Отражение

Скрип тяжелой двери с резными символами вынудил Тэхёна опустить руку. Пловец даже постучаться толком не успел, когда перед ним предстал проход в другую реальность; он робко пересёк порог, завороженный величием особняка «Корейского дракона». Его глаза неотрывно изучали высокие потолки, широкий заход на лестницу и дорогую люстру, чей хрустальный дождик тихо соприкасался из-за возникшего сквозняка. Ким нервно облизнулся и поправил очки без диоптрий, придавшие его внешнему виду презентабельность.

— Добро пожаловать, — внезапно нарушил тишину дворецкий, из-за чего гость мелко вздрогнул. Впрочем, Тэхён быстро справился с самодисциплиной и отвесил служащему приветственный поклон.

— М-да, видел бы ты своё лицо, — насмешливо хмыкнула Дженни, показываясь из-за косяка гостиной и делая несколько уверенных шагов по направлению к собеседнику. — Не думала, что тебя так легко запугать.

— Спасибо, что поинтересовалась моим самочувствием.

— Ой, очевидно же, что с тобой всё в порядке, раз ты ответил на моё предложение.

Она перекрестила руки на груди, подметив необычайную мягкость, царившую в образе Тэхёна — новый кардиган, водолазка и штаны, всё было подобрано в пастельной гамме. Строптивая волшебница нескрываемо оценила гостя с ног до головы, ухмыльнувшись.

— Миленько.

— А ты тоже для меня принарядилась? — уточнил пловец, не оставшись в долгу. Он взглядом пробежался по кремовому бадлону с мини-юбкой. — Я польщён.

— Ещё чего удумал, просто я всегда ослепительна.

— Как скажешь, — Тэхён неловко оборвал спор, заведя руку в волосы на затылке. Он взъерошил закудрявившиеся пряди, точно попытался справиться с нервозностью. — И... Я рад, что ты вчера не пострадала.

Строптивую волшебницу ошеломило озвученное признание, поскольку оно не увязывалось ни с контекстом разговора, ни с укладом их взаимоотношений. Но вместе с тем, Дженни была удивлена в приятном ключе. Она рефлекторно припустила джинсовую юбку, пальцами вжавшись в ткань. Маленький импульс тока, разошедшийся по венам и позволивший крови прилить к щекам, привёл в замешательство.

— Вообще-то я промокла до нитки, — дерзко бросила строптивая волшебница, отведя взгляд на старый гобелен, ставший привлекательным для рассмотрения. Она боялась выдать озадаченность и охватившее душу смятение. — Но спасибо. И я тоже рада... Ну, насчёт тебя-

— Тэ! — восторженно донеслось со стороны лестницы, вместе с торопливыми шагами, оборвав едва зародившийся диалог.

И Дженни никогда ещё не была настолько благодарна кузине; сердце трепетало, ладони похолодели. Тело захлестнуло выбросом адреналина, а всё из-за одной фразы, которую даже произнесли-то, скорее всего, из вежливости.

— Хвала Плутону, ты цел, — чувственно призналась Джису, налетев на Тэхёна с объятиями. Пловец неуклюже пошатнулся из-за скорости, с которой волшебница настигла его, однако умело устоял на ногах. — Я так переживала.

— И ты... не злишься? — рассеяно уточнил Тэхён, опешив.

Джису отрицательно замотала головой, подбородком уткнувшись в грудь возлюбленного. Заглянула в два тёмных омута, вкрадчиво смотрящих в ответ. На лице пловца пролегала тень усталости, нежная кожа под глазами покраснела, припухла, и даже очки не смогли спрятать от девушки последствия бессонной ночи.

Волшебница щекой прижалась к месту, где ровно рокотало сердце Тэхёна, и почувствовала, как бережно мужские руки смыкаются за её спиной. Если кто-нибудь из домашних поймает их в таком положении, будет нехорошо, однако Джису никак не желала отстраняться от Кима.

Ей казалось, что если она сейчас его отпустит, то потеряет уже навсегда.

— Поговорим чуть позже о случившемся, ладно? — виновато попросила волшебница, носом проводя вдоль синтетики футболки.

