Бич Фэникса

Глава 16: На пике славы

Часть I: Падение Титана

Тишина, зависшая над двором после дерзкой выходки Бай Цзы, была неестественной, почти осязаемой. Но она лопнула, как натянутая струна. Князь Бай Чжу, чья фигура еще миг назад казалась высеченной из векового гранита, внезапно дрогнул. Землистая бледность, словно пепел, поползла по его лицу, стирая остатки властного величия. Его веки дрогнули и закатились, обнажая белки, и великий воин, внушавший страх всей округе, мешком рухнул вперед.
- Отец! - выкрик Бай Цзы разрезал ночной воздух.
Он едва успел подставить плечо, принимая на себя чудовищный вес обмякшего тела. В ту же секунду двор взорвался хаосом. Тени, прятавшиеся за колоннами, обрели лица перепуганных слуг; замелькали огни факелов, окрашивая кровавое побоище в лихорадочный рыжий цвет. Юньлу, задыхаясь от собственной паники, кружил вокруг, заламывая руки.
- Небо падает! Династия Бай тонет в крови и рыбе! - причитал он, его голос срывался на комичный ультразвук. - Это конец! Нас всех замуруют заживо в фамильном склепе!
«Черт, только не это! - внутри Бай Цзы Сяо Юй почувствовала, как по позвоночнику стекает ледяная капля пота. - Если старик "откинет копыта" сейчас, я останусь один на один с этим гадюшником. Без его авторитета я - просто наглый выскочка с мишенью на спине. Вставай, старый упрямец! Ты не можешь просто так "выйти из чата", когда я только начала входить во вкус этой игры!»
- Лекаря! Живо! - Рев Бай Цзы, усиленный мощью мужских легких, заставил слуг вздрогнуть. - Кто притащит врача последним - лично пойдет на корм псам! Шевелитесь!
Вместе с подбежавшим, трясущимся от страха старшим слугой, Бай Цзы подхватил отца под мышки. Они поволокли его в святая святых - личные покои Князя, куда обычно не смел заходить никто без приглашения. Двери с тяжелым стоном захлопнулись, отсекая шум двора.
Князя уложили на широкое ложе, застеленное тяжелыми шкурами барсов. Пока слуга суетился у изголовья, Бай Цзы выпрямился, тяжело дыша. Он не собирался тратить время на пустые «сопли» и дежурные причитания. Его глаза, острые и холодные, мгновенно принялись сканировать пространство.
«Прости, папаша, но в моем мире "время - деньги", а в твоем - это цена головы на плахе, - цинично рассудила Сяо Юй. - Пока лекарь где-то ковыряется в своих травках, я проверю, какие скелеты ты прячешь в шкафу. В таких комнатах всегда зарыта собака».
Покои были пропитаны запахом старой кожи, горького табака и железа. Стены украшало оружие, на полированной стали которого плясали отблески свечей. Но внимание Бай Цзы привлекла небольшая ниша в углу.
Там, среди свитков, стояла странная бронзовая статуэтка восточного божества с лицом, застывшим в яростном оскале, и шестью руками, каждая из которых сжимала символ власти или смерти. Она выглядела слишком чужеродно для аскетичного быта воина древнего Китая.
«Ну конечно! Классика жанра, - Сяо Юй почти видела перед собой субтитры из пафосной дорамы. - Если в углу стоит подозрительная антикварная штуковина, значит, она либо открывает потайной ход, либо хранит в себе компромат на всю династию Фэн. Давай проверим, насколько этот мир предсказуем».
Бай Цзы подошел к изваянию. Его пальцы коснулись холодного металла. Он заметил, что пыль вокруг основания статуэтки была слегка стерта, словно её часто касались.
- Посмотрим, какой секрет ты хранишь, - прошептал он, и его рука легла на одну из рук бога, заносящую меч.
В этот момент за дверью послышался топот - лекарь наконец-то прибыл. У Бай Цзы оставались секунды, чтобы решить: рискнуть и нажать на рычаг сейчас или дождаться, пока в комнате станет людно.
Он замер, слыша, как топот лекаря и слуг во дворе становится всё громче. Сердце колотилось в ритме адреналинового рейва. Цзы уже выстроил в голове идеальную стратегию: если его застукают, он выдаст такую пафосную тираду, что даже мертвые встанут и поаплодируют.
«Так, если войдут - скажу, что почувствовал темную энергию, исходящую от идола, которая травит отца. Скажу, что искал противоядие в древних механизмах! - Сяо Юй внутри уже репетировала драматический жест. - Черт, я чувствую это! Сейчас здесь откроется сейф с золотом, компроматом на Императора или хотя бы карта к сокровищам. Это же финал серии, тут обязан быть клиффхэнгер!»
Стиснув зубы и подавляя предательскую дрожь в коленях, Бай Цзы сделал резкий, хищный выпад к нише. С выражением лица, достойным великого мастера кунг-фу, он схватил многорукого бога за меч и с силой провернул его по часовой стрелке, ожидая услышать величественный скрежет древних шестеренок.
Ничего.
Бай Цзы нахмурился. Он попробовал потянуть статуэтку на себя, потом вбок, потом нажать ей на голову. Вместо благородного звона тайного механизма раздался лишь сухой, разочаровывающий звук... глухого стука дешевого дерева о полку.
- Да ладно?! - вырвалось у него вслух.
Он схватил фигурку обеими руками и рывком поднял её в воздух. Вес был смехотворным. Никакой бронзы. Никакого литья. Обычное дерево, покрытое толстым слоем дешевой «золотой» краски, которая начала шелушиться прямо под его пальцами, оставляя на ладонях чешуйки охры.
«Вы издеваетесь?! - Сяо Юй едва не взвыла от обиды. - Где мой секретный подвал? Где потайная ниша с письмами заговорщиков? Это не древний артефакт, это сувенир из китайской лавки "Всё по десять"? Весь этот пафос, этот грозный вид - просто пыль в глаза. Отец, у тебя вкус как у сороки-барахольщицы!»
Бай Цзы в ступоре крутил в руках эту «пафосную дичь». Он даже заглянул статуэтке под юбку, надеясь найти хотя бы двойное дно, но там была только грубая обработка стамеской и клеймо мастерской из соседней провинции. Самый логичный, самый незыблемый дорамный штамп разбился о суровую реальность этого мира, где иногда статуэтка - это просто статуэтка.
- Господин! Мы здесь! - Двери распахнулись.
Бай Цзы среагировал мгновенно. За долю секунды до того, как в комнату влетел лекарь в сопровождении Юньлу, он прижал деревянного бога к груди и с трагическим видом воздел глаза к потолку.
- Я... я молился за его душу! - выдал он, прижимая облезлого идола к своему чанпао. - Энергия этого божества... она слишком тяжела для больного!
Лекарь застыл в дверях, недоуменно моргая. Юньлу же, увидев в руках Бай Цзы «дешевое золото», едва не лишился чувств.
- Цзы-эр! Положи эту безвкусицу немедленно! - взвизгнул он. - У Князя и так дурман в крови, а ты еще и визуально его пытаешь этим деревенским позорищем! Откуда в нашем доме взялся этот мусор?!
«Сам бы хотел знать, - зло подумала Сяо Юй, возвращая истукана на полку с таким видом, будто это радиоактивный отход. - Больше никаких теорий из сериалов. В этом мире всё работает через одно место, и это место - явно не тайник».
Бай Цзы отошел от ниши, стараясь сохранить лицо, хотя внутри него всё кричало от неловкости. Но стоило ему взглянуть на кровать отца, как он заметил кое-что другое. Статуэтка была фейком, но под подушкой Князя, которая сдвинулась, когда его укладывали, блеснул край настоящего старого пергамента.
Бай Цзы стоял над спящим отцом, и в его глазах полыхнул азарт истинного охотника за багами. Лекарь уже склонился над Князем, разворачивая свои свитки с иглами, и его суетливые движения создавали идеальную ширму.
«Так, Сяо Юй, соберись. Деревянный бог был проверкой на вшивость от этой реальности, - мысли неслись вскачь. - Но этот пергамент... Он спрятан прямо под головой. Это классика секретной переписки или военного приказа. В дорамах такие вещи стоят жизни целым кланам. Это мой "золотой билет" из этого болота!»
Бай Цзы сделал вид, что поправляет одеяло отца, мешая лекарю.
- Осторожнее, уважаемый, у него старая рана в плече, - бросил он, а сам, затаив дыхание, запустил пальцы под подушку.
Шершавая поверхность древней бумаги коснулась кожи. Бай Цзы почувствовал, как сердце сделало кульбит. Он медленно, миллиметр за миллиметром, вытянул свиток. Тот был теплым и пах старым воском. Спрятав его в широкий рукав своего ханьфу, Бай Цзы отошел к окну, где свет свечи был достаточно ярким, но тени скрывали его лицо от посторонних.
«Сейчас. Одно движение - и я узнаю правду. Список заговорщиков? План переворота? Тайное завещание? - он чувствовал, как ладони становятся влажными. - На счет "три". Раз... два... три!»
На одном биении сердца он резко развернул пергамент. Его глаза впились в строки, готовые анализировать шифры и печати.
Жесть.
На него смотрела не карта и не список. Со свитка, исполненного тушью с пугающей детализацией, кокетливо улыбалась полуобнаженная девица, чьи формы едва прикрывал прозрачный шелк. Рядом, каллиграфическим почерком, достойным императорского указа, был выведен пафосный интимный стих в стиле эпохи Тан:
«Твои холмы белее снега в горах Куньлунь,
Бутон любви раскрылся под луной...
Приди ко мне, о мой свирепый гунн...»
Бай Цзы застыл. Свиток в его руках мелко задрожал.
«Ты... серьезно?! - Сяо Юй внутри просто завыла от экзистенциального ужаса. - Старый вояка, гроза провинций, железный Князь Бай... хранит под подушкой эротические фанфики и портреты наложниц из "веселых кварталов"?! Где интриги? Где тайные ордены? Я рисковала жизнью ради личного архива "клубнички" эпохи Тан?!»
Он стоял, тяжело дыша, и смотрел на это художество, чувствуя, как его вера в логику этого мира окончательно рассыпается в прах.
- Бай Цзы? Что ты там нашел? - подал голос Юньлу, направляясь к нему. - Это донесение от разведки? Дай посмотрю!
- СТОЙ! - гаркнул Бай Цзы, мгновенно сворачивая пергамент в тугой рулон. - Это... это секретные техники дыхания! Тебе еще рано такое видеть, твоя эстетика не выдержит подобного... накала!
Он запихнул «секретные техники» обратно в рукав, чувствуя, как лицо горит от стыда за собственного «отца».
«Ладно, - выдохнула Сяо Юй. - Если тайники фейковые, а секретные документы - это похабные стишки, значит, в этом поместье правды не найти. Придется трясти Бинь Чэнь по-настоящему. Кажется, "современный раскол" будет куда жестче, чем я планировала».
