Освобождение

Если не хочешь, чтобы собака почувствовала твой страх, не смотри ей в глаза. С людьми работает та же схема.

Несколько мужчин подозрительной наружности прохромали мимо меня, пока я пыталась игнорировать их присутствие, боролась с внутренней паникой и исподтишка изучала двухэтажный дом с проломанной крышей и заплесневелыми стенами. Дом слегка выбивался из ряда таких же нежилых зданий нарисованным черной краской огромным крестом на входной двери. Этот кошмар совсем не походил на итальянские домики из фильмов и фотографий, поэтому я почувствовала некий диссонанс, когда вышла из такси. Джованни с друзьями еще не приехал, телефон мой по-прежнему оставался украденным, и я послушно прохаживалась по пыльной дороге и крутила кольца на пальцах в тревожном ожидании.

Благодаря найденному в тумбочке будильнику, я поднялась рано и осторожно позаимствовала телефон спящего Кости, чтобы проверить сообщения. Джованни не забыл про меня и действительно написал время встречи и адрес дома, где он надеялся найти свою сестру. Я тут же вызвала такси, стащила из кошелька Кости пятьдесят евро и незамеченной выпорхнула из квартиры. Поспать мне удалось лишь пять часов и чувствовала я себя соответственно, но волновало это меня не так сильно, ведь главным было то, что я собиралась спасать чужую жизнь из наркотических дебрей.

Когда спустя пятнадцать минут одиночества рядом со мной остановилась красная машина, я наконец-то увидела беспокойного и уже почти родного Джованни. Рядом с ним шли двое. Миловидный парень со спадающими на глаза русыми прядями и неловкой улыбкой на лице и нарядившаяся в платье светловолосая девушка с внушительным зонтом-тростью в руках.

— Дария, это ребята. Ребята, это Дария, — «представил» нас Джованни на английском языке и сразу перевел взгляд на уродливый дом. Именно ради него ему пришлось потратить значительную сумму денег на услуги частного детектива.

— Я Карла, — подруга Джованни протянула мне руку, и я её пожала.

— Никколо, — тот тоже протянул руку, и её я тоже пожала. Никаких поцелуев в щеку, что меня очень даже устраивало.

Я поинтересовалась, как давно они знакомы, и узнала, что все трое учатся на одном факультете и планируют создать в будущем Великое Архитектурное Строение. Подробности мне не рассказали, но и одного названия их проекта побуждало меня к уважению их амбиций.

— А ты, получается, та загадочная иностранная подружка Джо? — спросила Карла с усмешкой. Говорила она не так быстро, видно было, что английским она не особо привыкла пользоваться.

— А какими судьбами в Риме? Джо признался нам, что не выяснил твою историю. Его сейчас заботит только сестра, — Никколо звучал немного увереннее, хотя нелепая улыбка всё никак не хотела сползать с его загоревшего лица.

В машине я успела придумать достойный ответ на потенциальный вопрос:

— Мои дяди здесь по делам, а я напросилась с ними в поездку. Всегда хотела побывать в Италии.

Карла и Никколо кивнули с гордостью за свою привлекающую туристов страну.

Разобравшись между собой, кто мы такие, Джованни сказал, что нам пора приступить к спасательной операции. Все согласились, и, не задерживаясь больше ни минуты, мы с храбростью и тягой к самопожертвованию переступили порог дома с приглашающим в мир мрака черным крестом.

— Жуткое место, сюда бы не помешало полицию вызвать, — прошептала Карла, когда увидела в коридоре разломанный на две части стол, свисающую с потолка перегоревшую лампочку, груду тряпок на полу и лужу с неизвестным содержанием.

— Зачем? — вроде бы искренне удивился Джованни и толкнул первую скрипучую дверь в провонявшем зловредностью доме.

— Их обязанность — обеспечивать безопасность. А эти наркоманы сильно подрывают её.

— Безопасность? Для кого? Мне кажется, полицию не сильно волнует наша безопасность, раз эта улица существует.

Мне хотелось вслух согласиться с Джованни, но пробитая будто кулаком дыра в стене с когда-то розовыми обоями отвлекла мое внимание. С потолка периодически капало, пол скрипел при каждом шаге, в углах возвышались горы всевозможного мусора, а в самом воздухе будто стоял туман, отчего приходилось щуриться и на всякий случай зажимать нос. Мы заглянули в две соседние комнаты и пока не увидели ни одного человека, впрочем, мебели никакой мы тоже не обнаружили. Дом все больше начинал казаться стопроцентно заброшенным.