Аквамарин, недавно нашедший хозяина и впитавший в себя часть его силы, теперь неприятно щекотал кожу через ткань.

— А разве я здесь не за этим? — Тэхён удивлённо вскинул бровь, почувствовав, как Джису ненавязчиво намеревалась вырваться из объятий. И хотя Киму до жути не хотелось отпускать девушку, он смирился.

Чуть позже они обязательно обсудят случившееся в спокойной обстановке, с любимым токпокки и тихим переливом поп-песен на фоне. Чуть позже Тэхён обязательно выслушает всю правду «от» и «до», пока Джису будет привычно играть с его волосами. Чуть позже он обязательно сокрушит её губы поцелуями, покажет насколько ему не важно, в магическом мире они или в реальном, главное, чтобы волшебница оставалась с ним рядом.

— Нет, мы думаем, что на тебя наложено заклинание, — перешла к делу Дженни, плечом подперев дверной проём. Она языком слизала проступившие капли крови; острые зубы пронзили нижнюю губу, пока строптивая волшебница беззвучно «любовалась» парочкой. — Ты видел в последнее время сны, связанные с эпохой Чосон?

— Я не различаю эпохи, но...

Тэхён осёкся, вспомнив красочное сновидение с обнажённой Дженни. Сладко стонущей, губами помечающей его ключицы и подающейся вперёд бёдрами на каждое движение Кима. Настолько послушной и хорошенькой, будто созданной для ублажения его плотских утех.

— Что-то похожее было, — он нервно сглотнул, прогоняя из воображения пошлые картины и вопиющие умозаключения, — правда, я оче-е-ень плохо запомнил.

«Лжец. Ты запомнил всё даже очень хорошо», — подсказал разум, пока пловец пытался сохранить лицо. Чёрт, рядом с Тэхёном находилась его девушка, а он думал о таком.

— Значит, мы были правы, — заключила Джису, посильнее натянув рукава джемпера. В комнате будто температура опустилась на несколько градусов, разогнав череду непоседливых мурашек вдоль позвоночника. — На нас троих наложено заклятие.

— Погодите, но я ведь только вчера пережил «пробуждение».

— Одно другому не мешает.

Вся троица, как участники соревнований по синхронности, обернулись к дверям холла, на пороге которого показалась статная мужская фигура. Державшая руки за спиной, не ступавшая по полу, а точно плывшая по воздуху.

«Теперь ясно, почему похолодало», — мысленно фыркнула Джису, обхватив себя за локти, — «местная Эльза объявилась».

— Заклинания могут иметь разный уровень проникновения, они необязательно будут пересекаться или смешиваться, — с лёгким акцентом, пояснил вошедший молодой человек, приблизившись к компании практически вплотную.

От количества одеколона, воспарившего в помещении, Тэхён едва ли не задохнулся; ох уж эти европейцы с их тягой к резким ароматам.

— Полагаю, мы с Вами ещё не знакомы лично. Ким Сокджин-

— Мой кузен, — вмешалась волшебница, молясь Аиду, чтобы хранитель придал ей сил и уверенности в столь непростой ситуации.

Представить жениха парню, а парня жениху — и когда жизнь Джису превратилась в мыльную оперу с неоднозначным концом?

— А это мой друг из университета. Его зовут Ким Тэхён.

Дженни едва ли не прыснула смехом, благо вовремя подавила смешок за кулаком.

«М-да уж, вот так расклад». — И строптивая волшебница ни капли не сопереживала кузине. Наоборот, она с жадным предвкушением жаждала продолжения. Раз уж Джису сама выбрала путь лжи и недомолвок, — хотя прямо сейчас момент для откровений представился идеальным — то почему Дженни должна была ей сочувствовать?

— Приятно познакомиться, — первым протянул руку Тэхён, откровенно задетый прозвучавшим титулом.

Однако он осознавал, что у Джису нашлись на это причины; возможно, между волшебниками разных стихий было запрещено иметь отношения или то, что он — внук Тритона, внесло существенные коррективы. Мир магии ведь по-прежнему оставался неизведанным, так что Тэхён не рискнул разрушить легенду.

