Глава 1.3
***
Пока София дошла до нужного ей корпуса, девушка успела написать Саманте и спросить, что нового.
Сэм: «Я нашла нам кавалеров. И да ты правильно расслышала НАМ. Первый это Говард ему 89, но он говорит, что уведёт тебя в пляс и заставит терять туфли. Второй Питер ему 91, но я его уже забила, так что не раскатывай губу». Пишет Саманта и присылает фото себя и двух смешных старичком, они целуют её в обе щеки.
София: «Ты ненормальная?»
Сэм: «Может это любовь? А если серьёзно они реально крутые, чем-то на моего дедушку похожи. Мы с Мисс Кросс играем с ними в лото. Как Маргарет? Как приём у Грейс?»
София: «Приём нормально, вроде. У Маргарет ещё не была, только дошла до её комнаты. Напишу, когда освобожусь».
Сэм: «Окей. Передавай Маргарет привет!»
На следующие сообщение София не отвечала, так как была уже перед дверью в комнату Маргарет. Постучав, девушка, подождав, возможно Маргарет в сознании, но ответом была тишина. Открыв дверь, София сразу увидела, Маргарет. Та, как обычно, сидела в своём кресле каталке которое всегда повёрнуто к окну.
— Маргарет... это я Элизабет, – окликает её София, но та не отвечает как обычно. Подвинув стул, девушка устраивается рядышком и тоже смотрит в окно. Любопытно, что же Маргарет видит там, каким она видит этот мир? На глазах появляется влага, нижняя губа начинает подрагивать и Софии так сильно хочется заплакать. Но она сдерживает себя. Вместо этого она тихонько обращается к своей Маргарет. – Знаешь я скучала по тебе, по какой-то причине с тобой мне очень спокойно. Не так как с Самантой, Джессикой или даже Ником. Может дело в твоих глазах? – София повернула голову, посмотрела на сидящую рядом женщину улыбнулась ей и стала рассказывать о своём сегодняшнем дне, о выходках Саманты, рассказала пару шуток, над которыми сама же и посмеялась.
Но Маргарет всё так же смотрела куда-то вдаль. Казалось, что она размышляет о чем-то вечном. И Софии так отчаянно захотелось увидеть тоже что видит Маргарет.
— Наверно ты не в настроении сегодня болтать, – это была просто констатация факта. Тогда София подумала о том, что скорее всего это последняя их встреча. Конечно, она будет пытаться найти лазейки для посещений. Возможно, стоило спросить об этом у Грейс. Но та вряд ли бы помогла так как это противоречит правилам «Пансиона», посещение пациентов только родственники, знакомые и друзья могут получить письменное разрешение от опекунов. А это было сложновато сделать. Потом девушка подумала о своей маме и друзьях, задумалась насколько она сейчас гадкая и ведёт себя как лицемерка, заботясь, казалось бы, о постороннем человеке, но не думая о самых близких. Все смешалось этот вихрь чувств, и она бессильно уронила лицо в свои ладони. Про себя повторяя: «Не плачь. Не смей плакать». Тогда она и услышала зовущий её голос.
— Лизи, девочка моя, – подняв голову она смотрит на обеспокоенное лицо Маргарет. – Что-то случилось? Почему ты выглядишь так печально?
София всегда удивлялась как эта женщина улавливала то, что творится на её душе. А она просто всё читала по лицу.
— Нет, Маргарет, у меня всё очень хорошо, – она выдавливает из себя самую жизнерадостную улыбку.
Маргарет недовольно качает головой и хмурится.
— А твои глаза говорят, что ты о чём-то переживаешь, меня не проведёшь, – с улыбкой говорит она и вдруг протягивает дрожащую руку ко лбу девушки и проводит пальцами по её лбу, – не морщи лоб, а то на твоём красивом лице морщины появятся раньше времени.
Снова одарив Маргарет улыбку, София достаёт из кармана телефон и смотрит на время. Не потому, что она спешит, просто зачастую время с Маргарет в полном и ясном создании ограничено.
— Как насчёт прогуляться, съедим по одной порции малинового желе? – быстро спрашивает девушка. – Погодка отменная и тебе определённо нужен свежий воздух.
— Только если ты прокатишь меня с ветерком, – очень задорно отвечает мисс Хилл, а София всё переживает как бы Маргарет не ушла в себя ей хочется как можно больше времени провести с ней.