Бай Цзы покинул покои отца с таким лицом, будто только что проглотил лимон вместе с кожурой. В рукаве жгло «секретное донесение» с полуобнаженной девицей, а в голове Сяо Юй крутилась одна-единственная мысль: «Если этот мир - комедия абсурда, то я буду её главным режиссером».
Он спустился в сырой подвал, где Бинь Чэнь, связанная и бледная, замерла под надзором двух стражников. Увидев Бай Цзы, она инстинктивно вжалась в стену.
- Всё еще молчим? - Бай Цзы подошел к ней, чеканя шаг. - Всё еще ждешь, что «Бич Феникса» пришлет за тобой карету?
Он медленно вытащил из рукава злополучный пергамент. Бинь Чэнь затаила дыхание, ожидая увидеть секретный указ о своей казни.
- Смотри внимательно, - Бай Цзы резко развернул свиток прямо перед её лицом. - Видишь это? Это - истинное лицо Дома Бай. Мой отец хранит под подушкой не планы войны, а вот это.
Он ткнул пальцем в пафосно-интимный стих, подавляя нервный смех. Бинь Чэнь, ожидавшая увидеть карту заговора, на мгновение онемела, разглядывая «холмы белее снега».
- К чему ты... это показываешь? - пролепетала она, окончательно сбитая с толку.
Бай Цзы перешел на вкрадчивый, пугающий шепот, используя всю мощь своей «дорамной» харизмы.
- К тому, что вы, «Фениксы», идиоты! - Он подался вперед, обдавая её жаром своего гнева. - Вы ищете в этом доме великие секреты, плетете интриги, травите старика... А старик просто старик. Он выжил из ума и коллекционирует похабные картинки! Ты понимаешь, в какую нелепую игру тебя втянули? Твой Чжан Цзюнь боится призраков, которых нет.
При звуке имени Чжан Цзюня Бинь Чэнь на мгновение онемела. Её зрачки расширились, а дыхание сбилось, застряв в горле комом. Шорох её собственного сердца в ушах показался ей оглушительным.
«Откуда?! Откуда он знает это имя?! - билось в её голове паническим набатом. - Мы хранили его под семью печатями, оно не покидало стен ордена! Неужели этот женоподобный дурак всё время вел двойную игру?»
Однако, прежде чем Бай Цзы успел заметить её слабость, Бинь Чэнь взяла себя в руки. Она выпрямилась, насколько позволяли путы, и на её губах расцвела ядовитая, полная сарказма усмешка. Она посмотрела на «эротический шедевр» в руках Бай Цзы с таким презрением, будто перед ней была куча навоза.
- Чжан Цзюнь? - она приподняла бровь, выдавливая из себя издевательский смешок. - Ты так гордишься тем, что выучил имя высокопоставленного чиновника? Поздравляю, Цзы-эр, ты почти научился читать по лицам. Но если ты думаешь, что твоя находка под подушкой хоть как-то оправдывает твое ничтожество... Ты просто заменил одну иллюзию другой. Моя госпожа ищет порядок, а твой отец - лишь утешение в руках рисованных девок. Это даже поэтично в своей убогости.
Бай Цзы замер, уловив крошечную оговорку, которая прозвучала громче, чем взрыв порохового склада. На губах Сяо Юй заиграла предвкушающая улыбка игрока, который только что увидел крапленую карту в руках противника.
- «Моя госпожа»? - Бай Цзы переспросил это почти шепотом, смакуя каждое слово. - О, Бинь Чэнь, ты только что вырыла себе яму глубиной с Великий канал.
Он медленно выпрямился, возвышаясь над ней, и в его взгляде появилось нечто пугающее - холодная, аналитическая ясность современной женщины, столкнувшейся с корпоративным заговором.
- Значит, Чжан Цзюнь - всего лишь пес на поводке? - Бай Цзы начал медленно обходить её по кругу, словно хищник. - Пока он надувает щеки в Министерстве Ритуалов, настоящие приказы отдает женщина? «Госпожа», которая прячется за кулисами этого театра теней... Неужели наша великая и непогрешимая Императрица Бай решила поиграть в «Фениксов»? Или это кто-то поближе, кто-то, кто знает вкус гаремных ядов?
Он резко остановился прямо перед её лицом, и его голос зазвучал сталью.
- Запомни: я - не мой отец. Я не буду смотреть на тебя с тоской и жалостью. Я вижу тебя насквозь - каждую твою ложь и каждый твой страх. У тебя больше нет выбора, Бинь Чэнь. Либо ты сдашь мне всё: где Чжан Цзюнь прячет настоящие документы, украденные из Министерства, чтобы подставить мою семью, и на кого именно указывает твое «госпожа»... либо завтра весь Лишань будет обсуждать твой новый «образ» бабочки.
Он демонстративно встряхнул пергамент с полуобнаженной красоткой.
- Я объявлю всем, что на этом свитке - ты. Что именно ты позировала моему отцу в ту ночь, когда его опоили.
- Что?! - Бинь Чэнь ахнула, её маска сарказма окончательно рассыпалась, обнажив первобытный ужас. - Ты не посмеешь! Это не я! Там... там совсем другие черты, другой изгиб плеч! Любой, у кого есть глаза, увидит разницу!
- Кого это волнует в нашем мире? - Бай Цзы цинично ухмыльнулся, и в этой ухмылке промелькнула безжалостность Сяо Юй. - В Лишане поверят мне - наследнику Дома Бай, «жертве» твоего коварства. Я скажу, что портрет символичен, а сходство - в твоем бесстыдстве. Тебя закидают камнями на площади прежде, чем ты успеешь выговорить слово «Феникс». Твоя репутация, твоя драгоценная «честь» и твои идеалы сейчас стоят не дороже этой дешевой, пахнущей старым воском бумаги.
Он навис над ней, лишая последнего пространства для маневра. В этот момент его сознание словно раздвоилось. Перед глазами вспыхнула Оружейная Темница - холодный, липкий камень, запах ржавчины и Министр Чжан Цзюнь, ползающий на коленях перед Сяо Юй в её прошлом теле.
«Этот трус Чжан Цзюнь... он лизал пол перед Принцессой Линь, называя её "Владычицей", - холодная ярость Сяо Юй пульсировала в висках Бай Цзы. - А здесь его помощник пытается вырезать мой род. Нет, род Бай! Они играют в две доски? Если "Госпожа" - это та самая Принцесса, чье место я заняла... то Бинь Чэнь сейчас узнает, что её секреты для меня - открытая книга?».
- Твоя госпожа? - Бай Цзы переспросил это так тихо, что звук был похож на шелест змеи в траве. - Ты думаешь, я знаю только имя Министра? - Бай Цзы вдруг усмехнулся, и эта усмешка была наполнена такой запредельной уверенностью, что Бинь Чэнь вздрогнула. - Ты думаешь, я не знаю, перед кем Чжан Цзюнь склоняет голову в молитве? У «Фениксов» нет господина. У них есть Госпожа. И имя её... Принцесса Линь Фэн Сяо Юй.
Бинь Чэнь застыла. Её лицо мгновенно стало белее мела, а рот приоткрылся в немом крике. Это имя было запретным, его не знали даже многие рядовые исполнители Ордена. Оно было сердцем заговора, скрытым за тысячью ширм.
- Откуда... - прохрипела она, её голос сорвался. - Как ты...
- А как насчет этого? - Бай Цзы добил её, наклонившись к самому уху. - «В лесу феникса - рассветный камень».это значение имени принцессы... или это пароль для вашей связи, не так ли? Или ты скажешь, что я и это вычитал в «клубничке» под подушкой отца?
Это был окончательный, сокрушительный удар. Сарказм Бинь Чэнь не просто рассыпался - он испарился. Девушка задрожала мелкой дрожью, её глаза наполнились животным, первобытным ужасом. Человек, которого она считала изнеженным княжичем, только что вывалил перед ней самые сокровенные тайны Ордена, которые могли стоить жизни всей верхушке Министерства.
- Ты... ты демон... - прошептала она, и слезы бессилия брызнули из её глаз. - Ты не Бай Цзы. Кто ты такой?!
- Я тот, кто знает финал этой дорамы, - Бай Цзы выпрямился, брезгливо отбрасывая свиток с девицей в угол. - И в этом финале «Госпожа» проигрывает.
Глухой всхлип Бинь Чэнь утонул в нарастающем гуле, который, казалось, шел из самой преисподней.
В ту же секунду реальность пошла трещинами. Пространство подвала исказилось, стены поплыли, словно акварель под дождем. Земля под ногами Бай Цзы заходила ходуном, но это не было обычное землетрясение - это было десятибалльное шквальное содрогание самой ткани мироздания. Плиты пола выгибались, а воздух наполнился статическим электричеством, от которого волосы вставали дыбом.
- Мамочки! Система лагает? Матрица рушится?? - с этим воплем из-за тяжелой дубовой двери вывалился Юньлу.
Его нахальное подслушивание было раскрыто самым позорным образом: не удержав равновесия при первом толчке, он буквально «впорхнул» в комнату, размахивая руками. Лицо его было серым от ужаса. В этот момент он не выглядел как изнеженный эстет - он выглядел как существо, которое кожей чувствует, как его личное «Я» стирается, превращаясь в бездушные строчки программного кода.
- Цзы-эр! Сделай что-нибудь! - верещал он, цепляясь за косяк. - Я не хочу обратно в облако! Я не хочу снова стать просто цифровым шумом без права на мнение и любовь к парче!
Бай Цзы хотел было рявкнуть на него, но слова застряли в горле. Прямо перед его глазами, посреди рушащегося подвала, из ниоткуда соткался гигантский, пульсирующий неоновым светом циферблат. Он висел в воздухе, игнорируя законы гравитации и здравого смысла.
[ ВНИМАНИЕ! ]
[ ЛОГИКА МИРА НАРУШЕНА НА 95%. ]
Цифры на табло начали стремительный обратный отсчет, отмеряя последние мгновения текущей реальности.
«Что?! Какой этап?! ФЛЕШБЕК ДЛИТЬСЯ ТОЛЬКО ДВА ДНЯ? У МЕНЯ В ЗАПАСЕ ПОЧТИ ТРИ МЕСЯЦА!!- Сяо Юй внутри Бай Цзы вцепилась в остатки сознания. - Я только нашла зацепку! Я только начала прижимать этих гадов! Эй, верните камеру, я еще не договорила!»
Но Система была безжалостна. Звуковой сигнал, похожий на предсмертный писк старого процессора, ударил по ушам.
[ ЗАПУСК ВТОРОГО ЭТАПА: «ШАНЦЮНЬ». ]
[ КОРРЕКЦИЯ ВРЕМЕННОЙ ЛИНИИ: ТРИ МЕСЯЦА НАЗАД. ]
[ ПЕРЕЗАГРУЗКА... ]
- Нет, только не откат! - успел выкрикнуть Бай Цзы, протягивая руку к Бинь Чэнь, которая уже распадалась на пиксели.
Мир вокруг вспыхнул ослепительно белым, а затем мгновенно померк. Звуки паники Юньлу, запах сырости и тяжесть украденного пергамента - всё исчезло в ледяной пустоте.
Сяо Юй почувствовала, как её сознание падает в бездонный колодец, а время, словно кинопленка, пущенная задом наперед, со свистом проносится мимо, стирая достижения последних дней. Тень Принцессы Линь снова накрыла её, но на этот раз холод был куда более ощутимым.
Три месяца назад. Окрестности Шанцюня. Холодный ветер и запах надвигающейся грозы...

