ch3 books, books, more books, cranberry juice and smiles
Теперь я не думаю ни о ком; я даже не ищу слов. Это перетекает во мне то быстрее, то медленнее, я не стараюсь ничего закреплять, течет, ну и пусть себе. Оттого что мысли мои не облекаются в слова, чаще всего они остаются хлопьями тумана. Они принимают смутные, причудливые формы, набегают одна на другую, и я тотчас их забываю.
the pillows – エネルギヤ
После «завтрака» с Джой Чонгук шагает легко и улыбается по дороге в универ, не зная, что губы его опухли от прощального поцелуя длиной десять минут, а волосы на затылке растрепаны чужой рукой. Новый семестр официально начинается, расписание составлено им умело, и благодаря своим расчетам он может курсировать между всеми его подработками и даже оставить свободные полдня в четверг для выполнения домашних заданий. Время 09:25. Настроение у него на высоте, и ничто не может его испортить.
Если бы.
Чонгук не может поверить своим глазам. Переспрашивает еще раз методистку из отдела по работе с иностранными студентами, и та еще раз показывает на парня с маской на лице, склонившегося над книгой в углу кафе. Знакомая серая толстовка, волосы всё так же лезут в глаза.
Да, блять, не может быть.
Настроение ползет к минусовым отметкам с такой скоростью, с которой Джин чмокает Намджуна в щеку, пока никто не видит.
Молниеносно.
- Уверена, вы поладите. Он очень хорошо говорит по-японски, но ему все же нужна помощь с адаптацией в нашем университете.
Чонгук заторможенно кивает. Делать нечего. Он вздыхает, портит от нервов укладку окончательно, проведя по волосам пятерней, и подходит к нужному столику. Реакция Тэхёна забавная. От удивления у него широко раскрываются глаза, он роняет книгу и дергается, словно хотел вскочить с места и убежать. Чонгук натянуто улыбается и присаживается напротив.
- Привет, - говорит он. – Я твой тьютор на этот год.
Три, два, о…
- Тьютор? Ты? – Тэхён тупо повторяет за ним, хмурясь. Он оттягивает край маски до подбородка, открывая чужому взгляду крупный нос и губы, на которых родинок оказывается больше, чем одна.
Чонгук испытывает легкое раздражение. Не хватало, чтобы этот парень смотрел на него свысока. Чтение депрессивных французов за завтраком еще не делает его самого великим философом. Оба парня замечают, что нервно кусают губы, пялясь друг на друга, и до-комичного одновременно откидываются на спинку сиденья, меняя позу.
Чонгуку вдруг кажется, что они сидят сейчас не в кафе, а в песочнице, и им обоим по пять лет.
- Мне нужно знать, с чем я могу тебе помочь, чтобы составить расписание наших встреч, - он начинает вновь, стараясь отвлечься от взаимной неприязни. Вдох-выдох, Чонгук, всего лишь час в неделю. Все-таки в университете предполагается, что ты умеешь цивилизованно решать мелкие стычки, да и деньги за тьюторство ему не будут лишними. Квартира сама себя не оплатит. Слава Богу, Тэхён, видимо, решает так же и отмирает, возвращая лицу нейтральное выражение лица.
- С бытовыми проблемами мне помогает Чимин, так что, думаю, с этим у меня проблем не будет, - медленно говорит он. Ветер иногда сдувает с его лица челку, открывая широкие глаза с такими длинными ресницами, что оттеняют веки как подводкой, которой пользуются девочки. Честно, Чонгук чувствует себя в чертовом симуляторе свиданий (не то, чтобы он играл в какие-то девчачьи виртуалки, пфф), где ему достался скромный принц литературного факультета, отдающий меланхолией.
- Но с академическим японским я не справлюсь, - признается Тэхён, поднимая взгляд. – Я раньше писал все рефераты на корейском.
- Про что собираешься писать диплом? – спрашивает Чонгук, мысленно прикидывая, какие книги стоит взять в библиотеке, чтобы проводить занятия. Он представляет себе целый год еженедельных встреч с этим парнем и приунывает. Супер, просто, а он думал, на втором курсе будет веселей.
- Магический реализм. Кафка, Маркес, Мураками, - Тэхён пожимает плечами. – Пока не определился, что именно.
- А это? – Чонгук не удерживается и кивает на «Тошноту» в его руках.
- Это… Это для себя. Внеклассное чтение, - бормочет Тэхён, опуская взгляд на свою потрепанную книгу, словно видя в первый раз.
Внеклассное чтение. Интересно. Чонгук таких ебанутых, кто станет читать подобные книги добровольно, до сих пор знал только двоих. Себя и Намджуна. Но Намджун – это редкий кадр. Он чертов эрудит, Чонгук еще не сумел подловить его, задав вопрос, на который бы хён не знал ответа.