Или она снова забудет, что девушка, которая рядом с ней это София. И она назовёт её снова именем матери Софии «Мэри-Энн». А после похвалит её снимки, выставленные в галерее, и скажет, что они часто вдохновляли женщину на написание новых картин.
И в такие моменты девушка мысленно отсчитываю минуты, чтобы знать, в следующий раз она продержится сорок минут, а может уже и меньше, в ясном сознании.
Когда они были уже на улице, им на встречу шли медсестры из крыла, в котором лежит Маргарет, девушки улыбнулись и поздоровались. Ведь это такая редкость вдеть женщину из комнаты «32А» такой какая она сейчас. Здоровая и счастливая, пусть и на не долгие сорок минут. Маргарет здоровалась и улыбалась в ответ, словно она совершенно обычная и её разум не затуманивается.
Сейчас она действительно обычная.
— Так что у тебя случилось? Из-за чего я уже вижу пару морщин на твоём прекрасном лбу, – улыбается мисс Хилл, а София как маленький недовольный ребёнок дотрагиваюсь до лба и разглаживаю невидимые морщины. И тут она смеётся.
— На самом деле ничего такого не случилось, просто мои заморочки, –
Мисс Хилл снова качает недовольно головой, ей не нравится, как София юлит и уходит от ответа. Девушка мнётся, но всё же делится своими переживаниями не только с Грейс, но и с Маргарет.
— На самом деле мне просто страшно возвращаться домой. Этого хочет Мама, мои друзья. Но тот город, я словно задыхаюсь там. Все знакомые места напоминают об Адаме. В последний мой приезд я встретила одну девушку со школы, пыталась избежать столкновения с ней. И уж думала, что у меня это получилось и девушка не узнала меня. Но как оказалась, она точно знала кто я такая. Как обычно, я уже приготовилась к расспросам и этим ненавистным сочувственным речам и взглядам. Но она меня удивила и в то же время сильно ранила своими словами. Она спросила:
«Не мучает ли меня чувством вины? Не думаю ли я о том, что должна была умереть я, а не он?» И меня так поразило сколько злобы и ненависти было в этих словах что я просто застыла на месте. А потом мне хотелось закричать на неё. Кричать что я чувствую такой спектр чувств каждый день, что никому и не снилось. И что я никому не желаю пережить такое хоть раз в своей жизни. И да, я чувствую вину, острее чем нужно. Она снедает меня изнутри, буквально потроша, – София всё говорит и говорит, и не может остановиться. Маргарет смотрит на неё будто прекрасно понимает все чувства девушки напротив себя, словно они передались ей по какой-то невидимой связи. – Мне кажется, что люди вокруг шепчутся. Поэтому я сбежала туда, где меня не знают. Пусть это не так далеко всего 4 часа езды от дома, но тут я могу дышать свободно. А там мне хочется забиться в первый попавшийся тёмный угол и выть от отчаяния.
София трёт лицо руками, а на самом деле пытается окончательно не быть размазней и не расплакаться.
— Этот город открывает старые раны, да? – Понимающе говорит Маргарет.
— Мне кажется моя рана никогда не затянется. Смогу ли я окончательно сказать «прощай»? Я не уверена, что у меня хватит на это мужества. Я прикладываю мало усилий, верно? Я опустила руки, в этом всё дело?
— Недооценивай себя, милая ты удивишься насколько сильным может быть человек, а в особенности женщина, – она очень внимательно смотрит на Софию и в её глазах, она ещё очень юная. Но уже пережившая сложные дни. Маргарет хотела бы помочь этой девочке, которая заботится о ней. В глазах женщины полно решимости, таким способом она показывает, что верит в каждое своё слово. А она верит и знает, что говорит правильные вещи. – Проблема не в городе и не в людях, Лиззи. Проблема тут и тут, – она одной рукой касается головы девушки, а другой сердца, – Они должны работать синхронно, понимаешь? Проще всего всё время сбегать чем бороться это самый лёгкий путь. Вот и ты сбегаешь, от всего и вся. От прошлого и методом исключения отсеиваешь всех тех, кто будет напоминать тебе о том несчастье что произошло. Но проблема в том, что ты все равно будешь помнить. Беги не беги, результат не изменится, память не сотрёшь. Если ты продолжишь отталкивать самых близких в конечном счёте, ты просто останешься одна. Не ты, не твои близкие невиноваты в том, что случилось с тем мальчиком. – По щекам девушки бегут слёзы, она смотрит в прекрасные голубые глаза Маргарет и понимает, что эта женщина словно перебирала каждый осколочек её души и сердца, каждое слово попадало прямо в цель. – Ты невиновата, что живёшь. Жизнь — это дар. И никто из злых языков не смеет решать, стоишь ли ты жизни или нет. Тот мальчик сделал свой выбор. Принял решение в непростой ситуации. Ты должна ценить это и быть благодарной. Ты была ему дорога и видимо настолько что он не задумывался о себе в тот момент.
