Сайт знакомств

Дазай слегка успокоился, и ответил Чуе поцелуем в шею, от чего тот поднял её выше, жадно прося ещё. Но Осаму не собирался продолжать.

– Дазай, не делай так, если не хочешь этого делать. – Произнёс Чуя. – У меня есть самоконтроль, но если продолжишь, то я могу не сдержаться...
– Извини. – Произнёс Дазай, и встал с кровати. – Я пойду обратно, мне нужно проект готовить...
– Хорошо, пока.
– Пока...

Осаму покинул комнату Чуи, и когда закрыл дверь, облокотился на неё, облегчённо вздохнув. Он тоже очень хотел бы это сделать сейчас, и Чуя его слишком возбудил, теперь он хочет его сильнее, и вставший прибор даёт об этом знать. Он бы мог исправить это дрочкой, но к сожалению, его друг сейчас находится с ним в одной комнате. Кому сейчас хорошо - так это Чуе. Соседа нет, может удовлетворить себя тогда, когда ему угодно.
Дазай вошёл обратно в комнату, тяжело дыша, будто бы бежал. Сосед сразу же поинтересовался, что произошло.

– Ты где был? Зачем бегал?
– Что? Я не бегал...
– У тебя бешенная отдышка.
– Я просто устал.
– От чего?
– Ой, всё, сиди делай проект, задолбал со своими вопросами.
– Вот друг называется! Я беспокоюсь за него, а я отказывается его ещё и задолбал!
– Ц... – Дазай устало цокнул, увалившись на свою кровать, вновь взяв компьютер, продолжая делать то, что делал прежде чем уйти.

Он взял с тумбы недопитый спрайт, и сделал глоток, поставив его обратно, не отрываясь от экрана. Закончил он только к вечеру, и устало убрал компьютер на рабочий стол, увалился спать.

– Эй! Ты есть не собираешься? Вот чертила... Совсем про голод забыл, идиотина. – Произнёс Достоевский, покидая комнату.

Фёдор в коридоре встретил Чую, который тоже в это время вышел из комнаты. Они оставались рядом друг с другом.

– О, привет вновь, Фёдор. А ты куда в такой поздний час?
– Перекусить решил. Я голоден как пёс.
– А Дазай что, есть не собирается?
– Нет, он уже дрыхнет во всю. Вообще есть перестал, придурковатый.
– Действительно придурок... Может он и вправду болеет? Я схожу к нему, пока тебя не будет.
– Хорошо, спасибо! Пригляди за этим олухом.
– Пригляжу. Ступай, и приятного тебе аппетита.
– Хах, спасибо.

Достоевский покинул общежитие, а Чуя вошёл в их комнату, глядя на спящего Дазая. Он сел на край кровати рядом с ним, и потрогал лоб. Не горячий, он не болеет, нет, просто выпендривается и не хочет есть. Накахара положил свою руку на щёку Дазая, начиная медленно гладить, а затем спускаться ниже, проходя по шее. От этого пробежались мурашки по всему телу Дазая, из-за чего он раскрыл глаза, увидя перед собой Чую.

– Чуя? Что ты тут делаешь...? – Сонным голосом спросил Дазай.
– Пришёл навестить тебя. Почему ты стал мало кушать, красавчик?
– Я не голоден.
– Врёшь. – Чуя начал ногтями легонько проводить по шее Осаму, от чего у того были постоянные мурашки, и он вздрагивал.
– Не вру. Я правда не хочу есть...
– Почему ты не хочешь есть?
– Это всё то странное чувство, которое я испытываю к тебе... Оно сбивает меня с мыслей жизни... Забываю обо всём, кроме тебя...
– Но про жизненные потребности не стоит забывать. Может хочешь перекусить?
– Нет... – Живот Дазая предательски заурчал.
– Да. Пойдём ко мне, я не знаю как пользоваться вашей плитой. Накормлю тебя, бедняжку.
– Чуя, нет. Я не голоден, я хочу спать...
– Давай-давай.

Накахара помог Дазаю подняться с постели, и повёл его в свою комнату. Из-за усталости Осаму не мог сопротивляться, поэтому покорно шёл за любимым.
Чуя усадил Дазая за стол, а сам подошёл к плите.
Рыжик поставил сковородку на огонь, и разбил два яйца туда, закинув вместе с ним бекон, зелень и приправы. Этот запах поселился в носу Осаму, от чего у того в животе проснулся динозавр, требуя еду как можно скорее.
Когда блюдо было готово, оно было поставлено на стол перед Дазаем. Чуя так же дал ему вилку и ножик, положив рядом салфетки.

– Спасибо... – Устало произнёс Дазай, отрезая один кусочек от блюда, а затем засовывая его себе в рот. – Это... Вкусно. Ты прекрасно готовишь...
– А то! – Восхвалил сам себя Накахара. – Я и готовить умею, и прибираться, и отсоса... – Чую заткнул голос Дазая, не дав ему договорить.
– Молчи. Я понял, что ты прекрасен во всём.
– Но видимо не в намёках... – Грустно произнёс рыжик.
– Что?

Накахара подошёл к Дазаю, и залез под стол, спустившись на колени, руками облокотившись на ноги Дазая, умоляюще глядя ему в глаза.

– Нет, Чуя... – Тихо произнёс шатен, вновь засовывая очередной кусок в рот. Когда Дазай доел, он ещё раз поблагодарил Чую, который так и не вылазил из-под стола.
– Ну Дазай...
– Я хочу пить... Срочно... – Дазай не мог принимать пищу, не запивая при этом спрайтом.
– Пить? Сейчас воды налью.
– Нет, – Осаму его остановил. – я не запиваю еду водой.
– А чем?
– Спрайт... Мне нужен спрайт...
– Ты так зависим от него?
– Да... У меня его полно...
– Тогда давай я зайду к тебе, и возьму? Только скажи где.
– Возле моей кровати есть тумбочка, самый нижний ящик. Возьми одну баночку и принеси мне, пожалуйста...
– Хорошо.

Накахара покинул свою комнату, направляясь в чужую. Он её открыл, и заметил Достоевского, который уже пришёл домой.

– О, ты вернулся? – Произнёс Чуя.
– Да. А где Дазай?
– Он у меня. Я заставил его поесть.
– О господи, зря ты его увёл. Он же сейчас будет молить принести тебя спрайт.
– Он уже чуть ли не плача умолял меня принести его. Вот я и пришёл.

Чуя подошёл к прикроватной тумбе, и открыл нижний ящик. Там было несколько баночек спрайта.

– Но Дазай запрещает открывать этот ящик. – Сказал Фёдор.
– Он мне разрешил взять одну баночку, потому-что мне кажется, что он сейчас умрёт. Неужели он от него так зависим? Будто бы это противоядие от смерти, которая может случиться после того, как он поел.
– Я всегда удивлялся этому... Ну, раз Дазай разрешил, то ладно.

Рыжик взял одну баночку, и из под неё выглянул знакомый тюбик с жидкостью, который он сюда принёс для Дазая. Он хитро улыбнулся, и закрыл другими баночками, чтобы спрятать. Брать он не стал, хотя хотел. Но у него своей полно, поэтому ни к чему брать у Дазая, которую он сам и принёс на случай, если они захотят это сделать когда будут здесь.
Накахара закрыл ящик обратно, и попрощавшись с Фёдором, покинул их комнату и пошёл в свою, к страдающему от обезвоживания Дазаю.