Сумрачная кровь

«Безумие и хаос нельзя привести к порядку и логичности. Можно лишь найти баланс, чтобы аккуратно лавировать между ними и не сходить с ума»

Кэтрин выбежала в коридор. Сердце бешено колотилось и казалось, будто оно сейчас выпрыгнет у неё из груди.
Девушке совсем ненадолго стало казаться, что она увидела его истинное лицо. Но нет, вот оно. Высокомерие и предубеждение.

Она остановилась, пытаясь сориентироваться в лабиринте лестниц и коридоров здания. Облокотившись о стену, она услышала как открывается дверь. Рывок вперед. Ох, как Кэтрин не хотелось видеть этого человека сейчас! Она отталкивается от стены и бежит. На глаза постоянно попадаются потолки, что во фресках. В основном на фресках изображено небо, ангелы, и охотники уничтожающие демонов. Как такое сокровище могло все это время скрываться от глаз человечества? Кэтрин очень хотела бы остановиться, присмотреться, прикоснуться к тому с чем она столкнулась. Она хотела попробовать это понять. Возможно, так успокоение пришло бы к ней быстрее. Мимолетная надежда, к сожалению, ускользнула. Кэтрин сейчас некогда любоваться всем этим творчеством охотников. Она продолжала бежать и все наипрекраснейшие фрески смазывались в нечто фатальное и расплывчатое.

Кэтс добежала до лестницы. Чувства прильнули к ней волной прожигающей боли. В голове лишь и крутился этот диалог. Как все таки это было возмутительно! И вечная проблема в том, что она решительно не умела сдерживать слезы, и они посыпались из ее уставших и голубых, словно небо, глаз. Она продолжала бежать, спотыкаясь на лестнице, из-за слез все было смутно видно и из-за этого на последних ступеньках она почувствовала как ее нога слетает и оказывается в воздухе. Именно это ужасное мгновение когда ты словно летишь, словно растворяешься в воздухе перед тем как снова упасть на землю и снова почувствовать боль. Момент неизвестности. Девушка успела уже представить и почувствовать боль падения, как рядом оказался Эдриан. Она не помнила как это случилось, но сейчас стояла нависши над лестницой и Эдриан держал ее одной рукой за талию, а другой за плечи, прижавши ее крепко-крепко к себе. Он сомкнул свои объятия так сильно, что Кэтрин стало трудно дышать. По всему телу стал разливаться жар, но в тоже время оно налилось свинцом от страха падения и чувств, что она старалась таить глубоко в своей душе, и, что хлынули из неё бурным потоком. Из глаз брызнул новый поток горячих слез от обиды и отчаяния. Отчаяния от того, что самое страшное сейчас случилось. И, отнюдь, это было не паление с лестницы. Девушка постаралась вырваться, пытаясь отцепить его руки от своего тела. Но все было тщетно. Он держал ее мертвой хваткой, так как Кэтрин все еще могла упасть, это было под его контролем, в его руках, но по-видимому в его голове и не пробежал отблеск мысли отпустить ее. Она махнула рукой в ярости, пытаясь ударить Эдриана и тут же ее ослепил свет, что взялся из ниоткуда. И она немного успокоилась. Закрыла глаза и сделала несколько глубоких вздохов. Она устала бороться.

— Тише, — сумел прислонить свою голову к ее шее и шепнуть на ухо, хотя девушка мотала головой, отчаянно и безрезультатно пытаясь вырваться.

Что было странно, так то что она так быстро успокоилась после неясной вспышки света. Как будто бушевавшая энергия от обиды в ней ранее резко выплеснулась. Кэтрин откинула голову назад, неосознанно положив ее на плечо парня. Они медленно, одновременно делая небольшие шаги отошли от края лестницы. Девушка и не думала сейчас его прощать или даже разговаривать с ним. В мыслях она все ещё готова была его бесконечно бранить всеми словами, что могут хоть как-то оскорбить человека. Она уже спланировала, что как только он ослабит хватку или отпустит ее, то снова побежит и на этот раз до конца. Безусловно Эдриан быстрее неё, но попытаться всегда можно. Кэтрин была настроена весьма решительно.

