Не по плану

Антон и Арсений недолюбливали друг друга с первого курса и это знала вся группа. Они были полными противоположностями. Антон, с его вечно дурацкой ухмылкой и задиристым характером, всегда выделялся на фоне других студентов. Он мог легко сорвать лекцию неуместной шуткой, мог внезапно исчезнуть с пары или прийти на нее с опозданием. Ему явно нравилось привлекать внимание окружающих и раздражать Арсения.

Попов же был полной его противоположностью. Он воспринимал учебу как «путь к успеху» и подкрепил этот девиз еще на первом курсе, взяв на себя роль старосты группы.

Для него было принципиально, чтобы всё шло по плану: каждый сдавал задания вовремя, посещал лекции и не создавал лишних проблем. Поэтому Антон, который словно нарочно игнорировал все правила, раздражал его больше всех.

То он демонстративно хихикал на важной лекции, когда Арсений задавал серьезный вопрос, то подкалывал его, называя «старейшиной группы».

Конфликт обострился после того, как Арсений сдал Антона за опоздание на важную лекцию, из-за чего тому пришлось пересдавать один из промежуточных экзаменов.

И вот на носу очередной важный проект, от которого зависит допуск всей группы к экзамену.
Арсения, как старосту, назначили ответственным за организацию. Он уже распределил задачи, установил сроки и трижды напоминал о дедлайнах. Все было четко и продуманно. Но оставался один человек, который мог испортить всю картину — Антон Шастун.

Сдерживая раздражение, Арсений отправился искать его. Он проверил лекционные аудитории, коридоры и, наконец, заглянул в комнату отдыха. Там, растянувшись на диване и уткнувшись в телефон, лежал Антон. Наушники торчали из ушей, а лицо светилось довольной ухмылкой — он явно смотрел что-то смешное.

— Шастун, ты вообще собираешься что-то делать по проекту? — голос Арсения звучал серьезно и строго.

— О, «старейшина» пожаловал. Чего такой хмурый? — улыбнулся он, сняв один наушник, но словил в ответ лишь привычный недовольный взгляд, — Да еще куча времени. А если что — ты всегда можешь сделать всё сам. Ты же у нас так любишь быть главным.

Арсений стиснул зубы. Антон, как всегда, говорил так, будто происходящее его совсем не касалось, Но на этот раз всё было серьезнее: предстоящий проект был важен для всей группы, и Арсений, как староста, нес за него ответственность.

— Если бы я мог, давно бы исключил тебя из группы! — с раздражением бросил он, уже не скрывая своего гнева.

Антон усмехнулся, его это развеселило. Он встал с дивана и подошел ближе, глядя старосте прямо в глаза:
— Слушай, ты же знаешь, что без меня тебе будет скучно. Кому ты тогда будешь указывать, а?

Арсений прекрасно понимал, что Антон нарочно провоцирует его, пытается вывести на эмоции.

— Через час жду тебя в библиотеке. Если не придешь, я лично пойду к преподавателю и скажу, что ты не справился. Но я не позволю тебе подставить всю группу.

Антон фыркнул, но понял, что Арсений настроен серьезно.

— Ладно, ладно. Через час так через час.

***

Спустя час Арсений сидел за круглым столом в углу библиотеки, уставившись на экран ноутбука. Надоедливого идиота, естественно, не было. Он проверил время на телефоне и с раздражением откинул его обратно на стол.

Но стоило ему это сделать, как дверь тихо скрипнула и в библиотеку вошел Антон. Он, не торопясь, с привычной дурацкой ухмылкой подошел и плюхнулся на стул рядом с Арсением.

— Я тут. Видишь, не такой уж я и безответственный.

— Ты опоздал, — сухо заметил Арсений, продолжая работать.

Антон не обратил внимания на его тон. Он облокотился на стол и с показным интересом уставился на экран ноутбука.

— Так, и что тут у нас? О, диаграммы, таблицы... — с издевкой протянул он. — Могли задание еще скучнее дать?

Арсений тяжело вздохнул, но промолчал. Он знал, что если начнет спорить, то это займет еще дополнительных часа два. Поэтому он просто продолжил работать, игнорируя Антона. Но тот явно не собирался оставлять его в покое.

— Ты хоть иногда отдыхаешь? — с очередным смешком произнес тот.

Арсений поднял на него взгляд. Он хотел промолчать, но не выдержал.

— Может, если бы ты хоть раз сделал что-то вовремя, мне бы не пришлось пахать за двоих.

— Ой, да ладно, перестань. — отмахнулся Антон. Ты же любишь командовать. Прямо видно, как ты кайфуешь, ставя всех на место.

Арсений, захлопнув ноутбук, посмотрел прямо в глаза одногруппнику:
— Может, если ты наконец-то закроешь рот, я действительно смогу кайфануть.

Антон растерянно захлопал ресницами, он собирался что-то возразить, но не успел.

Арсений резко наклонился вперед, притянул его за воротник футболки и накрыл его губы своими. На этот раз шуток у Шастуна не осталось. Он лишь чувствовал, как губы настойчиво двигались, требуя взаимного ответа. Первой реакцией было удивление, а потом что-то странное щелкнуло в голове и Антон ответил. Это все произошло так быстро, что он ничего не успел сообразить.

Он сначала попытался удержать контроль над ситуацией, но ощутил, как губы Арсения настойчиво двигались, заставляя поддаваться.

