Искра

Она проснулась раньше него.
Не потому что что-то тревожило, а потому что было слишком… хорошо.
Её голова всё ещё лежала у него на плече, а его рука спокойно лежала на её талии.
Дастан дышал ровно, тепло, чуть хрипло — как человек, который наконец-то позволил себе расслабиться.
Она тихо повернулась к нему лицом.
Он выглядел другим. Не тем, кто на поле. Не тем, кто в компании друзей. Не тем, кто броня, сила и вызов.
Он был просто… её.
Тёплый, домашний, настоящий.
Она провела пальцем по его щеке — едва-едва.
И он тут же открыл глаза.
— Эй, — прошептал он низко, будто знал, что её голос сейчас сломается от нежности.
— Прости, разбудила? — она улыбнулась.
— Если ты рядом — можешь будить сколько хочешь, — он потянулся, не отпуская её талию.
Она легонько ткнулась носом в его шею.
Он тихо засмеялся — тем мягким смехом, который она слышала всего пару раз в жизни.
— Что? — спросила она.
— Ты такая спокойная утром… — сказал он, проводя пальцами по её волосам. — Я думал, ты сбежишь, как только проснёшься.
Она приподняла голову.
— Почему?
Он посмотрел ей прямо в глаза.
Честно.
Без масок.
— Потому что я много выбирал силу, а ты выбираешь тишину.
И я думал, что моя тишина тебя испугает.
Она положила ладонь ему на грудь — туда, где сердце стучало слишком быстро.
— Не испугает, — сказала она. — Только если ты сам оттолкнёшь.
Он накрыл её руку своей.
Пальцы сомкнулись так крепко, будто он боялся потерять это мгновение.
Утро начинается медленно
Они так и лежали какое-то время.
Не разговаривая — и не нужно было.
Но потом он внезапно сказал:
— Я хочу тебе кое-что показать.
Она подняла голову.
— Что именно?
— Встань, — он улыбнулся. — Обещаю, ничего странного.
Она встала, накинув мягкий плед, который соскользнул ночью.
Он повёл её на кухню и поставил перед ней чашку горячего кофе.
— Ты… сварил? — удивилась она.
— Ага, — он протянул ей чашку. — И это лучше, чем тот, что ты пьёшь по утрам.
— Ах так? — она приподняла бровь.
— Так, — уверенно ответил он.
Она отпила.
И правда — было вкуснее.
Теплее.
Как будто в чашку попало что-то от него самого.
— Нравится? — спросил он.
Она кивнула, пряча улыбку в чашке.
Разговор, которого они избегали
Когда они сели за стол, тёплый свет падал на её лицо, и Дастан долго смотрел на неё, ничего не говоря.
— О чём ты думаешь? — спросила она.
— О нас, — ответил он честно. —
О том, что… я раньше не умел так.
Спокойно.
Без игры.
Без попытки казаться сильнее.
Она замерла.
— И что?
— И то, что я хочу научиться, — он вздохнул. — Для тебя.
Она поставила чашку.
— Ты уже умеешь. Просто не замечаешь.
Он посмотрел на неё так, будто её слова ударили прямо в сердце.
— Правда? — тихо спросил он.
Она взяла его руку.
— Правда. Ты — тёплее, чем думаешь. И намного.
Его пальцы сжали её ладонь чуть сильнее.
— Тогда… — он поднял её руку к губам и поцеловал костяшки. —
Я хочу, чтобы мы продолжили так.
Без страха.
Без игры.
Без расстояния.
— И я, — сказала она.
Момент, который стал поворотом
Он наклонился к ней, но не резко —
наоборот, очень мягко,
так, будто спрашивал разрешения одним только дыханием.
Она коснулась его губ — легко, почти невесомо.
А он ответил так, будто этот тихий поцелуй был важнее всех бурных, что были раньше.
Спокойный.
Осознанный.
Настоящий.
Когда они отстранились, он сказал:
— Пожалуй, это… то самое «правильно», о котором я говорил.
Она засмеялась.
— Пожалуй, да.
Он притянул её ближе, обнял крепко, но нежно —
так, как обнимают человека, которого выбирают.
Не на ночь.
Не на эмоциях.
А по-настоящему.
И в тот момент она поняла:
Это и есть начало.
Настоящее начало.