Странная история

  Признаться честно, реакция Марты на принадлежность Марка к контркультурному движению заставила меня прийти к выводу, что в нашем обществе достаточно часто практикуется культура двойных стандартов. Вроде, если это обычный парень, то все в порядке, совет вам да любовь, но если же это панк или байкер - то кошмар и ужас, не ровен час он тебя убьёт и продаст твои органы. Разве это нормально? Разве панк или байкер не может быть добрым и заботливым парнем, а идеально выбритый студент с идеально поглаженным галстуком не может быть маньяком или просто грубияном? Ведь может же! Но попробуй это людям объясни...

  Интересно, а ведь еще совсем недавно я считала точно так же, как и то общество, чьи действия я сейчас так яро порицаю. Мне так искренне жаль Марка. Ведь все считают, что он плохой человек. Но разве бывают идеальные люди? Нет, не бывают. Так почему кто-то плохой, а кто-то хороший, если на деле все мы ужасны и эгоистичны? Это и называют двойными стандартами.

- Хэй, ты чего зависла?

- А? А, Марта, это ты... Просто задумалась, - подруга потрепала меня по спине.

- Тебе не весело? - лицо подруги обрело грусть.

- Да не то что бы... Просто чувствую себя немного лишней, - улыбнулась я, - Но я абсолютно в порядке! Мне не в первой это чувство.

- Хм, ну ладно. Главное, что бы тебя все устраивало.

- Спасибо!

- Так где же этот твой добрый хулиган? - спросила девушка, удобно пристраиваясь на диванчик рядом со мной.

Вокруг находилось достаточно много людей. Это не было типичной тусой, о которой можно подумать слыша формулировку «вечеринка». Это было скорее чём-то на подобии званого ужина. Закуски, вино, шампанское, интеллектуальные беседы, раслабляющая музыка. Откуда же у обычных школьников возможность распивать алкоголь, спросите вы? Его покупали родители Филлипа, но только при одном условии. Если у них будет возможность присутствовать на этих самых культурных вечерах и лично все контролировать. Но это был лишь предлог, и все прекрасно понимали, что этим двум? уже не молодым людям всего лишь не хватает общения. Многие относились к ним снисходительно, многие в открытую высмеивали. Много кто поддерживал. Ведь не каждый день услышишь от мамы одноклассника предложение выпить ещё один бокал вина. Лично меня такой подход оставлял равнодушной. А Марта в свою очередь была от этой семьи без ума. И Филлип ей очень нравился. Она каждый раз, как только услышит, что тот организовывает очередную вечеринку, напрашивается со мной на правах неотъемлемого спутника. А потом, на следущий день после ужина, все утро говорит о том, какой славный вышел вечер, как все было изыскано и изящно, какой Джейкоб молодец, и какие его родители душки.

На деле все эти вечеринки с классической музыкой и дорогим алкоголем были лишь поводом для бомонда нашей школы напиться, и что бы при этом все выглядело так, будто они этим делают обществу одолжение. Я же посещала такие мероприятия исключительно из-за Марты. Ведь мою неугамонную подругу никогда не приглашали на эти тусовки. Меня же, каждый раз, когда намечалась очередная вечеринка, уже ждал в шкафчике конверт с именным приглашений. И я искренне не понимала, почему зовут меня - человека, который не пьёт, не обсуждает других людей и чей идеальный имидж, как у остальных является ничем иным, как образом жизни. Но, впрочем, меня это не так сильно и волновало.

- Я не знаю. У меня нет его номера телефона. И я не знаю где он живет. Или даже его шкафчик. Обычно он сам меня находил.

Девушка вздохнула.

- А ты хотя бы уверена, что он учится в нашей школе? А не какой-то там серийный убийца, сбежавший из псих-больницы?

  - Не знаю... До этого момента он вёл себя достаточно странно. Но Джейкоб его знает. Просто он так отзывался о Марке, будто последний ему знатно жизнь подпортил.

  - Ну и что? Этот Марк может быть серийным киллером и это не мешает Джейкобу быть с ним знакомым.

  - Да ладно тебе, - засмеялась я, - это всего лишь предрассудки. Марк на самом деле ничего плохого мне ещё не успел сделать.

  - Вот именно, что не успел...