— Ох, Маргарет... умеешь же ты вывернуть мою душу наизнанку, – девушка закрывает лицо руками и плачет, а женщина, которая сидит рядом, по-доброму, по-матерински хлопает её ладошкой по спине.
— Видимо в этом вся сила опыта. Пойми Лиззи. Страх. Горе. Вина. Они недолжны управлять твоей жизнью. В первую очередь прости себя сама. Ты ни в чём невиновата, слышишь, – не уверена был ли это вопрос или просто утверждение, но София кивает, уткнувшись лицом в ладоши. – И люди, которые шепчутся за спиной и критикуют тебя, не слушай их пустой трёп. Ведь это только между тобой и тем мальчиком. Они все и на 1% не знают какой шторм бушует внутри тебя, они не знают какие чувства ты испытываешь каждый день. И дай Бог и не узнать. Ну же посмотри на меня.
Девушка какое-то время ещё сидит, прикрыв лицо, но все же убирает руки и смотрит прямо на Маргарет и ожидает что же она ей ещё скажет. Эта женщина никогда так много не говорила, а сейчас она словно знает, что возможно они очень долго не увидятся. А ещё София вспомнила слова Грейс и поняла, что её доктор всё же была права, чем больше открываешься становиться намного легче, словно кто-то другой забирает часть того груза что лежит на твоём сердце.
— Спасибо, Маргарет... Я наверно выгляжу сейчас просто ужасно, – с грустной улыбкой пробубнила она себе под нос. Но несмотря на слёзы внутри Софии словно открылось второе дыхание, и она была полна решимости. – Честно говоря я немного растеряна сейчас, и все же думаю, что вы правы. Ты и Доктор Рочестер, хватит мне убегать. Я точно решила поехать домой, может мне удастся наладить отношение с друзьями и мамой. Я их очень обидела.
Прохладный ветерок поднял несколько прядей светло каштановых прядей волос Софии, и они упали ей на глаза, аккуратно поправив волосы она снова обращается к Маргарет. – Сегодня вы на удивление такая болтушка, но я так этому рада.
Маргарет залилась звонким смехом.
— И по приезду домой ты не бросишься бежать обратно на первый же автобус, чтобы он увёз тебя? – Спросила женщина, приподняв вопросительно густую неухоженную бровь.
— Этого обещать не могу, но я точно постараюсь держать этот инстинкт очень крепко.
— Вот и отлично, – что-то отвлекло внимание Маргарет, и она подняла свои ясные глаза в высь и стала разглядывать что-то в небе, – знаешь, расскажи мне ...
— Маргарет, – девушка осторожно дотрагиваюсь к руке женщины, пытаясь, привлечь её внимание, но та смотрит на неё словно не может узнать, а потом в глаза появляется проблеск узнавания. Глаза Маргарет становятся огромные как блюдца.
— Мэри Энн... – Маргарет хватает Софию за руку и начинает тараторить, – милая Энни, я так рада тебя видеть. Знаешь Энни, эта ужасная женщина снова приходила, – Маргарет сильнее сжимает руку своей спутницы, и начинает говорить чуть не плача, словно произносит молитву. – Передай Николасу, что бы он запретил этой змее приходить. Почему он не позволяет видеться с моей малышкой Эммой, но присылает эту страшную женщину? – Маргарет в бреду, она снова приняла Софию за её мать Мэри-Энн. – Она мне не нравится, она скользкая и неприятная, пусть она больше не приходит. Энни, а как поживает Джонатан у него всё хорошо, ваша малышка София уже наверно совсем взрослая, – София нервно сглатывает, в груди начинает щемить. Из-за упоминания об отце, из-за состояния бедной Маргарет, и из-за того, что их время на сегодня закончилось. По щекам опять побежали слёзы.
«Соберись размазня» командует сама себе София.
— Маргарет вернёмся в комнату? – спокойно и осторожно спрашивает София, быстро утерев своё лицо от нового потока слёз.
