Часть 7
Дарья
В пятницу вечером я сижу напротив зеркала и доделываю макияж. До приезда папы и Юли остается всего двадцать минут. По квартире разносится мелодичный голос мужчины, поющего про неразделенную любовь, а мои мысли возвращаются во вчерашний день. Я пытаюсь найти оправдание Кирилла поступкам. Я знаю, что неидеальна, веду себя иногда капризно, но я отношусь к нему с заботой и уважением, считаюсь с его чувствами и желаниями и взамен хочу того же.
Утром я почти молча приготовила нам завтрак и уехала на учебу. Меня не покидало ощущение, что я больше не вернусь в его квартиру.
Встав перед зеркалом, я молча хвалю себя за проделанную работу: легкие кудряшки с небольшим объемом у корней головы придают образу романтичный вид, тонкие черные стрелки, подчеркивают мои глаза, а темно-коричневая матовая помада — мои губы, черное атласное платье длиной чуть выше щиколотки и с утонченным вырезом на левом бедре выделяет мои ноги, а V-образный вырез зрительно удлиняет шею.
Я снимаю из левого ухо сережку-колечко и вставляю кафы в виде крыла птицы. Закрытые туфли на каблуке я забираю с собой, а массивный черный пиджак накидываю на плечи.
Мы подъезжаем к территории дома, огороженной высоким темно-серым забором. Зайдя внутрь, перед нами открывается вид на двухэтажный черно-белый дом с панорамными окнами и плоской крышей. Его фасад украшен гирляндами, что придает атмосферу праздника. Проход до входа сделан из плоской плитки и идти по ней на клубах одно удовольствие.
У самой входной двери в окнах, мы замечаем уже приехавших гостей, одетых в черное.
— Если бы ты не сказал, про дресс-код, я подумала, что мы приехали на поминки, а не на день рождения, — шепотом говорю я отцу.
— Дочь, ну какие поминки? — он не сдерживает улыбку. — Пожалуйста, не скажи это имениннику и гостям.
— Хорошо, — мы втроем улыбаемся, и папа звонит в дверь. Жаль, Антошка еще маленький и не может посещать такие мероприятия. Через пару секунд входная дверь открывается и перед нами стоит приятная женщина лет сорока, одетая в черное платье-футляр и прямыми светло-пшеничными волосами до плеч.
— Андрей, Юля, как я рада вас видеть, — громко говорит она и целует их по очереди. — Это, наверное, Дарья?
— Да, Соня, это — моя дочь.
— Какая красивая девушка, — она наклоняется ко мне и целует в щеку, от нее вкусно пахнет корицей. — Рада познакомиться.
— И я тоже.... — я смотрю сначала на папу, потом на женщину.
— Что это я? Меня зовут София Леонидовна, для тебя просто София.
— Хорошо, София.
— Андрюха, — раздается голос за спиной Софии и появляется солидный мужчина. Я сразу в нем узнаю дядю Диму, он почти не изменился, только с волос ушли кудряшки и в бороде виднеются седые волосы. — Рад, что ты приехал.
— Да, я тоже рад. С Днем Рождения! — они обнимаются.
— Спасибо, спасибо. Юля, привет.
— Привет, — мягко отвечает она.
— Посмотрите, кто тут? — внимание дяди Димы обращается на меня. — Дашка, как выросла, как похорошела.
— Здравствуйте, дядя Дима. С Днем Рождения.
— Спасибо, иди обниму, — я поддаюсь в объятия этого мужчины.
— Заходите в дом, на улице стоять зимой, — говорит София.
Внутри дома также красиво и элегантно, как и снаружи. С нами знакомятся неизвестные мне мужчины и женщины. Я улыбаюсь и вежливо приветствую людей. Папа с дядей Димой быстро исчезают в толпе, и я остаюсь наедине с Юлей и Софией.
— Даша, сколько о тебе слышала, но не разу не видела, — оживлено говорит София Леонидовна, подходя ко мне ближе. — Ты так похоже на отца. Жених то, наверное, у тебя уже есть?
— Спасибо, — я любезно улыбаюсь и пытаюсь игнорировать вопрос.
— Соня, как красиво все организовано, столько еды и еще барную стойку сделали, — Юлю перетягивает разговор на себя, за что я ей благодарна. Я не люблю пристальное внимание людей, активно вмешивающихся в мою жизнь со своими вопросами. — Наверное, столько сил на это ушло?
