурак подарил «Труд бессмертной души» своим трем старшим братьям. Знал бы он тогда, что свиток был украден, ах нет, отнят, он не стал бы так просто им делиться.
Единственное, чему он был рад, так это тому, что его старшие братья знали подлинную цену этому свитку и что техника эта была настолько ценна, что они должны будут держать ее в секрете до самого конца.