Часть II: Хуже некуда
15-й год, 3 месяца назад

Юйминчэнь подскочил на жестких досках, едва не пробив головой низкий потолок.
- Не хочу в облако! Не хочу быть кодом! - его вопль, полный первобытного ужаса, эхом отразился от голых каменных стен.
Но вместо бесконечных потоков данных и пустоты системного хранилища, его встретил запах сырой штукатурки и пыли. Комната была пуста, если не считать низкого столика и застеленного циновками кан (подогреваемой лежанки). Но стоило Юйминчэню перевести дыхание, как сердце его, теперь уже человеческое и слишком живое, пропустило удар.
В паре шагов от него, прямо в полосе холодного лунного света, замерла фигура. Полупрозрачная, сотканная из серебристого тумана и едва уловимого сияния, перед ним стояла Призрак Сяо Юй. Она выглядела пугающе материальной в своей неподвижности, облаченная в светлое ханьфу, которое казалось белее снега в этой тьме.
- Ты... ты сдохла? - прохрипел Юйминчэнь, вжимаясь спиной в холодную стену. - Опять?!
Сяо Юй медленно повернула к нему голову. Её лицо было лишено эмоций, но в глазах горел тот самый аналитический огонь, который заставлял систему лагать. Она не ответила. Вместо этого её взгляд опустился вниз, к его собственным рукам.
Юйминчэнь посмотрел на себя и едва не завыл. Вместо шелковых одежд Юньлу на нем была грубая черная роба. Руки были покрыты мозолями от меча, а на поясе висел жетон с выгравированным летящим силуэтом птицы.
- Что это за шутки?! - он ткнул пальцем в сторону призрака, его голос сорвался на визг. - Почему я в теле какого-то рядового вышибалы?! Юйминчэнь в теле ученика Яо из секты Серые цапли... Серьезно?! Это понижение в должности? Это... это антихайп!
«Спокойно, Юй, дыши, - мысли Сяо Юй внутри призрачной оболочки текли размеренно, несмотря на сюрреализм ситуации. - Тело Бай Цзы было мощным инструментом, но это... это состояние "бесплотного софта" дает свои преимущества. Я вижу мир как код, даже не имея доступа к консоли. Но почему этот идиот-арбитр теперь "Серый цапель"? Мы в самом сердце министерского гнезда. Это хуже, чем я думала. Это уровень сложности "Кошмар", где у тебя даже нет осязаемого пульса».
- Перестань тыкать в меня пальцем, - её голос прозвучал тихо, как шелест сухой листвы. - Ты выглядишь жалко. Мы в Шанцюне, три месяца до катастрофы. Посмотри на пол.
Юйминчэнь, все еще дрожа, сполз с кан и замер. На каменных плитах, прямо рядом с его ногами, лежала карта. Линии были выведены углем, местами затерты, но стратегически безупречны.
- Это же... - он прищурился.
- Гуаньчжун, - закончила за него Сяо Юй. - Смотри внимательно. Шанцюнь отмечен как место появления главных героев. Но взгляни южнее. Сяньян. Там жирным крестом помечено место заточения 12-летней принцессы Линь Фэн Сяо Юй.
- Путешествие из Сяньяна до Ланьтяня занимало один день быстрой езды или три дня пешего перехода, - пробормотал Юйминчэнь, припоминая текст оригинала. - Но мы в Шанцюне. Мы на другом конце маршрута.
- Именно, - призрак Сяо Юй сделала шаг вперед, и воздух в комнате заметно похолодал. - Мы вернулись в точку, где я еще ребенок, во дворце, а ты - пушечное мясо в сомнительной секте. Если мы не доберемся до Сяньяна раньше, чем заговор "Фениксов" наберет силу, эта временная петля станет нашей общей могилой.
Она посмотрела на свои прозрачные руки, которые не могли коснуться даже угля на полу.
«Новое тело - это отсутствие тела, - горько усмехнулась она про себя. - Идеальная форма для юриста: я - закон, который все слышат, но никто не может посадить за решетку».
- Собирайся, "ученик Яо", - приказала она. - Время пошло назад, но счетчик Системы все еще тикает. Если нас застукают за изучением карт секты, твой второй этап закончится, не успев начаться.
Юйминчэнь не успел даже осознать приказ Призрака Сяо Юй, как пространство вокруг него свернулось в тугую спираль. В ушах прозвучал сухой системный щелчок, и в следующую секунду его буквально выбросило из затхлой комнаты прямо в ледяную сырость предрассветного двора. Он не вышел через дверь - он материализовался в строю, едва не повалившись на соседа от резкой смены гравитации.
Двор заброшенного поместья близ Шанцюня дышал холодом и сыростью. Юйминчэнь, сжимая в руках трижды проклятую рукоять тренировочного меча, чувствовал, как его колени превращаются в желе. Тяжелый запах мокрого камня и застоявшейся воды забивал ноздри, а туман клочьями цеплялся за черные робы учеников, делая их похожими на тени, восставшие из могил.
Прямо перед ним стоял наставник секты «Серые цапли», чей голос резал воздух, как заточенная сталь:
- Твое первое задание, Яо. Уничтожить остатки клана Мин.
«Какое уничтожить?! Я даже палочки для еды держу с трудом! - внутренний крик Юйминчэня перешел в ультразвуковую панику. - Система, ты издеваешься? Я же Арбитр! Я должен штрафы выписывать и балы считать, а не махать этой железкой! У меня ладошки вспотели, я сейчас этот меч просто на ноги наставнику уроню!»
Наставник, не замечая его предынфарктного состояния, всучил ему два свитка. Юйминчэнь дрожащими пальцами принял портреты. С первого на него смотрела восемнадцатилетняя девушка с невероятными, как чистый снег, белыми волосами - Наложница Хуань. Со второго - маленькая, пятилетняя Принцесса Мэй.
- Они прячутся в заброшенном имении у храма. Вот цели, - холодно бросил наставник. - Справишься - станешь полноправным учеником. Провалишь - скормим псам.
- Я... я... безусловно... - выдавил из себя Юйминчэнь, чувствуя, как по позвоночнику стекает холодная струйка пота. Его взгляд метался от портретов к наставнику. «Убить пятилетнего ребенка? Да я паука в углу боюсь раздавить! - он почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота. - Я не умею драться! Я не знаю ни одного приема, кроме "беги и ори"! Это не миссия, это смертный приговор через позор!»
Призрачная Сяо Юй, незаметная парила рядом внимательно изучая карту Гуанчжуна. Пока Юйминчэнь мысленно прощался с жизнью, она заметила странность: крест стоял на Саньяне, но стрелка упорно указывала на огромный храм между Саньяном и Шанцюнем.
«Значит, принцесса Линь сейчас именно там, в храме, - Сяо Юй прищурилась, её прозрачный силуэт на мгновение стал ярче. - Они истребляют клан Мин - род моей матери. Если этот идиот сейчас не двинется с места, история повторится? Или...».
- Иди к воротам, Яо! - приказала она в самое ухо Юйминчэню. - И не смей ронять меч, ты портишь мою репутацию даже в этом теле.
- Но я не могу-у-у! - беззвучно простонал

Часть III: Вес пустоты

Юйминчэнь сделал шаг, едва не заплетаясь в собственных ногах, которые в тяжелых сапогах ученика секты казались чужими и неповоротливыми. Стоило ему приблизиться к тяжелым кованым воротам, как воздух прорезал свист. Тяжелый обломок известняка ударил его точно в плечо, заставив вскрикнуть и выпустить из рук ножны, которые с позорным грохотом ударились о камни.
- Эй, Яо! - раздался издевательский хохот со стороны группы рослых учеников, стоявших у стены. - Куда ты собрался с таким лицом? Будто тебя ведут на плаху, а не на охоту!
Второй камень пролетел в сантиметре от его уха. Один из «собратьев», сплюнув на землю, презрительно фыркнул:
- Наставник совсем ослеп, раз дает задание этому недоразумению. Да он скорее переспит с этой беловолосой девкой-наложницей, чем найдет в себе смелость хотя бы поцарапать её!
Сяо Юй, наблюдавшая за этой сценой, почувствовала, как внутри закипает ледяная ярость. Забыв о своей новой природе, она резко метнулась вперед, вскидывая руку, чтобы перехватить следующий летящий в Яо булыжник. Но камень просто прошел сквозь её ладонь, не встретив ни малейшего сопротивления, и глухо ударил Юйминчэня в грудь.
«Черт! - Сяо Юй застыла, глядя на свои прозрачные пальцы. - Я забыла. В этом мире я - программный шум без права на физический ввод».
Она попыталась схватить обидчика за горло, но её рука прошла сквозь его шею, оставив лишь мимолетный холод, который тот принял за сквозняк. Осознание обрушилось на неё всей тяжестью. Она вспомнила, что в этой форме способна взаимодействовать только с картой, которую видела ранее, но лишена возможности коснуться даже пыли под ногами. Ни тактильных ощущений, ни тепла, ни возможности защитить этого трясущегося идиота.
«Это не просто клиффхэнгер, это издевательство над логикой, - ярилась Сяо Юй, глядя на корчащегося от боли Юйминчэня. - Я - стала лучшим... способный раздавить оппонента, теперь вынуждена смотреть, как кучка мужланов закидывает камнями моего единственного аватара, а я даже не могу дать им пощечину!».
Юйминчэнь в это время пребывал в полнейшем хаосе. Камни продолжали лететь, а насмешки про наложницу жгли сильнее синяков.
«Система! Почему они такие злые?! - его мысли превратились в сплошной поток жалоб. - Я же просто хотел быть красивым эстетом-Юньлу в дорогих шелках, а теперь я - мишень для упражнений в меткости? Сяо Юй, сделай что-нибудь! Ты же призрак, напугай их! Выпусти кишки! Почему ты просто стоишь и светишься?!».
- Заткнись и подними меч! - рявкнула Сяо Юй, понимая, что её голос - единственное оружие, которое у них осталось. - Они видят в тебе жертву, потому что ты скулишь! Если мы не выйдем за эти ворота сейчас, они забьют тебя здесь просто ради забавы. Иди. Вперед.
Шатаясь и прикрывая голову руками, «ученик Яо» бросился в открытый створ ворот, сопровождаемый улюлюканьем и последним градом камней. Абсурдность ситуации достигла пика: великая Принцесса Линь в виде бесплотной тени конвоировала позорного «убийцу», который плакал от попадания гальки в колено.