Дальше разговор не клеится, как бы не старался Чонгук, его протеже на все вопросы отбивается односложными ответами, и это выматывает. До конца занятия остается сорок шесть минут, а он чувствует, словно уже полдня потратил на этого чудика. Тэхён сидит, теребя страницы книги пальцем, задумчиво уставившись в сторону оживленного кампуса, и Чонгук без зазрения совести достает телефон и пишет Чимину, чтобы подваливал сюда. Хоть эфир разбавит. Друг говорит, что соизволит посидеть с ними пять минут, если Чонгук угостит его кофе. «Наглая сволочь, твой день рождения был на прошлой неделе», - думает Чонгук и откладывает телефон, доставая новый учебник к первой паре на сегодня. Раз уж его подопечный не задает ему никаких вопросов, он может прекрасно воспользоваться возможностью поучиться самому. Чонгуку не терпелось приступить к курсу по анализу текстов СМИ, Юнги говорил, что это был его любимый предмет на втором году обучения. И даже взгляд Тэхёна, наконец-то переключившийся на него, ему не мешает сосредоточиться на первой главе учебника – если есть что сказать, пускай подаст голос, Чонгук немного устал заводить разговор первым.
- Я, конечно, рад, что вы подружились и все дела, но в следующий раз постарайтесь бычки на крыльце не оставлять, - говорит Чимин, появляясь через несколько минут. – Меня же хозяин дома выселит, если увидит.
Чонгук вскидывает брови и смотрит на Тэхёна с удивлением. Это так называется теперь непонятная обида Тэхёна тем вечером? Подружились? Тэхён же занят тем, что уворачивается от рук своего соседа, смешно корчась от щекотки – Чимин дразнит его, приговаривая: «Кто это вышел на улицу, а? Кто такой смелый, что сам до универа дошел, не потерявшись? Тэхён-и, да?». Чонгук бы посочувствовал, но видеть на лице неразговорчивого буки хоть какие-то эмоции было забавно. По-садистски приятно.
- Я за кофе, - говорит он, отложив телефон в сторону. – Тебе взять, Тэхён?
Чонгук пытается быть вежливым, но растрепанный и покрасневший от пыток Чимина парень видимо этого не догоняет или не хочет, потому что категорично заявляет:
- Я кофе не пью.
Кто не любит кофе? Намджуна бы сюда, он бы поржал. Вот почему надо быть таким сложным?
- Тэхён-и не пьет ничего крепче колы, - поясняет Чимин, поглаживая Тэхёна по голове, как щенка. – Он даже алкоголь не пьет, потому что он горький.
«Ага. А курить зато мы можем. Логично, сигареты сладкие, как пони», - язвительно думает Чонгук, поднимаясь из-за стола. Он называет на кассе американо для себя, скинни латте для Чимина, и немного подумав, айс-ти для Тэхёна. Дурацкая привычка быть милым со всеми вынуждает придерживаться манер, даже если окружающие не особо стараются быть дружелюбными в ответ.
Когда он возвращается, то прерывает тихий разговор между друзьями, которые отстраняются друг от друга, отлепив склоненные вместе головы. Чимин долго смотрит на Тэхёна, поджав губы, а затем просто хлопает того по плечу и переводит свое внимание на Чонгука, помогая тому с подносом. Чонгук решает сделать вид, что ничего не заметил, да и Чимин нарочито громко начинает жаловаться на свое расписание. Тэхён же сидит, угрюмо уставившись в одну точку, никак не участвуя в их беседе. Даже Юнги и то поживее на его фоне выглядеть будет. Вскоре Чимин бросает на Чонгука извиняющийся взгляд и уходит на репетицию вальса. Лед в нетронутом напитке Тэхёна тает, когда час их занятий подходит к концу, и Чонгук думает, что он – тормознутый придурок, мог бы из вежливости поднести стакан ко рту. Парень, видимо, читает его мысли, потому что вдруг поднимает на него взгляд, когда Чонгук собирается уходить.
- Постой, - говорит он. – Сколько я тебе должен?
Чонгук смотрит, как он лезет в сумку за кошельком, торопливо раскрывая его и начиная отсчитывать непривычные ему монеты.
- Не надо. Считай, я тебя по-дружески угостил, - Чонгук качает головой, вскидывая левую руку с часами, проверяя, сколько времени осталось до начала ориентировочного собрания второго курса их факультета. Десять минут, отлично, он успеет помочь принести и настроить проектор.
- По-дружески? – Тэхён переспрашивает, словно расслышал только это слово.
- Ну, или в следующий раз платишь ты, - серьезно, у него нет никакого желания дожидаться, пока этот странный парень оформит свою мысль и вытолкнет из себя медленные слова одно за другим. Может, пока не поздно, всё же стоит отказаться от занятий с Тэхёном? Сказать методистам, что у него не получается со временем, а Чимину и его другу соврать, что в это время поставили смену в кафе? Черт, не получится, в этот день у него еще пара, а затем подработка в библиотеке. «Слишком сложно», - скрипя зубами, думает Чонгук. Придется потерпеть этот год. Ничего, бывали люди, с которыми общаться было куда неприятней, чем с другом лучшего друга. Чонгук как-нибудь справится
.
bts - save me (japanese ver)
Юнги лениво разворачивается на своем кресле, когда они вваливаются в редакторскую, усталые от продолжительного стояния на ногах. Юта сразу припадает к кулеру с водой, разливая всем согруппникам бумажные стаканчики.