  - Все, не хочу больше об этом говорить, - отставив бокал с шампанским на кофейный столик, я стала пробираться к двери. Улыбнулась на последок подруге и вышла, оставив лицемерные улыбки, роскошную музыку и светские беседы по ту сторону дверей.

  На улице к этому времени уже стемнело, и фонари, стоявшие вдоль дороги, слабо горели желтым светом. Гулять в это время суток было крайне опасно, ведь в кустах, растущих вдоль домов, запросто могли спрятаться маньяки, бомжи и остальные представители «культурного» социума нашего города. Сделать им это было проще простого, ведь государственное освещение совершенно не позаботилось о том, что бы обеспечить качественную подстветку тротуарам в этом районе. Хотя, казалось бы, тут живот одни мажоры, но все таки. Но мне, тем не менее, хотелось сначала прогуляться, подышать ночным воздухом, прежде чем спешить домой. Вся эта атмосфера лжи и показной роскоши давила на меня, я чуть ли не потеряла сознание, пока была в доме. Как-то там совсем не уютно и обстановка вовсе не располагает на отдых. Наоборот, очень напрягает. Поэтому, выйдя, мне стало очень хорошо: воздух был прохладным и влажным, но я тепло оделась; я была совершенно одна, и не стеснялась зевнуть в полный рот, ну или потереть глаза, потому что была уверена: даже если кто-то это и увидит, то ему абсолютно точно будет все равно, и этот факт тоже вселял спокойствие. Посмотрев на часы, увидела, что ещё нет даже одиннадцати. А это значит, что я могу пойти на холм.

  Холм был моим тайным убежищем. Я обнаружила его ещё когда мне одиннадцать лет. Сюда я сбегала от угнетающей атмосферы дома, сюда я приходила, когда мне было одиноко. С него прекрасно было видно весь город. Тогда я смотрела на кафе и рестораны, на игровые клубы и прачечные, на дома и гостиницы, и понимала, что я вовсе не одна. Вон сколько людей меня окружает ежедневно. Я запросто могу подойти к любому из них, познакомится и стать другом. Поэтому мои эгоистичные мысли о том, что меня никто не любит и я никому не нужна совершенно не имеют смысла. Как говорится, хочешь друга, сам стань другом. Эта поговорка ещё никогда меня не подводила. Взять даже Марту: для тигля, что бы не слишком выделяться на фоне остальных школьников, я решила завести себе подругу или друга, как только перешла в эту школу. Ясное дело, в первый день учёбы никто на меня не обратил внимания, поэтому я решила действовать сама: нашла одинокую девочку, сделала ей пару комплиментов по поводу ее одежды, дала однажды списать домашнее задание, разделила с ней школьный проект, и вот результат!

  Вот и сейчас, взобравшись по крутому утесу я могла наблюдать за городом. Где-то ярко горели лампы в окнах, неоновые вывески магазинов. А где-то мой взгляд встречала чёрная темень, давая понять, что хозяева того или иного дома уже отдыхают и возобновляют силы для того, что бы встречать завтрашний день с уверенностью в себе. И так спокойно. Только ветер и звуки автострады долетали до моих ушей. Я опёрлась о перила, что отделяли смотровую площадку этого холма от бездны, которая так и манила своей глубиной и темнотой. Одно неаккуратное движение ногой, и ты уже там, внизу.

Видом, что открывался мне на этой высоте, можно было бы наслаждаться вечно. Люди, их жизни. Как будто домашняя муравьиная ферма. Хотя не самое лестное сравнение. Но тем не менее. У каждого человека своя жизнь, свои удачи, своё горе, свои трудности, свои методы из решения. Иногда человеческие жизни связываются, и тогда они делят все, выше описанное вместе. Общие проблемы, общие счастливые моменты...

  Я достала из кармана своего джинсового комбинезона плеер с наушниками и включила Яна Тьерсена. Да, очевидно, не самая лучшая музыка для ветреной ночи в одиночестве. Сюда бы подошло что-то вроде Дебюсси. Ну или как минимум Меган Уфорд. Но музыка Яна Тьерсена имела эту особенную атмосферу, ностальгии, как будто бы это не мелодия, а Истрия, которую, к тому же, переживала я сама, а не автор композиции. Будто бы это я написала эту песню, а не Ян. Да и разве это важно: что подходит, а что нет? Главное, что мне было хорошо!