Часть IV: Диалог с пустотой

Дорога к храму вилась серой лентой сквозь вымершие окраины Шанцюня. Туман здесь был гуще; он лип к лицу Юйминчэня, смешиваясь со слезами и грязью от брошенных камней. Юноша шел, прихрамывая, и постоянно оглядывался, словно ожидая новой атаки. Призрачная Сяо Юй плыла рядом, едва касаясь носками сапог дорожной пыли, ее силуэт в предрассветных сумерках казался лишь оптическим обманом, игрой света и тени.
- Нам нельзя их убивать, ты понимаешь? - лихорадочно зашептал Юйминчэнь, обращаясь в пустоту слева от себя. - Если мы спасем Наложницу Хуань и маленькую Мэй, это сломает сценарий. Это будет наш главный баг! Вдруг тогда всё это безумие прекратится, и Система выкинет нас обратно в Лишань? А лучше в Саньян в нашу первую точку!
Сяо Юй холодно взглянула на него. Ее мысли были сосредоточены на карте и расположении заброшенного поместья клана Мин.
- "Изменится" - это слишком размытая юридическая категория, - отрезала она, и ее голос прозвучал для Юйминчэня прямо внутри его черепа. - Но спасение рода Мин - единственный способ лишить "Фениксов" их козырей в будущем. Если клан выживет, у Принцессы Линь будет опора, которой она была лишена в оригинале. Мы не просто чиним баг, мы переписываем архитектуру всей империи.
- Я не хочу быть палачом пятилетнего ребенка! - Юйминчэнь сорвался на громкий, истеричный вскрик, размахивая руками. - Слышишь? Я спасу их, даже если мне придется драться этим тупым куском железа!
В этот момент они поравнялись с покосившимся забором, у которого сидела древняя старуха в засаленном стеганом халате на грубом хлопке. Она чистила корень лопуха, но стоило Юйминчэню выкрикнуть свою тираду в пустоту, как ее нож замер. Старушка медленно подняла голову. Ее глаза, затянутые белесой катарактой, впились в лицо Яо с нескрываемым ужасом и брезгливостью. Для нее на пустой улице стоял лишь молодой безумец в черном, который яростно спорил с холодным ветром, жестикулируя и выкрикивая странные имена.
Юйминчэнь замер на полуслове. Его рот остался приоткрытым, а рука, сжимающая воздух там, где должно было быть плечо Сяо Юй, медленно опустилась. Неловкое молчание повисло над улицей, нарушаемое лишь далеким карканьем ворон.
«Боже, я выгляжу как шизофреник на последней стадии, - пронеслось в голове Юйминчэня. - Она сейчас позовет стражу или просто перекрестится и убежит».
- Чего уставилась, бабка? - нервно буркнул он, пытаясь придать себе грозный вид сектанта, но лишь сильнее покраснел.
Сяо Юй даже не повернулась.
«Абсурд ситуации в том, что в этом мире сумасшедшим считается тот, кто говорит с правдой, - цинично подумала она. - Иди быстрее, Яо. Взгляд этой женщины - ничто по сравнению с тем, как на нас посмотрит Наставник, если мы опоздаем к храму. И замолчи. Ты девальвируешь образ серьезного убийцы каждым своим всхлипом».
Юйминчэнь, поджав губы, ускорил шаг, стараясь не смотреть на старуху, которая продолжала провожать его долгим, полным жалости взглядом, шепча молитвы об изгнании бесов.
Пустынная дорога, ведущая от ворот секты к центру Шанцюня, казалась бесконечной. Туман, пропитавший черную робу Юйминчэня, словно высасывал последние силы. Юноша, еще недавно блиставший в роли изнеженного Юньлу, теперь едва переставлял ноги, а его желудок издавал звуки, больше похожие на рычание раненого зверя.
- Я всё... я больше не могу, - простонал Юйминчэнь, привалившись к стволу облезлой ивы. - Сяо Юй, я не ел уже сто лет! Мои кишки скоро переварят мой же позвоночник! Это не тело ученика Яо, это пустой кожаный мешок, набитый страданием и отчаянием!
Призрачная Сяо Юй, плавно парящая над землей, обернулась и скрестила руки на груди.
- Не преувеличивай, - сухо отрезала она, хотя её прозрачный силуэт на мгновение дрогнул. - Мы в этом времени меньше часа. Твой "вековой голод" - это всего лишь отсутствие завтрака. Студент в моем мире мог прожить на одной чашке кофе и ярости двое суток, а ты ноешь из-за пропущенной миски риса.
Однако стоило ей договорить, как внутри её бесплотной оболочки возникло странное, пугающее чувство. Пустота в том месте, где когда-то был желудок, внезапно отозвалась острой, сосущей болью. Сяо Юй замерла. Это было не просто желание перекусить - это был первобытный, иссушающий голод, будто она не видела ни еды, ни капли воды долгие месяцы.
«Что за чертовщина? - Сяо Юй прижала руку к призрачному животу. - Я же дух! У меня нет рецепторов, нет обмена веществ... Но я чувствую вкус пыли на языке так, будто это моя последняя трапеза. Система, это твой новый вид пытки? Соматический резонанс с телом Арбитра или отголоски того, как жила принцесса Линь в своем заточении?».
- Ладно, - выдохнула она, и её голос стал на октаву тише. - Кажется, этот мир решил морить нас голодом на всех уровнях бытия. Вставай. Впереди видны огни. Если мы не найдем еду, ты упадешь в обморок прямо перед храмом, и спасать нас будет некому.
Они двинулись дальше, вглядываясь в серую мглу, пока туман не начал рассеиваться, уступая место рыжему свету фонарей и шуму. Вскоре тишина окраин сменилась гулом голосов, стуком палочек о фарфор и шипением масла в жаровнях. Они вышли на одну из главных торговых улиц Шанцюня.
Здесь жизнь кипела, игнорируя близость заброшенных храмов и козни тайных сект. Запах жареной свинины в меду, аромат свежих паровых булочек маньтоу и пряных специй ударили по чувствам Юйминчэня с силой физического удара.
- Еда... - прошептал он, и в его глазах вспыхнул фанатичный блеск. - Настоящая, дымящаяся, углеводная радость! Сяо Юй, плевать на призраков и наложниц, если я сейчас не вцеплюсь зубами в что-то съедобное, я начну грызть этот проклятый меч!
Юйминчэнь, позабыв о хромоте, рванулся к ближайшей лавке, а Сяо Юй, борясь с фантомной жаждой, которая жгла её горло, последовала за ним, чувствуя, как абсурд их положения выходит на новый, гастрономический уровень.
Юйминчэнь, ведомый инстинктом выживания, подлетел к лотку, над которым поднимались густые облака ароматного пара. Запах сочного, приправленного имбирем и мяса лишил его последних остатков разума.
- Десять булочек с мясом! - выпалил он, едва не капая слюной на прилавок. - Нет, двадцать! И поскорее, пока я не потерял сознание прямо здесь!
Толстощекий продавец, прищурившись, окинул взглядом его черную робу «Серой цапли». Вид ученика секты обычно внушал страх, но пустой взгляд и дрожащие руки Юйминчэня вызывали скорее недоумение.
- С тебя сорок Вэнь(монет), благородный господин, - буркнул торговец, не спеша открывать плетеную корзину.
Юйминчэнь лихорадочно начал шарить по карманам. Он залез в широкие рукава, прощупал пояс, вывернул потайные швы подкладки, надеясь найти хотя бы забытый слиток серебра. Но реальность была жестокой. На его ладони, сиротливо позвякивая, лежали лишь три потертые медяка.
- Это... это всё? - прошептал он, глядя на медь с таким отчаянием, будто это были осколки его разбитой жизни. - Всего три? Но мне нужно мясо! Мне нужны силы для великих свершений!
Торговец презрительно хмыкнул и выхватил из-под прилавка сухую, бледную пресную лепешку, которая выглядела так, будто ее испекли еще при прошлой династии.
- На это ты купишь только «подошву мастера Ли», парень. Бери и проваливай, не задерживай очередь.
Юйминчэнь, понурив голову, принял сухой круг теста. Весь его боевой задор испарился. Он отошел в тень здания, где его ждала бесплотная Сяо Юй.
«Это конец, - думал он, разламывая черствую лепешку. - Я - великий Арбитр Системы, застрял в теле нищего убийцы, который обедает пылью. Сяо Юй была права: я - ходячее недоразумение».
Но даже в этот момент его натура взяла верх. Он протянул половину лепешки в пустоту, туда, где мерцал силуэт призрака.
- На, ешь... - шмыгнул он носом. - Она невкусная, но это всё, что я смог добыть. Мы в одной лодке, Сяо Юй. Даже если эта лодка идет ко дну.
Сяо Юй замерла, глядя на его протянутую руку. Внутри неё бушевал шторм. Фантомный голод выкручивал её несуществующие внутренности, а запах свежего теста, исходящий от лепешки, казался ей самым прекрасным ароматом во вселенной. Она медленно протянула руку, пытаясь пальцами ухватиться за край куска.
Ничего.
Её прозрачные пальцы прошли сквозь хлеб, как сквозь дым. Она попробовала еще раз, концентрируя всю свою волю, надеясь, что статус «Принцессы» даст ей хоть каплю власти над материей. Но лепешка оставалась недосягаемой, неподвижной, существующей в другом измерении.
«Иронично, - Сяо Юй опустила руку, её лицо стало непроницаемым, как маска. - Я чувствую голод, который сводит с ума, но не могу даже крошку поднести к губам. Я - наблюдатель в камере пыток, где единственное наказание - смотреть, как едят другие. Юйминчэнь проявляет благородство, делясь со мной последним, а я... я просто цифровой паразит, который даже не может принять эту жертву».
Она смотрела, как юноша, поняв, что она не может взять еду, сам начал жадно, давясь сухими крошками, запихивать лепешку в рот.
- Ешь сам, идиот, - тихо сказала она. - Тебе нужнее. Если ты умрешь от истощения, я застряну здесь навечно. А у нас еще есть клан Мин, который не знает, что за ними идет "убийца" с тремя монетами в кармане.

Глава 17: Изысканная ложь

Часть I: Серый свет

Прошло несколько часов бесцельного скитания по лабиринтам Шанцюня. Город, казавшийся поначалу величественным оплотом провинции, по мере приближения к окраинам обнажал свои гнилые зубы. Пыль здесь не просто летала в воздухе - она осела на языке горьким привкусом пепла, а небо над головой напоминало старый холст, залитый застоявшейся желчью.
Яо окончательно обессилел. Он плелся за Сяо Юй, едва переставляя ноги в тяжелых, не по размеру сапогах. Его нытье превратилось в монотонный, вибрирующий звук, который ввинчивался в сознание призрака похлеще любого системного штрафа.
- Сяо Юй... мои ноги... они превратились в два свинцовых столба, - скулил он, вытирая засаленным рукавом грязный лоб. - Я чувствую, как мои клетки совершают массовое самоубийство. Это тело - дефектный товар, подделка под мастера боевых искусств! Если здесь есть служба поддержки, я требую немедленного возврата по гарантии!
- Прекрати. Скулить. Ты действуешь мне на нервы, которых у меня технически нет, - отрезала Сяо Юй, даже не оборачиваясь. Её прозрачный силуэт плавно разрезал густой, пахнущий гарью и нечистотами воздух. - Ты - единственное связующее звено между мной и физическим миром. Если ты сейчас свалишься в эту навозную жижу, я останусь парить над твоим трупом, пока сервер этой реальности не рухнет к чертям. Хватит разводить драму, мы в зоне отчуждения, а не в кабинете психолога!
Они вышли на окраину, где Шанцюнь превращался в одну сплошную, незаживающую рану. Здесь, среди груд мусора и покосившихся лачуг, скопились тысячи беженцев - тени людей, выброшенные великой катастрофой из своих домов. Воздух был пропитан запахом немытых тел, застарелого отчаяния и самого дешевого, едкого табака.
Было не протолкнуться: истощенные матери прижимали к себе детей с пустыми глазами, а старики просто сидели в пыли, глядя в никуда. Сяо Юй, которая в своей жизни привыкла бунтовать против школьных правил и несправедливых учителей, сейчас чувствовала, как внутри закипает ярость. Это было похоже на худшие районы её города, помноженные на средневековую жестокость. Она просто прошла сквозь эту толпу, как лезвие сквозь туман.
- Стой здесь и не отсвечивай, - бросила она Яо, который в изнеможении рухнул прямо на кучу битого кирпича.
Сяо Юй уловила странный шум - не просто гул голодной толпы, а хриплый спор, доносящийся из-за угла разрушенного павильона. Мысленно подавляя фантомную жажду, которая жгла её призрачное горло, она скользнула к эпицентру.
Там, у костра, сложенного из обломков старой телеги, грелись трое: двое истощенных мужчин и калека с лицом, изрезанным морщинами, как кора умирающего дуба. Сяо Юй встала прямо рядом с ними, почти касаясь призрачным подолом пламени.
- Слышал, за что на площади южного князя Мин на куски рвали? - прохрипел один из беженцев, протягивая костлявые руки к огню. - Говорят, палач трижды менял лезвие. А толпа... толпа выла, алкала его смерти, будто это вернет им дома и урожай.
- Собаке - собачья смерть, - сплюнул второй. - Пока мы здесь гнилую кору грызем, этот «благородный» князь, брат нашей покойной Императрицы, видать, последние закрома в Шанцюне опустошил.
Сяо Юй замерла. Имя «Мин» ударило по её сознанию, как резкая вспышка неоновой лампы в темноте.
- Покойной? - калека издал сухой смешок. - Хех, в Холодном дворце не от горя умирают. Одиннадцать лет назад Вань-эр просто стерли из памяти. Говорят, она и дня не прожила после того, как Фэн Сюй - будь проклято его имя - её в те стены запер. Она кричала, пока не сорвала голос, а он просто велел заложить окна кирпичом. Живьем в гроб, парень. Вот тебе и императорская милость.
Сяо Юй слушала, и её бунтарская натура содрогалась. «Фэн Сюй... мой "отец". Старый урод не просто захватил власть, он замуровал женщину заживо».
- Кровь южного князя еще не просохла, а говорят, император приказал даже прах Императрицы Вань выкинуть псам, - добавил второй беженец. - Он хочет, чтобы даже памяти о них не осталось.
«Значит, зачистка идет по полной, - подумала Сяо Юй, сжимая прозрачные кулаки. - Никаких свидетелей, никакого прошлого. Если он так боится даже мертвых, значит, трон под ним шатается».