— А если твой детектив ошибся? — спросил Никколо, и я увидела, как Джованни нахмурился. Он явно уже успел подумать о таком варианте.

— СИЛЬВИЯ! — выкрикнул отчаявшийся брат и ногой открыл следующую дверь.

И вот тут-то перед нами предстали хозяева дома.

На липком полу в кругу сидели четверо подростков с запрокинутыми назад головами и закрытыми глазами. Казалось, они находились не в провонявшей комнате с завешенными простынями окнами, а в далекой стране бурного наслаждения. У меня к горлу подкатил комок, и я еле сдержалась, чтобы не выразить свое отвращение напрямую. Конечно, я знала, куда ехала, но впечатления от действительности всегда отличаются от предположений.

Когда остальные подростки с трудом сообразили, что происходит, они кинулись на помощь товарищу, и через минуту сразу трое навалились на Джованни с диким животным ревом, от которого у меня подкосились ноги.

Карла вскрикнула и выбежала из комнаты. Никколо понял, что должен спасти своего друга от этих психов и тоже ринулся в дерущееся месиво. Одна я оставалась неподвижной и вяло соображала, как же лучше поступить в сложившейся ситуации. Принять решение мне помогла вернувшаяся в комнату Карла. Она дернула меня за руку и крикнула в ухо:

— Наверх! Я слышала там какой-то топот.

Мы побежали по лестнице на второй этаж.

— Слушай, а нас там не убьют? — забеспокоилась на седьмой ступеньке я.

— Отобьёмся, — Карла помахала своим зонтом, и стало понятно, почему она взяла его с собой, хотя дождь на сегодня не передавали. Довольно разумно, особенно если сравнивать со мной. Я не додумалась взять в опасное логово даже вилку.

Я никогда прежде не видела Сильвию, но, когда заметила силуэт, наполовину спрятанный в огромном шкафу, куда его заталкивал такой же громадный лысый мужчина в бейсболке и с золотой цепью на шее, я сразу сообразила, что это она. Тридцатилетний диджей (так я его мысленно прозвала, потому что на его желтой футболке было написано «дискотека» — слово, одинаковое во всех языках) с оскалом повернулся к нам и принял оборонительную позу. По его кривому, но напряженному лицу легко было догадаться, что он ни за что не подпустит нас к шкафу.

— Кто ты? — диджей прожигал взглядом Карлу. Моя способность оставаться незамеченной работала во всю мощь. Хотя, возможно, он просто подсознательно почувствовал, что со мной нет смысла говорить на итальянском. Но вот этот вопрос я все-таки поняла, только сейчас было не время радоваться лингвистическому прогрессу.

— А ты кто? — не осталась в долгу Карла. Она выставила вперед зонт, готовая проткнуть им врага в любую секунду. Несомненно, она бы так и поступила, если бы неожиданно не вмешалась я. Увидев поблизости пару стульев, я метнулась к ним и тут же запустила одним в сторону диджея. Я молилась о том, чтобы проломить ему череп, однако стул пролетел мимо и ударился о пустую стену.

Диджей громко выругался на итальянском и с легкостью позабыл о негативно настроенной к нему Карле, теперь его внимание было полностью подвластно мне, и это заставило меня испугаться ещё больше и швырнуть второй стул с ещё большей силой и меткостью. Когда кровь начала струиться по потному лбу диджея, я отлично поняла, что случится дальше, и побежала к противоположной стене, на ходу размышляя, как же мне теперь защищаться, когда все стулья вышли из игры. А отбиваться нужно было определенно, потому что в руке у рычащего мужчины, несколько раз превосходившего меня в размерах, магическим образом появился раскладной нож. Он держал его перед собой как волшебную палочку. Произнеси заклинание — и противник падёт замертво.

Карла сообразила, что диджей позабыл о девчонке в шкафу, а ведь он, бесспорно, поклялся защищать её честью и кровью, и поскорее вытащила оттуда перепуганную потасовкой Сильвию. Перед тем, как выбежать из просторной комнаты, она бросила мне свой зонт, мол, всё в твоих руках, и вместе с сестрой Джованни исчезла в коридоре, умудрившись ещё прикрыть за собой дверь.

— Да ладно! Что ещё за человеческое пожертвование, — заныла я и взмахнула зонтом. Спасать меня было некому, а этот сумасшедший явно хотел отрезать от меня кусочек.