- Много раздали? – интересуется Юнги у своих подопечных, беря в руки оставшиеся флаера с приглашением в их редколлегию на день открытых дверей в кампусе, который будет в конце месяца. Дизайн флаеров разрабатывал Чонгук, и их листовки выглядели ярко и презентабельно на фоне черно-белых корявых брошюрок других кружков и студий, с завистью перешептывавшихся о том, что редколлегия вновь выпендривается со своим оборудованием и возможностями
. - Да нет, раздали практически всё, как видите, - отчитывается одна из девочек. – Когда Чонгук присоединился после занятий, дело пошло быстрее.
- Ну, конечно, он же наша звезда, - Юта салютует ему. – Спорим, все первокурсницы придут на него смотреть? Я даже уже знаю одну. Сэмпай, помните Сасаки из Вашей школы
?
Юнги вскидывает бровь, а Чонгук привычно улыбается и отнекивается смущенно, сам мысленно готовый опрокинуть на себя стакан с водой, чтобы смыть эту ненужную зависть, прикрытую лестью. Ну разве он виноват, что родился таким
? - Ладно, вы молодцы, а теперь выметайтесь, если не хотите, чтобы я при всех стал критиковать ваши наброски на следующий выпуск. Вы за каникулы обленились, что ли? У всех какие-то идеи
…
Юнги договорить не успевает – все кохаи мгновенно подхватывают сумки и выбегают из кабинета, пока на них не обрушилось долгое ворчание, перемалывающее все их косяки и недочеты. Все кохаи, кроме Чонгука, который сползает по диванчику ниже и выдыхает тяжело в потолок.
- Не обращай внимания на них, они всего лишь…
- …завидуют, да, я знаю, - перебивает его Чонгук. – Просто иногда… Иногда это становится чересчур, понимаешь? Странно, когда они все завидуют. В школе всё было совсем не так.
- Люди они такие, у большинства преобладает стереотипное мышление. Если ты отличаешься от других, то это зависит от их восприятия, станешь ли ты изгоем или кумиром, - Юнги говорит, ужасно напоминая своим тоном Намджуна, когда тот пускался в подобные монологи. До конца его слушал только Сокджин (лишь потому, что всё это время представлял эти пухлые неустанные губы за другим, более интересным занятием). – Даже сказка есть такая, «Гадкий утёнок». Почитай как-нибудь.
Чонгук делает пометку в телефоне и нехотя расстается с удобным диванчиком, но ему надо двигаться. Время 16:15 и ему пора на подработку. Юнги задумчиво смотрит ему вслед, напоминая себе в следующий раз всё-таки собраться с духом и поговорить с парнем начистоту. Не нравятся ему эти темные круги под глазами.
twice – signal (japanese ver)
Инструктаж старшего по смене закончен, Чонгук быстро проверяет состояние кухни и возвращается к своему шкафчику, в последний раз проверяя уведомления на телефоне. Хосок пишет в их группу что-то про грандиозную идею заработать на поездку в Вакаяму:
hwimang: "в пятницу вечером идем в бар Урабэ, там обсудим все детали" 16:46
hwimang: "жду всех" 16:46
chimmy: "лол" 16:47
chimmy: "что ты опять задумал" 16:47
prince: "я не пойду работать хостом. говорю сразу" 16:47
hwimang: "бля, ну согласись это был бы самый быстрый способ заработать бабла" 16:49
hwimang: "спокуха моя идея абслтно легальна и займет всего лишь два дня вашего времени" 16:50
chimmy: "я приглашу тэхён-и?" 16:52
randa: "конечно, он ведь твой друг" 16:52
hwimang: "он какой-то ватный. прошлым летом он был веселее :/" 16:53
chimmy: "тэхён хороший. не обижайте его" 16:53
chimmy: "он просто стесняется, а ты к нему полез сразу обниматься" 16:53
chimmy: "не все такие экстраверты как ты" 16:53
hwimang: "ладно ладно только не дуйся ты чего" 16:54
hwimang: "бери свою стесняшку я не против" 16:54
hwimang: "чем больше людей тем быстрее мы денег заработаем" 16:55
hwimang: "тем более он тоже кореец" 16:55
prince: "эээ под к-поп танцевать я тоже не буду" 16:55
randa: "что-то меня тоже твоя идея начинает настораживать" 16:56
hwimang: "не будьте такими трусишками" 16:57
hwimang: "куки, чтобы в пятницу вечером ты был с нами" 16:57
hwimang: "я вижу что ты читаешь но не отвечаешь" 16:57
Чонгук закатывает глаза и печатает короткое "ок", ставит телефон на беззвучный и закрывает его в шкафчике вместе со своими вещами. Проверяет время на часах, затем прячет их под рукав, чтобы не бросались в глаза посетителям, надевает рабочий фартук и выходит из подсобки. В кафе практически все места заняты, но в очереди стоит только пара человек, значит смена начнется более-менее спокойно. Чонгук заменяет коллегу за кассой, проводя своей личной рабочей карточкой, чтобы инициировать продавца в системе. Время 17:00.