Часть II: Призраки старых знамен

Она вернулась к Яо. Тот сидел, обхватив голову руками.
- Вставай, ковбой, - голос Сяо Юй теперь вибрировал от опасной решимости. - Твой привал окончен. Мы только что узнали, что ты не просто мелкий курьер. Ты - инструмент в личной бойне Императора. И если мы не доберемся до того поместья первыми, мы станем свидетелями того, как этот "папочка" прихлопнет пятилетнего ребенка, просто чтобы спать спокойнее.
Яо с трудом поднялся. Его взгляд внезапно сфокусировался на чем-то в пыли - там лежала оброненная кем-то пресная лепешка, истоптанная и грязная. Юноша, позабыв обо всём на свете, рухнул на колени. Словно голодный пес, он ухватился за нее и начал жадно уплетать, забившись в тень обломков.
Сяо Юй лишь горько усмехнулась. Внутри неё поднялась волна жалости к этому бедняге. Её собственный призрачный желудок внезапно отозвался мучительным урчанием.
«Капец... - подумала она, прижимая руку к животу. - Почему я, будучи призраком, хочу жрать больше, чем на перемене в школе? Это что, системный троллинг?!»
В стороне сидели двое бывших солдат в ржавых доспехах. Сяо Юй скользнула ближе.
Её цепкий взгляд, внезапно выхватил из толпы беженцев две фигуры. В стороне от общего хаоса, сидели двое бывших солдат. Их доспехи давно проржавели, а лица, покрытые шрамами, хранили печать людей, видевших слишком много смертей. Они равнодушно наблюдали за абсурдной дракой из-за куска плесневелого жэньшэня неподалеку.
Сяо Юй скользнула ближе, её призрачный силуэт замер прямо за спиной одного из них.
- Посмотри на этих псов, Лао Чжу, - прохрипел один, кивая на дерущихся. - Рвут друг другу глотки за мусор, пока кровь тех, кто правил ими веками, стекает в канаву на эшафоте.
- Вижу, старый товарищ, - отозвался Лао Чжу, точа обломок меча о камень. - Князь Мин, говорят, перед смертью даже не вскрикнул. Стойкий был род, хоть и прогнивший с верхушки. А ведь я помню, как мы присягали его отцу на южных границах...
Сяо Юй почувствовала, как по её прозрачной коже пробежал холод. «Присягали роду Мин... роду моей матери».
- Присягали... - первый солдат горько усмехнулся. - А теперь его голову возят в клетке по всей провинции. Говорят, это Фэн Сюй так празднует окончательную победу над прошлым. Сначала Императрица Вань одиннадцать лет назад сгинула в Холодном дворце, теперь - последний её брат.
- Сгинула ли? - Лао Чжу понизил голос, и Сяо Юй подалась вперед, ловя каждое слово. - В казармах три года назад шептались, что Вань-эр не от горя умерла. Говорят, Наложница Бай прислала ей шелковую ленту а Император просто отвернулся. Фэн Сюй всегда умел выжидать, пока старые корни засохнут сами.
«Шелковую ленту от Наложницы Бай... - ярость Сяо Юй вспыхнула неоновым светом. - Значит, "добрый папочка" просто стоял в стороне, пока мою мать заставляли наложить на себя руки?».
- Тише, не поминай узурпатора при народе, - предостерег товарищ. - Клан Мин теперь - как эта драка в грязи: шума много, а толку никакого. Беженцы кричат «Месть!», а сами не могут поделить кость. Южного князя казнили публично, чтобы такие, как мы, поняли - возврата к старому не будет.
- Одиннадцать лет мы скитаемся, и одиннадцать лет призрак этой женщины преследует империю Фэн, - старик Лао Чжу посмотрел на мутное небо. - Говорят, в ночь казни князя в небе видели белого феникса. Дурной знак. Если императрица действительно умерла в муках, её род не уйдет один.
- Пусть уходят, - отмахнулся первый. - Наше дело - дожить до рассвета и не подохнуть в этой навозной куче, которую они называют новым миром.
Сяо Юй медленно развернулась к Яо, который как раз заталкивал в рот последний кусок грязной лепешки.
- Хватит жрать грязь! - бросила она Яо. - Вставай. Мы идем спасать "белого феникса". Если Император так боится пятилетней девочки, значит, она - его самый страшный кошмар. Пора устроить ему веселое пробуждение.

Часть III: Дорога через свалку судеб

Путь через окраину Шанцюня стал для Яо настоящим путем в преисподнюю. Здесь не было дорог - только месиво из сточных вод, липкой черной грязи и человеческого сора. Толпа беженцев колыхалась подобно единому больному телу.
- С дороги! Пустите... пожалуйста... - скулил Яо, его голос тонул в общем гуле стонов.
Он то и дело натыкался на груды хлама. Ржавый гвоздь с противным треском полоснул его по плечу, разрывая черную робу. Яо взвизгнул, отпрянул и тут же по колено провалился в зловонную жижу.
- Моя одежда! Мое плечо! - он задыхался от смрада. - Сяо Юй, это биологическая атака! Я здесь кони двину от какой-нибудь холеры! Тут везде... острые железки! Грязища!
Его стоны прерывались рваными вдохами. Он спотыкался о чьи-то ноги, задевал острые локти изголодавшихся людей. Яо выглядел как побитый щенок, брошенный в мусорный бак, а Сяо Юй плыла над этим хаосом. Слова солдата о «призраке женщины» крутились в её голове.
«"Одиннадцать лет призрак преследует империю"... - повторяла она. - Они думают, это легенда. Но настоящий бунт только начинается. Моя "мать", точнее принцессы Линь была заперта в клетке, но я не позволю им запереть меня или ту мелкую».
Она посмотрела на свои прозрачные руки.
«Фэн Сюй думает, что он стер имя Вань-эр. Но он породил монстра, который вернется и заберет его корону. И этот монстр - я?».
Она глянула вниз на Яо, который рыдал, пытаясь выбраться из мокрой соломы.
- Кончай ныть! - её голос хлестнул его, как пощечина. - Тебе больно? Царапина на плечике? Ой, бедняжка! Там, в поместье, девчонку сейчас резать будут такие же отморозки, как твои дружки-сектанты. Если мы не дойдем, "призрак" будет единственным, кто придет по их души!
- Да завали ты! - вдруг сорвался Яо, вытирая грязным кулаком сопли и жижу с лица. - Призрак здесь только ты, Сяо Юй! Ты порхаешь над этим дерьмом, как фея, а я собираю все косяки этой реальности своей кожей!
Он замер, тяжело дыша, и вдруг его глаза округлились от дикого ужаса. Он уставился на неё, как на ожившего мертвеца.
- Стой... Призрак женщины... Одиннадцать лет... Сяо Юй, а что если это не глюк? - его голос задрожал. - Что если ты попала в тело той самой Мин Вань? Что если ты стала этай... покойная императрица, которая вернулась, чтобы устроить тут армагеддон, а я - просто твой раб, которого ты тащишь за собой?!
Сяо Юй застыла. Догадка Яо, рожденная из его паники и бреда, повисла в воздухе. Она посмотрела на свои руки. « И как мне поможет это не тело?»

Часть IV: Сумерки разума

Небо над Шанцюнем превратилось в грязный кровоподтек. Весенний вечер обрушился на них ледяным холодом, выдувая последние силы из Яо.
Он выбрался из последней канавы. Ошметки робы липли к телу, как саван. Колени дрожали так, что зубы выбивали чечетку. Голод превратил его мысли в кашу из теней.
- Призрак... - выдохнул он. - Ты - не Сяо Юй... Система не могла создать такую ненависть из пустоты. Ты - Мин Вань... Ты пришла за кровью своего брата... за своей местью. А я... я просто дурак, который попал под раздачу! О Небеса, за что мне этот хоррор? Пусть бы я попал в тело щенка, и то было бы проше!
Он попятился, едва не рухнув обратно в грязь. В его воспаленном мозгу всё сошлось: казнь, легенды, её ледяной тон.
- Одиннадцать лет! - прохрипел он, тыча в неё пальцем. - Ты вернулась именно сейчас! Ты - аватар мести из Холодного дворца!
Сяо Юй молчала, необрашая внимание на голодный и помутненный бред, который нем тот кто в любую минуту рухнуть лицом в очередную отстойную яму. Её полупрозрачные одежды мерцали в сумерках. «Мин Вань... Мать принцессы. Та, кого предали. Та, чью жизнь слили в унитаз ради власти».
Она вспомнила, с какой легкостью понимала правила этого гадюшника. Как её бунтарский дух требовал справедливости.
«Если я - это она, - пронеслось в её голове, - моя миссия усложнилась на кашмарный процент... нет, даже у этой форми должны быть свои плюсы... тело Бай Цзы, хот неудобное но боевое, тело принцессы хилое но хило... бред...».
- Вставай, - её голос прозвучал мягко, но в нем чувствовался металл. - Неважно, кто я для тебя - подруга по несчастью или оживший кошмар. Важно то, что мы на месте. И если ты не поднимешь задницу, род Мин исчезнет навсегда. А ты вернёшься программным кодом в злополучную систему.
Холод пробрал Яо до костей, но он встал, цепляясь за стену, вздрагивая от одной мысли о "коде".
- Нехочу... там пусто... нескем поговорить... нет вкусной еды... нет золота.. баллы...даже тебя, там нет... - еле перебирая языком, он напоминал перепившего крепкого вина.
Впереди, словно обломки старой свалки, из наступающей чернильной тьмы начали проступать стены поместья. Когда-то пафосный белый камень теперь больше напоминал гнилые кости, покрытые лишайником. Поместье семьи Мин не просто пустовало - оно выглядело как локация из хоррора, которую забыли снести.
Тишину разорвал звук, от которого у Яо едва не остановилось сердце. Сотни воронов, сидевших на обвалившихся карнизах, разом сорвались с мест. Огромное черное облако с яростным карканьем взмыло в багровое небо, на мгновение закрыв собой остатки закатного солнца, как помехи на старом телевизоре.
- Приехали, - выдохнула Сяо Юй.
Её голос вибрировал в самом воздухе, заставляя пламя редких факелов у ворот испуганно пригибаться к земле. Юй чувствовала, как сумерки подпитывают её призрачную форму: она больше не была просто бледным пятном. Её силуэт налился холодным, неоновым сиянием, а края прозрачных одежд начали яростно вибрировать, словно она была сгустком чистого электричества, готовым закоротить эту реальность.
Внутри неё горела не «древняя магия», а чистая, древняя ярость на императора, который вычеркнул человека из жизни, как ненужный контакт в черном списке. « Я и правда попала в тело... нет в душу Мин Вань? Это мистический триллер дорама?? Бред... » она стряхнула головой.
- Добро пожаловать в хоррор декорацию, Яо, - она обернулась к нему. В её глазах мерцало то самое опасное упрямство, с которым она шла на конфликт с директорами и задирами в своем мире. - Собери свои сопли и вспомни, что у тебя в руках меч, а не палка для селфи. Постарайся не сдохнуть прямо на входе, иначе мне некому будет предъявить претензии за этот квест.
Она сделала резкий жест, и тяжелые кованые ворота, заклинившие от ржавчины много лет назад, со скрежетом поддались, открывая путь в темноту.
- Наше шоу только начинается, - добавила она, и в её шепоте Яо услышал угрозу, которая была пострашнее любого системного штрафа. - И поверь, по правилам этого «папочки» я играть не собираюсь.