Деревянный пол и в этой комнате оказался липким, и мои кроссовки прочно приклеились к доскам. Я попыталась встать в позу, напоминающую кунг-фу, и это на миг озадачило диджея, но он быстро вернул себе смертоносный вид и прошептал:

Я не знала, что он сказал, но поняла, что вряд ли его слова сверкали дружелюбностью, когда увидела, как он взял нож в две руки и занес над головой, чтобы с удовольствием всадить его в мою не заслужившую таких потрясений грудь. Кровь уже затекла в его правый глаз, и диджей усиленно моргал, чтобы поскорее прозреть, только время моё стремительно исходило, и я больше не могла ждать нападения, нужно было действовать самой, и я с верой в силу, посланную мне какими-нибудь небесами, ударила чёрной тростью в левый глаз. Только вот злодей успел увернуться, и удар пришёлся по носу. Медлить категорически было нельзя. В следующую секунду я уже неслась к открытому окну, наплевав на соотношение моих шансов выжить и переломать все кости. Пока я камнем падала вниз со второго этажа в годами нестриженную траву, мимо меня пролетел тот самый нож. К счастью, диджей тоже не отличался меткостью.

Острая боль пронзила мою несчастную лодыжку, как только я приземлилась. Мне тут же захотелось расплакаться, но страх, что мои мучения утроятся, если я не уберусь подальше от зловещего дома, оказался сильнее, и я поползла в сторону красной машины, откуда вскоре выскочили Карла с Сильвией. На их лицах читался самый настоящий ужас.

— Ты с ума сошла из окна прыгать? — Карла поддерживала меня с одной стороны. Я только сейчас осознала, что на ней были босоножки на каблуке, и это меня позабавило.

— Это для моего исследования о приемах лишения жизни, — пошутила я, хотя вряд ли кто-то поверил, что это шутка.

— Приемы? — засомневалась Сильвия. Она чувствовала, что здесь должно быть другое слово.

Мы забрались в машину Никколо, и я задышала чуть спокойнее. Нога если и не была сломана, то сильного ушиба ей избежать точно не удалось, и в ближайшее время можно было ожидать синяк, отек и нарастающую боль. Я определённо умела развлекаться.

— Почему Джо с Ником не идут? Может, их там прикончили? — Карла завертелась, она не находила себе места. Когда она выбегала из дома, крикнула, что забрала младшую сестричку, но, похоже, Джованни не услышал её. Карла решила отправиться за друзьями в надежде, что ещё будет кого спасать. Из своего рюкзака на полу она вытащила увесистого «Графа Монте-Кристо», и я позволила себе предположить, что Карла смотрела «Джона Уика» и знала, как поразить противника книгой.

— Оставайтесь здесь.

Я с усмешкой указала на свою ногу, доказывая, что никуда не сдвинусь. Карла кивнула и побежала обратно в дом вместе с книгой подмышкой.

Сильвия всё это время сидела неподвижно, вероятно, она до сих пор находилась под влиянием какого-то наркотика. Когда мы остались вдвоём, мне наконец-то выпала возможность хорошенько её рассмотреть.

Джованни не соврал. Мы на самом деле были очень похожи. Такая же непримечательная фигура, русые прямые волосы, зеленые глаза, густые брови, нос с небольшой горбинкой, бледные губы, веснушки. В ушах Сильвии тоже торчали сережки-гвоздики, а на пальцах сверкали кольца, и Сильвия тоже крутила их из-за нервозности. Она старалась не смотреть мне в глаза, но я чувствовала, что это не из-за недоверия ко мне, а из-за нежелания демонстрировать широкие зрачки. Одета она была в самую обыкновенную черную футболку и джинсовые шорты, летом я ходила в точно такой же одежде. Даже её голос мне напоминал мой, не высотой, тембром или тоном, а скорее теми разносторонними, перебивающими друг друга чувствами, что просвечивались в речи.

Мы сидели в тишине несколько минут, но это нельзя было назвать неловким молчанием. Наоборот, мы словно лучше узнавали друг друга без слов. Однако в какой-то момент Сильвия всё-таки заговорила, и по-английски:

— Не стоило меня вытаскивать отсюда, Дария.

— Разве? Ты бы здесь в овощ превратилась, а для будущей актрисы это не очень перспективно.

— Тебе Джованни рассказал? — Сильвия наконец-то посмотрела мне прямо в глаза.

— Кто же еще. Знаешь, такую преданность и любовь я не встречала раньше. Тебе повезло с братом.