- Добро пожаловать, я слушаю Ваш за… - улыбка на его лице застывает, когда он видит лицо посетителя, - …каз. Что будете?
Тэхён так же тупо моргает, разглядывая его, стоящего по ту сторону прилавка в зеленом фирменном фартуке Starbucks. Женщина позади него громко вздыхает, недовольная медленным обслуживанием. Чонгук сохраняет улыбку и сквозь зубы умудряется незаметно сказать по-корейски:
- Заказывать будешь или нет?
- А... Мятный цитрус. Айс, венти, - включается Тэхён и достает кошелек. Чонгук терпеливо ждет, пока он отсчитывает монеты, чтобы дать без сдачи («да, дай ты уже свою тысячу, слоупок», - думает Чонгук).
- Заказ принят, ожидайте на выдаче слева. Спасибо, приятного времяпровождения.
Сидит Тэхён у них долго. Чонгук успевает за это время обслужить кучу других посетителей, парочка из которых выёбывается, заказывая дополнительные топпинги и даже указывая температуру, которая должна быть у их американо, иначе они выпить его не смогут. Чонгук провожает их с идеальной улыбкой вплоть до морщинок у глаз, которые так нравятся посетительницам женского пола. Затем он помогает семье туристов, непонятно как забредших в их район, вспоминая фразы на ломаном английском, которым его обучал Намджун. Иностранцы громкие и уточняют по сто раз, а их высокий рост и красные лица, как и глубокое декольте у старшей дочери смущают всех посетителей кафе и его коллег.
- Молодец, Кисараги-сан, - благодарно говорит ему бариста, к которому сначала обратились туристы. - Я так растерялся, что даже и слова сказать не смог, а Вы на английском как начнёте им объяснять... Кисараги-сан всё умеет, я так завидую!
- Да, что Вы, что Вы, - скромно говорит Чонгук, а сам думает, что Намджун бы сейчас ухахатывался с его корявого английского. Хорошо, что он его не видел. Позор.
Зато мог видеть Тэхён. Чонгук украдкой косится в угол у окна, где тот уселся. Тэхён вроде как занят учебой, делая пометки в тетради, иногда присасываясь к своему холодному чаю в огромном стакане. И куда это в него всё помещается?
В 19:02 Чонгук встаёт с коленей у прилавка с десертами, перед которым лепетал с ребенком одних из посетителей, рассказывая тому, какие вкусные у них торты ("а как тебе этот с ягодками? он самый сладкий, я его сам ем каждый день!"), и ловит всё-таки на себе задумчивый взгляд Тэхёна. Парень очень рассеянный и не сразу замечает, что пялится и что его за этим делом поймали. Чонгук качает головой, когда тот вновь закрывается от окружающих своей очередной занудной книжкой, и возвращается к работе.
marshmello feat. khalid - silence
Он пролистывает книгу, которую ему дали пробить, и, о боже, среди страниц предсказуемо оказывается розовый стикер с надписью карандашом: «Оппа, у тебя есть девушка?». Чонгук поднимает глаза на смущенную девочку с щеками розовыми, как и её стикер, нервно прячущей улыбку в длинные рукава своего мешковатого свитера. У неё очень прямые брови и красный тинт на губах, что выдает в ней фанатку всего корейского. Откуда они прознают о том, что он полукровка? Ей богу, эти девушки пугают.
- Пожалуйста, в следующий раз не оставляйте свои пометки в библиотечных книгах, - вежливо говорит Чонгук, пробивая книгу и возвращая несчастной её студенческий билет, вложив туда злополучный стикер.
- Но мой вопрос…
- Вы задерживаете других, - Чонгук выдает извиняющуюся улыбку, пока его напарница по смене откровенно хихикает позади него, получая удовольствие, наблюдая за этой ситуацией. – Следующий, пожалуйста!
Насупленная девушка неохотно отодвигается, давая парню за ней подойти к стойке выдачи книг.
- Ты?! – одновременно на двух языках восклицают они оба и пораженно смотрят друг на друга. Как и поклонница, которая роняет свою книгу мимо рюкзака, когда слышит корейскую речь. Тэхён в своей джинсовой куртке возвышается над ними, как некстати, маска, обычно скрывающая его лицо, висит на одном ухе, и всем виден его красивый профиль. Чонгук мысленно возводит руки к небу и вопрошает: «зачем?», потому что первокурсница впадает в полный эстетический оргазм при виде их обоих рядом.
- Не знал, что ты и здесь работаешь, - Тэхён водружает на стойку целую стопку книг. У Чонгука аж допотопный монитор библиотечного компьютера покачивается от подобной тяжести. Он моргает и берет в руки студенческую карту Тэхёна, ненароком отмечая, что тот одного года рождения с Чимином. Понятно, теперь почему они так близки. Чонгук берет первую книгу из стопки, «Кафку на пляже», и начинает пробивать.
