Цена спасения.

Из щели деревянного окна задувал ветер. Казань покрылась ровным, белым одеялом снега и город замер, в ожидании нового, наверняка несущего перемены, года.

Кристина сидела за швейным станком кутаясь в мамину, заботливо выданую на смену шаль, то и дело поглядывая в окно. Предстоящая зима не несла ей ни чего хорошего, в голове гудели слова врача "Осталось пару месяцев и ваш отец без дорогостоящей операции непременно умрет".

- Крис, о чем задумалась? - раздался над ухом голос Зойки, что была старшей смены.

- Да все о том, же, - отмахнулась Кристина, - время поджимает.

- Ну больше смен я тебе накинуть не могу, сама понимаешь, - вздохнула Зоя, - тебе нужно найти какого нибудь бандита, при делах, при деньгах.

Кристина ни чего не ответила, лишь закатила глаза и продолжила крутить колесо швейного станка, отрезая возможность дальнейшего диалога. Однако, звуки оборудования в швейном цеху не могли заглушить ее мыслей.

Зарплата Кристины со всеми переработками едва достигала двухсот восьмидесяти рублей. Но это была капля в море, в противовес двух отмерянных месяцев жизни близкого человека и суммы в три тысячи рублей.

Продавать было уже нечего, еще в начале лечения отца были проданы все украшения, золото, жемчуг и даже, столовое серебро с хрусталем. Квартира в центре Казани тоже была продана еще тогда. Вся семья была вынуждена перебраться в двушку двоюродной бабки, которая переехала к матери Кристины в небольшую деревушку под Казанью, войдя в бедственное положение родной сестры и ее дочери.

Громкий звонок эхом раздался по цеху, оповещая об окончании смены.

- Девочки, торопимся, - звонко раздался голос Зои, - развоз через пятнадцать минут, кто опоздает пешком по потемкам пойдет.

Кристина успела, и теперь сидела в развозном автобусе, который подрагивал на выбоинах вечерней Казани. За окнами проплывали темные улицы, то и дело вспыхивали редкие фонари, под которыми снег казался серым, грязным, а не белым и чистым, как днем. В салоне пахло перегретой печкой, но все равно было холодно.

Девушки со смены болтали и смеялись, но Кристина слышала только собственное сердце, стучавшее тревожно, словно отсчитывало время, которого у нее все меньше и меньше.

- Крис, не хочешь с нами к Зойке? - подмигнула Клавдия, что сидела за соседним станком, - черняжкой побалуемся?

- А? - встрепетнулась Кристина из своих мыслей.

- Хуй на, - хохотнула Зоя, - черняжкой побаловаться не хочешь?

- Нет, - с презрением ответила Кристина, - не интересует.

- Ну как знаешь, - цокнула Клавдия и оставшуюся дорогу Кристину ни кто больше не трогал.

Дома ее встретила тишина. Мать возилась на кухне, отец сидел у окна, завернувшись в плед и смотрел во двор не обращая внимания на происходящее. Его лицо за последние месяцы осунулось, потускнело, но взгляд оставался ясным, слишком ясным для того, чтобы не понимать, он сам уже готовился к финалу.

- Доченька, - тихо позвала мать, когда Кристина сняла пальто не по погоде, - отец сегодня купил место на кладбище и выкопал себе могилу.

Кристина застыла, в висках зашумело и на миг показалось, что воздух в комнате исчез. Она машинально кивнула, не доверяя голосу.

- Я по знакомым еще заняла денег, ссуду на работе попросила, - вздохнула мать и протянула дочери, - но этого не хватит.

- Я что нибудь придумаю, - хрипло сказала Кристина забиряя деньги.

В своей комнате она закрыла дверь и опустилась на стул около письменного стола. Достала толстую книгу с потертым корешком из глубины ящика, раскрыла ее и высыпала на стол спрятанные купюры. Разложила их по порядку, пересчитала раз, другой, всего семьсот рублей, с материными будет тысяча двести, против трех тысяч.

Пальцы сжали деньги так, что заскрипела потертая бумага. Мысли метались, в ушах зазвучал голос Зойки, про бандита при делах.