— Да? А почему он тогда не заступился за меня перед родителями? — она была настроена серьезно и не собиралась прощать брата просто потому, что он нашел её.

— Уверена, теперь он точно поступит по-другому, — странно было играть роль мудрой женщины, ведь Сильвия была младше меня всего на каких-то два года. К тому же мне самой пора было давно поговорить с кем-то, кто хорошо разбирается в жизни и её бесконечных издевках.

— Я не вернусь домой, — это прозвучало правдоподобно.

— И что же ты собираешься делать?

— Работать. Накоплю денег и поступлю в университет.

— Слушай, чтобы поступить в университет, надо школу для начала окончить. А тебя там давно не видели, как мне известно.

Сильвия метнула в меня огненный взгляд,.

И тут мне в голову стукнула потрясающая идея.

— Сколько тебе нужно денег, чтобы оплатить обучение?

Сильвия вскинула бровь.

— За год?

— Полностью.

— Точно не знаю, но примерно пятнадцать тысяч. В театральной академии, куда я хочу поступить, обучение длится три года, средняя цена составляет пять тысяч евро в год. Страшные цифры...

Все в мире, как говорится, относительно. Когда у тебя нет ничего, то пятнадцать тысяч евро кажутся роскошью, но если у тебя есть пятьсот тысяч, то эти пятнадцать можно и не заметить.

— Как тебе такой вариант? — я широко улыбнулась. — Сегодня вечером я принесу тебе пятнадцать тысяч, а ты вернешься домой, продолжишь ходить в школу и больше не будешь сводить с ума свою семью?

Сильвия вылупилась на меня так, словно перед ней сидел сам бог.

— Ты можешь это сделать? — еле проговорила она.

— Пожалуй.

— Кто ты такая?

— Лучше спроси, кто мои дяди, но я тебе не отвечу, — усмехнулась я. — Так, значит, договорились?

Сильвия закивала, и её грязные пряди волос безжизненно запрыгали.

— У меня сейчас нет телефона, поэтому давай заранее договоримся, где и во сколько встретимся.

Сильвия назвала свое любимое кафе. Мне такой вариант понравился, и на этом дело было улажено.

В эту самую секунду из заброшенного дома выскочили трое друзей.

Лица Джованни и Никколо были серьёзно разбиты, одежда в кое-каких местах оказалась разорванной, но они бежали, а значит, им удалось выбраться живыми и с целыми костями из адского дома. Белое платье Карлы можно было сразу выбрасывать на помойку, и я не сомневалась, что она так и поступит, как только доберётся до дома. С книги, что она держала двумя пальцами, капала кровь, и выглядело это слишком по-киношному, отчего я тайно пришла в восторг.

Все трое ввалились в машину и с облегчением выдохнули.

— Вы победили? — спросила я с сияющими от гордости за моих новых бесстрашных знакомых глазами.

Джованни повернулся ко мне и протянул руку.

— Без тебя бы ничего не вышло, Дария.

Я пожала его руку.

Потом Джованни глянул на свою вновь притихшую сестру.

— Надеюсь, ты в порядке.

— Да. Поехали домой, — ответила та и мельком взглянула на меня. У нас теперь был секрет, и это явно нравилось Сильвии.

— Сначала отвезем Дарию в больницу, — сказал Джованни и кивнул Никколо, чтобы тот заводил автомобиль.

— Нет! Не нужно! — испугалась я. Я знала, что в больницу преступники не ходят, а я теперь точно считалась одной из них. — Отвезите меня в мою квартиру, если можно.

Джованни пристально на меня посмотрел, будто хотел прочитать на моем лице объяснение бурных эмоций, но не смог ничего разобрать и согласился на мою скромную просьбу.

Так мы покинули улицу, о которой приличные люди не хотели бы знать.

Пока мы ехали, итальянцы обсуждали что-то на своём языке, и я предпочитала не вмешиваться. Я смотрела в окно и думала, проснулись ли уже Костя с Сашей, заметили ли они моё исчезновение. Наверняка сойдут с ума, если решат, что я сбежала их сдавать полиции. Но они вряд ли догадаются, что я буду оставаться на их стороне до тех пор, пока мне не удастся заполучить деньги для Сильвии, но главное, для себя самой, чтобы вернуть сумку, наполненную доказательствами моего существования.

Примечания:

1. Где Сильвия, ублюдки? (итал.)

2. Ты умрёшь здесь и сейчас. Никто не смеет вламываться к Фабио и причинять ему боль (итал.)