- Я много где работаю, - говорит он, косясь на следующие томики «Сто лет одиночества» и «Любви во время чумы». Тэхён в это время стоит, покачиваясь с пятки на носок, пока не замечает пялящуюся на него первокурсницу.
- Ты что-то хотела? – говорит он ей на японском невозможно низким голосом, от которого волосы на руках дыбом встают. Выбор слов у него получается слишком грубый - намеренно или нет, но девочка качает головой и пятится назад, пока не убегает прочь. «А он умеет людей пугать», - думает Чонгук, читая название уже шестой книги из стопки – «И всё осветилось» Джонатана Фоера.
- Слушай, а ты успеешь всё это прочесть, если одолжишь их одновременно? – не удерживается Чонгук от вопроса, глядя, как Тэхён раскрывает тканевую сумку-пакет, видимо, специально предназначенную для таких случаев, когда книги не помещаются в его рюкзак. Просто ботаник 85 лвла.
- Я их уже читал все, - отвечает он невозмутимо, чем Чонгука почему-то злит. Совершенно никаких манер или попыток поддержать разговор.
- Ну и нахрена тогда ты их вообще берешь? – Чонгук благодарен, что может выпустить пар, внешне оставаясь сдержанно вежливым, как подобает работнику библиотеки. Напарница всё равно даже по-английски три предложения составить не может, куда уж там понять, что он сейчас только что выругался на корейском.
- В том то и дело, умник, - Тэхён парирует, вдруг расщедряясь на распространенные предложения. – Я их читал на корейском и хочу посмотреть, как они будут звучать в японском переводе. Я, по крайней мере, читаю серьезные книги, не то, что некоторые. В детстве не начитался?
Он кивает на раскрытый сборник сказок Андерсена, который читал Чонгук, коротая время, пока никто к стойке не подходил. «Гадкого утенка» он уже давно прочитал и теперь уже перешел на «Стойкого оловянного солдатика», которого читал перед тем, как его отвлекла девушка со своим дурацким стикером. Становится стыдно. Надо было читать дома.
- Представь себе, - бурчит Чонгук, поджимая губы. Препираться с Тэхёном больше не хочется, и он пробивает остальные книги без единого комментария, заговаривая с ним вновь лишь на японском, озвучивая срок аренды книг и нарочитое вежливое прощание:
- Спасибо, что воспользовались услугами нашей библиотеки. Приходите к нам ещё, до свидания.
Тэхён, однако, уходит не сразу, хлопая глазами по-совиному, словно ожидал продолжения их обмена колкостями, который у них был вместо нормального разговора.
«Катись отсюда», - думает Чонгук, а затем раздраженно задвигает Андерсона подальше от своего взгляда.
epik high (feat ohhyuk) – home is far away
В четверг Чонгук возвращается домой уже поздно, заработавшись с Юнги над оформлением праздничного выпуска университетского журнала, и катится на велосипеде, слушая песню через один наушник. Плохое предчувствие не обманывает, и Тэхёна он замечает сразу же – высокая фигура неспешно вышагивает по переулку, выделяясь своей аристократичностью телосложения среди теснящихся друг к другу домов с бутылками воды, расставленными по углам заборов среди цветочных горшков. Парень с кем-то говорит по телефону, корейская речь разливается по пустынным улочкам, донося обрывки до Чонгука. Он решает притормозить, пока Тэхён не завернет в один из поворотов, чтобы снять с себя обязанность поздороваться с ним, когда будет его объезжать. Слишком часто они встречаются на этой неделе, и нормально общаться у них совсем не выходит.
Прости, Чимин, но твой друг меня реально бесит.
Чонгук спрыгивает с сиденья и терпеливо ведет рядом с собой своего двухколесного друга только чтобы увидеть, как Тэхён, занятый болтовней по телефону, пропускает свой поворот и беспечно продолжает идти вперед в неправильном направлении.
Вот придурок.
Хочется хлопнуть себя по лбу от досады, но руки заняты велосипедом, и Чонгуку не остается ничего, кроме как продолжать тихо следовать за непутевым парнем, проклиная, что так неудобно столкнулся с ним. Тэхён продолжает петлять по переулкам, не замечая, куда идёт, чуть ли не мурлыча в трубку непривычно мягким тоном голоса:
- Да, всё в порядке, Чимин обо мне хорошо заботится…
- Угу.
- Ем я овощи. И мясо тоже ем. Лучше расскажи, как там остальные…
Чонгук невольно фыркает. Смотрите-ка, кто-то меняет тему.
- Хорошо, хорошо, сфоткаю тебе холодильник, если ты мне не веришь… - недовольно вздыхает Тэхён, а потом добавляет уже неуверенным голосом, озираясь по сторонам, - … когда домой доберусь.
Неужели. Чонгук уже не думал, что Тэхён заметит, что заблудился, пока не дойдет до чертовой магистрали.