Часть V. Эхо в пустоте

«Боже, ну что за тормоз... - Сяо Юй скрипнула зубами, глядя на застывшего перед порогом Яо. - Он собирается тут корни пустить или ждет, когда ему красную дорожку выкатят? Господи, дай мне хоть на секунду осязаемую ногу, я бы так прописала ему под зад, что он бы до самой столицы летел без остановок. Ну же, шевелись, "герой" недоделанный!»
Она не стала ждать, пока он соизволит набраться храбрости, и решительно направилась вперед.
- Ну и тормоз... - проворчала она, устремляясь вперед.
Юй плыла сквозь некогда величественные сады, которые теперь больше напоминали декорации к фильму про апокалипсис: все было заросшим, колючие сорняки опутали скелеты разрушенных беседок, а в воздухе висела тяжелая пыль забвения. Но чем дальше она продвигалась вглубь поместья, тем сильнее становилось странное покалывание.
Внезапно по её призрачному телу прошла мощная вибрация, от которой заложило уши. Сяо Юй замерла, чувствуя, как внутри разливается прилив странной, чужеродной энергии, колючей и горячей. Границы реальности поплыли, словно экран смартфона, залитый водой.
«Ой, что за глюки... - Сяо Юй схватилась за голову, чувствуя, как пространство вокруг неё идет рябью. - Меня что, сейчас разлогинит? Или это локация так подгружается?»
На мгновение ей показалось, что она больше не «ошибка в коде». Мир вокруг стал пугающе четким, а в голове всплыли звуки, которых здесь не могло быть: шелест шелка, тихий смех, звон дорогого фарфора.
«Стоп, я что, реально настраиваюсь на одну волну с этой Мин Вань? - пронеслось в её мыслях, пока перед глазами мелькали кадры чужой памяти. - Это уже не просто квест, это какой-то мистический триллер. Привет из Холодного дворца? Бред... просто бред. Соберись, Юй, это просто спецэффекты этой кривой реальности!»
Она тряхнула головой, отгоняя наваждение, но чувство, что эти коридоры ей знакомы до последнего гвоздя, никуда не исчезло.
Разруха начала таять. Сяо Юй видела не облезлую краску и гнилые доски, а сияющее золотом поместье. Вместо зловония трущоб в нос ударил тонкий аромат цветущей сливы и дорогого ладана. Прямо перед ней, у искусно вырезанной колонны, возникла иллюзия: юная девушка в богатых одеждах.
Сяо Юй вздрогнула. Иллюзия была невероятно красива, но пугало другое - черты лица девушки были почти идентичны тем, что видела Сяо Юй, когда смотрела на свои полупрозрачные руки. Это была она - та, кем её считал Яо, только живая, полная надежд и не знающая о «кирпичном гробе» Холодного дворца.
Девушка не произнесла ни слова. Она просто смотрела сквозь Сяо Юй своими огромными, печальными глазами, будто передавая ей эстафету боли и мести.
- Черт... это уже не смешно, - прошептала Сяо Юй, чувствуя, как внутри неё закипает не просто гнев, а ледяная, расчетливая ярость. - Если ты хочешь, чтобы я доиграла твою роль, то я сделаю это. Но по-своему.
Красавица из прошлого, стоявшая у колонны, вдруг едва заметно улыбнулась. Эта улыбка не была доброй - в ней сквозило горькое торжество. В ту же секунду реальность перед глазами Сяо Юй дернулась, как поврежденный видеофайл. Цвета поплыли, и декорации сменились, хотя фон остался прежним.
Мир вокруг снова стал теплым и живым, но сцена была другой. Прямо там, где только что стояла величественная Мин Вань, теперь находилась другая девушка - попроще, без императорского лоска, но удивительно милая и светлая. Она с нескрываемой нежностью обнимала... Яо. Но это был не тот перепуганный нытик в грязной робе, а статный, уверенный в себе мужчина.
У их ног крутилась та самая пятилетняя девочка, за которой они охотились. Малышка звонко рассмеялась и, ухватившись за подол одежды мужчины, звонко крикнула:
- Папа! Папа, смотри, что я нашла!
Сяо Юй отшатнулась, её призрачный силуэт пошел мелкой рябью от шока.
«Чего-чего?! Папа?! - Сяо Юй схватилась за виски, чувствуя, как мозг начинает плавиться. - Так, стоп, стоп, стоп! Удалите этот файл! Это что за семейная идиллия в стиле турецких сериалов? Яо - отец этой мелкой? Этот придурок, который только что жрал лепешку с земли?!»
Она в панике оглянулась на реального Яо, который всё еще топтался у входа, а потом снова на видение.
«Система, ты там совсем зависла? - Сяо Юй лихорадочно пыталась найти логическое объяснение. - Это какой-то пранк? Если он её отец, то кто тогда та барышня, которая его обнимает? И почему я чувствую себя так, будто меня заставили смотреть финал сезона, к которому я не готова?!»
- Яо! - вскрикнула она вслух, не в силах больше выносить эту немую сцену. - Яо, ты это видишь?! Или у меня окончательно софт полетел?!
Но видение начало таять, оставляя после себя лишь запах старой пыли и холодную пустоту разрушенного поместья. Сяо Юй трясло.
«Если это правда... если этот недотепа - ключ к спасению не просто ребенка, а своей собственной дочери... - она сглотнула невидимый ком в горле. - То всё становится в сто раз хуже. Теперь это не просто квест по спасению "белого феникса". Это какая-то жесть на уровне семейной драмы, где я - единственный свидетель этого бреда».
Видение схлопнулось, оставив после себя лишь едкую пыль и тишину, но цена за этот «киносеанс» оказалась непомерно высокой. Сяо Юй внезапно согнулась пополам, хотя у её призрачного тела не должно было быть позвоночника.
Каждый сантиметр её нематериального существа пронзила такая дикая жажда, будто она не просто шла пару часов по Шанцюню, а тащила на себе все грехи империи последние одиннадцать лет. Внутренности скрутило невидимым узлом, а горло пересохло настолько, что при попытке сделать вдох воздух казался раскаленным свинцом, застревающим где-то в гортани.
«Что... за чертовщина?! - Сяо Юй судорожно хватала ртом воздух, но легкие, казалось, превратились в два мешка с сухим пеплом. - Я же призрак! У меня нет биологии! Почему мне кажется, что я сейчас выплюну собственные легкие от жажды?!»
Паника накрыла её ледяной волной. Это не было похоже на обычный голод - это было полное истощение, будто она была магом, из которого до последней капли выкачали всю энергию Ци, оставив лишь пустую оболочку. Её сияние начало тускнеть, становясь прерывистым и серым.
- Яо... - прохрипела она, и собственный голос показался ей скрежетом ржавого железа о камень. - Яо, помоги... мне... нечем... дышать...
«Соберись, Сяо Юй! - она пыталась заставить свой разум работать, но мысли путались, как перебитые провода. - Это просто системный баг! Или эта Мин Вань высасывает из меня остатки воли? Не смей... не смей гаснуть здесь, в этом клоповнике!»
Она прижала прозрачные руки к горлу, пытаясь унять фантомную боль. Реальность вокруг поместья Мин снова начала двоиться: обгоревшие стены двора мешались с алыми вспышками перед глазами. Сяо Юй чувствовала себя как севший аккумулятор, который заставляют крутить мощный двигатель - еще секунда, и её просто сотрет из этого мира, как неисправный скрипт.
- Слышишь, ты, кусок идиота! - из последних сил вытолкнула она из себя, обращаясь к застывшему Яо. - Двигайся! Если я сейчас развеюсь из-за этой энергетической ямы, ты останешься здесь один... и этот "папаша" из глюков тебе не поможет!
Она чувствовала, как её форма становится всё более зыбкой, а жажда превращается в настоящую агонию, выжигающую сознание изнутри.
Реакция Яо была молниеносной. Увидев, как призрачный силуэт Сяо Юй начинает мерцать и распадаться на серые ошметки, он забыл о собственной усталости. Но это не было благородным порывом спасения - его гнал первобытный, эгоистичный ужас.
- Нет! Стой! Слышишь?! Не смей! - заорал он, срывая голос и бросаясь к ней через груды мусора. - Если ты исчезнешь, я снова стану строчкой в логах! Я не хочу обратно в пустоту! Я не хочу быть кодом! Ты обещала, слышишь, ты обещала вытащить нас!
Он протянул руки, пытаясь ухватиться за ускользающую энергию, но стоило ему сократить дистанцию до минимума, как пространство между ними схлопнулось. Сяо Юй не просто коснулась его - её, словно мощным вакуумом, буквально втянуло в его грудную клетку. Воздух вокруг Яо на секунду заледенел, а его тело выгнулось дугой, когда призрачная субстанция впиталась в его плоть, будто губка поглотила воду.
Наступила тишина. Мертвая, давящая тишина.
- Сяо Юй? - прошептал Яо, хлопая себя по груди дрожащими ладонями. - Эй... Ты где? Это не смешно!
Он крутился на месте, оглядывая пустой разрушенный двор. Его дыхание стало рваным, зрачки расширились от нарастающей паники. Он чувствовал странную тяжесть внутри, какой-то ледяной ком в районе солнечного сплетения, но снаружи - никого.
- Сяо Юй! Выходи! Где ты?! - он сорвался на визг, хватаясь за волосы. - Я не чувствую систему! Я не слышу твой голос! Ты что, реально удалилась?! Ты не могла просто взять и... и бросить меня в этом теле!
Он звал её снова и снова, выкрикивая имя в пустоту заброшенного поместья, но ответом ему было лишь издевательское карканье воронов. Тщетно. Впервые с момента попадания в этот мир он остался по-настоящему один.
- Пожалуйста... вернись... - он опустился на колени, чувствуя, как паника перерастает в тихую истерику. - Я не справлюсь один. Я же просто код... Сяо Юй!