Поцелуй становился все более горячим и настойчивым. Руки Арсения с интересом блуждали по телу одногруппника: то наглаживая талию, то переходя к аппетитным бедрам, сжимая их с силой. Это начало сводить с ума.

Антон несдержанно простонал и закатил глаза от охуеть какого удовольствия, когда губы Попова переместились на шею, нежно и одновременно напористо облизывая чувствительную кожу. Казалось, Антон может кончить даже от таких прикосновений.

— Стой, а если кто-то зайдет. — прошептал он на выдохе. Его член уже сильно выпирал, точно давая понять, что простым поцелуем дело не закончится.

— Пусть заходят, — тихо ответили ему прямо в шею, обдавая ее горячим дыханием. Услышать такое от вечно серьезного и ответственного старосты было пиздец как возбуждающе.

Очередной грязный стон Антона снес голову напрочь, убивая вообще какие-либо мысли. Арсений подорвался с места и встал вплотную к все еще сидящему одногруппнику.

— Ну, может тогда дашь мне тот «кайф», о котором мы говорили? — он ловко опустил молнию на ширинке вниз и немного растопырил края джинс. И этого более чем хватило, чтобы открылся вид на уже полностью затвердевший член, который довольно эротично обтягивали белые боксеры.

Глаза Антона расширились, и он растерянно замолчал, чувствуя, как в груди что-то сжалось от непонимания. Арсений выглядел совершенно невозмутимым, будто это был обычный рабочий момент, а не что-то настолько неприличное. Да, его будто подменили.

Антон несколько раз открыл рот, пытаясь подобрать хоть какие-то слова, но ни одной подходящей фразы не нашлось.

— Куда же делись твои дерзость и уверенность, а? — усмехнулся Попов, зная, что это только спровоцирует. Специально. И он был абсолютно прав.

В глазах Антона сразу же вспыхнула искра, он принял это за вызов и опустился на колени, попутно опуская резинку трусов и освобождая член от натиска белья.

Член непроизвольно дернулся от нетерпения и сильного желания. Шастун аккуратно обвел свои пальцы у основания и плавно довел их до набухшей головки, сжимая ее и вызывая у Арсения первые хриплые стоны. Взгляд рефлекторно поднялся и увидел возбужденные голубые глаза. Они смотрели на него, внимательно считывая каждое новое движение. Он старосту таким серьезным даже на парах не видел.

Арсений, уже еле сдерживаясь от сильного возбуждения, запустил одну напряженную руку в волосы одногруппника, слегка сжимая их в кулаке, а второй ухватился за подбородок, немного надавливая на скулы:
— Открой ротик. — это прозвучало настолько пошло и грязно, настолько низким и тихим голосом, что от этих слов у Антона зазвенело в ушах, а по рукам пробежала волна мурашек. Сердце будто замерло.

Это прозвучало так, что сразу захотелось повиноваться, словно это был приказ. Но приказом это не было.

Антон разомкнул губы и медленно облизал мягкую головку, затрагивая самые чувствительные зоны. Он высунул горячий язык сильнее и погрузил пульсирующий орган еще глубже. Не спеша, но старательно он двигал головой, смачивая ствол слюной и пуская приятную вибрацию по половому органу своими редкими стонами.

Арсения это сводило с ума, разум заполнял лишь образ Антона с членом во рту, который сейчас так безотказно это делал.

Он, на этот раз грубо, зажал в кулаке волосы надоедливого одногруппника и перенял инициативу, давя на голову и всаживая член глубже. Его движения плавно перерастали в грубые и порывистые. Да, ему определенно нравилось командовать и задавать свои правила.

Арсений сам начал двигать бедрами, уже буквально вбиваясь в горячий мокрый рот. Головка стала упираться в немного напряженное горло, а стоны протеста нижнего кружили голову.

Антона прошибло мурашками, на уголках глаз выступили слезинки, застрявшие где-то в ресницах, и он обеими руками схватился за джинсы старосты, давая тому полностью управлять положением.

Арсений сделал последний толчок, с силой надавил на голову обеими руками и, плотно прижимая ее, засунул член до самого основания. Изнывающее лицо Антона в тот момент заводило больше, чем всё, что было до. Через несколько секунд он зажмурился и с мычанием полным удовольствия излил теплую вязкую жидкость прямо в горло. Казалось, что он готов вечно находится вот так внутри, но, вернувшись в реальность, аккуратно высунул член.

Оба тяжело задышали, и наконец отстранились. На мгновение повисла тишина, наполненная тем самым странным напряжением, которое теперь витало между ними. Антон, поправляя взъерошенные волосы, решил нарушить ее первым:
— Это что, тоже входит в список обязанностей старосты?

— Только для тебя. — Арсений усмехнулся, все еще переводя дух после, наверное, лучшего оргазма в своей жизни.

Антон смотрел на Арсения, все еще не веря в то, что только что произошло. Арсений же выглядел совершенно спокойным, хотя сердце колотилось в груди, будто перед ним стоит потенциальная вторая половинка. То, что только что произошло, выбило их из колеи.

— Раз уж все пошло не по плану, может закончим проект у меня дома? — неожиданно предложил Попов, прикусывая нижнюю губу, — Тем более ты... — взгляд опустился на пах Антона, где до сих пор красовался стояк, — Свой проект даже не начал.

— Знаешь, а я многое о тебе не знал, оказывается.  — Антон моргнул, стараясь сохранить невозмутимость, хотя сердце забилось быстрее. — Согласен.