Осколки души.

Жизнь Вовы давно пошла по пизде. Ещё в детстве. Вове было шесть когда отец стал выпивать и мать на эту гадость подсадил. Закончились светлые дни, жизнь приобрела серый оттенок. Вова старался лишний раз не попадаться родителям на глаза. Много лет он живёт с ними и много лет терпит издевательство и побои. Когда ему было семь мать впервые подняла на него руку. Он подошёл к ней чтобы показать рисунок, который так старательно рисовал, он хотел порадовать маму. В тот вечер она накричала на него говоря какая он бездарность ещё и леща не слабого дала. Но что он сделал не так? Порой Вова задавал себя вопросами почему жизнь чертовски его ненавидит.

Так он и жил, мать с отцом всё так же напивалась до потери памяти и избывали его. Но чем заслужил это ребёнок?

Вова рос, становился старше, но обида всё ещё была. Денег было мало, на еду не хватало, да и никто не купил бы, все деньги уходила на выпивку. Вова возненавидел родителей.

В очередной раз отец бил Вову, ему было больно. Он хотел закричать, но не мог. Ком встал в горле в ушах зазвенело и тогда он первый раз согрешил. Четырнадцати летний мальчик оттолкнул отца так, что тот с матами приложился башкой об стену. Матери не было дома, да и не хотелось даже думать куда она ушла. Мальчишка быстро проскочил на кухню чувствую как встаёт тот кабель и идёт на него, Вова быстро достал ножик и направил на мужчину.

- Только подойди - его голос предательски дрогнул - только подойти и я даже глазом не моргну перережу тебе глотку.

- Кишка тонка, сопляк.

Усмехнувшись мужчина направился на него. И ведь на тот момент Вова действительно не шутил. Мальчишка ударил ногой в живот отца, тот с криком " сволочь " согнулся пополам. Воспользовавшись моментом он проскочил назад и приставил дрожащими руками нож к горлу.

- Я же сказал, что перережу.

Мужчина не успел ничего сказать, как что-то тёплое начало течь по шеи. Дышать стало тяжело, в глазах потемнело.

Мертвое тело отца упало на пол кухни.

Вова словно очнулся, отшатнулся от него и выбросил кровавый нож куда-то в угол кухни.

Кровь залила в глаза. Мальчик не чувствовал ни страха, ни сожаления. Ухмылка расползлась на его лице.Даже на душе стало легче. Не имея никого желания оставаться здесь он быстро обулся и выбежал из дома.

Вот так он стал склонятся по улицам и воровать. С начало один, потом у него появилась шестерка. Особого интереса они не вызывали. Напротив Вова испытываю отвращения к ним. Люди может они и глупые, но воркуют не плохо.

Так и стали жить. Сначала воровали квартиры, потом магазины, а потом и на склады перешли.

Словно и не было шестилетнего мальчика, который радовался жизни. Сейчас был подросток. Шестнадцати летний агрессор. Стал Вова вором авторитетным. Кличку ему дали. Студер. Если ему что-то не нравилось быстро затыкая шавок, вечно лез в драки. На лице не единой эмоции. Лишь холод заполнял его душу. Если она вообще была.

Убивал ли Вова? Убивал. И не раз. И не разу не жалел. Делал он это без угрызение совести. Его это даже забавляло. Приносило некое удовольствие. При чём несколько раз в ментовке был за это. Да даже там отмазаться удалось.

А потом он повстречал мальчишку не знавшего тепла и счастья.

В тот момент в груди неприятно заныло. Не хотелось его бросать. Ну вот куда он пойдёт? Ему всего-то десять лет. Вова ведь когда-то точно таким же был, только ему никто не помог, сам выкарабкался. Делать было нечего. Взял. Даже спрашивать не стал. Отказалась бы шайка, всё ровно бы взял.

И стали они так воровать и работать вместе. Никитка ему как брат был. Заботился о нём, сказки на ночь читал, защищал. И слова поперёк Никиты не давал сказать.

А потом их менты накрыли.

Вова бы выбрал расстрел, нечего ему здесь защищать, нет у него родины, да и всё ровно бы умер, что там, что тут. Но Никиту бросить не мог. Пропадёт ведь без него.

По приезду в школу Вова сразу старался поставить всех на место. Сразу показал свой характер, да и пацаны знали кто он. Со вторым отрядом ели ели поддерживал связь, а с первым вечно цапался.

Только Никита скрашивал его дни. Малый казалось не знал забот. Хотя в глубине души понимал, что скоро или поздно ему настанет конец.

Вова со всеми был строг, недоверчив, дрался с ними, а Никите лишь слегка улыбался. Берег его как зеницу Ока.

Давно его этот Маэстро бесил, всё бренчал на своей красно-кровавой гитаре. Так и руки чесались морду набить.

А когда он ему в карты проиграл кровью глаза залились. Позор какой. Он ведь авторитет, вор и карточный аферист. Только он мог выигрывать.

В ту ночь он пробрался на склад  и отыскал парашют Маэстро и загнул шпильки. Должны они были ехать прыгать в парашютов. В тот момент Вова ни о чём или не о ком не думал. Ему важно было избавиться с этого гитариста.

После прыжка и смерти Маэстро Вова ухмыляясь ядовито отвечал, что это он сделал.

На миг перехватило дыхание когда слова долетели до ушей. Его закопают живьём. Сглотнув слюну, в груди потяжелело.

Как же так. Он и не думал, что всё так может обернутся.

Грузовик с ребятами отъезжал, а он смотрел ему вслед. Взгляд был нацелен лишь на одного.

Никиту.

- Без суда не имеете право - кричал Вова, он не мог бросить Никиту - я - малолетка.

Ложась в яму Вова старался делать вид, что ему всё ровно. Будто ему плевать на свою жизнь.

По телу бежали мурашками, колотило. Голова разболелась.

А взгляд видел перед собой мальчишку.

Горько усмехнувшись Вова закрыл глаза и его мысли посещал только Никита.

Этот светлый мальчик. Который уже как родной. Этот мальчик, что так забавно морщил носик во сне и обнимал руку Вовы когда тот рассказывал ему сказку. Мальчик, что всегда был ему добр. Мальчик который забавно пританцовывал под музыку гитариста. И улыбался ему.

Мальчик которого он больше не увидит..

Вздохнув последний раз он лишь надеялся, что у Никиты будет всё хорошо.

Было больно его отпускать.

Любил он его.

Родная кровушка уже.

Молился  за него, что жив и цел остался.

Он всегда будет помнить его.

Этого светлого мальчика, который не знал, что такое тепло и счастье.

Плевать, что его сейчас закапывает, плевать на всех, плевать на себя главное, что с Никитой всё хорошо.

Единственный его свет, в конце туннеля.