Семья?

Несколько недель спустя Мадонна и Олег стали почти неразлучны. Они проводили вместе всё свободное время, понимая друг друга с полуслова. Между ними была особая связь — глубокая, необъяснимая, почти мистическая. Они оба чувствовали это.

Ночи, наполненные страстью, только сблизили их. Мадонна привыкла просыпаться рядом с ним, слушать его голос, видеть, как он задумчиво улыбается, когда думает о чём-то своём. Она не торопилась давать определение их отношениям, но в глубине души уже чувствовала, что это больше, чем просто увлечение.

Но всё изменилось, когда появилась Катя.

Катя была давней подругой Олега. Он рассказывал о ней, но Мадонна не придавала этому значения, пока однажды не увидела их вместе. Они сидели в кафе, смеясь, наклоняясь друг к другу ближе, чем того требовало обычное общение. Олег смотрел на неё с тем же тёплым выражением, которое раньше было только для Мадонны.

Ревность вспыхнула в ней мгновенно.

— Кто она для тебя? — спросила Мадонна тем же вечером, стараясь сохранять спокойствие, но голос выдавал её.

— Катя? — удивился Олег. — Мы с ней друзья, ты же знаешь.

— Друзья? — Она скрестила руки на груди. — Ты так смотришь на неё…

Олег вздохнул.

— Мадонна, ты серьёзно? Между нами ничего нет.

Но её уже захлестнули эмоции. Она не привыкла делить то, что считала своим. И главное — она впервые осознала, насколько сильно он ей дорог.

Мадонна понимала, что её охватывает ревность, но ничего не могла с этим поделать. Итальянцы всегда были вспыльчивыми и эмоциональными, и она не была исключением.

— Олег, я не слепая! — вспылила она, резко вскидывая руки. — Ты смотришь на неё не так, как на других!

Олег устало потер переносицу, пытаясь сохранить спокойствие.

— Мадонна, это бред. Катя — просто друг. Мы с ней знакомы много лет.

— О, конечно! — усмехнулась она, её голос был полон сарказма. — «Просто друг», с которой ты мило шепчешься в кафе, пока я жду тебя дома!

— Ты ведёшь себя неадекватно, — тихо сказал он, глядя на неё пристально.

Это только подлило масла в огонь.

— Ах, неадекватно?! — Мадонна сделала шаг вперёд, её глаза сверкали. — Может, ты хочешь, чтобы я вообще не задавала вопросов, да? Чтобы сидела тихо и улыбалась, пока твоя «подруга» виснет у тебя на шее?

Олег тяжело выдохнул.

— Я хочу, чтобы ты мне доверяла.

— А я хочу не чувствовать себя дурой!

Наступила тишина. Оба смотрели друг на друга, словно два бойца на ринге, каждый ждал следующего удара.

— Ты преувеличиваешь, — наконец сказал Олег, но голос его звучал мягче.

— Возможно, — выдохнула Мадонна, сжимая кулаки. — Но я не умею по-другому. Я итальянка, Олег. Если я люблю, то всем сердцем. Если злюсь — то по-настоящему.

Он смотрел на неё несколько секунд, затем вдруг улыбнулся.

— Вот за это я тебя и люблю.

Мадонна моргнула.

— Что?

Олег лишь подошёл ближе, обнял её и прошептал:

— Я сказал, что люблю тебя. Даже когда ты хочешь меня убить.

Она замерла, её сердце бешено заколотилось. А затем, забыв обо всём, что только что говорила, она просто поцеловала его.

Мадонна вспыхнула ещё сильнее. Слова Олега сбили её с толку, но злость никуда не ушла. Она сжала кулаки и со всей силы ударила его в плечо.

— Ты бесишь меня! — выпалила она, сжимая губы.

Олег даже не шелохнулся. Он лишь усмехнулся — для него её удар был лёгким прикосновением. В конце концов, она была миниатюрнее, чем он, и никакого вреда нанести не могла.

— Ты что, серьёзно пытаешься меня избить? — с иронией спросил он, склонив голову набок.

Это разозлило её ещё больше.

— А если да?! — вспыхнула Мадонна, собираясь ударить его снова.

Но в этот раз Олег не стал ждать. Он молча шагнул ближе, схватил её за талию и, прежде чем она успела опомниться, легко поднял её в воздух.

— Олег! — воскликнула она, инстинктивно цепляясь за его плечи.

Но он не слушал. Спокойно и уверенно усадил её на стол, оказавшись совсем рядом. Их взгляды встретились — её глаза горели от эмоций, а его были полны сдержанной решимости.

— Теперь ты успокоишься? — тихо, но твёрдо спросил он.

Мадонна всё ещё тяжело дышала, её пальцы сжались на его рубашке. Она не знала, что больше ощущала в этот момент — ярость или нечто совсем другое, более опасное.

— Ты… — её голос дрогнул.

— Я. — Олег улыбнулся, проводя ладонью по её бедру. — И ты сейчас либо снова попытаешься меня ударить, либо…

Мадонна впилась в его губы, забыв обо всём на свете.