— Все? Успокоилась? — он медленно отпускает девушку.
— Да, конечно, я и была спокойна, — лукаво ухмыльнувшись тихо произнесла она и резко побежала вперёд, уходя в отрыв от парня и желая растянуть расстояние между ними настолько, насколько это было возможно.

Не останавливаясь и набирая скорость она мельком оглянулась. Как она и предполагала, как и задумывалось, он просто стоял и смотрел ей вслед. Но все же, парень не был удивлён. Эдриан просто стоял обессиливши, и тяжело вздохнув, медленными и уверенными шагами пошёл к выходу за девушкой.

Она выбежала на улицу и на мгновение остановилась. Кэтрин смотрела на море, такое тихое и безмятежное, манящее. И она пошла к нему. Девушка уже не бежала и ее сердце не выпрыгивало из груди, аккуратно наступая в рассыпчатый песок и чувствуя буквально каждую песчинку, она шла к морю.

Девушка приземлилась на колени рядом с волнами, омывающими белые пески. Сделала несколько глубоких вздохов и немного отползая от воды легла на песок. Ее все ещё переполняли чувства, боль и ярость, в которых она, конечно, была не силах разобраться. Слезы давно перестали течь, но горькая злость была рядом все время, хоть море и придавало спокойствия и безмятежности. Но, по всей видимости, этого было недостаточно.
Она смотрела в ясное небо. Это наверное, одна из самых прекрасных вещей, что можно созерцать. Все портилось со временем, но небо было вечным. Закаты и рассветы, хмурое и серое небо, голубое, чистое. Небо всегда было прекрасно.
Кэтрин смотрела как солнце погружается в воду, разливая в пейзаже миллионы оттенков разных цветов: пурпурного, розового и оранжевого. Один цвет сменял другой как густые капли акварели на сыром листе.

Пролежав так несколько минут она наблюдала темное, почти чёрное небо со звездами. Они были такими далекими, но в то же время казалось, что можно дотянуться до них всего лишь слегка подняв руку. Они были такими яркими, как капельки белой краски на черном холсте. Все это было так поэтично.

Разговор с Эдрианом до сих пор вертелся в голове, сводя с ума девушку. Но звезды и тихий шум волн подарили ей часть своей безмятежности и все отходило на второй план. Все проблемы, ссоры и кошмары, что явно не будут давать спать по ночам.
Она услышала легкие приближающиеся шаги. И никто кроме Эдриана не мог прийти сюда сейчас. И придя, он, последовав её примеру, лег рядом на мягкий песок так близко, что они слегка касались плечами.
— Извини. Я...просто трудно себя сдерживать. Меня никто не жалел когда убили моих родителей. Это все возвращает меня в то ужасно тяжелое время. Я тоже не спал по ночам из-за кошмаров, и, если честно, то они и сейчас меня мучают. Меня спасала лишь Мишель. Я знаю, что все это не оправдание, но мне тоже не легко. И кем бы я не был, охотником или кем-то еще, я все ещё человек, — тихо и соразмерно проговорил он. Кэтрин молчала. Даже не знала, не хочет ли с ним говорить или не знает что сказать. Тогда Эдриан продолжил, — не игнорируй меня, Кэтрин, — он на мгновение запнулся, —пожалуйста.