  Но наслаждаться прекрасной мелодией на фортепьяно мне пришлось не долго, так как мое созерцание ночного города прервало чужое касание. Чьи-то пальцы больно ткнули меня в плечо, я ойкнула от испуга и выронила из рук плеер, вслед за ним полетели и наушники, больно дёрнув мои уши. Резко обернулась и оторопела от удивления.

- Ты?! Ты меня преследуешь! - констатировала я.

- А вот и не правда. Я всего лишь хотел убедиться, что тебя здесь не найдёт никакой маньяк, - с ухмылкой ответил Марк. На нем была чёрная джинсовая крутка и синие мешковатые джинсы с подворотами, а на ногах красовались кеды, которые парень удачно испачкал в грязи, видимо, взбиравшись на холм. Парень стоял в тени от дерева, которые почти полностью заполняли поверхность холма. Из-за этого он выглядел немного устрашающе, по большей части от того, что белки его глаз, отражая лунный свет, резко выделялись на фоне почти полной темноты.

- Один уже нашёл. - Буркнула я и начала искать плеер у себя под ногами.

Марк решил не оставаться безучастным и подошёл, что бы помогать мне. Спустя минуту молчаливого шуршания листьями мы все таки нашли мое устройство. Вернее Марк нашёл.

- Держи, - парень помог мне встать с корточек и протянул мои вещи.

- Спасибо, - я не могла не заметить какие длинные и тонкие у него пальцы, на которых запросто можно было бы фехтовать (плечо, которое все ещё побаливало, отозвалось на эти мысли волной новой боли), - Тебе бы на фортепьяно играть.

- Почему?

- У тебя руки для этого подходящие.

Марк ничего не ответил. Я снова подошла к забору и облокотилась на него. Парень тоже подошёл, но стал спиной, тоже облокотившись о перила, и начал на меня пялиться. Я перевела на него взгляд.

- Что? - немного устало спросила я.

- Да ничего. Просто думаю, какая ты красивая, - без намёка на шутку, ответил мой собеседник.

  Решив перевести тему, что бы не показать своё смущение, я вспомнила наш последний разговор:

  - Так что там с песней?

  - Хм... - наконец-то Марк перестал смотреть на меня и поднял голову вверх, смотря на звёзды, которые так хорошо было видно в этой части города.

  - Ты сказал, что я могу влюбиться опять, - напомнила я.

  - Ну... да.

  - Что ты имеешь ввиду под этим?

  - Наверное, то, что я и сказал - ты можешь влюбиться опять.

  Вздохнув, я тоже решила развернуться к городу спиной. Теперь на меня смотрели устрашающие гримасы древних деревьев, что растут тут ещё, наверное, с салемских процессов. 

  - Объясни мне, а то я не понимаю, что ты хочешь сказать, цитируя название песни, которую я когда-то играла.

  Но парень не спешила отвечать. Его голова была задернута вверх и выглядел он умиротворенно. И что только творится в его голове. Странный он. Но с ним как минимум интересно общаться - никогда не знаешь, что он выдаст следующем, не то, что Джейкоб. Последний скорее напоминал собаченку, которая все время носится за тобой, глупо махая хвостиком. Не хочу показаться избалованной, но иногда это напрягает.

  - Знаешь, когда я увидел тебя на сцене, где ты была в центре всех прожекторов, с твоей гитарой, я подумал, что ты просто обычная девчонка, которая постит в сети свои фотографии с подругами и ездит на каникулы во Францию. Она скорее всего школьный президент, или как минимум главный редактор школьной газеты. Хорошо учится, не расстраивает родителей, носит милые платья. Возможно даже ходит в церковь...

- Постой, - посмеиваясь, перебила я, - что такого плохого в посещении церкви?

- Абсолютно ничего плохого. Просто это... слишком типично.

- А что плохого в типичности?

- Тоже абсолютно ничего. Наверняка люди думают, что и я тоже типичный. Как для хулигана. Но ты лучше дослушай. Потом ты начала петь. И... Это было что-то с чем-то. Я... я никогда не слышал такого искреннего исполнения.

Я очень удивилась. Никогда мне ещё не говорили таких оригинальных комплиментов. Искреннее исполнение? Интересно. А парень, отдавшись воспоминаниям, вкладывал в свою речь все больше и больше эмоций. Голос его легко подрагивал, глаза излучали какой-то, почти ненормальный блеск, руки, сопровождающие неспокойные мысли, брали все больший и больший диапазон размахиваний.