Олег терпеливо смотрел на неё, его взгляд был спокойным, но в нём таилось что-то опасное, что только сильнее разжигало её злость. Мадонна тяжело дышала, её сердце бешено колотилось. Она всё ещё кипела от ревности, и эта смесь гнева и желания доводила её до грани.

— Ты… — её голос был дрожащим, но в нём звучала угроза.

— Я, — спокойно ответил он, всё ещё держа её плотно прижатой к себе.

Она стиснула зубы, цепляясь за его рубашку, а потом, приблизившись к самому уху, прошептала, обжигая кожу дыханием:

— Ещё раз увижу её, убью тебя… а её оставлю на десерт.

Олег усмехнулся, но в его глазах мелькнул огонь, словно эти слова только сильнее раззадорили его. Мадонна почувствовала, как его пальцы крепче сжали её талию, вжимая в себя.

Гнев превратился в нечто другое, более тягучее, более горячее. Она судорожно стянула с него рубашку, её руки дрожали не от слабости, а от нетерпения. Её поцелуи были голодными, требовательными, будто она хотела доказать ему, что он принадлежит только ей.

Олег позволял ей выплёскивать эмоции, но сам оставался хищником, который терпеливо ждал момента, чтобы взять контроль. Его губы нашли её шею, оставляя на коже горячие следы.

Мадонна впилась ногтями в его спину, запрокидывая голову назад.

— Мой, — выдохнула она, чуть слышно.

— Всегда, — ответил он, перед тем как окончательно раствориться в ней.

Они двигались в одном ритме, в их дыхании смешивались страсть, злость и что-то большее — чувство обладания друг другом. Всё было на грани, слишком остро, слишком глубоко, слишком необратимо.

Олег стиснул зубы, чувствуя, что уже близок к разрядке. Его пальцы сжимали её бедра, оставляя на коже горячие следы. Он был готов сорваться, готов полностью раствориться в этом моменте, но вдруг…

Мадонна резко отстранилась.

Её дыхание сбилось, губы опухли от поцелуев, волосы растрепались, но в глазах плясала искра чистого триумфа. Она посмотрела на него снизу вверх, едва прикасаясь пальцами к его груди, чуть наклонила голову и прошептала:

— Это наказание, Шепс.

Олег замер, его грудь тяжело вздымалась. Он прищурился, осознавая, что только что произошло.

— Что? — голос его был низким, с хрипотцой.

Мадонна лишь ухмыльнулась, лениво проведя ногтем по его ключице.

— Наказание. За Катю.

Олег провёл языком по губам, борясь с желанием схватить её обратно и заставить забыть про её дерзость. Он знал, что она играет с огнём, но и она знала, что этим огнём он не обожжётся — он ответит тем же.

— Ты только что сделала самую большую ошибку, — медленно сказал он, его голос был пропитан угрозой, но глаза горели возбуждением.

Мадонна усмехнулась.

— Докажи.

Она знала, что это война. И знала, что проиграть не боится.

Мадонна грациозно слезла со стола, проведя ладонью по груди Олега, оставляя на его коже едва ощутимый след своего тепла. Она знала, что делает. Знала, как безумно довела его.

Олег смотрел на неё с прищуром, его дыхание было тяжелым, а руки всё ещё сжимались в кулаки от желания схватить её обратно.

Но она лишь улыбнулась — дерзко, с вызовом — и, не говоря ни слова, развернулась и ушла в ванную.

Как только за ней захлопнулась дверь, она быстро повернула замок, прислонилась к прохладной плитке и глубоко вдохнула. Её сердце всё ещё бешено колотилось. Она не могла объяснить, что её больше заводило — сама игра или то, как Олег на неё смотрел.

«Наказание, Шепс», — с этими мыслями она медленно опустила бретельку своего топа, обнажая ровно столько, чтобы разжечь ещё больше огня.

Сделав снимок, она посмотрела на него, прикусила губу и, не раздумывая, отправила Олегу.

Прошло ровно три секунды, прежде чем за дверью послышался его голос:

— Открывай.

Мадонна усмехнулась.

— Нет.

Тишина.

Затем она услышала, как он тихо выдохнул, будто пытаясь сдержаться.

— Ты ведь понимаешь, что я сломаю эту дверь?

Она посмотрела на экран, где уже появилось новое сообщение от него:

«Играешь с огнём, Рендал. Ты знаешь, что будет, когда я тебя поймаю?»

Мадонна усмехнулась, пальцами скользнув по губам.

— Посмотрим, кто кого поймает, — прошептала она сама себе, готовясь к тому, что будет дальше.

Мадонна вышла из ванной, будто ничего не случилось. Она поправила халат, прошла в комнату лёгкой походкой и, не глядя на Олега, легла рядом.

Олег уже лежал на кровати, раскинувшись, наблюдая за ней из-под полуопущенных ресниц. Она чувствовала его взгляд, но не торопилась реагировать. Просто молча взяла телефон и начала листать ленту, полностью игнорируя его присутствие.