— Теперь я поняла твою странность, а точнее почему так происходит. Не надо. Не жалей меня. Но и не отыгрывайся на мне. Я не могу разобрать, то что происходит: в кафе ты открыто флиртовал, в машине и вовсе была несколько интимная и напряженная, по крайней мере, для меня обстановка. А затем ты срываешься на меня. Я не понимаю. Ничего. Абсолютно. Знаешь, - последние предложения она проговаривала, делая явный акцент на каждом слове, - мне вполне хватает неведения о смерти родителей, хватает шока о том, что я узнала за пару дней, я не хочу разбираться в отношениях, которые наверняка еще более запутанны. И, к тому же, ничего не значат.
— Я хотел бы тебе объяснить, рассказать... но... — парень замолчал. И это было очевидно, в любом случае для Кэтрин, ведь она знала насколько бывает тяжело открыться кому-то. Или чувствуя такую боль, выдавливать из себя слова, помимо грустных вздохов.
— Расскажи мне о них. Все нормально. Если тебе нужно это, если ты все таки хочешь выпустить эту боль наружу, то скажи мне об этом. Но если нет... то не стоит себя заставлять, — Кэтс уже совсем не чувствовала злости, она всегда знала, что каждый может вести борьбу, о которой ты можешь ничего не знать. Может она и не была зла на парня, но обида яростно и решительно вырвалась наружу. Осадок все ещё никуда не делся. И от этого девушка была весьма удивлена своей хладнокровности, тому, что она разговаривает с ним совершенно спокойно, даже без малейшей тени горечи или язвительности.
— Я не хочу казаться глупым подростком в твоих глазах, — смутился он на мгновение, парень понимал чего на самом деле он боялся.
— Ты же знаешь, что не будешь им казаться, у всех бывают трудные времена. К тому же, я переживаю почти тоже самое.
Парень какое-то время молчал, собираясь с мыслями и решая стоит ли рассказывать этой особе хоть что-то. Но все же продолжил разговор, несмотря на собственное смятение.
— Мишель, моя младшая сестра, хоть она и младше меня, работает она больше, — медленно начал он рассказ своей истории, — Она полностью загружена сейчас. И становимся мы братом и сестрой лишь когда убиваем демонов, когда приходится драться плечом к плечу и спасать друг друга сотню раз снова и снова. Ты наверно не знаешь, что моих родителей убили так же, как и твоих. Только их прибило к пляжу около Акрополя, так я и Мишель, ещё детьми их и обнаружили, — добавил он, — Мы мало общаемся с Мишель, по началу я делал все, чтобы сохранить семью, но попытки были слишком хрупкими чтобы держаться долго. Мишель оставляет стресс в работе, ну или хотя бы старается это делать. А я выплескиваю ярость и злость, которые остаются с проваленных семейных ужинов в убийствах демонов. За долгое время ничего не изменилось. Дни были слишком схожи, что превратились в серую рутину, что было так маловероятно в нашей жизни.

— Я... я понимаю тебя, наверно... — больше ей нечего сказать. Девушка была очень растерена сейчас. Ей было очень больно, конечно, потерять родителей вот так было ужасно больно, но на самом деле она не совсем понимала Эдриана. Она не могла даже представить, что они чувствовали тогда. Два подростка, что решили провести свободное время на пляже, брат и сестра, приходят туда и обнаруживают там это. Это ужасно. К тому же, девушка была единственным ребенком в семье и не представляла какого это. Какого брать ответственность за другого человека и переживать за него как за себя.
Она вытянула ноги, они слегка затекли.

— Можно я сделаю кое-что? Только не осуждай меня.  Я знаю насколько это глупо. Может разрушу и обстановку, и отношения, которые меньше минуты назад стали нормальными. Но думаю, что решившись сделать это, я сделаю правильно, — с тяжестью вымолвил он.
Кэтрин ничего не поняла. Нет, не испугалась, не сейчас. Даже не могла помыслить, что можно ожидать от него в этот момент.

