Пролог
Главная идея теории информации заключается в том, что чем неожиданнее сама информация, тем она ценнее. То есть, если произошло событие, вероятность которого была высока, то для нас этот факт бесполезен. Но, с другой стороны, если происходит что-то невероятное, то мы можем узнать очень много нового. Получается, информация не только приобретает особую ценность, но и её самой гораздо больше.
История, которую я хочу рассказать, произошла, когда мне было 19 лет и я училась на 2 курсе института. Возможно, кому-то эти события покажутся ничем непримечательной рутиной учебных будней, но лично для меня эта ситуация стала моей душевной травмой. Воспоминания о ней всегда вызывают во мне негативные эмоции, при том очень яркие и болезненные. Долгое время я боялась этих образов, старалась затолкать их в самые далекие уголки сознания, но сегодня решила, что пора наконец преодолеть эту главу в своей жизни. Поэтому я расскажу вам всю историю от начала и до конца.
В центре моего повествования находится, так называемый, преподаватель по теории информации. Можно сказать, он лишь на бумажке вёл этот предмет. В институте появлялся крайне редко, поэтому приходил только на практики. Ну как сказать приходил... За полугодие он появился, от силы, на трёх занятиях. Да и они не несли никакой смысловой нагрузки. Я посетила только одно из них, самое первое.
Среда. 9 утра. Обычный день, обычная пара, но вот на пороге появляется наш новый преподаватель, и день обретает неожиданные очертания.
Не знаю, какую цель он преследовал, но его имидж выглядел комично. Это был мужчина лет 37, среднего роста. Своими пропорциями походил на шар на ножках и был облачен во всё черное. В одежде сквозил эпатаж, который вяз в засаленных кучерявых волосах и поношенной ткани. Любовь к странным вещам граничила с нежеланием следить за собой. Его одежду, в каком-то смысле можно было считать униформой — она никогда не сменялась и, полагаю, не стиралась. Несмотря на явные проплешины и залысины персонаж отрастил свои жиденькие рыжие волосы до длины каре. Полупрозрачная борода не скрывала нескольких подбородков. Рубашка с большими карманами всегда была сверху расстёгнута ниже самого глубокого декольте и имела помятый вид. В целом, весь преподаватель имел помятый вид. Штаны к нему крепились подтяжками, а затылок прикрывал котелок с большими как у панамы полями. Ботинки не отличались какой-то особой выразительностью - просто были старые и изношенные. А в качестве аксессуара использовался большой бесформенный саквояж. [Примечание: Преподаватель очень похож на Эмбера из сериала "Волшебники"]
Как таковой, практики по теории информации не было. Вместо этого, всю пару мы слушали различные рассуждения полулежащего в стуле препода о его жизни и специальности с, временами проскальзывающими, нотками неадекватности. С самого порога он заявил о том, что ненавидит выходить из дома, поэтому мы его прозвали Хикой [Примечание: термин "хикикомори" пришёл из Японии, он обозначает людей, которые не выходят из дома; сокращенная форма — "хикки"]. И, в течении занятия, он не раз возвращался к этой теме: "Я постоянно сижу дома. На улице солнце — мне пофиг! На улице снег — мне пофиг! А потом мне надо идти к студентам — и мне уже не пофиг!"
Раз в 15 минут Хика прикладывался к фляге. Мои "коллеги" недвусмысленно хихикали - всем было очевидно, что там.
Вообще, это было странное времяпрепровождение — будто какая-то пресс-конференция суперзвезды, которую из себя выпыживал недопреподаватель.
Что касалось нас с одногруппниками: во-первых, народу было не так много, а во-вторых, это тот редкий случай, когда никто практически не разговаривал - все были настолько впечатлены внешностью и повадками Хики, что, подобно исследователям или посетителям в зоопарке, завороженно наблюдали за ним.
Иногда мужчина пренеприятно ухмылялся и говорил весьма пугающие вещи, будто бы в шутку, но его голос и застывшая мимика настораживали: "Вот например, формулу E=mc2 можно написать на листе, напечатать на компьютере... ну, или вырезать ножом на лбу нерадивого студента... хе-хе-хе..." Посмеивался он в гробовой тишине. Конечно, никто не представлял себе Хику за подобными действиями, но атмосфера в воздухе витала специфическая.
Далее звучали вполне обыденные вопросы. После чего снова проскальзывало тревожное высказывание: "Я никого не убивал, не насиловал, хотя очень много раз хотелось..."
Под конец занятия Хика произнёс вопрос, словно вспомнив о своём предмете:
— Что такое информация, если говорить одним словом? Назовите синоним.
— Текст, — пробормотал кто-то.
Дальнейшие ответы одногруппников слились в безликий поток, подгоняемый преподавателем:
— Допустим, ещё?