— И не говори, Юль. Все учесть, организовать, нанять. Спасибо Лене — моей подруге. Ты не представляешь, как она мне помогла, — женщина показывает вдаль, где стоят две дамы. — Пойдем я тебя познакомлю?
— Конечно, пошли.
— Даша, — обращается ко мне София. — Пойдешь с нами?
— Спасибо, я присоединюсь к вам позже. Очень хочется пить.
— Хорошо. Пей все, что хочешь, — она берет Юлю под руку и напоследок говорит. — Рома тебе подскажет.
Как только София Леонидовна отворачивается, я успеваю послать воздушных поцелую Юле за эту жертву, на что она искренне мне улыбается.
Серая импровизационная барная стойка с коричневой столешницей располагается с левой стороны от входа в гостиную. Дизайн барной стойки выполнен в стиле минимализм с использованием стекла, металла и четких линий. Белый цвет подсветки создает иллюзию пространства и чистоты, а массивная навесная полка с большим количеством зеленой травы, располагающаяся по центру — уюта и комфорта.
Я снимаю свой пиджак и вешаю его на спинку высокого стула. Присев в пол-оборота, мне открывается прекрасный вид на всех присутствующих в помещении.
— Что будете пить? — по ту сторону барной стойки стоит светловолосый парень, с убранными в низкий пучок волосами. Его белая рубашка подчеркивает подкаченные руки, а черная бабочка добавляет нотку элегантности в его образ.
— Что-нибудь освежающее, желательно с мятой и лаймом, — я вежливо улыбаюсь.
— Я вас понял, — через пару минут передо мной стоит коктейль, и я жадно делаю первый глоток. — Забыл спросить, а вам есть восемнадцать?
— Роман, сначала спрашивают, а потом наливают, — смешок сам вырывается с моих губ. — Но мне есть восемнадцать.
— Вам не, кажется, что это нечестно?
— Нечестно? — удивленно приподнимаю бровь.
— Вы знаете мое имя, а я ваше нет, — в его глазах мелькает игривость.
— Даша, — я выдерживаю зрительный контакт, — и можно на ты.
— Приятно познакомиться, Даша.
— И мне, — в этот момент подходит седой мужчина лет шестидесяти в черном смокинге в полоску, и делает заказ.
— Позволь узнать, Даша, ты тут одна? — окликает меня бармен. А я замечаю, что он стал больше времени проводить рядом.
— Нет, приехала с папой и его женой, — приятный вкус напитка невероятно бодрит и расслабляет. — Мой папа и дядя Дима друзья.
— Значит, дядя Дима? — смеется он.
— Именно, — я пожимаю плечами.
— Какие планы у тебя на этот вечер? — Рома берет полотенце и протирает приборы.
— Да, особо никаких. Побуду еще часика два и поеду, — мой коктейль почти заканчивается. — А до тех пор буду сидеть тут и мозолить тебе глаза.
— Этот вечер становится все лучше и лучше, — он подмигивает мне. — Сделать второй?
— О, да, пожалуйста.
Пока Рома занят делом, я могу рассмотреть весь интерьер первого этажа. Он выполнен в светло-коричневых оттенках в сочетании с белыми элементами, что делает пространство еще более свободным. Вдали стоит камин и над ним висят фотографии, но с моего расстояние, мне не удается разглядеть, что на них запечатлено.
В незнакомых гостях нахожу отца, стоящего неподалеку от лестницы и разговаривающего с дядей Димой. Юля с Софией в окружении двух статных дам смеются и мило ведут беседу.
Мой сегодняшний собеседник на вечер ставит передо мной коктейль и отправляется выполнять заказы. Я окончательно расслабляюсь.
Спустя двадцать минут болтания трубочкой в стакане ко мне возвращается Рома.
— Все еще скучаешь? — задает вопрос бармен.
— Это сильно заметно?
— Это мягко сказано, — он улыбается.
— Может тебе принести что-нибудь поесть? А то ты так быстро опьянеешь, — после сказанного, я сразу чувствую легкое головокружение.
— Ты прав, мне нужно поесть.
— Сейчас принесу тебе что-нибудь.
— Ты мой спаситель, — парень уходит, а я снова продолжаю наблюдать за людьми.
— Вот держи, — он протягивает мне тарелку с закусками из колбасы и сыра. — Что-то более существенного не нашел.