И Джису подарила ему благодарную улыбку за это. Она украдкой дотронулась до длинных пальцев, погладила запястье, сильнее раззадорив желание. Правду говорят, что запретный плод — сладок. Сейчас Тэхёну хотелось своровать поцелуй у волшебницы как никогда ранее.

— Взаимно, — Сокджин бегло скрепил знакомство рукопожатием, а затем уверенно направился к лестнице. В его движениях просквозило недюжинное самодовольство и пренебрежение, из-за чего Тэхён ощутил взыгравшую антипатию к англичанину. — Вы собираетесь искать ответы или для начала устроите дружеские посиделки?

Глаза Сокджина встретились с жалобным взглядом Джису, просящим придерживаться своей роли. Интересно, она действительно думала, что англичанин настолько глуп и не догадается? Не поймёт по невербальным сигналам, по одному взору Кима, что тот для неё не обыкновенный одногруппник? Конечно, Сокджину не было смысла направо и налево кичиться тем, что он жених будущей наследницы «Корейского дракона», однако... Кем бы ни являлся Тэхён, разве не лучше было ему узнать обо всём заранее?

О том, что его девушка принадлежала другому.

— Собираемся, — Дженни специально поддела под локоть Тэхёна, утянув нерасторопного пловца к лестнице. На тихое бормотание кузины она не обратила никакого внимания. — Давайте разберёмся с заклинанием поскорее, чтобы мы с русалочкой смогли пообщаться наедине.

~

Тэхён размазывал масло макадамии между запястьями, изучающим взором проходясь по интерьеру чердака. Какую-то часть помещения ему уже доводилось лицезреть, — в отражении — однако Ким и подумать не мог, что в реальности здесь окажется настолько просторно. Как и во всём особняке «Корейского дракона», масштабы комнат поражали.

— Красная свечка, занимательно. В икее покупаете? — рискнул пошутить пловец, дабы разбавить серьёзную атмосферу.

Он жутко нервничал, сидя в треугольнике из соли, окружённый белым парафиновым морем, во главе которого располагался алый маяк. Если они собирались зажечь все эти свечи единовременно, то им определённо следовало иметь огнетушитель под рукой.

— Боюсь, такая продукция не пройдёт общественное одобрение. Она сделана целиком и полностью из крови, — равнодушно бросил англичанин, возвышаясь над усевшимися на полу участниками ритуала. В ладонях он держал одну из потрёпанных книг, чьи страницы медленно перелистывал. — Будешь уточнять из какой именно или решишь сохранить нервную систему?

— Сокджин, — злобно прошипела Джису, бросив на англичанина грозный взгляд.

— Уверена, Тэ-Тэ не прочь узнать правду, он ведь такой храбрый, — присоединилась к ехидству Дженни, дотянувшись до бицепса Тэхёна. Строптивая волшебница растёрла малиновую помаду меж губ. — И сильный...

«Вот же... Надо было ей в батончик жареных кузнечиков подложить!», — про себя подумала Джису, позволив ревности править балом.

Впрочем, переживания быстро сошли на «нет».

— Прилично же тебя вчера приложило, — виртуозно выкрутился из ситуации Тэхён, обхватив подбородок Дженни и вынудив собеседницу неудобно податься вперёд. Потянуться к нему через всю череду свечей с другого конца треугольника. — Сотрясения вроде бы нет. И зрачки нормальные. Значит, ничего не употребляла.

— А ну... А ну отцепись от меня, морской конёк...

От сложности расположения строптивая волшебница совсем растерялась и корпусом полетела вперёд, прямиком на расставленные свечи. И хотя вещицы были незажжёнными, упасть на них плашмя предстояло болезненно. Благо, Тэхён вовремя среагировал — молниеносно захватил Дженни под руками, притянув к груди. Строптивая волшебница пальцами впилась в мужские лопатки, челюстью садко приземляясь на плечо.

Между ними по-прежнему оставалось препятствие, однако теперь тянуться было не так уж и сложно; Дженни никак не ожидала, что в объятиях Тэхёна будет настолько хорошо. Он был точно большим плюшевым мишкой, спрятавшим её от всех невзгод в кольце защищённости.

— Добавишь к своему списку ещё и ловкий? — умудрился покрасоваться Ким, когда их лица поравнялись, оказавшись практически вплотную.