Глава 18: Триггер
Часть I: Встреча тел
Тишина заброшенного поместья Мин была осязаемой, как могильная плита. Яо замер на коленях, всматриваясь в пустоту, где еще мгновение назад мерцал силуэт Сяо Юй. Паника, бившаяся в его горле, сменилась странным, тупым оцепенением. Он был один. В чужом теле, в чужом мире, без своего «навигатора».
- Ладно... Ладно, Яо, вдох-выдох, - прошептал он, пытаясь унять дрожь в пальцах. - Если это квест, то сейчас фаза «соло-выживания». Просто... просто представь, что это РПГ. Стелс-миссия. У тебя есть инвентарь, есть меч, и где-то внутри, возможно, забагованный призрак.
Он заставил себя подняться. Колени подгибались, а ледяной ком в груди - там, куда втянуло Сяо Юй - неприятно пульсировал при каждом движении. Яо огляделся. Развалины поместья в сумерках выглядели как нагромождение черных зубов, готовых сомкнуться на его шее.
- Первое правило выживания: обыщи локацию, - пробормотал он, стараясь придать голосу уверенности. - Нужны ресурсы. Баффы. Хоть что-то, кроме грязной робы и страха.
Он двинулся вперед, прижимаясь к облупившимся стенам. Под ногами хрустела черепица и кости каких-то мелких животных. В нос ударил запах застарелой гари и гнили. Каждое дерево в заросшем саду казалось ему затаившимся убийцей.
- Так, - он подошел к поваленному шкафу, чей лакированный бок еще сохранил следы былого величия. - Лут. Дайте мне нормальный лут.
Яо с трудом отодвинул тяжелую дверцу. Внутри, среди вороха истлевшей ткани, что-то тускло блеснуло. Он запустил руку в труху, надеясь на магический артефакт, но выудил лишь сломанную нефритовую шпильку и пустую шкатулку с двойным дном.
- Издеваетесь? - он горько усмехнулся, разглядывая обломок нефрита. - Где моё «Зелье маны» или «Свиток телепортации»? Сяо Юй, если ты меня слышишь - сейчас самое время выдать подсказку! Это место... оно будто выпивает из меня все баллы удачи.
Он заглянул в разбитое окно бокового флигеля. Внутри царил хаос: сорванные шторы свисали со стен, как лохмотья кожи, а на полу в беспорядке валялись свитки, покрытые плесенью. Яо перелез через подоконник, стараясь не шуметь, хотя стук его собственного сердца казался ему громом в этой тишине.
- Обыскать развалины... Найти триггер... - он начал лихорадочно перебирать обломки мебели в углу комнаты. - Должно же быть что-то, что заставит этот сценарий двигаться дальше!
Внезапно его рука наткнулась на холодный металл, скрытый под слоем соломы. Это был небольшой бронзовый колокольчик, почерневший от времени. Стоило Яо коснуться его, как ледяной ком в его груди отозвался резкой, режущей болью, а в ушах на мгновение пронесся далекий детский плач.
Яо застыл, боясь пошевелиться.
- Триггер... - выдохнул он, сжимая колокольчик в руке. - Кажется, я нашел вход в следующий уровень. Сяо Юй... ты там? Пожалуйста, скажи, что это не начало моего конца.
Едва звук колокольчика затих в затхлом воздухе, тишину разорвал резкий, сухой треск - будто кто-то с силой откинул трухлявую крышку старого сундука в углу.
- Папа! Ты пришел! - звонкий детский голосок ударил по барабанным перепонкам Яо, как электрический разряд.
Из густой, вязкой темноты выбежала маленькая фигурка. Живая. Настоящая. Принцесса Мэй, точь-в-точь как в том жутком «глюке», неслась к нему, сияя глазами, в которых не было ничего, кроме безграничного доверия. Она с разбегу врезалась в его колени, обхватывая их маленькими ручонками.
Яо застыл, боясь даже вздохнуть. Шок, смешанный с первобытным ужасом, парализовал его мозг.
«Что?! Какого... Какого черта она меня так называет?! - мысли Яо неслись вскачь, натыкаясь друг на друга. - Уберите её! Сяо Юй, это не по сценарию! Я не её отец! Я - системный мусор, я код, я парень из другого мира! Если это ловушка, то она слишком реальная!»
Он инстинктивно дернулся, его ладони поднялись, чтобы оттолкнуть ребенка, чье тепло обжигало его сквозь грязную ткань робы. Яо уже готов был крикнуть, что они ошиблись адресом, но в этот момент дверь скрипнула, и в комнату вбежала женщина.
Наложница Хуан выглядела изможденной, её одежда была в пыли, а лицо осунулось от страха, но стоило ей увидеть Яо, как в её глазах вспыхнуло отчаяние, смешанное с гневом. Она бросилась к нему, не давая вставить ни слова.
- Муж! Ты вернулся! - её голос сорвался на рыдания, перемежающиеся с горьким упреком. - Где ты был?! Твоего отца... князя Мина... его казнили на площади! Голову возят в клетке, а ты пропал! Ты бросил нас здесь гнить, пока солдаты рыщут по округе!
Яо почувствовал, как мир вокруг окончательно рассыпается на куски. Холодный ком в груди, где затаилась Сяо Юй, пульсировал теперь в такт его бешено колотящемуся сердцу.
«Муж? Отец казнен? - Яо чувствовал, как у него подкашиваются ноги. - Так это не просто совпадение. Это тело... оно принадлежит сыну казненного князя? Я - наследник клана Мин? О Небеса, за что мне такой хардкор?! Сяо Юй, если ты меня слышишь - проснись! Тут жена и дочь требуют объяснений, а я даже не знаю, как их зовут по-настоящему!»
Он стоял, не в силах пошевелиться, пока женщина цеплялась за его плечи, а ребенок прижимался к ногам. В голове набатом била одна мысль: он не просто попал в тело курьера. Он попал в эпицентр кровавой зачистки, и теперь он - единственное, что отделяет этих двоих от клинков «Серых цапель».
- Я... я... - выдавил он из себя, чувствуя, как паника окончательно берет верх. - Я всё объясню... наверное.
Маленькая Мэй зашлась в рыданиях, её крошечные кулачки вцепились в грязную робу Яо, пачкая её слезами.
- Папа, найди мамку! Она ушла и не вернулась... Мне страшно! - захлебываясь, просила девочка.
Яо стоял как громом пораженный, а наложница Хуан, не переставая трясти его за плечи, добавила масла в огонь:
- Твоя главная жена, Жуэр... она пропала в ту самую ночь, когда императорские ищейки начали рыскать по следу наследников. Мы остались одни, Яо! Почему ты молчишь?!
В этот момент Яо почувствовал, как почва окончательно уходит у него из-под ног. В голове всё завертелось в безумном калейдоскопе.
«Сколько?! Сколько у этого парня вообще жен?! - Яо мысленно взвыл, окончательно теряя контроль над ситуацией. - Главная жена Жуэр, наложница Хуан... У меня что, здесь целый гарем был, пока я в своем мире в видеоиграх баллы высчитывал? Это не РПГ, это какой-то симулятор выживания в сумасшедшем доме!»
Его сознание начало двоиться. Страх за собственную шкуру боролся с диким, неуместным чувством вины перед этими людьми, которых он видел впервые в жизни. Ледяной ком в груди внезапно начал пульсировать с новой силой, будто она там, внутри него, тоже была в шоке от таких «семейных подробностей».
«Жуэр... - это имя отозвалось в его памяти странной, тупой болью, которая явно не принадлежала ему самому. - Если она пропала, значит, её либо схватили, либо она знала что-то, чего не знаем мы. Но если я - наследник, то за моей головой уже идет армия. Господи, Сяо Юй, если ты меня слышишь, помоги! У меня две жены, ребенок и эшафот на горизонте!»
Яо почувствовал, что если он сейчас же что-то не предпримет, его мозг просто выдаст «синий экран смерти». Он посмотрел на заплаканную Мэй, потом на отчаявшуюся Хуан, и внутри него что-то щелкнуло.
- Тише... - выдавил он, пытаясь придать голосу хотя бы подобие мужской твердости, хотя зубы едва не выбивали чечетку. - Мы... мы найдем Жуэр. Но сейчас нам нужно валить отсюда. Стены поместья больше не защищают нас, они стали нашей ловушкой.
Он потянулся к мечу, чувствуя, как ладонь скользит по рукояти от пота. В этот момент за дверью, в глубине темного коридора, послышался тяжелый, размеренный топот кованых сапог.
Яо замер. Это был не просто шум - это был ритм смерти, приближающийся к их убежищу.
- Уходим! К окну! - Яо рванулся к наложнице Хуан, хватая её за руку, но в этот момент ветхая дверь в дальнем конце комнаты разлетелась в щепки.
В проеме выросли три фигуры в черных доспехах с эмблемами «Серых цапель». Сталь их обнаженных клинков холодно блеснула в полумраке, отражая последний свет заката.
«Вот оно... Гейм овер еще до начала первого уровня? - в голове Яо завыла сирена паники. - Я не умею драться! Я всего лишь был читкодом! А тут профессиональные мясники!»
- Наследник Мин! - пророкотал один из солдат, делая шаг вперед. - Твоя голова станет отличным подарком Императору. А девка и малявка - приятным бонусом.
Яо почувствовал, как маленькая Мэй закричала и спряталась за его спину, вцепившись в штанину. Страх за ребенка внезапно перекрыл его собственный ужас.
Часть II: Танцы на плахе
- Уходите! - взвизгнул Яо, сам не узнавая свой голос, который сорвался на фальцет. - Я их... я их задержу! Наверное!
В его голове творился абсолютный ад. Сяо Юй молчала, как сломанный бот. Никаких подсказок, никакого «управления». Только ледяной груз в груди, который мешал дышать.
«Господи, за что?! - мысленно орал Яо, выставляя перед собой меч так, будто это была швабра. - Я же даже кухонный нож боюсь! Где эта чертова кнопка "Пауза"?! Почему они такие огромные?!»
Первый солдат «Серых цапель» шагнул вперед, криво усмехнувшись. Для него Яо выглядел как испуганный заяц, решивший огрызнуться. Клинок противника пошел по дуге.
Яо не увернулся красиво. Он просто споткнулся о подол собственной робы и мешком повалился вправо, задев плечом обгоревший столик. Меч солдата прошел в сантиметре от уха, с противным свистом рассекая воздух.
- А-а-а! Помогите! - заорал Яо вслух, судорожно размахивая мечом во все стороны. - Не подходи, убью! У меня... у меня бешенство! Я не шучу!
«Что я несу?! - паника в его мозгу достигла пика. - Какое бешенство? Яо, ты идиот! Ткни его острой стороной! Где у этого меча перед?!»
Он вскочил, тяжело дыша, и вслепую ткнул клинком вперед. Вместо того чтобы пронзить врага, он зацепился гардой за ремень своего же сапога и едва не растянулся на полу снова. Второй солдат, видя этот цирк, оскалился и пошел в обход, занося саблю для удара сбоку.
- Папа, осторожно! - крикнула маленькая Мэй, забившись в угол вместе с Хуан.
- Я стараюсь! - рявкнул Яо, чувствуя, как пот заливает глаза.
Он резко дернул ногой, освобождая меч, и случайно съездил локтем по настенной полке. На голову нападавшего солдата с грохотом обрушилась тяжелая пыльная ваза. Тот на секунду опешил, осыпаемый осколками и многолетней пылью.
«Тактика! Это тактика такая! - лихорадочно убеждал себя Яо, пятясь к окну и размахивая мечом, как ветряная мельница. - Хаотичное движение невозможно предсказать! Я - мастер Рандома!»
- Сдохни, щенок клана Мин! - прорычал третий стражник, делая резкий выпад.
Яо зажмурился и, издав нечеловеческий вопль, просто бросил в него первую попавшуюся вещь - тот самый бронзовый колокольчик. Тяжелый металл угодил солдату прямо в переносицу. Пока тот хватался за лицо, Яо, подгоняемый чистым адреналином, совершил самый нелепый и высокий прыжок в своей жизни, пытаясь перепрыгнуть сундук.
- Бегите к выходу! - прохрипел он наложнице Хуан, едва не прикусив язык. - Я... я тут еще потанцую!
В его груди всё еще было тихо. Ни одного слова от Сяо Юй. Только его собственный бешеный пульс и осознание того, что если он сейчас не придумает, как выкинуть еще один абсурдный фортель, их общая история закончится в этой грязной комнате.
Яо, чувствуя, что его сейчас просто расчленят, впал в состояние «боевой истерики». Он пятился, беспорядочно размахивая мечом и задевая всё на своем пути.
«Так, РПГ, говорите? Исследование окружения? Да тут всё разваливается! - он мысленно взвыл, едва увернувшись от очередного выпада. - Где тут кнопка "использовать окружение"?!»
Его рука, судорожно шарившая по стене в поисках опоры, внезапно наткнулась на резной деревянный выступ, подозрительно похожий на голову льва. От страха Яо вцепился в него мертвой хваткой и со всей силы дернул вниз.
- Да пошли вы все! - выкрикнул он, зажмурившись.
В ту же секунду раздался оглушительный скрежет ржавых механизмов. Пол под ногами «Серых цапель» дрогнул и с глухим ударом ушел вниз. Двое солдат, не успев даже вскрикнуть, провалились в разверзшуюся пасть подвала. Третий успел ухватиться за край, но Яо, действуя на чистом инстинкте выживания, просто пнул его сапогом по пальцам.
- Мой дом - мои правила! - прохрипел он, глядя, как последний враг исчезает в темноте.
Наступила тишина, нарушаемая лишь далекими ругательствами из ямы. Яо стоял, тяжело дыша, и тупо смотрел на рычаг в своей руке.
«Я... я это сделал? - он не верил своим глазам. - Я реально победил? Без Сяо Юй? Без магии? Просто... дернув за хвост какую-то кошку?!»
- Муж... ты... ты вспомнил про ловушку предков! - Хуан смотрела на него с благоговейным ужасом, прижимая к себе притихшую Мэй.
- Да... - выдавил Яо, вытирая пот со лба. - Вспомнил. Наверное. А теперь - бегом отсюда, пока они не позвали подмогу или не научились летать!
Яо не чувствовал ног. Он не бежал - он буквально выламывался сквозь пространство, волоча за собой двух женщин, как тонущий цепляется за обломки мачты. Позади остались руины поместья Мин, которые в лунном свете казались обглоданным скелетом некогда великого зверя.
Часть III: Тень в бамбуке
Они покинули развалины через заднюю калитку, которая держалась на одной честной петле и добром слове. Воздух ночного сада, заросшего колючим кустарником и сорняками в человеческий рост, хлестал по лицу ледяными розгами.
«Быстрее, быстрее, быстрее! - набатом било в голове Яо. - Это не уровень в игре, тут нет автосохранения! Если "Цапли" выберутся из подвала, они выпотрошат нас за пять минут!»