— Это то, что нужно. Спасибо большое, — какое-то время Рома наблюдает, как я ем и от его взгляда по телу пробегает неприятная дрожь. — Я тебе мешаю?
— Ты мне не мешаешь. Может мы...
— Дочь! — окликает меня папа и я мысленно его благодарю за это. Я не хочу знать, что, по мнению парня, мы можем. — Мы с Димой хотим тебя кое с кем познакомить.
— С кем? — я стараюсь вести себя, как обычно, и сидеть ровно, чтобы они не заметили, что во мне уже два коктейля.
— Это мой сын — Дима, — представляет дядя Дима и из-за их с отцом спин выходит Федорцов, одетый в черный смокинг, который выделяет и без того массивное тело парня. Белая рубашка, расстегнутая на две пуговицы, придает образу слегка развязный вид. Мои глаза округляются, а стакан чудом остается в руках.
Дима
Когда отец и Андрей Владимирович предложили мне познакомиться с дочерью второго, я равнодушно согласился. Я уже привык представляться малоизвестным мне людям и даже разработал план по освобождению себя от этих разговоров: поздороваться, быстро спросить, как жизнь и уйти. Но сейчас, когда передо мной сидит Дарья Артемова, в черном платье, которое невероятно ей идет и открывает вид на красивые ноги, мне не хочется следовать своему плану.
Только сейчас я понимаю, почему черты лица девушку были мне так знакомы. Она очень похожа на своего отца. Он часто бывал в родительском доме. Андрей Владимирович владелец строительной компании, работающий на отечественном рынке, и давний друг моего отца. Странно, что я толком о нем ничего не знаю. Меня представили его жене — Юлии. Женщина слишком молода, чтобы быть матерью Даши и это вызывает много вопросов. Где ее биологическая мать? Как она относится к новой жене отца? Какие у них взаимоотношения? С другой стороны, меня же это вообще не должно волновать и интересовать, нет?
С прошлой нашей встречи прошла неделя. Все это время девушка не выходила у меня из головы. Ни мимолетные влечения, ни хоккей и тем более учеба, не смогли помочь отвлечься. Признаюсь, но я испытывал разочарования, не видя ее на трибунах наших хоккейных матчей. Я почти уверен, ее на них не было.
Мы уже проиграли две игры в сезоне и это очень сказывается на общем настрое команды. Придя сегодня на день рождении отца с скверным настроение из-за поражения команды, и надев этот дурацкий костюм, я чувствую себя очередным его трофеем. Его долг представить меня каждому гостю и сказать про мои успехи в хоккее, но я же знаю правду, он разочарован мной, хоть и пытается это скрыть.
Но теперь увидев перед собой такую роскошную и сексуальную девушку, мое настроение ползет вверх. Принимаю решение на этот вечер забыть про все и просто повеселится, тем более компания Даши мне очень и очень подходит.
— Привет, Дима, — не заинтересованно, говорит девушка.
— Здравствуй, Даша, — еще шире улыбаюсь я.
— Вы что знакомы? — спрашивает мой отец.
— К моему счастью, да, — произношу я, не дав ответить ей.
— Отлично. Ты же будешь джентльменом и побудешь с моей дочерью, чтобы ей не было скучно одной?
— Конечно, Андрей Владимирович, не переживайте.
— Снова ты, — говорит Даша, когда наши отцы уходят и я сажусь на соседний стул.
— Снова я, — коктейль в руках и розовые щеки выдают девушку. — Отдыхаешь?
— Немного, — признается она, а ее пухлые губы невинно тянутся вверх. — Не знала, что ты сын дяди Димы.
— А ты и не спрашивала.
— А кто же знал?
— А мы что с ним не похожи? — Даша поворачивается ко мне лицом и изучает меня.
— Да, теперь я вижу что-то общее.
— Что-то? — я не могу скрыть улыбку. — Красота, харизма и чертовская привлекательность — это что-то?
— И скромность, — она пытается спрятать ответную улыбку, — ты забыл назвать.
— Не забыл, — и тут меня осеняет. — То есть ты говорила правду, когда рассказывала, что ты знаешь проход, потому что вы к моему отцу ходили, а не потому что ты хотела найти меня?
— Долго до тебя доходит, конечно, — от этого заключения внутри пробегает легкое разочарование. — Кстати, а почему ты не тренировался у него?