В глазах Дженни пылал костёр, но не опасный, а ласковый, зазывающий, способный согреть после долгой дороги. Он манил очарованием и чувством дома; от такого Ким напрочь забылся, потонув в двух карих омутах. Строптивая волшебница тоже замерла на месте, загипнотизированная близостью Тэхёна. Всё тело расслабилось, девушка обмякла в объятиях пловца...

— Кхм-кхм, — прервала момент Джису, выразительно кашлянув в кулак. А после — без заминки организовала огненную цепочку, постепенно охватившую каждую свечу в треугольнике.

Спорящим пришлось вернуться в исходное положение, во избежание воспламенения.

— Хотя в этом списке нет смысла, потому что у меня есть девушка, — исправился Тэхён, уложив ладони на колени и окинув взглядом возмущённую Джису.

Он постарался унять неловкость, образовавшуюся в воздухе.

— Любимая девушка, — добавил пловец, замечая, как выражение лица волшебницы постепенно смягчается. — Прости, Дженни, но я — человек занятой.

— Ты просто куколд, вот ты кто, — шёпотом прыснула строптивая волшебница, закатив глаза, и вернулась обратно в позу лотоса.

— И если детки закончили свои разборки, то давайте начнём.

На хладнокровное высказывание Сокджина никто не решился ответить, даже Тэхён, глубоко оскорблённый поведением Дженни. Перепираться с ней Ким мог до талого, однако это никак бы не приблизило их к пониманию происходящего; чем быстрее они закончат с заклинанием, тем быстрее решат проблему с фолиантом. И тем скорее у пловца появится возможность поговорить с Джису — эта мотивация побудила Тэхёна проглотить обиду и молча стерпеть недовольство Дженни.

Когда Сокджин заговорил на непонятном языке, Киму стало неуютно, поскольку фразы звучали весьма угрожающе. Он постарался сосредоточиться на расположившейся подле волшебнице, однако та расплывалась в отблесках горящих свечей, захвативших её образ возросшим пламенем. Тэхёну ничего не оставалось, как обратиться к центральной составляющей и неприкрыто изумиться.

Из алой свечи вместо ожидаемого воска стекала настоящая кровь. Густые капли, медленно скользящие по стволу изделия, попадали в белый парафин, при помощи магии окрашивая их новым цветом. Краснота передавалась от свечи к свече до тех пор, пока весь треугольник не стал напоминать поле сражения.

Тэхён настолько увлёкся происходящим, что не придал значения собственной дорожке из крови, стекающей из носа. Только когда солоноватый привкус настиг кончик языка, Ким средним и безымянным пальцем дотронулся до влаги на носогубной складке.

Тэхён пьяно пошатнулся, еле удержав равновесие, и буквально на секунду сомкнул очи. Он всего-то моргнул, впрочем, этого хватило, чтобы мир провалился в густую тьму, освещённую маленькими парящими огоньками — перед ним возникли те самые Джи-Су и Джен-Ни, занявшие места Джису и Дженни соответственно. Ким бросил одинокий взор на руку, где теперь красовалась красная нить, обмотанная вокруг пальцев и ведущая прямиком к строптивой волшебнице.

На груди, поверх странного серебряного свечения, исходившего из голубого пхоМужское одеяние, виднелся подозрительный латунный круг, точно огромная печать. От неё образовалась тяжесть в теле и стало трудно дышать, поэтому Тэхён инстинктивно подцепил кончик, надеясь отвести вещицу и впоследствии избавиться от непосильной ноши — и это оказалось ужасной затеей. Поскольку боль, пронзившая всё естество Кима, стала в разы невыносимее.

Пловец согнулся пополам, практически задыхаясь. Голова шла кругом от вереницы фрагментов из прошлого, от каждого воспоминания господина, его чувств, эмоций и размышлений. Тэхён ощутил волну негодования, обиды, горечи, раскаяния и тонны нерастраченной любви. От мыслей о случившемся у него наворачивались слёзы — в сокрушительной картине, в которую сознание возвращало снова и снова, была повзрослевшая Джен-Ни, лежащая на коленях господина с воткнутым кинжалом в сердце.

