4 глава. Вайолет Кренсис.
Я НАБЛЮДАЛА, как маленькие острые кусочки фарфоровой тарелки, рассыпались по всему просторному деревянному полу гостиной, смешавшись с остатками пищи. Несколько кусочков упали даже на красивейший восточный палас, подаренный нашей семье много лет назад одной влиятельной дамой из далекого Востока. Эти яркие пятна теперь контрастировали с общим интерьером комнаты, придавая обстановке странность и хаос.
Мама его убьет!
Ощущение тревоги охватывало меня каждый раз, когда мать видела подобное. Ведь она привыкла поддерживать порядок в доме почти фанатично. Но сейчас моё внимание привлекло другое.
— Тебе не понравилась еда? — спросила я мягко, заметив, как мой старший брат Хайдер морщился, сидя напротив стола. Его лицо выражало недовольство, а губы скривились в презрительной усмешке. Снова кидаю разочарованный взгляд на битое стекло.
Он резко вскинул голову, направив на меня темные глаза, полные напряжения и беспокойства.
Я внимательно смотрела на него, пытаясь уловить эмоции, скрытые за его жестким внешним видом. Затем он вновь опустил взгляд на разбившуюся тарелку, казалось, осознавая последствия своего импульсивного поступка. Тяжело вздохнув, парень начал осторожно наклоняться, аккуратно поднимая мелкие осколки руками, стараясь не порезаться.
— Извини, Лило, — тихо произнес он, делая акцент на этой форме имени. Это слово звучало привычно и нежно, как ласковая нота в нашем повседневном диалоге.
Он часто вспыхивает на других, но всегда переживает, когда видит меня застигнутой за его вспышками гнева. Брат всегда старается быть примером для меня, но зачастую у него это плохо получается.
Собрав большую часть обломков, он продолжил объяснения, обращаясь ко мне искренне и открыто.
— Ужасно выглядит эта картошка в этой противной панировке... Просто невозможно её есть...
Я рассмеялась, отметив его искреннюю нелюбовь к кулинарным экспериментам наших поваров. Поднявшись со своего места, я подошла ближе и помогла собрать оставшиеся куски стекла. Совместная уборка стала своеобразным ритуалом примирения, позволяя сгладить недопонимание.
Закончив, я почувствовала необходимость пошутить над моим неукротимым братом. Вспоминая его страх перед кухаркой Фанни, я решила подразнить его.
— А почему бы тебе не пойти и самому не объяснить своей любимой поварихе причину твоей ненависти к сегодняшней еде?
Взгляд, брошенный Хайдером в мою сторону, мог заставить любого почувствовать дискомфорт. Угловатые черты лица стали ещё жёстче, уголки губ заметно опустились, подчеркивая серьёзность ситуации. Однако, сделав глубокий вдох, он попытался смягчить своё выражение, принимая шутливый тон.
— Она мне потом мою же порцию вывернет за шиворот... — Он сложил остатки посуды в одну из маминых ваз, а затем довольно отряхнул ладони. В отличие от него я сложила осколки в платочек и положила его на стол.
Хайдер вытащил шпагу из полки, начиная ею мастерски размахивать в воздухе, словно впереди него есть противник.
Раньше я часто любила наблюдать за ним
и учиться таким приемам. Особенно рукопашному бою, которым сейчас довольно неплохо владею.
Аккуратно облокотившись о стол спиной, продолжаю завороженно смотреть на брата, пока тот специально выделывается передо мной.
Наконец, решаю задать вопрос, который мучил меня с самого утра.
— Хайдер, в каких отношениях ты с Певенси? — медленно говорю я, потирая шею, но быстро поправляюсь, вспоминая, что их двое. — Эдмундом Певенси.
Парень замедляется, бросая на меня многочисленные взгляды.
— Где ты была? — тут же спрашивает он, подозрительно нахмурившись.