— Да, нужно вернуться и дождаться Лукаса, мой сынок должен вернуться скоро, он замечательный мальчик и такой талантливый. Энн когда-нибудь ты будешь выставлять его картины. – Переосмыслив слова Маргарет, София пришла к выводу что ей хуже, чем она думала, женщина частично перекладывает свой образ на сына. Ведь Лукас как было известно Софии никогда даже кисти в руках не держал, а написание картины ещё и Лукас звучало бредово. Слушая уже стихавший голос Маргарет, девушка повезла её обратно в комнату «32А». Поднявшись на лифте, София поняла, что не слышит больше бормотания, Маргарет снова затихла, глаза её стали пустыми смотрящими прямо перед собой в одну точку.
Когда двери лифта снова открылись напротив него у стены стояла Саманта привычной ей одежде, а не в униформе работников «Пансиона». Подруги обменялись взглядами, во взгляде Сэм читалось сочувствие.
— Сегодня она продержалась дольше, – прошептала подруга, когда София проходила мимо неё, и закатываю коляску в комнату и оставляя её у окна.
С грустью девушка окидывает комнату прощальным взглядом снова подходит к Маргарет и присаживается напротив неё на корточки и легонько касаясь её руки.
— Маргарет...меня какое-то время не будет, но я обязательно приеду к тебе ещё. Спасибо тебе, Маргарет. Я буду очень скучать, – девушка встаёт и подходит ближе, чтобы поцеловать неподвижную женщину в лоб, быстро отстраняется и так же быстро уходит прочь. С каждым разом всё труднее видеть её такой. Софии нужно покинуть эту комнату и это здание как можно быстрее.
Уже в коридоре София срывается на бег и бежит что есть силы, останавливается только тогда, когда видит машину Саманты, а самой подруги нет по близости. Девушка оседает на землю. Легкие горят огнём от бега, розовая униформа, которую девушка так и не переодела, особенно брюки испачканы в грязи.
— Ну как, выпустила пар? – кричит подруга, в её руках две, – выглядишь просто отвратно, – сообщает Саманта медленно подходя к подруге и протягивает ей сумку.
Забрав свою сумку у красно - волосой и болтливой подруги, София без всякого энтузиазма поблагодарила её и таким же вялым и опустошённым тоном предложила убраться куда-то подальше. Саманта не шелохнулась.
— Поехали? – Снова говорит София, но Саманта стоит на месте не двигаясь.
— Почему ты сказала, что не сможешь к ней приходить? – девушка удивлена, ведь она знает, как София привязалась к Маргарет. Конечно, она слышала от подруги истории о том, что это старая подруга её материи все дела. Но тут было что-то ещё, что-то большее. А теперь она заявляет, что долгое время не сможет приезжать.
— Мне нужно поехать домой.
— Что? Так просто? – чем дальше, тем интереснее подумала Саманта, она сама ни раз уговаривала подругу съездить домой. Но после того случая с сучкой на улице. Идея поездки её единственно лучшей подруги в змеиное логово как-то мало радовала.
София просто кивнула.
— Ты будешь в порядке? Ты хочешь поехать, но есть очередное идиотское «НО»?
— Я не знаю, – качает раздосадовано головой. – Я даже не уверена, что не решу ли сбежать я при первой возможности. Сейчас я ни в чём не уверена, – она срывается на крик, что происходит не так часто, но, если и случается, то это словно вспышки на солнце. Саманта и не шелохнулась. – И от этого ещё страшнее, когда не знаешь, чего ожидать от себя самой, – еле слышно признается София.
— Прекрати накручивать себя.
— А если всё так Сэм? Что если я снова это сделаю? Если все-таки снова сбегу и отгорожусь ещё сильнее от моих друзей, мамы... Они не заслужили такого отношения. Они не понимают и не поймут, почему всё происходит именно так, – наконец София смотрит на Саманту, их глаза встречаются. – Я не могу сделать это сама.
Сэм тяжело вздыхает скорее от досады и облокачивается на капот своей машины. Ей бы хотелось потусить у подруги, узнать больше о ней, намного больше, чем она знает сейчас. И конечно, хотелось бы быть там если на улице встретится та крикливая сучка.
— Я бы с радостью, но не могу, у меня как бы у самой намечается семейный совет. Родители сказали приехать, сначала думала, что только меня желают видеть, но они позвали Грейс тоже. Видимо будет не приятный разговор. Но так как ты без тачки, могу тебя довезти с ветерком, конечно, если буду ещё в городе. Ты ведь не собираешься ехать на автобусе? – ну конечно она собиралась. И Саманта знала это, просто спросила для проформы. В конце концов она не дура и многое замечет. К примеру что у её подруги странная неприязнь ко многим вещам, похоже на посттравматический синдром.