— Данные?
— Продолжаем.
— Сведения.
— Ещё?
— Знания... факты... слова... символы... код...
Как такового, смысла в этой игре не было. Мы ждали, что Хика в какой-то момент объяснит, на какой ответ рассчитывает, но по факту, он просто проверял наше терпение. Суть этого занятия — как можно дольше перечислять синонимы, пока не психанешь и не скажешь, так называемое "стоп-слово" — "информация". Когда это слово прозвучало Хика равнодушно протянул: "Хм, 13... бывало и по-больше..."
После пары у всех осталось спорное впечатление относительно всего услышанного и увиденного. Одногруппники снисходительно посмеивались над Хикой. А у меня скопился неприятный осадок, который проскользнул по нервной системе колючим холодком и заставил мимолётно задуматься, что преподаватель походил на маньяка. Но эта ассоциация быстро забылась.
Следующие пары Хики я уже не посещала, потому как они не окупали времени и сил, потраченных на дорогу ранним утром в час пик. Да и, повторюсь, никто никогда не знал точно — придёт препод или нет. Впрочем, большая часть ИБ I-2б [Примечание: Название нашей группы, расшифровывается как Информационная безопасность I курс 2 группа бакалавриат] ни разу не побывала на этом мероприятии.
Но в отличии от практик, я постоянно посещала совместные с параллельной группой лекции по теории информации. Вёл их у нас Дедок с седой бородой и такими же седыми длинными волосами, прихваченными в низкий хвост. Одевался всегда официально - в классические костюмы, чистенькие, выглаженные, аккуратные. В общем, был полной противоположностью Хики. Лекции неизменно шли последними парами на шестом этаже. Дедку приходилось подниматься туда пешком, потому как лифта не было, и вести лекции не по своей специальности, а по предмету, который совершенно незнаком. Я искренне сочувствовала старенькому преподавателю, и решила, что раз он тратит своё время и силы, то есть смысл составлять ему в этом компанию. Мне было стыдно прогуливать его пары, поэтому я оказалась единственным человеком, кто приходил всегда.
Помню как-то раз задержалась у другого преподавателя с лабораторной работой. А потом, всё равно, решила пойти на лекцию. Бежала, сломя голову, из другого корпуса, а когда достигла кабинета, Дедок сообщил мне, что людей было слишком мало и он всех отпустил.
На следующей лекции одногруппники неустанно стенали: "Давайте не будем проводить пару! Отпустите нас домой! Уже так поздно! Мы хотим домой! Мы сами всё прочитаем!" Что в итоге Дедок оторвался от своих записей и очень расстроено спросил: "Вам что, настолько не хочется меня слушать?" Мне казалось, что ещё чуть-чуть и он расплачется от обиды. Но нарушители спокойствия, быстро оценив ситуацию, исправились: "Нет-нет! Что вы?! Мы просто шутим! Никто не хочет домой! Да, народ? Да?" Остальные согласно закивали и больше никогда уже не поднимали эту тему.
Все замечали, как непросто было Дедку на этих занятиях - он читал нам теорию по листочкам, временами путался в терминах, не мог найти нужную страницу. Когда же дело доходило до решения задач всё было настолько плохо, что ему помогали разобраться наши отличники. Например, с кодированием Хаффмана — Дедок никак не мог разобраться с составлением кодов из нулей и единиц, что по сути, являлось основой [Примечание: строится дерево, каждая ветка обозначается 0 или 1, в определенном порядке, затем с помощью этих веток получается код для каждого закодированного символа], по сравнению с теми понятиями и расчётами, которые превалировали в теории информации.
Если говорить о предмете в целом, то большую часть лекции занимали безумно громоздкие формулы из сумм логарифмов, интегралов с дробными пределами и их произведения. Конечно, были и темы, которые мы прекрасно знали. В основном - из алгебры логики. Но это было, скорее, исключение.
Я же, не смотря на унылую атмосферу, время от времени старалась концентрироваться на теме, записывала те или иные термины, в надежде, что они в будущем как-то помогут. Забегая вперёд, скажу — ничего они мне не дали!
Конечно, надо признать, я быстро теряла интерес к монотонной лекции по теории информации и переставала слушать. Дело было в том, что не смотря на моё стремление разобраться и весь энтузиазм, я совершенно ничего не понимала, а огромные формулы с бесчисленными переменными сливались в один нескончаемый поток.
На остальных занятиях я всегда находилась в компании подруги, пусть будет Сова, и её парня - Филина, соответственно. Мы конспектировали скучные лекции, негодовали из-за неточных результатов на практиках, пугались неожиданных контрольных и выполняли все домашки коллективно — то в кафетерии между парами, то онлайн из дома.
В таком круговороте дел, незаметно подкралась зачётная неделя.