Он отвел взгляд от луны и прожег им ярко синие глаза девушки. Эдриан плавно поднял руку и легко коснулся ей черных как смоль волос Кэтс. Затем его тонкие холодные пальцы пробежались по ее щеке, по скуле и медленно забрались на затылок. Она застыла в полном недоумении, не находя в себе сил что-то сказать или сделать. О, это было явной неожиданностью.
И на свое же удивление Кэтрин спокойно сидела, смотрела на его руку и временами в его нефритовые глаза, которые сейчас приобрели цвет глубин моря в слабом свете луны, выглядывающей из облаков. С ее спутанных волос медленно спадали песчинки, то и дело приятно щекоча плечи.
Он приблизился к девушке и она почувствовала неровное дыхание. Затем Эдриан стал еще ближе и бледные прохладные губы коснулись ее щеки, прямо рядом с уголком губ. Это был такой нежный, аккуратный и неуверенный поцелуй. Лишь спустя несколько секунд она осознала ситуацию. В ее голове не укладывалось ровным счетом ничего. Она не могла признать, что этот парень, к которому ещё утром она относилась с недоверием сейчас так близко к ней и так нежно целует ее. Эдриан, почувствовав легкий укол совести, решил признаться, - наверное, все слова, что я тебе сказал... эмоции, в том числе и негативные, были спровоцированы этим. Мне жаль, правда жаль, что я так себя повел, ведь на самом деле ты сразу привлекла мое внимание. Но я хотел воспротивиться этому желанию, а теперь... теперь это так глупо, это действительно кажется мне невообразимо глупым, - парень еле слышно шептал эти слова, находясь к девушке непозволительно близко.
Кэтрин невольно положила руку на его плечо, затем провела ей и почувствовав пульс на шее на мгновение остановилась, а потом зарылась своими тонкими прохладными пальцами в его светлые кудри. Но потом... отдалилась от него.
Еле заметно покачивая головой, она прошептала, — я даже не знаю забыть об этом или продолжить...
- Это нормально, — ответил парень мягко, — лучше забыть, — потом фыркнул он, снова входя в свою роль, — но я бы, конечно, повторил.
— Кто бы сомневался... — проворчала Кэтс, даже не совсем понимая к чему это относится: к его флирту или поцелую. Но девушка решила поступить немного мудрее и перевела тему, — ты любишь звезды? Смотреть на них... я могу делать это часами... — спохватилась она.
— Скажи лучше мне, как не любить звезды можно.
- Ох, у нас даже есть что-то общее. Мистер, вы меня поразили! - наигранно воскликнула она и всплеснула руками.

Девушка снова легла на влажный песок пляжа и устремила свой взгляд в густую темноту сквозь которую пробивался свет звёзд.
Все так странно, потому что просто. Поругались - поговорили. Поцеловал - перевели тему или продолжили. Одним словом, никаких сомнений или недопониманий. Люди любят простые вещи. Наверное они просто не могут или не хотят воспринимать сложные. Сложные вещи для них даже не странны, они неведомы и непонятны. Но сейчас все было просто и слишком легко. Просто поцеловались, просто лежим в ночи, в тишине на белом мягком песке у моря.

— Уже далеко за полночь, возможно через час или два часа начнется рассвет, ночи довольно короткие, — спустя некоторое время нарушает тишину он — завтра надо будет много тренироваться и, скорее всего, решать уйму проблем.
Кэтрин тяжело поднялась и стала разглядывать луну и свет, что она отбрасывала на морскую гладь, - Не думаю, что и сейчас ночи будут короткими. Я даже уверена, что слишком длинными и тяжелыми, - прошептала она, вздыхая.
— Ты хотела бы тут остаться? — спросил он, тоже поднимаясь с песка.
— Если бы было можно... и если бы все было хоть немного понятнее.

Он опустил взгляд своих изумрудных глаз на пески пляжа и проскользил им по морю, добравшись до горизонта, — иногда жизнь отбирает простые радости. Простые счастливые моменты. И все люди запирают свое недолгое счастье в решетки календарей. Почему же не могут спокойно наслаждаться своей единственной жизнью. Обязательно все усложняют, при том, что не готовы воспринимать сложные вещи. Парадокс. Такое чувство, что это в крови у нас.
— Возможно так и есть, — Кэтс слегка пожала плечами, ощущая, что они наконец-то прекрасно понимают и чувствуют друг друга. Будто он знал о чем она думала и продолжил ее мысли.

Они недолго простояли в тишине и Эдриан слегка коснувшись плеча девушки, поманил ее за собой и медленно пошёл в сторону акрополя. И конечно же Кэтрин последовала за ним, старательно перебирая прядки шелковистых волос, чтобы избавить их от песчинок.