— Вообще-то собиралась, я люблю автобусы, – возмущается София.
— Ты и велосипеды любишь, но сомневаюсь, что у тебя есть желание крутить педали хренову тучу часов, – съязвила Сэм, на что София просто скривилась. – Послушай, я в курсе что у тебя траблы с тачками. «Я ведь не дура и не слепая», – объясняет она, но София не удивлена. – К тому же это реально будет намного удобнее. И я буду меньше переживать о том, как ты добралась.
София лишь устало вздохнула. У неё нет сил сейчас отстаивать своё или что-то объяснять.
— В четверг днём, после последнего экзамена. Сможешь? Я не хочу, чтобы ты потом ночью тащилась обратно сюда. Так что, могу предложить свою гостевую комнату, – говорит девушка.
— Не-е, подруга, я тебя отвезу к пункту назначения, а потом и сама отправлюсь в путь скорее всего. – Девушки забираются в машину. – Но знаешь, я возможно слиняю от предков раньше и приеду к тебе потом. Держи телефон при себе и отвечай хотя бы на сообщения сумасшедшая ты женщина. А сейчас, – Сэм умело выруливает на дорогу, – Как насчёт пива? Всего по одной бутылочке?
София в ответ лишь морщится, она никогда неумела пить. Для неё было или слишком много, или слишком мало. Но золотой середины она для себя так и не нашла, поэтому выпивает она крайне редко по крайней мере сейчас.
— Молочный коктейль? с осторожностью спрашивает Сэм, а сама кривится.
— Может отрастим немного жирку?
— Огромный гамбургер, картошка фри...
— И огромная кола – добавляет София
— Да-а! – в унисон говорит подруги.
После заказа довольно нездоровой пищи девушки забрались снова в машину и поехали на склоны.
—Боже, ненавижу тебя! – в шутку говорит Сэм, – вот как с такой едой у тебя такая классная попка, – интересуется она, София лишь пожимает плечами. И откусывает кусок гамбургера.
— Ты напрашиваешься на комплимент, – говорит Соф с набитым ртом пытаясь подколоть подругу. Саманта недолго думая швыряет в неё пару картофелин фри, которые попадают то на голову, то в вырез в футболке то в глаз, – Ауч...
Из машины слышится девичий смех.
У обеих девушек тяжело на сердце, но они смеются до слёз. У каждой из них свои проблемы, они разные, но всё же есть у их что-то одно на двоих, изломанная душа, покорёженное сердце. И животный страх, который не даёт двигаться вперёд на полной скорости. Но они хотя бы пытаются.
Подруги довольно долго пробыли в машине колеся на ней по кампусу, шутили над друг-другом. Королевой подколов и шуточек восемнадцать плюс была конечно же Саманта, она так изводила и смущала Софию, что та чувствовала себя абсолютно девственно чистой. От некоторых вопросов хотелось просто выпрыгнуть из машины на полном ходу, так как они смущали до безумия. Остаток дня и вечер был намного лучше всего дня в целом. Где-то было больше стресса, где-то меньше. Время уже было позднее Сэм подвезла Софию к зданию, где та снимала жильё, на самом деле в этом здании в основном и жили студенты. Сначала они планировали устроить марафон по фильмам ужаса, но Сэм позвонили и ей пришлось уехать.
София, не спеша поднималась по лестнице в свою «Башню Одиночества». Она знала как только переступит порог квартиры, в голову полезут тысячи мыслей и доводов почему ей стоит остаться в Сарсет и не ехать домой. Поэтому чтобы не передумать о принятом решении, девушка решила занять себя всеми теми снимками, которые нужно обработать, работы было выше крыши. София так была поглощена работой что не заметила, как на часах уже перевалило за полночь. Уснула она час спустя, прямо на полу у открытого ноутбука. Просто провалилась в густую темноту, где нет ничего. Ни боли, ни страха, ни вины, ни кошмаров. Ей было спокойно. Темнота была умиротворяющей и совершенно не пугала её.
***
Если бы она только знала что для кого-то в Королеских Холмах, на окраине Р-Крик, темнота была холодной и липкой, как смерть которая дышала её прямо в затылок от чего волосы дыбом стонавилаль.
Истошный крик прорезал тишину и тут же затих. Вот и ещё одна душа нашла покой в старом доме на окраине.