— Да, так-то не посчастливилось, — скрывая раздражение, отвечаю я.
— Понятно, — девушка оглядывает меня снизу вверх. — Ты же не будешь весь вечер сидеть тут?
— Если ты будешь тут сидеть, то буду. Я дал обещание твоему отцу.
— Да, брось, Дим. Ты же знаешь, что это не обязательно.
— Я ответственный мужчина.
— Ты хочешь, чтобы меня все девушки в этом доме возненавидели? — она смеется, и я снова зависаю на ее губах.
— Почему это?
— А ты только посмотри, — я прослеживаю ее взгляд и натыкаюсь на молоденькую шатенку с прямыми длинными волосами в коротком черном платье. Она стоит с бокалом в руках неподалеку в компании седовласого мужчины, обнимающего ее за талию, но это не мешает ей нагло меня разглядывать. — Или туда посмотри. — В противоположном углу гостиной стоит рыжая девушка по виду постарше первой в длинном закрытом черном платье с огромным ожерельем на шее. Ее взгляд то и дело обращается ко мне, когда ее мужчины-собеседники отворачиваются. Раньше бы я подошел к им и может даже у нас что-то и получилось, но сейчас я не хочу устраивать проблем отцу, да и просто не хочу.
— Ревнуешь?
— Нисколько, — равнодушно отвечает Даша. — Мне просто страшно за себя, если они обе сюда придут.
— Хочешь я тебя спасу?
— Как?
— Хочешь подняться наверх?
— Дима, ты озвучил вопрос целиком? — она смеется. — Для чего подняться наверх?
— Я покажу тебе свою комнату, — предлагаю я, хотя хочется сказать совершенно другое. — Пойдешь?
— Пошли, — она протягивает пустой бокал бармену. — Ром, я еще вернусь, никуда не уходи.
— Я буду тут, — смеется он, а я смотрю то на нее, то на него. Когда это они успели подружиться?
— Дим, — останавливает Даша нас почти у самой лестницы, ведущей на второй этаж. — А где уборная?
— Слева от тебя, — девушка смотрит на меня с немым вопрос. — Иди, конечно. Я подожду.
— Тигренок! — раздается сразу же, как моя спутница исчезает за дверью. — Не игнорируй меня, тигренок.
— Вика, я же просил меня так не называть! — огрызаюсь я как раз в тот момент, когда ко мне подходит девушка в черном коротком платье, еле прикрывающее бедра, ее как уголь волосы убраны в высокий хвост, а губы, накрашенные красной помады, изображают улыбку.
— Как я рада, что тебя встретила. А то уже целые две недели не звонишь и не пишешь, — она проводит свои ногтем по моей щеке. — Я скучаю.
— Вика, я тебе все сказал.
— Что ты сказал? — она пытается скрыть недовольство.
— Я не хочу отношений, а ты их хочешь. Все просто.
— Так бы и сказал сразу.
— Я так тебе и сказал, — я стараясь говорить ровным тоном, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Говорил же отцу, что не нужно было ее звать. — А ты сама что-то себе придумала.
— Дим, давай вернем все как было раньше? — девушка облизывает нижнюю губу, от этого действия по моему телу пробегают нотки раздражения.
— Нет, — твердо отвечаю я и убираю руки в карман.
— Ты уже кого-то нашел?
— Тебя это не должно касаться.
— Как это не должно? Если всего две недели назад ты еще бегал ко мне? — только я хотел ответить, что я ни за кем и никуда не бегал, как дверь уборной комнаты открывается и перед нами появляется Даша. Ее розовые щеки, точеные скулы, миниатюрный нос и полные губы обезоруживают меня.
Вот за ней бы я побегал.
— Мы идем? — прерывает молчание девушка, игнорируя присутствие Вики.
— Конечно, идем. — отвечаю я.
— А ты вообще кто? — от милого голоса Вики не остается и следа.
— Даша, а ты?
— Я девушка Димы, — Даша вопросительно смотрит на меня, а я закатываю глаза.
Говорил же себе, не встречаться с одной и той же девушкой больше двух раз. Им свойственно приписывать отношениям лишний статус, которого нет.
— Ты же вроде ни с кем не встречаешься? — она задает мне вопрос, пытаясь скрыть улыбку.
— Так и есть.
— Тогда у тебя проблемы, милый, — пару коктейлей дают о себе знать, и девушка становится раскованной.
— Как ты его назвала?
