Глава 1
Алиса привыкла к одиночеству.
Она не считала его чем-то плохим — скорее, просто особенностью своей жизни. Тишина была для неё естественной средой. В детстве она часами сидела в углу комнаты с книжкой в руках, пока мама суетилась на кухне, а телевизор играл на фоне. С возрастом мало что изменилось: книги остались её главными друзьями, а в людях она так и не научилась находить себя.
Сейчас Алисе было двадцать, и она училась на третьем курсе филологического факультета.
Когда-то она мечтала уехать из родного города. Не потому, что он был плох, а потому, что хотела быть дальше от матери. Не в том смысле, чтобы разорвать отношения — просто жить отдельно, в своём ритме, без лишнего давления.
Мама любила её, но была человеком строгих взглядов. Она не понимала замкнутости дочери, постоянно подталкивала её к общению, говорила, что в жизни важны связи, дружба, активность. Но Алиса была другой.
Она не умела легко находить общий язык с людьми. В новых знакомствах чувствовала себя неловко, не знала, о чём говорить, смущалась и предпочитала молчать. Но если кто-то становился ей действительно близким, она могла говорить часами, делиться мыслями, обсуждать книги, философию, мечты.
Просто таких людей в её жизни почти не было.
Когда Алисе было шесть, отец ушёл.
Она не помнила подробностей — только обрывки сцен. Громкие голоса за стеной. Мамины слёзы. Хлопок двери.
Поначалу она не осознавала, что это навсегда. Она ждала. Смотрела в окно, прислушивалась к шагам в подъезде, думала, что однажды он вернётся.
Но этого не произошло.
Мама никогда не говорила о нём. Просто вычеркнула его из жизни.
Сначала Алиса пыталась спрашивать, но со временем поняла, что лучше не поднимать эту тему.
В детском саду другие дети говорили: «А где твой папа?», «Почему он вас бросил?» Алиса не знала, как отвечать. Она только пожимала плечами, отворачивалась.
В школе стало проще, потому что люди привыкли.
Она росла тихим, незаметным ребёнком. Сидела на задних партах, рисовала на полях тетрадей, читала книги в одиночестве.
Учителя хвалили её за успехи, но никто не звал гулять после уроков, никто не писал сообщения в мессенджеры.
Она не знала, что хуже: быть той, кого дразнят, или быть той, кого просто не замечают.
Но с годами привыкла.
Книги стали её убежищем. В них она могла найти друзей, которых не было в реальности, могла проживать чужие истории, теряться в словах и мирах.
Ещё был рисунок.
Когда эмоции становились слишком сильными, она брала карандаши и выплёскивала их на бумагу. Иногда это были люди, иногда — абстрактные линии, хаос, который вдруг складывался в форму.
С годами одиночество перестало пугать её.
Она поступила в университет в другом городе, чтобы наконец пожить отдельно. Её новая квартира была маленькой, но уютной. Здесь никто не заглядывал без стука, не осуждал её за молчаливость, не требовал быть другой.
Каждый день проходил одинаково: университет, библиотека, кафе с чашкой чая и книгой. Иногда она рисовала, теряясь в линиях и цветах, выплёскивая на бумагу свои эмоции.
Она не искала перемен.
Но они уже были на пороге.