— Хайдер, ответь, — требую, и он крепко сжал эфес шпаги, отражая внутреннюю борьбу эмоций и воспоминаний. Глубокий вздох вырвался из груди парня, сопровождаемый тяжёлым вздохом сожаления..
— Певенси посадил нашего деда в тюрьму за то, что он воровал деньги из казны. Как думаешь, в каких я с ним отношениях?
Услышанное заставляет меня замереть. Что-что, а такого я точно не ожидала. Да, наш дед был не самым святым человеком. Он умер в моем детстве, и мы редко говорили о нем, но единственное, что мне было известно, - он умер из-за сердечного приступа. Грустная история, конечно, но я его не знала, в отличие от Хайдера, поэтому не особо углублялась.
— Поэтому ты его терпеть не можешь? — интересуюсь, продолжая наблюдать за братом.
— Да.
Парень никогда не скрывал от меня ничего, в отличие от родителей. Он всегда был как открытая книга для меня. Если мне нужно было что-то узнать про нашу семью или еще что-то, связанное с ней, Хайдер всегда был готов помочь и рассказать. Между нами были доверительные отношения, хоть я его иногда обманывала. Он знал это, но просто делал вид, что не понимает.
Отвернувшись ненадолго, я попыталась осмыслить услышанное. Возможно, дело действительно заключалось лишь в старой вражде поколений, но возникшие вопросы требовали ясности.
Тем временем Хайдер возобновил тренировочные движения со шпагой, демонстрируя невероятную ловкость и грациозность движений. Наблюдая за этим зрелищем, я постепенно возвращалась мыслями к настоящему моменту. Осознав всю важность происшедшего разговора.
— Почему ты решила спросить про него?
— Не знаю, кажется, он хорошо дерется? Может завтра нам устроить поединок? — нервно пробормотала я.
Ляпнула так ляпнула.
Я вспомнила, как мы с ним подрались в лесу утром, но предложение про поединок выскочило из меня совершенно случайно, просто потому что волновалась и боялась оговориться и сказать брату правду, о том что я была в лесу, хотя на это у меня запрет.
Парень аж остановился и повернулся всем телом ко мне.
— Вайолет, что за глупости ты несёшь?! Сначала разберись сама с собственными возможностями, прежде чем предлагать кому-то состязание!
Хайдер сделал пару шагов ко мне, а затем угрожающе ткнул в правое плечо. Жуткая и режущая боль пронзила руку, будто тысячи осколков.
— Попробуй хотя бы поднять что-нибудь тяжелее ложки, — подтрунил он, а затем добавил. — Не неси чепухи, ты не будешь этого делать. Лучше иди подготовься к завтрашнему приему гостей.
Едва справляясь с гневом, Хайдер резко развернулся и вложил шпагу обратно в ножны. Потрясённая реакцией брата, я невольно отступила назад, чувствуя глубокую обиду от несправедливости обвинения.
Но, несмотря на горечь и чувство вины, я продолжала упорствовать, желая защитить собственное достоинство и право на самостоятельность решений.
— Ладно, я пойду, — устало согласилась я, зная, что дальше дискуссия ни к чему хорошему привести не может.
Он проследил за мной взглядом.
Решимость брата защищать интересы семьи осталась неизменной, и я покинула комнату, оставив позади брата и ощущение незавершённости важных дел.
Я хочу доказать, что не маленькая и могу справиться со всем, но никто в этой семье не позволяет этого сделать! Мне скоро семнадцать, а Хайдер старше меня всего на два года, но за частую этот болван ведёт себя так, будто у нас разница в пять лет!
Однако, несмотря на все мои молчаливые возмущение, мне пришлось вернуться в свою комнату и лечь спать. Завтра много дел, а ещё мне предстоит встретиться с самим Эдмундом Певенси.
Господи, хоть бы он не узнал меня. — мысленно прочитала мольбу, боясь, что он сдаст меня.
тгк: fasfas9090
тик ток: fasfas123t