— Вика, — влезаю я. — Перестань, пожалуйста. Давай не будем устраивать скандал. Мое решение остается неизменным.
— Ты ему не нужна, — округленные глаза из-под опущенных бровей Вики смотрят прямо на Дашу. — Он тебя бросит, как делал это с остальными.
— Ну, Слава Богу, а то я и не знала, как от него отделаться, когда он мне надоест, — весело отвечает девушка и я смеюсь, не скрывая эмоций. Вика резко разворачивается и уходит, громко цокая каблуками. — Опасная штучка.
— Пойдем лучше покажу тебе дом? — все еще смеясь, предлагаю я.
— Ну пойдем, — Даша поднимается первой, и я стараюсь не смотреть на ее изящные части тела. — Ты тут живешь?
— На самом деле, уже год как нет, — я прохожу чуть вперед, чтобы показать путь. — Съехал сразу, как смог обеспечить себя сам без помощи отца, но в этом доме прошли все мои школьные годы.
Я открываю белую дверь, ведущую в все еще мою комнату. Родители не стали ничего в ней менять или оборудовать ее под другое помещение. Они хотят, чтобы, когда я навещал их, у меня всегда оставалось свое пространство, как это было раньше.
Перешагнув порог комнаты, я внимательно смотрю на Дашу, пока она изучает пространство. Обычно я не водил сюда девушек, бесспорно школьные друзья и парни из команды тут бывали, но девушки нет. Я оглядываю комнату. Когда я подрос, уговорил родителей перекрасить стены из нежно-зеленого цвета в черно-белый. Металлическая двуспальная кровать с мягким изголовьем черного цвета, располагающая у такого же цвета окна, является продолжение подоконника. На противоположной стороне от кровати висит телевизор и размещен стенд с моими наградами, а также небольшой стеллаж с книгами и учебниками. Массивный шкаф встроен в стену, так комната остается просторной.
— Ощущается, что ты тут не живешь, — прерывает молчание девушка, проводя пальцем по статуэтке робота. — Чувствуется холодность что-ли и пустота.
— А что, если я холодный?
— Может быть, — Даша приподнимает плечи. — Но ты же не со всеми такой. Я уверена, что есть круг людей, который знает тебя с другой стороны.
Я не отвечаю, а молча продолжаю наблюдать за ней, облокотившись о дверной проем. Она подходит к стеллажу и трогает корешки почти каждой из книг. Потом ее взгляд притягивает большая картина, на которой изображен бушующий океан с разбивающимися о скалы волнами. Я стою завороженный ее действиями и профилем. В этом черном платье она выглядит еще красивей и грациозней. Ощутив мой пристальный взгляд, Даша поворачивается ко мне и смотрит на меня своими карими глазами, в них читается любопытство, но с чем оно связано, я не могу понять.
— Ты тут такой красавчик, — она берет в руки рамку, на которой изображен пятнадцатилетний я, держащий в руках грамоту. — Такой миленький ты был.
— Что значит был? — усмехаюсь я. — Я и сейчас миленький, и красивый. Разве нет?
— Не буду это отрицать.
— Еще бы ты отрицала.
— Что ты этим хочешь сказать? — девушка ставит рамку на место.
— Что у тебя есть глаза.
— А у тебя уверенность.
— А это плохо?
— Наоборот, — Даша садиться на край кровати и закидывает ногу на ногу и благодаря внушительному вырезу платья, открывается вид на ее бедро. — Я бы хотела немного позаимствовать ее у тебя.
— Не поверю, что такая красивая девушка и не уверена в себе.
— За красивую спасибо, но не всегда за привлекательной внешностью стоит уверенная в себе девушка, — спокойно говорит Даша. — На самом деле, за этим может скрываться большая гора комплексов, которая очень хорошо спрятана.
— Каждая девушка красивая, если правильно показать ей это.
— Ты можешь не быть таким идеальным?
— Ничего не могу изменить, — пожимаю плечами я, и она улыбается.
— А у тебя приставка есть? — покачивая ногой, спрашивает Даша.
— Приставка?
— Ну да. Мы могли бы сыграть?
— Есть, — я растерянно смотрю на девушку. — Так-то можем.
— Я просто не хочу спускаться вниз и смотреть на незнакомых мне людей, которые каждый раз спрашивают меня про женихов, про свадьбу и детей. А тут, — она обводит рукой комнату, — спокойно и тихо. А если ты принесешь еще немного еды и напитков, то можешь остаться.