Тогда Кристина отмахнулась погрузившись в шум швейного станка, закатила глаза, не желая даже слушать. Но сейчас, сидя перед книжкой, набитой ничтожно маленькой суммой, слова прозвучали в голове совсем иначе, уже не как глупый совет, а как горькая правда. И тут память вытащила еще одно лицо. Карина, ее одноклассница. Карина любила похвастаться, что встречается с парнем из Универсама. Тогда это казалось грязью, в которую порядочные девчонки не лезут. Но теперь эта грязь вдруг показалась единственным вариантом.

Бандиты, авторитеты, все это казалось далеким, чужим, вроде страшилки из газет. Но теперь в голове щелкнуло. Казалось, сама судьба сунула ей этот образ, грязный, страшный, но реальный. Там, где врачи разводят руками, где ни швейный цех, ни сотни смен не помогут, здесь нет денег. Деньги есть у них.

Сложив несчастные тысячу двести обратно в книгу Кристина переоделась в сорочку и накинув халат, вытащила из потрепаной сумки мятую пачку папирос. Единственное от чего не смогла отказаться. Да, не как у Зойки, с хорошим табаком и с фильтром, но лучше чем ничего.

Встав на подоконник она приоткрыла форточку и высунулась в нее. Легкий морозный воздух охладил лицо. Чиркнув зажигалкой Кристина прикурила и выпустила клубки белого дыма. Докурив до половины она выкинула папиросу вниз и вернулась к столу, снова выдвинув несчастный ящик из которого сиротливо смотрела книга с накоплениями.

Кристина схватила записную книжку лежавшую рядом, пролистнула страницы и остановившись на имени "Карина" прикусила губу. Звонить казалось бы даже стыдно, да и что сказать? Она прошлась по комнате туда-сюда, бросила записную книжку на стол. Мысли путались.

- Дочь, покушаешь? - в комнату заглянула мама.

- Нет, спасибо, - пытаясь сохранять спокойствие ответила Кристина.

- Отец зажигалку свою найти не может, не видела? - вдруг спросила женщина.

- Ему нельзя курить, - отрезала Кристина.

- Тебе тоже, - мать отрицательно покачала головой и вышла из комнаты.

Кристина несколько раз глубоко втянула воздух в попытке успокоится, покосилась на записную книжку и рывком выключив свет залезла под одеяло. Но провертевшись около десяти минут все же снова встала и схватила записную книжку в очердной раз пролистывая страницы.

Наспех натянув колготки и не переодеваясь из халата, Кристина накинула пальто и вышла из квартиры к ближайшему телефону-автомату. Но остановившись около него нервно закурила грея свободной рукой монетки в кармане.

Откинув бычок в сторону она все же шагнула к будке и пока не успела передумать закинула несколько копеек в прорезь телефона.

Гудки были долгими и Кристина хотела уже повесить трубку на место, но из нее раздался голос.

- Алло, слушаю.

- Привет, Карин, помощь нужна, - теребя в руках пружинку от трубки произнесла Кристина.

- О, Крис, ты?

- Да, я, скажи, ты все еще с Вовой с Универсама?

- Ну конечно, - голос Карины был насторожен, - что то случилось?

- Мне бы переговорить с ним, - осторожно сказала Кристина, - мне нужен их старший.

- Не получится, - тяжело выдохнула Карина, - он щас в Афгане, воюет, должен был еще два месяца назад вернуться, но письмо написал, что не отпускают.

- Черт, - Кристина прислонилась лбом к холодному стеклу, - ладно, значит не судьба.

- Ты расскажешь, что произошло?

- Потом Кариш, все потом.

Кристина повесила трубку на место и достав папиросу закурила. Может быть, отсутствие Вовы в Казани это знак судьбы, что бы не впутываться в эту грязь?

Тг:kristy13kristy (Немцова из Сибири) тут есть анонка, где можно поделиться впечатлениями или оставить отзыв к истории.

Тикток: kristy13kristy (Кристина Немцова)

Тг: Авторский цех (avtorskytseh) небольшая коллаборация с другими авторами, подписываемся.