- А? Что ты сказала? – парень смешно мотает головой, оглядывая незнакомые дома вокруг.
– Прости, я не расслышал…
- Ладно, мам, папе привет передавай, и бабушке с дедушкой тоже, и мелким от меня поцелуй, - торопливо говорит Тэхён в трубку, а Чонгук закатывает глаза, когда к длинному списку тех, кому нужно передать обнимашки от него, добавляются ещё Ёнтан и Суншими. Вот почему Тэхён не может быть хоть чуточку с ним таким же приветливым, как со своей семьей? Умеет же разговаривать и совсем не запинается в словах.
Тэхён идет вперед ещё немного, уткнувшийся в свой телефон, перебирая пальцами на экране, пока тот не гаснет, бросая своего хозяина один-на-один с незнакомыми темными улицами. Чонгук поражается неудачливости Тэхёна и совсем пропускает момент, когда тот, вдоволь выругавшись на корейском, поворачивается вокруг и замирает, увидев другого человека. Чонгук тоже останавливается от неожиданности, не зная, что предпринять, ведь он чувствует себя чертовым сталкером. Ну, зачем он поплёлся за Тэхёном? Надо было взять и объехать с другой стороны, так бы он не попал в эту дурацкую ситуацию. Кто же знал, что Тэхён так долго будет болтать по телефону?
Ладно, надо подойти и поговорить, раз уже его поймали с поличным. Чонгук поднимает руку в приветствии и катит велик к нему, на что Тэхён незамедлительно отворачивается в сторону и шмыгает носом, вытирая его рукавом. Никакого ответного «привета», никаких манер. Однако, подойдя ближе Чонгук разглядывает мокрые дорожки на щеках у парня и слезинки, ещё дрожащие на кончиках его ресниц.
Оу.
- Ты в порядке? – спрашивает он машинально, прежде чем успевает сообразить, что из-за этого же вопроса у них с Тэхёном общение не сложилось в самом начале.
- Нет, как видишь, - чуть осипшим голосом говорит Тэхён язвительным тоном, видимо, тоже вспомнил, как злился из-за того, как Чонгук ответил тогда.
«Ну и отлично, стой тут и ной дальше, а я пошел», - хочет съязвить в ответ Чонгук, но Тэхён продолжает говорить дальше:
- Всё хуёво. Я потерялся и не помню, как выглядит наш дом. Ещё батарейка села, и спросить прохожих я не могу, потому что не запомнил адрес. Мне страшно, и я ужасно скучаю по семье, хочу домой.
Вау. Вот это откровенность.
- Зачем ты мне всё это говоришь? – Чонгук поражается своей способности улыбаться, даже произнося что-то едкое, как эти слова. Хочется как-то отомстить этому парню за то, что испортил ему настроение тогда в библиотеке.
- Потому что ты спросил, придурок, - Тэхён перестает плакать, сердито вытирая покрасневшие глаза. – Не хочешь ответа, не спрашивай.
- Слушай, почему ты постоянно злишься на меня? – не выдерживает Чонгук и снимает с себя вежливую маску. Парень просто вынуждает.
- Действительно хочешь услышать ответ? – Тэхёна его злость совсем не смущает, он стоит и пялится, словно они не ссорятся, а ведут вполне дружескую беседу. Чонгук вздыхает и пытается вновь взять себя в руки, но наглый взгляд вновь заставляет кровь вскипеть.
- Нет, мне плевать.
Тэхён цинично хмыкает. Совсем непохоже на то, что он тут плакал, его выдают лишь шмыгающий нос и поблескивающие в свете фонарей влажные глаза. Ему вроде как весело оттого, что Чонгук злится и говорит, что думает. Так они стоят молча с минуту, нарушая тишину лишь громким дыханием из-за распаленных нервов в состоянии конфликта, да и Тэхён всё старается удержать сопли в носу. Жалкое зрелище.
- На, держи, плакса, смотреть тошно, - говорит Чонгук, кидая ему из кармана рекламную пачку салфеток, которые бесплатно раздавали у кампуса. Он всегда такие брал, брал и памфлеты, и брошюрки, потому что сам в старших классах подрабатывал раздатчиком рекламного материала.
- Спасибо, - вдруг по-человечески тепло говорит Тэхён и, наконец, с наслаждением высмаркивает последствия своего нытья.
- Хочешь… хочешь провожу? – Чонгук предлагает, устыдившийся вдруг своего незрелого поведения. Серьезно, парень может и не самый приятный экземпляр, но всё же он человек новый в городе, и Чонгук в не том положении, чтобы высмеивать тех, кто чувствует страх.
- Как будто у меня выбор есть, - бурчит Тэхён, но тут же поспешно хватает его за рукав, когда он демонстративно поворачивается, чтобы уйти. – Стой-стой, ну почему ты такой злой?
Тэхён торопливо одергивает руку, поняв, что ухватился бесцеремонно, в страхе, что Чонгука это выбесит ещё сильней, и он оставит его посреди незнакомых улиц одного. Вид у парня какой-то отчаянный.