— Могу остаться? А ничего, что это моя комната?
— Ничего, — улыбается и пожимает плечами девушка. — Ну, что скажешь?
— Приставка в нижнем углу, а я сейчас вернусь.
Эти пару часов прошли незаметно. Мы поиграли почти во все игры, которые у меня сохранились. Признаюсь, было весело. Я так давно не смеялся, находишь в обществе девушки. С Дашей оказалось просто и легко. Она так мило злилась, когда проигрывала или когда пыталась нажимать на мой джойстик, мешая мне.
Мы сидим на полу облокотившись на кровать, а вокруг нас лежат почти пустые тарелки с закусками и стаканы из-под напитков. Я принес Даше еще один коктейль, а себе взял апельсиновый сок.
— Да-а-а! — кричит девушка. — Я тебя сделала.
— Поздравляю.
— Нет, — она смотрит на меня с легкой грустью. — Не говори, что ты мне поддался.
— Не говорю, — не могу скрыть улыбку.
— Дим, так не честно, — кладет она свой джойстик в сторону от себя. — Я так больше не играю.
— Почему?
— Потому что мы должны играть честно, — она надувает губу.
— Да, ладно тебе, Даш, я хочу быть джентльменом и мне нравится смотреть, как ты радуешься, — ее карие глаза расширяются.
— Нравится?
— Ну да, это завораживает, — на секунду мой взгляд притягивают ее губу. — Тебе идет быть счастливой. Ты казалось такой напряженной и расстроенной, когда я тебя увидел внизу, а сейчас ты была по-детски счастлива.
— И чтобы поднять мне настроение, ты решил мне поддаться?
— Мне кажется, мы отлично проводим вечер. Тебе так не кажется? — в знак согласия она кивает головой. — Значит моя миссия выполнена.
— Да, мое настроение стало намного лучше, спасибо.
— Пожалуйста.
— Послушай, я все хотела спросить у тебя, — не уверена начав, девушка прерывает возникшее молчание, — а почему ты выбрал быть одиночкой, а не серьезные отношения?
— Это допрос? — вскидываю бровь.
— Нет. Можешь не отвечать, если не хочешь.
Обычно, я, конечно, не такой откровенный, но почему-то Даше хочется рассказать все, ничего не утаивая.
— Я не хочу быть все время кому-то должен, — она внимательно смотрит на меня. — В моих единственных отношениях я постоянно был должен. Должен всегда писать 24/7, должен дарить подарки, должен был выполнять все прихоти, должен всегда извиняться, даже если я был прав. Не пойми меня неправильно, я писал и звонил, но не каждую минуту, потому что у меня был хоккей и учеба. Без разницы, где я был: на тренировках, на учебе или на играх, если я не отвечал на СМС или звонки от девушки, то мне потом устраивали сцены. Меня упрекали, что я не дарил подарки и не покупал цветы, но мне просто не хотелось этого делать. Мне нравится делать что-тот от сюда, — я указываю в область сердца. — А не потому, что какой-то подруге парень подарил цветы, значит и мне нужно это сделать. Спустя месяцы отношений, до меня дошло: я перестал получать удовольствие от нас с ней.
— Что это значит?
— Из отношений ушла легкость, а я просто стал раздражительным. Стал больше времени проводить один. Мне стало комфорте одному, понимаешь? — я облокачиваясь локтем о кровать, подтягиваю ноги под себя, и девушка копирует мой жест. — Окончательно я понял, что я больше ничего не чувствую после того, как мы в очередной раз поругались и не общались дня три. Я понял, что меня совершенно не волнует, где человек и с кем он, что делает и чем дышит. На тот момент я понял, что отношения не для меня.
— А что сейчас? — тихо спрашивает она.
— Сейчас я также придерживаюсь этого мнения, — я говорю это так тихо, как будто в комнате мы не одни, и я не хочу, чтобы кто-то это услышал кроме Даши. Наши колени соприкасаются, а лица находятся в нескольких сантиметрах друг от друга. Мое тело начинает жить само по себе, и я наклоняю голову чуть ближе к девушке. Ее глаза расширяются, но она не отстраняется, а слегка поддается на встречу. Когда между нашими губами остается пару чертовых миллиметров, она останавливается.
— Я не должна этого делать... — в ее голосе звучит сожаление. — Прости.