Её маленькая ладошка держала рукоять, а в глазах отпечаталось небытие. Уши пронзил громкий взвизг Джи-Су и сбивчивое бормотание «нет-нет-нет!». А потом — новый порыв агонии захватил душу, точно миллионы маленьких иголок вонзились под кожу одновременно. Тэхён пальцами принялся царапать грудину, в попытке унять дискомфорт и остановить боль. И всякий раз, когда печать отходила от сияющей материи хотя бы на миллиметр, как корка от заживающей раны, пловец выл.

— Per appera! — громыхнуло поставленным голосом, пустив по необъятной тьме трещину и вернув вспотевшего Тэхёна в настоящее.

Ким почувствовал, что впервые за минувшие мгновения может вздохнуть с облегчением, поэтому судорожно втянул ноздрями воздух. Он спиной подался назад, выпав за предел треугольника, благо его удачно подхватил Сокджин. Пловец плохо ориентировался в пространстве, у него до сих пор мир вращался, из-за чего прилично так подташнивало.

— Что с ним? — вспылила Дженни, поднявшись с места. Она на четвереньках доползла до Кима, чьё лицо и футболка перепачкались в крови. — Это же всего лишь определяющее заклинание, что пошло не так?!

— Всё было сделано верно. Просто магия пробралась намного глубже, чем мы предполагали, — рассудительно оповестил Сокджин. В его тон закралась несвойственная мягкость, стоило строптивой волшебнице наклониться к пловцу. — С ним всё будет хорошо, не волнуйся. Сейчас ему ничего не угрожает.

Дженни, тем временем, принялась рукавом бадлона приводить несвойственно побелевшего Тэхёна в порядок; Ким всё норовил распахнуть налившиеся веки свинцом, но выходило у него так себе. На этот раз строптивой волшебнице удалось увидеть историю целиком, вот только концовка её нисколько не обрадовала. Глупая, безбожно глупая малышка Ни-Ни — ну разве можно было жертвовать собой ради нелюбящего мужчины?

— Что же я натворила, — испуганно прошептала Джису, чей взгляд затуманился из-за слёз. Она до сих пор находилась в прострации, взирая на сложенные на коленях руки. Её плечи тихо вздымались, пока нижняя губа подрагивала.

— Это всегда... Так... Больно? — Слабый голос Тэхёна побудил волшебницу двинуться с места и вскинуть голову на обосновавшуюся троицу в углу.

Джису непонимающе огляделась по сторонам, не ожидая, что окажется на пыльном чердаке вновь. Она украдкой стёрла проступившую влагу, скатившуюся по щекам; прошлое полноценно настигло её, а свершённые ошибки требовали расплаты. Волшебница кое-как собрала крупицы самообладания и приблизилась к принимающему сидячее положение Тэхёну.

— Меня точно паром переехал, — пожаловался пловец, приоткрыв веки и неожиданно встретившись с Дженни, находящейся чрезмерно близко, — воу, зачем так пугать?

— Это ты нас напугал! Внук Тритона, а выносливость как у зубочистки. Ты как капитаном команды по плаванию стал, раз такой хилый?

Строптивая волшебница легко ударила Тэхёна по плечу в знак негодования — за то, что заставил сердце в пятки свалиться и истратил миллион нервных клеток бедняжки Ни-Ни. Да она сама чуть не окочурилась от волнения; Дженни приподняла очки, которые наверняка мешали Киму сфокусироваться, продолжая тихо фыркать.

Сокджин же, сидевший позади, слегка отполз вбок, предоставив пловцу чуть больше пространства. Он оказался около понурой Джису, ненавязчиво прикоснувшись к волосам волшебницы, и тем самым обратил на себя внимание.

— Порядок? — уточнил англичанин, получив в ответ лёгкий кивок.

— Су, у тебя кровь из носа, — с недюжинным переживанием подметил сощурившийся Тэхён.

Ему по-прежнему было сложно генерировать мысли, поскольку в сознании творился кавардак. И Ким обязательно бы обдумал весь ужас увиденного, переварил кадры из прошлой жизни, ужаснувшись от исхода, но только после того, как убедился бы, что Джису в порядке и...

Дженни тоже.