Тишина затянулась. Олег не двигался, но напряжение в комнате стало ощутимым.

— Серьёзно? — наконец проронил он, чуть повернув голову.

— М? — безразлично отозвалась она, продолжая делать вид, что увлечена экраном.

Он провёл ладонью по её бедру, чуть сжимая, проверяя её реакцию.

— Ты что, решила меня наказать?

— Уже наказала, — напомнила она с ленивой усмешкой, не отрывая глаз от телефона.

Олег тихо выдохнул, его пальцы скользнули выше, но прежде чем он успел что-то сделать, она резко повернула голову и, прищурившись, спросила:

— Ты что, домогаешься, Шепс?

Он замер.

На секунду повисла тишина, затем он громко рассмеялся, закрыв лицо рукой.

— Ты же сама… — начал он, но Мадонна лишь пожала плечами.

— Сама что? Я тут сижу, никого не трогаю, — её голос был настолько невинным, что это только больше его заводило.

Олег наклонился ближе, скользнув губами по её шее.

— Хорошо. Ты победила, — прошептал он, но его голос был полон обещания. — Пока.

Она улыбнулась, зная, что это ещё не конец их игры.

Мадонна продолжала смотреть в телефон, но уголки её губ предательски дрогнули. Она чувствовала, как Олег смотрит на неё, как в его взгляде плещется азарт. Он терпеливо ждал, но она знала — долго он не выдержит.

Играя на грани, она лениво потянулась, будто невзначай задевая его плечо, затем, словно что-то вспомнив, выключила телефон, перевернулась на живот и закинула ногу на него.

— Удобно лежишь, Шепс? — невинно спросила она, глядя на него снизу вверх.

Олег прищурился.

— Пока да.

Мадонна улыбнулась, будто размышляя над его словами. Потом резко перекатилась на него, оказываясь верхом.

— А так? — с лёгким смехом спросила она, опираясь ладонями на его грудь.

Олег ухмыльнулся, сжимая её талию.

— Очень даже неплохо.

Она наклонилась ближе, их губы были всего в нескольких сантиметрах.

— Ты всё ещё зол? — прошептала она, проводя пальцем по его ключице.

— Думаю, да, — его голос был низким, почти рычащим.

— Ой, ну надо же, — рассмеялась она, чуть покачивая бёдрами, будто невзначай.

Олег резко сжал её сильнее, заставляя её замереть. В глазах его вспыхнуло нечто тёмное, голодное.

— Ты правда хочешь продолжать эту игру, Рендал?

Мадонна прикусила губу, делая вид, что задумалась.

— А почему бы и нет? — её голос был лёгким, но она уже знала, что загнала себя в угол.

Олег усмехнулся, чуть приподнимаясь, пока их губы не соприкоснулись.

— Тогда будь готова проиграть.

Резкий стук в дверь заставил их замереть.

Олег тихо выругался, прикрыв глаза и глубоко вздохнув, пытаясь взять себя в руки. Мадонна, всё ещё сидя на нём, рассеянно поправила халат, бросив взгляд в сторону двери.

— Чёрт, кто там? — недовольно пробормотал Олег, глядя на неё снизу вверх.

Мадонна ухмыльнулась.

— Уж точно не судьба, Шепс.

Стук повторился, на этот раз громче и настойчивее.

— Ладно, ладно, — с неохотой сказала она, соскальзывая с него.

Олег провёл руками по лицу, борясь с раздражением, пока Мадонна направлялась к двери.

Как только она её открыла, на пороге стояла Арабелла — высокая, красивая, как всегда идеально собранная, но сейчас с явным выражением раздражения на лице.

— Ари, ты не вовремя, — сказала Мадонна, поправляя одежду и делая невинное лицо.

Арабелла молча скользнула взглядом по её взлохмаченным волосам, прищурилась, затем перевела взгляд на Олега, который появился в дверном проёме, всё ещё явно недовольный этим внезапным визитом.

Несколько секунд она просто смотрела на него, затем театрально вздохнула и внезапно, резко выдала:

— Да блять ты нахуй.

Мадонна прыснула от смеха, прикрывая рот рукой.

Олег приподнял бровь, даже не удивившись.

Арабелла лишь показала рукой в его сторону, будто хотела сказать: «Ты мне надоел, но я слишком устала, чтобы объяснять почему», развернулась и вышла из квартиры, хлопнув дверью.

Мадонна покачала головой, всё ещё посмеиваясь.

— Кажется, ты ей не особо понравился, — сказала она, оборачиваясь к Олегу.

Олег только вздохнул, опираясь на косяк двери.

— Сестринская любовь, да?

— Что-то типа того, — усмехнулась Мадонна, подходя ближе.

— Надо было не открывать, — пробормотал он, обхватывая её за талию.

— Кто ж знал, что она ворвётся с такой страстью, — хихикнула она.

Олег покачал головой.

— Напомни мне, в следующий раз запереть дверь на все замки.