- Действительно хочешь услышать ответ? – спрашивает Чонгук, возвращая фразу, но уже как-то устало и без яда в голосе.
- Нет? – осторожно улыбается Тэхён, и Чонгук фыркает, закатывая глаза.
Он потешит свое эго позже, когда Тэхён поймет, что распустил нюни, заблудившись в трех соснах. Ведь путь до дома Чимина занимает у них меньше пяти минут.
camila cabello – havana (feat. young thug)
Время - 20:15, и бар, в который они заваливаются, Чонгук любит по-особенному нежно. Здесь он получил своё первое тяжелое похмелье, здесь же его и повторил на следующий день – кажется, они праздновали тогда его переселение из отчего дома в съемную квартиру после окончания школы и поступление в тот же университет, что и Чимин с Юнги. Сам бар было трудно найти, если не знаешь его местоположения, потому что на картах он не указан. Сюда ходили, в основном, постоянные клиенты, такие как их компания, державшиеся за прокуренный и тесный бар из-за своих воспоминаний. Алкогольная карта была здесь настолько коротка, что хозяин знал наизусть, кто что будет. Но с новичками вроде Тэхёна приходилось иногда сложно.
Сначала он с удивлением наблюдает, как Чонгук заказывает алкоголь и ему его наливают, хотя у Тэхёна, как у новичка, попросили документы для проверки возраста. На его возмущение Чимин поспешно объясняет, что Чонгук с хозяином бара лично знаком, так как спас ему жизнь, успев дернуть мужика на себя, когда тот, пьяный, чуть не упал с платформы под проезжавший мимо скоростной поезд. Кроме благодарственной грамоты от работников станции, Чонгуку была дарована возможность попросить что угодно, и под «чем угодно» бывший гангстер по фамилии Урабэ, а ныне владелец бара, имел в виду «что угодно, от денег до чьей-то жизни». Чонгук же скромно попросил разрешения иногда приходить в бар и выпивать с друзьями. Хосок эту историю обожал и первое время, когда они только познакомились на подработке, просил рассказать её раз за разом, пока Чонгук не сказал вежливо ему пойти в жопу.
Затем Тэхён делает заказ.
- Клюквенный сок, пожалуйста, - говорит он, зацепившись взглядом за знакомое название на полках, где стояли напитки для смешивания коктейлей.
Урабэ, татуированный японец с зализанными назад длинными черными волосами, поднимает брови и даже перестает натирать бокалы, пока не приходит в себя от подобного неординарного заказа.
- У тебя, что, месячные? – не удерживается Чонгук и получает от Чимина ощутимый удар локтем в бок и страшные глаза. «Оборзел?!», - беззвучно выговаривает он ему.
- Это цитата, чёрт, успокойся, - шипит ему Чонгук, потирая больное место.
- Я понял, - Тэхён встряхивает челку с глаз и смотрит на него почти с улыбкой, если так можно назвать его поджатые губы, чуть растянутые в стороны. – Стакан об твою голову разбивать не буду, обещаю.
Чонгук хмыкает. Интересно.
- За Ди Каприо, - говорит он и поднимает свой pale ale для тоста. Тэхён его жест принимает и стукается с ним своим клюквенным соком. Чимин закатывает глаза и что-то бубнит о гребаных киноманах.
Идея Хосока гениальна и проста (по его мнению). На юбилей университета, который совпадает с open-campus, они организуют палатку с корейской едой и на вырученные деньги арендуют альковен и поедут смотреть сакуру в Вакаяму.
- План отличный, - после минутного молчания комментирует Намджун. - Но я вижу несколько загвоздок. Первое, торговые палатки имеют право устанавливать лишь члены кружка или клуба, а наша компания нигде не состоит, кроме Юнги, Чонгука и Чимина. Они и то в разных командах.
- А вот и нет, - говорит с загадочной улыбкой Хосок. - Я создал кружок. Буквально позавчера.
- Чего? - Сокджин давится пивом от неожиданности. - Что ещё за кружок?
- Японско-корейский клуб по культурному обмену, - чеканит Хосок, подняв указательный палец вверх, чтобы выговорить длинное название. - Я - основатель, а вы все его первые члены.
- Эээ, почему же он японско-корейский, если мы все корейцы? В чем смысл? - не понимает Сокджин, пока Чимин хихикает над своим стаканом джин-тоника.
- Я, вообще, американец! - напоминает Джун Ким.
- У нас есть Чонгук, он будет за японца, - не унывает Хосок. - Будем знакомить его с родной культурой и всё такое.
- Ты неисправим, - Намджун качает головой. - Ладно, но кто будет готовить? Я ел корейскую еду только в кореа-тауне дома.
- Не смотрите на меня, я за всех отдуваться не буду, не-а, - Сокджин категорично машет руками.
Юнги откидывается назад, стараясь слиться со стенкой. Готовить ему тоже не особо хотелось.