- Ты как будто не пела, а расказывала свою историю, делилась опытом, переживаниями. Будто монолог. И знаешь, я сомневаюсь, что ты могла бы вложить в эту песню столько же чувств, если бы не пережила все в ней описанное на личном опыте.

- Логично, что я переживала все это. Я ведь написала эту песню. - Улыбнулась я.

Парень поражённо взглянул на меня.

  - Ты... ты удивительная, ты знаешь?

  - Да ладно тебе. В этом нет ничего особенного, - я отмахнулась и повернула голову в сторону, что бы не выдать своего смущения. Все таки слова парня были мне очень приятны.

- Нет, правда! Слова песни были настолько глубокими, что я понял - ты не та очередная типичная девушка. Нет! Ты не притворяемся, не пытаешься кого-то наследовать. Ты - личность! Как только ты закончила петь, я сразу понял, что просто обязан тебя узнать. Какая ты, чем ты живешь, что заставило тебя написать такую грустную песню.

- Поэтому ты решил пойти и предложить мне отношения, - закончила за Марка предложение. Несомненно, что за своим сарказмом, я пыталась скрыть стыд. Ведь мне ещё не приходилось слышать слова столь искренние и добрые, что даже захотелось спрятаться и больше никогда не петь, и тем более не писать песен.

  Все мои былые переживания тот час же испарились, прямо как капли легкого дождя под ещё пока тёплым сентябрьским солнцем. Все предрассудки, опасения, страхи, предубеждения, сомнения, недоверия канули в лету. Марк предстал предо мной в совершенно ином образе, хотя я с самого начала не чувствовала к нему никакой неприязни. Но сейчас я поняла, что этот мальчик вовсе не злой, не плохой, он не хочет причинить мне неприятностей или ранить меня, и тем более посмеяться надо мной. Я не была уверена на сто процентов, но у меня просто было такое предчувствие. Чувства, что овладели парнем, и в последствии мною тоже, нельзя было назвать любовью. Заинтересованостью - да, симпатией - да, но не любовью.

  Тем не менее, я поняла, что общество этого человека мне гораздо интереснее и приятнее, чем общество всех учеников моей школы вместе взятых, за исключением возможно Марты: мне она была не так неприятна, как остальные. Конечно, я ещё не так хорошо знаю этого парня, что бы что-либо прогнозировать. Как и он, в прочем; ведь большинство характеристик, которые он мне приписал были надуманны. Но, если работать над нашими взаимоотношениями, работать над собой в первую очередь, то из этого что-то да может получится. К тому же мне страшно интересно узнать, какой Марк, как человек. Ведь настолько оригинальных личностей, как он, мне ещё не приходилось встречать. С первого взгляда необразованный хулиган, но, если присмотреться, немного пообщаться с ним, то можно сделать вывод, что он вовсе не такой, каким кажется.

  Мне хочется узнать о нем много чего. Например, почему он учится в левом крыле, какие у него были для этого жизненные обстоятельства. Какая у него семья, кем он хочет стать в будущем, какие у него хобби, как он обычно проводит свой досуг, какие у него друзья, были ли уже отношения, почему его так ненавидит Джейкоб. Все эти вопросы разом заполнили мою голову. А способность мыслить здраво и поступать в соответсвии со своими моральными уставами и ценностями куда-то улетучилась, ведь следующее, что я выдала, да-да, именно выдала, было примерно следующее:

  - Знаешь, я не против попробовать. В плане, я могу согласится на твоё предложение. Могу, если оно, конечно, ещё актуально, - нелепо залепетала я, при этом сбиваясь, и все больше и больше по нарастающей робея.

  - Какое... предложение?

  - Ну... Знаешь, то, которые ты мне сделал на парковке. Когда мы впервые общались... - ещё больше смутившись и ещё больше запинаясь, ответила я, - Я не против начать строить с тобой отношения, если это то, чего тебе все ещё хочется от меня.

Как вы могли заметить, автор данной истории уж слишком увлёкся амплификацией :) к слову, у меня только что появилась одна идея. У меня нет Инстаграм-акаунта, но что, если я его заведу специально для коммуникации с вами - моими читателями? Я там смогу отвечать на вопросы, общаться, возможно как-то кооперироваться, давать спойлеры))) и не важно даже, если будет маленькая аудитория в десять человек, мне без разницы. Что скажете?