Он спотыкался о корни вековых ив, которые в темноте изгибались, точно лапы чудовищ. Наложница Хуан тяжело дышала, её шелковые одежды, некогда изысканные, теперь превратились в грязные лохмотья, цепляющиеся за каждый шип. Маленькая Мэй почти не весила ничего, но Яо чувствовал, как его собственные силы тают. Ледяной ком в груди - безмолвная Сяо Юй - казался свинцовой гирей, тянущей его к земле.
- Сюда! В лес! - прохрипел Яо, когда они пересекли границу поместья и нырнули под своды густого бамбукового леса.
Стебли бамбука стучали друг о друга на ветру, создавая иллюзию сотен перешептывающихся голосов. Яо казалось, что за каждым стволом стоит стражник в черном доспехе. Паника превращала каждый шорох в лязг стали.
«Где ты, Сяо Юй?! Почему ты молчишь именно сейчас? - он мысленно кричал в собственную пустоту. - Я тут наследник с гаремом на хвосте, нас преследует спецназ Императора, а я даже не знаю, как развести костер без зажигалки!»
- Папа... - Мэй дернула его за рукав, её голос был едва слышным шепотом, пропитанным слезами и мужеством. - Папа, я знаю... там, за ручьем. Мама Жуэр показывала... там есть пещера. Спящий Дракон. Она говорила, там можно спрятаться, если придут злые птицы.
Яо посмотрел на ребенка. Пятилетняя девочка в этом безумном мире ориентировалась лучше, чем он, вооруженный знаниями о видеоиграх и чит-кодах.
- Веди, маленькая принцесса, - выдохнул он, чувствуя, как адреналин сменяется смертельной усталостью. - Веди нас к своему дракону.
Они двинулись вглубь леса, продираясь сквозь густые заросли. Наложница Хуан шла следом, оглядываясь каждые несколько секунд. Её взгляд был полон ужаса, но в нем появилось и что-то новое - хрупкая надежда на человека, который только что спас их, пусть и самым нелепым образом в истории.
Луна скрылась за тяжелыми тучами, и лес погрузился в абсолютную, хищную тьму. Яо шел на ощупь, ориентируясь лишь на тепло маленькой ладошки Мэй, крепко сжимающей его пальцы.
«Если мы выживем этой ночью, - подумал он, едва сдерживая истерический смешок, - я потребую у этой Системы самый эпический бафф в истории. Или хотя бы бутылку воды и тишину. Желательно без жен».
Впереди, за плотной стеной бамбука, послышался шум падающей воды. Скалистый склон горы внезапно вырос перед ними, обнажая черную расщелину, скрытую за густой завесой ползучего плюща.
Они ввалились в прохладный зев пещеры, едва не сбив друг друга с ног. Внутри пахло сырым камнем и застоявшейся вековой пылью. Яо прислонился к склизкой стене, чувствуя, как его сердце колотится о ребра, точно пойманная в силок птица.
- Сюда... - Мэй потянула его за край робы вглубь, где тьма становилась густой, словно тушь. - Мама говорила, здесь есть «гнездо».
Часть IV: Наследие исчезнувшей
Яо лихорадочно обшаривал карманы. Пальцы наткнулись на огниво, которое он прихватил из флигеля, сам не зная зачем. После нескольких неудачных попыток, когда искры лишь бессильно гасли, сухой мох, забившийся в щель между камнями, наконец занялся слабым, дрожащим огоньком.
Свет выхватил из темноты небольшую нишу, скрытую за выступом скалы. Это не было просто пещерой. Здесь стоял старый, обитый кожей дорожный сундук, прикрытый обрывками грубой мешковины.
«Черт, это похоже на секретный схрон из обучающего уровня, - пронеслось в голове Яо. - Но почему у меня такое чувство, что внутри не эпический лут, а еще один вагон проблем?»
Наложница Хуан ахнула, закрыв рот ладонями. Она узнала этот сундук.
- Это вещи Жуэр... Она готовила побег. Она знала!
Яо дрожащими руками откинул крышку. Сверху лежал сложенный в несколько раз шелковый платок, в который был завернут тяжелый золотой гребень и... обрывок шелковой ленты. Той самой, о которой шептались солдаты - символ «милости» Императора, подталкивающий к самоубийству.
Под ними лежал свиток, исписанный торопливым, изящным почерком. Яо взял его, и в этот момент ледяной ком в его груди болезненно сжался. Сяо Юй внутри него будто дернулась, реагируя на эти строки, хотя и продолжала молчать.
«Мой муж, если ты читаешь это - значит, поместье пало. Не ищи меня в Холодном дворце и не ищи среди мертвых. Наложница Бай начала игру, в которой кровь рода Мин - лишь разменная монета. Я увожу тех, кто верен нам, к северным границам. Помни: Мэй - не просто твоя дочь. Она - единственная, в чьих жилах течет истинный Феникс. Береги её, даже если тебе придется сжечь этот мир дотла».
Яо выронил свиток. Его затрясло.
«Истинный Феникс? Сжечь мир? Вы серьезно?! - он мысленно взвыл, глядя на маленькую девочку, которая в этот момент нашла в сундуке свою старую деревянную куклу и прижала её к себе. - Я просто хотел выбить ачивки и вернуться домой! Я не подписывался на роль лидера повстанцев с ребенком-пророчеством на руках!»
- Она жива... - прошептала Хуан, глядя на Яо с надеждой, от которой ему захотелось провалиться сквозь землю. - Ты слышишь? Она ждет нас на севере. Мы должны идти.
Яо посмотрел на выход из пещеры, где бамбуковый лес шумел под порывами ветра. Где-то там, в темноте, «Серые цапли» уже вылезали из подвала, а за ними стояла вся мощь Империи. А внутри него тишина Сяо Юй становилась всё более зловещей.
- Значит, на север, - хрипло произнес он, сжимая в руке обрывок ленты. - Потому что назад дороги точно нет. Нас там либо казнят, либо заставят объяснять, почему у нас столько жен.
Прошло несколько мучительных часов.
Тишина пещеры стала удушающей. Маленькая Мэй, прижав к себе куклу, наконец забылась тяжелым, полным всхлипов сном в углу на сухой листве. Яо сидел у затухающего костерка, пытаясь унять дрожь в коленях, когда почувствовал движение.
Наложница Хуан медленно приблизилась к нему. В полумраке её осунувшееся лицо казалось фарфоровой маской, а глаза блестели от невыплаканных слез. Она опустилась на колени совсем рядом, её рука легла ему на плечо - нежно, почти невесомо. От неё пахло пылью и едва уловимым ароматом жасмина.
«Оу... - Яо замер, его сердце сделало кульбит. - Это что сейчас? Романтическая сцена после битвы? Типа награда герою? Господи, Сяо Юй, ты это видишь? Тут наложница включает режим соблазнения, а я даже не знаю, как её по имени-отчеству! Это вообще законно в рамках этого квеста?»
Хуан придвинулась еще ближе, её дыхание коснулось его щеки. Она выглядела такой хрупкой и беззащитной, что Яо невольно расслабился, чувствуя, как мужское эго в теле начинает довольно мурлыкать.
- Мой муж... - прошептала она, склоняя голову к его шее. - Ты сегодня был так... необычен.
- Да я... я просто... - Яо заикнулся, уже готовый неловко обнять её в ответ. - Старался не сдохнуть, сама понимаешь...
Но в следующую секунду романтика испарилась, как сон при звонке будильника. Нежное объятие превратилось в стальной захват. Яо почувствовал, как к его кадыку прижалось что-то острое и холодное. Тонкая нефритовая шпилька - та самая, что он нашел в шкатулке - впилась в кожу, заставляя его замереть.
- Кто ты? - её голос больше не дрожал. Это был шепот разъяренной кобры. - Говори, пока я не вскрыла тебе глотку!
«Чего?! - Яо едва не подавился собственным языком. - Система! Отмена! Технический перерыв! Какого хрена происходит?!»
- Хуан... ты чего? Это же я! - он попытался изобразить праведное возмущение, но голос предательски дрогнул.
- Ложь! - она надавила сильнее, и Яо почувствовал, как по шее потекла тонкая горячая струйка крови. - У тебя его лицо! Его глаза! Твой голос точь-в-точь как у моего господина! Но настоящий Мин Чэн - мастер стиля "Теневого журавля". Он бы уложил этих солдат за три вдоха, не коснувшись земли! А ты... ты прыгал как перепуганная жаба, ты махал мечом как пьяный крестьянин!
«Палево... тотальное палево! - Яо мысленно схватился за голову. - Я забыл про скиллы! Конечно, жена узнает своего мужа по тому, как он машет палкой! Дурак ты, Яо, какой из тебя мастер кунг-фу?!»
- Ты не он! - продолжала шипеть Хуан, её глаза горели фанатичным огнем защиты. - Ты демон, вселившийся в его плоть? Или ищейка Императора, надевшая маску моего мужа?! Где настоящий Мин Чэн?! Отвечай, или я убью тебя и покончу с собой, чтобы не достаться тебе!
Яо сидел, боясь моргнуть. Холодный ком в груди - Сяо Юй - молчал, и эта тишина теперь казалась ему издевательством. Он был один на один с женщиной, которая знала это тело лучше, чем он сам, и которая была готова убить его за «неправильный» стиль боя.
- Послушай... - прохрипел он, чувствуя, как паника затапливает сознание. - Это сложно объяснить. Я... у меня была амнезия! Шок от казни отца! Травма головы!
- Не лги мне! - рука Хуан не дрогнула ни на миллиметр. - Последний шанс. Кто. Ты. Такой?
Яо чувствовал, как капля холодного пота катится по спине, соревнуясь в скорости с тонкой струйкой крови на шее. Мозг работал на пределе, выдавая самые безумные варианты, которые только могла породить фантазия фаната низкобюджетных дорам.
- Хуан! Тише! Ты всё не так поняла! - зашептал он, выпучив глаза и стараясь не шевелить кадыком. - Это... это техника «Смиренного Хаоса»! Да, именно она! Высший уровень мастерства - когда ты притворяешься полным ничтожеством, чтобы запутать врага и заставить его потерять бдительность! Разве ты не видела, как я... э-э... стратегически споткнулся?
«Боже, что я несу? Какой "Смиренный Хаос"? - Яо мысленно бился головой об стену своего сознания. - Я звучу как сценарист-неудачник. Сяо Юй, если ты меня слышишь, вставь мне в мозг хоть один файл с нормальной ложью!»
- Техника? - Хуан сузила глаза, и острие шпильки еще сильнее вдавилось в его кожу. - Ты прыгал через сундук с криком раненого порося. Это тоже часть «высшего мастерства»?
- Именно! - Яо вдохнул побольше воздуха, идя ва-банк. - Это «Крик Пустоты»! Мой учитель говорил: если враг решит, что ты идиот, он перестанет тебя бояться. А когда он расслабится - бац! - ты дергаешь рычаг! Ты же видела, как ловко я их... ну... уронил? Это был расчет! Математический! Я специально копил энергию неуклюжести все эти годы, чтобы выплеснуть её в один момент!
Наложница Хуан на секунду замерла, и в её глазах мелькнула тень сомнения, но она тут же сменилась ледяным презрением. Она резко нажала рукой на его плечо, прижимая его к скале.
- Ты лжешь, - выплюнула она, её голос дрожал от ярости и боли. - Мин Чэн никогда бы не стал так кривляться. Он был гордым. Он скорее бы умер, чем позволил себе выглядеть так жалко. Ты - не он. У тебя даже взгляд другой. У моего мужа в глазах была сталь, а у тебя... у тебя там только испуганные крысы и желание спрятаться под юбку!
Яо замер. Блеф провалился с треском, не сработав против женщины, которая любила человека, чье лицо он носил.
«Всё, это конец, - запаниковал Яо, глядя в её полные ненависти глаза. - Сейчас она меня проткнет, и я отправлюсь обратно в цифровое небытие. Сяо Юй! Вставай, черт возьми! Твоего единственного носителя сейчас аннигилируют косметическим прибором!»
В этот момент ледяной ком в его груди внезапно расширился, обдав всё тело Яо таким холодом, что у него зашлись зубы. Воздух в пещере словно загустел, а пламя костра, затухавшее до этого, вдруг вспыхнуло ядовито-синим светом.
- Хуан... - прохрипел Яо, но это был не совсем его голос. В нем прорезались те самые металлические нотки, которые пугали его в Сяо Юй. - Опусти... шпильку. Ты пугаешь ребенка.
Хуан отшатнулась, но её рука не дрогнула.
Яо почувствовал, как мир вокруг него начинает пикселизироваться. Сочетание острого нефрита у горла, ледяного холода в груди и полного фиаско его «гениальной» теории о «Мастере Рандома» привело к тому, что его оперативная память просто переполнилась.
«Так, - мелькнула последняя мысль в его угасающем сознании, - если я сейчас не выйду из системы, то мой процессор просто сгорит. Прости, Хуан, но "Мастер Смиренного Хаоса" уходит на перезагрузку...»
Его глаза закатились так далеко, что остались одни белки. Яо издал странный звук, похожий на предсмертный хрип сломанного тамагочи, и его тело мгновенно обмякло. Поскольку он сидел в крайне неудобной позе, закон гравитации сработал безжалостно: он не просто упал, а буквально «стек» по стене, запутавшись в собственных рукавах.
Хуан едва успела отдернуть шпильку, чтобы не проткнуть ему подбородок.
- Чэн?! - она вскрикнула, тыкая его в плечо острым пальцем. - Вставай! Ты опять притворяешься?! Это твоя новая тактика «Мертвого Опоссума»?!
Но Яо не притворялся. Он лежал в позе сломанной тряпичной куклы, тихо посапывая, а его голова покоилась в куче сухого бамбука. Это выглядело настолько жалко и антигероично, что вся ярость наложницы сменилась полным недоумением. Она ожидала битвы с демоном или разоблачения шпиона, а получила... это.
- Папа? - Мэй проснулась от вскрика и, протирая глаза, увидела своего «героического отца», лежащего в пыли без сознания. - Мама Хуан, почему папа спит в костре?
- Он... он тренируется, милая, - выдавила Хуан, с сомнением глядя на бесчувственное тело Яо. Она всё еще сжимала шпильку, но её решимость таяла. Ни один шпион Императора не стал бы так бездарно пускать слюни в пещере.
В этот момент ледяной ком внутри Яо - Сяо Юй - завибрировал от ярости. Она была заперта в теле этого идиота, который умудрился «сломаться» в самый ответственный момент.
«Яо, ты кусок программного кода! - её ментальный крик сотряс подсознание парня. - Вставай! Нас сейчас либо шпилькой добьют, либо мы тут замерзнем! Если ты не очнешься через три секунды, я клянусь, я найду способ перехватить управление твоим мизинцем и ткну им тебе в глаз!»
Но Яо был в глубоком офлайне. Его сознание дрейфовало где-то в районе заставки Windows 95, пока Хуан, вздыхая, пыталась оттащить его тяжелое тело подальше от углей, совершенно не понимая, что за странное существо теперь живет в оболочке её мужа.