- Тэхён? - с надеждой спрашивает Хосок, потерпев неудачу с хёнами, на которых возлагал большие надежды.
Друг Чимина не сразу понимает, что к нему обращаются, и мямлит что-то невнятное, что не может разобрать даже сам Чимин. Он только качает головой, говоря, что это дохлый номер, Тэхён готовить не умеет.
- Тогда придумаем что-нибудь, еще есть время, - пожимает плечами Хосок. - Может, покажем Намджуну рецепт, и он пригото...
- Ну уж нет! - одновременно рявкают Юнги и Сокджин, дрожа только от одной мысли, что Намджун будет держать в руках нож.
Хосок хитро улыбается и довольно потирает руки. Манипулировать людьми легче легкого.
Дальше вечер проходит как всегда – Хосок всем желающим поведывает о своих похождениях, смущая этим Чимина, который придерживается моногамных взглядов, встречаясь с Миной ещё со старших классов. С легкой подачи любителя пофилософствовать, Намджуна, их обсуждение плавно перетекает в дискуссию о том, какие варианты помимо «предпочитаю женщин» и «предпочитаю мужчин» в строке о сексуальной ориентации в соц. сетях нужно добавить. Чонгук предлагает «не имеет значения», Юнги – «ничего из вышеперечисленного». На заявление Хосока, что так не бывает, Юнги спокойно говорит: «Но я же есть». Хосок открывает рот, а затем закрывает. «В смысле, вообще, ни на кого не встаёт?» - спрашивает он, наклоняясь к Юнги, вперяя в него пытливый серьезный взгляд. «Асексуальность и импотенция – разные вещи», - миролюбиво объясняет Чимин, прикрывая рот Юнги, который невнятно бурчит ему в ладонь, что-то похоже на «иди в жопу, Чон Хосок».
Намджун задает новую тему «Асексуальность – это тоже ориентация?», и друзей уносит в спор, от которого Чонгук отвлекается, прося бармена повторить. Взгляд падает на Тэхёна, который сидит сбоку от него, отстраненный от их шумной компании. Он водит своими длинными пальцами по ободку стакана и, кажется, откровенно скучает. Глоток pale ale и Чонгук готов на альтруистические подвиги а-ля пристать к человеку с разговорами.
Никто не должен сидеть в их баре и скучать.
- Всё же подумываешь о том, чтобы разбить его об мою голову? – спрашивает он и вырывает у парня удивленный взгляд, как будто он только сейчас понял, что сидит не дома один, а в общественном месте.
- Нет, - Тэхён решает поддержать его беседу в том же дерзком тоне. – Думаю, почему такой, как ты, знает столько фильмов и книг, что почти раздражает.
- Такой, как я? – переспрашивает Чонгук, не теряя своей улыбки на лице, хотя настроение как-то уже теряется. Ну вот опять.
- Я-то понятно, я – домосед и задрот, я бы и сегодня никуда не пошел, если бы не Чимин и его нытье, что я покроюсь плесенью в библиотеке, - поясняет Тэхён охотно, словно долго об этом раздумывал. - А ты…
Чонгук ждет его слов, отчего-то замерев.
- Ты слишком живой для всего этого, что не верится даже. Ты постоянно смотришь на часы, - Тэхён замирает, подбирая слова. – Словно спешишь жить. Спешишь, чтобы тебя везде и каждый запомнил. Такие, как ты, не тратят время на чужие видения мира, потому что это удел слабых.
Бокал ко рту Чонгук подносит слегка дрожащими пальцами, он поспешно отводит смущенный взгляд.
- Я что-то не то сказал? – с досадой произносит Тэхён, злясь на свою излишнюю откровенность.
- Нет, нет, - поспешно говорит Чонгук. – Просто… никто так обо мне раньше не говорил. Обычно это «высокий, умный, красивый, что ещё надо», и заметь, это тоже цитата, не мои слова.
- Ну, красивый тоже, - от этого уточнения и покрасневших щек Чонгук чуть не давится своим элем. В голове становится легко-легко, что-то приятно щекочет в горле (покормленное тщеславие).
- А с тобой приятно общаться. Не такой уж и занудный депрессняк с вечной тошнотой, - шутит он, пытаясь переключить внимание с себя на другого.
Не получается.
- Взаимно. Ты тоже не претенциозный недопонятый мальчик, ходящий по краю пропасти, - парирует Тэхён и улыбается в этот раз ярко и широко.
Чонгук тоже прячет невольную улыбку в стакан - наверно, самую искреннюю за долгое-долгое время.
_______________________________
тьютор - помощник для отстающих или иностранных студентов, обычно назначается из числа старшекурсников, но чонгук проявил себя как вполне способный студент и ему доверяют шефство над Тэ)
кохай - яп. вариант тонсэнов, младший по учебе, по работе
альковен - тот же camping car, как у бантанов в бонвояж
клюквенный сок - отсылка к "Отступникам", отличный фильм (а оригинальная гонконгская версия еще круче) https://youtu.be/CAIwBk2UDEk