— Тебе не за что извиняться, — вся атмосфера трескается и между нами возникает напряжение. — Это ты меня прости.
— Я не должна этого делать, у меня есть парень. Что я вообще делаю? — задает она себе вопрос и вскакивает на ноги. — Мне нужно идти вниз.
— Даша! — резко зову ее и сам вскакиваю на ноги, но девушка уже исчезает за дверью. Я бегу следом за ней и догоняю ее внизу лестницы. — Посмотри на меня. Все хорошо, слышишь?
— Я такая дура!
— Тебе незачем себя винить, — я пытаюсь взять ее за руку, но она не поддается. — Ты не виновата, что не смогла устоять перед таким красавцем, как я.
— Сейчас не время шутить, Дим.
— А я не шучу. Ничего не было, — говорю я, а сам хочу вернуться наверх и закончить начатое. Мне никого никогда не хотелось так сильно поцеловать. — Тебя поймут.
— Кто? — испугано спрашивает девушка. — Пожалуйста, не говори никому, что я хотела тебя поцеловать.
— Ты хотела? — от услышанного по моим венам бежит адреналин.
— Я..я не это хотела сказать, — она наконец-то смотрит мне в глаза. — Дим, пообещай, что это останется, между нами.
— Останется что? — я по-доброму усмехаясь. — Что я попытался тебя поцеловать, а ты отвергла меня?
— Д..да, — слегка запинается Даша.
— Если ты окажешь мне одну просьбу, то считай, этого не было.
— Какую? — ее испуганные глаза блуждают по моему лицу.
— Станцуй со мной? — я протягиваю свою ладонь.
— Станцевать? — Даша отводит от меня взгляд и направляет его на гостей. Мужчины приглашают дам на танец под спокойную и мелодичную музыку, поглощающую всю гостиную. — Хорошо.
— Отлично, — девушка кладет свою ладонь в мою, и мы направляемся в центр комнаты. Я обхватываю одной рукой девушку за талию, ее ладонь кладу себе на плечо, вторую руку соединяю с ее, отводя в сторону. Мы слегка покачиваемся и ходим по кругу, не говоря больше ни слово. Я вдыхаю ее аромат вишни и осознаю, что, вероятно, больше не будем общаться, ведь после всего произошедшего Даша будет меня избегать. У барной стойки замечаю наших отцов, завидев меня, они показывают два больших пальца. Я невольно улыбаюсь.
— Дим, — тихо говорит девушка, от этого звука внутри все сжимается. И когда я стал таким чувствительным? — Мне кажется, мы не должны больше общаться?
— Почему? — я знаю ответ, но не могу не спросить.
— Потому что у меня есть парень и что случилось между нами...
— Могло случиться, — поправляю я ее.
— Могло случиться, не должно больше повториться.
— Я понимаю, но предлагаю другой выход из ситуации, — она слегка отступает от меня и смотрит прямо в глаза в ожидании. — Давай будем просто дружить?
— Дружить? — она как бы пробует это слово на вкус.
— Да, дружить. Я буду держать тебя в руках.
— Может быть себя?
— Что прости?
— Ты сказал «я буду держать ТЕБЯ в руках».
— Да? А я и не заметил, — я правда не заметил. Это все: не случившийся поцелуй и близость девушки, путают все мои мысли. Я не отрицаю, что предложение с дружбой дурацкое, но после сегодняшнего вечера я не хочу, чтобы Даша исчезала из моего окружения. — Я буду держать себя в руках. Я не хочу, чтобы из-за этого случая ты избегала меня и пряталась каждый раз, когда меня где-то удивишь. Еще не хватало, чтобы ты перестало ходить на хоккей из-за меня.
— Еще чего, — искренне улыбается она. Ей так идет улыбка. — Не дождешься.
— Вот и чудно. Ну что друзья? — спрашиваю в тот самый момент, когда наш танец подходит к концу.
— Друзья, — неуверенно отвечает она и убирает свою руку с моих плеч и высвобождает вторую и вместо них возникает пустота. — Мне уже пора. Спасибо за вечер.
— Пожалуйста, — молча наблюдая как она подходит к своему отцу, что-то говорит ему на ухо, на что он кивает, и она уходит, напоследок посмотрев на меня и едва заметно кивнув.
Самое печальное из всей ситуации, что я начинаю осознавать, Даша Артемова — не просто очередное увлечение.